Разбитые

Алиса выдохнула. Время встречи подошло к концу. Даже несмотря на то, что она не узнала правды, она поняла одну простую вещь. Отец и правда любит Савелия, до сих пор любит, что на самом деле её немного вводило в ступор. Она не знала, что делать. А что если заявиться к Савелию? Нет, после того, что случилось с Ромой, она не рискнёт к нему соваться. Мало ли, что случиться. Кстати о парне. Устроить встречу и даже не явиться на неё, негодник. Она посмеялась. Сказал, что передал через друзей послание Эриху. Видимо, Бернхард и Гилберт его друзья. Она не знала, где сейчас находится парень, знала, что у него все более менее хорошо. Все же, он немного в розыске, но, видимо, никто с этим сильно не заморачивается. История почему-то не вышла в большие массы, и СМИ не транслировали её в каждом уголке планеты, наверное, Роме повезло. Хотелось его увидеть. Она встряхнулась, когда кто-то выдернул её из-за угла. От резкости, тут же попыталась нанести удар нападавшему, но тот поймал её локоть. — Тише, леди. — шепнул знакомый голос, от чего на душе стало теплее. — Я же учил тебя драться, со мной такое не прокатит. — Рома! — тут же развернулась она, напрыгивая на парня, обнимая так крепко, как только могла. — Что ты тут делаешь? — Хотел увидеться с тобой. — немного улыбнулся он. — У меня не так много времени, но все же. Как прошла встреча? — Относительно хорошо. — пожала она плечами. — Я ничего не узнала, но кое-что меня тревожит. — Что же? — серьезно спросил он. — Мне кажется, мой отец до сих пор влюблен в Савелия. — выдохнула Алиса. — Кажется? — внимательно посмотрел на неё Роман. — Ну не знаю, я не такой детектор, как ты. — закатила она глаза. — Но, он точно винит себя за то, что сделал. — Морозов кивнул. Видел то письмо, наверное, Алиса права, но что толку от этой информации. — Мы как будто в тупике. Все со всех сторон летит к чертям. Ощущение, что произойдет что-то ужасное. — Ты просто очень долго находишься в стрессе. — нравоучительно проговорил ей русский. — А ты не стрессуешь? — посмеялась она. — Ты вообще-то в розыске, забыл? Скитаешься по всей Европе? — А чего мне стрессовать? — пожал плечами Рома. — Работы больше нет, проблем из-за неё тоже. — Не тоскуешь? — спросила его Алиса. — Тоскую. — честно ответил он. — И очень переживаю. Но мне ясно сказали, что пристрелят, если я попробую сунуться. Так что, довольствуюсь тем, что есть. Как там наш отец? — решил он сменить тему. — Все хуже. — покачала она головой. — Он сходит с ума. — немка обернулась на него. Он бессильно выдохнул. Наверное, всем сердцем хотел помочь, но понимал, что не может. — Не вини себя. — покачала она головой. — Ты старался и сделал все, что смог. — Спасибо. — кивнул он. — Кстати, — лукаво взглянула на него девушка. Хотела разбавить печальную атмосферу. — я смотрю ты довольный такой, что случилось? — Ничего. — пожал он плечами. — Вроде вполне обычный. — Нет, — улыбнулась Хоффманн. — Что, красавчик подкатил, пока встречать меня шел? — Не подкатывает ко мне никто. — закатил Рома глаза. — Ну ладно, смотри у меня. — посмеялась Алиса. — Обязательно рассказывай, если красавчики подкатывать будут. — Обязательно. — закивал Морозов. --- Германн нервно скрестил руки в замок. Он готовился почти всю ночь, да что там ночь, почти всю свою жизнь у правления. Сегодня он наконец-то встретится с правителем СССР по чрезвычайно важному поводу. Объединение земель Германии под его началом. Эрих пытался его отговорить, поставив в аргументы то, что сначала они должны забрать Алису, а затем уже подписывать договор об объединении и ломать Берлинскую стену. Он говорил, что это плохо кончится, но Германн ему не верил. Никогда не поверит больше, как и Алисе, что предала его, оставшись с Савелием. Если бы хотела, сбежала бы с этим Ромой. Старший сын Морозова же смог уйти, когда его что-то не устраивало, даже революцию готовил из-за чего изменником стал, а она не смогла. Не смогла — значит не захотела, а значит, предательница. Неужели она стремится быть таким же бездушным правителем, как их отец? Неужели жизнь её собственных граждан для неё не важна? Надо лишь дождаться этой встречи. Оливер сказал, что у него обязательно все получится, а раз это сказал Оливер, значит так оно и будет. Он будет правителем Германии. --- Это началось не сразу, просто в один день она стояла перед раковиной, наблюдая, как из носа аккуратными каплями падает кровь с глухим стуком разбиваясь о керамическую поверхность. Ничего серьезного. Такое и раньше было. Просто нужно немного таблеток и меньше расстройств. Но когда это стало случаться все чаще и чаще, она забеспокоилась, однако, к врачу так и не обратилась. Страшно стало когда резкая боль пронзила тело от чего руки перестали подниматься. Почему-то вспомнилось детство, когда она тоже долго болела, девушка не помнит всего, но помнит жуткую боль, что лилась по телу. Как синяки появлялись на локтях коленях, бедрах, везде, где можно неудачно согнуть конечность. Как опухали суставы и этот красный цвет, что кажется окрашивал все её тело и одежду. Она ненавидит красный, потому что он похож на кровь, но каждый раз наблюдает этот цвет в своих глазах. А теперь на губах, на теле, он просто преследует её. Теплый июльский день был поистине прекрасен, но она могла наблюдать его только через окно. Пока ещё могла ходить, но знала, что если ничего не изменится и динамика продолжит ухудшаться, то скоро эта слабость во всем теле одолеет ноги, а боль придет снова, вытесняя все остальные чувства. — Привет. — она удивлённо обернулась, снова этот знакомый голос. Подумать только, как давно они не виделись. Даже радостно стало, но затем она шикнула на него, вспомнив, что он вообще-то в розыске и в СССР соваться не должен. — Совсем идиот что-ли?! — вскочила она с кровати, налетая на спокойного парня. Больничная форма давала полную свободу действий, а в палате больше никого не было. — Ты что тут делаешь?! — Успокойся. — шепнул ей Рома. — Ты сейчас в БССР, здесь помягче, чем в РСФСР, сейчас они больше склонны к мнению Европы, поэтому я относительно спокойно могу тут находиться. — Знаешь, это меня вообще не радует. — скрестила она руки на груди. — Меня тоже. — серьезно проговорил Рома. С тех пор, как он был выдворен из Советского Союза, многое поменялось и это его совсем не радовало. — Как отец? — убедившись, что девушка в порядке, он решил переключить тему. — Плохо. — устало выдохнула девушка. — Он и так стал принимать странные решения, но после аварии на АЭС, он совсем потерял голову. Он попытался напасть на Марию из-за чего была крупная ссора с Петром, Союзники не понимают, что с ним делать. Никто не понимает Ещё и его здоровье ухудшилось. — она опустила голову. — Я давно его не наблюдаю, сейчас Мария взялась за управление, но слишком поздно. Народ уже устал, они хотят жить спокойно, поэтому многие поверили в западный демократический мир. — Плохо. — холодно произнес русский. — Мне нужно было вернуться раньше. — Кто бы позволил. — посмеялась Алиса. — Тебя бы расстреляли ещё на границе и толку бы от этого не было. — она покачала головой. — Ты не должен брать на себя ответственность за это, единственный, кто позволил этому случиться, это Савелий. — Морозов промолчал. Понимал это, но все равно чувствовал себя немного виноватым за то, что допустил это. — Ром, пообещай мне, что не будешь взваливать это на себя и в очередной раз решать? — Я не буду. — кивнул ей Роман. — Ром, там сейчас твориться полных хаос и я не знаю чем все это закончится, но я не хочу потерять тебя из-за этого. Ты и так буквально «бегаешь от смерти». Пообещай. — отчаянно произнесла она. Морозов смутился, увидев в её глазах беспокойство и страх, за него. — Я обещаю, что ноги моей там не будет. Хорошо? — кивнул он. Алиса знала, что он свои слова держит, поэтому лишь спокойно выдохнула. — Ладно, давай сейчас о тебе. — внимательно посмотрел на неё Рома. — Как так получилось, что ты в больнице оказалась? — Немного переусердствовал. — посмеялась она. Если подумать, она и в правду очень много работала в последнее время и вот как это на ней сказалось. — Мне просто нужен отдых и я буду снова в строю. — Ну смотри у меня. — смехнулся он. — Я побуду здесь, так что, могу провести время с тобой. — А жить ты где будешь? — скрестила она руки на груди. Даже несмотря на то, что волновалась за друга, все равно была безумно рада его видеть. — Где-нибудь поблизости. — пожал парень плечами. — Чтобы чаще тебя навещать. — Ладно, ладно. — тепло. --- Однако, это не закончилось так быстро, как думала Алиса. Количество процедур только увеличивалось, как и количество кровотечений. Врачи разводили руками, говоря, что это такой период, что нужно чуть больше времени. Рома то приезжал, то уезжал. Видимо его статус беглеца не позволял долго находиться в стране, но она не печалилась, все же, друг поддерживал её и был рядом. — Давай, ещё один подход. — проговорил ей Рома. Она наклонилась вперёд настолько, насколько способна, тяжело дыша. Это напоминало ей их тренировки, когда она только училась у него. Подумать только, они вернулись к этому, вот только теперь немка едва ли могла так же резко драться, она иногда на ногах то устоять не может. А вот сейчас что, просто наклоны, а уже устала, словно марафон пробежала. — Я не могу… — прошипела она, опускаясь на колени, тяжело дыша, чувствуя, как ноги колет, и силы стоять покидают её. — Все, можно мы закончим на сегодня? — Морозов внимательно оглядел её, а затем выдохнул, подходя ближе и помогая встать на ноги, почти что полностью держал, но делал видимость, будто она сама стоит. И она этому благодарна. Даже несмотря на болезнь, Рома позволял ей чувствовать себя полноценной. — Хорошо. — улыбнулся Рома, заметив, что девушка смеётся. — В плату? — Да! — довольно выдала она, радуясь тому, что тренировка окончена. — Знаешь, раньше я могла намного больше. — Это потому что сейчас ты мало ешь. — фыркнул ей русский. — Вот и сил у тебя не хватает. — Но мне не нравится больничная еда, она такая жидкая. — высунула язык Хоффманн, вспоминая эту водянистую жижу, что сразу просилась наружу. — Вот бы сейчас…пирог яблочный. — задумалась она. — Шарлотка! — Слюни не распускай. — смотря на её мечтательное лицо, проговорил Рома. — Как поправишься, так и наешься вдоволь. — с Ромой было спорить бесполезно, да и ей не хотелось, поэтому, она просто улыбнувшись, кивнула. --- — Ты же часто бываешь в Европе? — лукаво спросила она, смотря на друга. Тот кивнул. — Как там мой отец и брат? — Рома видел, что несмотря на полуулыбку, Алиса и правда волновалась. Он проводит все свое время в больнице и последний раз когда она виделась с отцом был в ту встречу, которую устроил Роман. С тех пор она тайно переписывалась с ним, однако, вскоре связь прервалась, она не знает почему. Брюнет просто перестал отвечать на её письма. — Относительно хорошо. — кивнул русский. Не знал, как правильно ответить. В груди давно назревало чувство, что мир летит в тартарары, да что там чувство, он это ясно видел, однако пообещал девушке держаться от этого подальше. — Эрих работает на Оливера, Германн ведёт «самостоятельное» правление и готовится к важной встрече с отцом. — Демократия? — горько усмехнулась немка. Демократия была безумно красивой идеей, однако, как и полагается всему красивому, была хрупкой словно хрусталь. Поэтому, умные люди использовали её в своих целях, предоставляя народу то, что они хотят видеть. Красивую картинку, демократию. Так сделал Оливер. Общей идеей о светлом мире сплотил множество государств, рассказывая о том, чем хороша демократия и показывая на своем примере. Однако, забыл сказать, что правила для демократии придумал он, чтобы была гибкой, чтобы была удобной, а люди пусть с ума сходят, веря в его решительные, уверенные слова. Ведь такой мир, мир для хороших, честных людей, мир для послушных, слепых людей, что готовы поверить в лучшее и бежать к нему, не замечая ничего вокруг. Таким был Германн. И отчасти, Морозов мог его понять. Маленький мальчик, которому позволяли все. Он и правда рос в тепличных условиях из которых его выкинули в сухую суровую реальность. Он испугался, он наверняка очень испугался, а никого рядом не оказалось. Вернее, оказался, но совсем не тот человек. Германн сейчас близился к статусу правителя больше, чем кто либо в Европе. Смешно, но Оливеру пришлось научить его контролируемому объединению. Объединение Германии, а затем Европы, какие грандиозные планы американца, тому пример, наяву мы все вместе построим Союз и объединим Европу, где у всех равные права и возможности, а заочно у каждой группы есть лидер и Германн станет именно таким. Вот только, жаль, что американец рассказал мальчику лишь о хороших сторонах, он любит так делать. А платить за это придется Германну. И Рома уверен, цена будет такой же огромной, как и власть, которую получит немец Но на пути к господству оставался один рубеж. Морозов внимательно посмотрел на Алису. Советский Союз постепенно терял свое господство в европейском регионе. Для того, чтобы сделать Германию сильной, нужно устранить разногласия внутри страны. А они имелись, в виде стены между двумя разными идеологиями. И когда эта каменная преграда падёт, кто-то проиграет. Рома думал над лучшим вариантом, это два правителя и общие земли, вот только, политика Оливера предполагала одного правителя, одним легче управлять, чем двумя, да и тем более, признать Советский Союз на территориях ГДР для него было просто невозможным, если бы он это сделал, он фактически бы подтвердил, что эти земли ни его, а тогда бы пришлось мириться с кучей правил и законов, и уж точно мириться с мнением оппонента, поэтому, он бы не позволил такой финт европейцам. Оставалось только оттягивать это как можно дальше. Сейчас Алисе никак нельзя терять земли, она и так не в лучшем состоянии, а такое событие сломает её окончательно. --- — Это что такое? — нахмурился Роман, неуверенно смотря на девушку. Та лишь улыбнулась, пожав плечами. — Тебе не нравится? — лукаво посмотрела она на парня. — Нет, нравится. — кивнул парень подходя ближе, внимательно её рассматривая. — Но тебе же так нравились твои длинные волосы, да и ты любила делать разные прически. — Да, но… — она немного замялась. С тех пор, как она начала принимать уйму таблеток, не только силы начали её покидать, но и волосы, выпадать они начали практически клочками падать с её головы и от их густоты и блеска не осталось абсолютно ничего. — волосы мешаются на процедурах. Рома внимательно оглядел её. По нему не было видно, но он боялся не успеть. Потому что видел, даже не смотря на то, что девушка не унывала и продолжала улыбаться, видел, что она потихоньку сдается и блондин не знал, как ей помочь. Но, даже если видел, никогда не говорил о её переживаниях. Иногда, людям нужно врать себе, чтобы было лучше. Он смотря на себя в зеркало, на своих холодные серые глаза понимал, что никогда уже больше не сможет обмануть самого себя, но это он, это над ним жизнь посмеялась, а остальные ещё могут себе позволить эти грёзы о хороших временах и он искренне не хотел отнимать эту возможность у девушки сейчас, до самого конца не хотел. --- — Я рада за тебя. — сладко проговорила француженка, смотря на довольное лицо немца. — Мы все рады. — Спасибо. — отпил из своего бокала Германн. Подумать только, прошло столько лет с тех пор, как он у власти Германии и наконец-то это случилось. Даже странно, что Савелий сразу согласился, но да ладно, это не важно. Его отец сотворил немыслимые вещи, чтобы достичь процветания нации, но забыл, что такое истинные ценности. Из-за его эгоизма и дьявольских желаний Германия погрязла в нищете. Хорошо, что самому Германну вовремя подсказали, что делать и кто на самом деле враг, от кого стоит держаться подальше. Благодаря этим советам он сейчас празднует здесь свою победу в непростой войне за свою страну. Наконец-то он видит в окружающих его лицах не ненависть, а некую гордость. Он стал всеми любимым лидером, что сможет привести свой народ к процветанию не по средствам войны и смертей, а посредством демократии и свободы. Советский Союз наконец-то сдался, поставив свою подпись на документе об объединении Германии. Стена пала и теперь, его люди на разделены по двум мирам, что абсолютно противоречат друг другу. Он смог стать их спасителем. Парень чуть отошёл от празднующей толпы, выходя на небольшой балкончик, где вдохнул чуть поглубже, настраивая себя на речь, которую должен произнести на мероприятии. А затем чуть вздрогнул, замечая знакомую фигуру. — Извини, я не хотел тебе мешать. — чуть замешкался Германн, смотря на то, как Оливер немного отпивает красное вино из бокала. Петти-Браун обернулся, слегка улыбаясь. Глаз его Германн никогда не видел, так как они всегда были скрыты за очками. Мало кто вообще сможет назвать цвет его глаз и какие они, потому что Оливер всегда ходит в очках. Германн раньше задавался этим вопросом, а сейчас не обращает на это внимание. — Cote Rotie. — сладко проговорил шатен, чуть покрутив бокал, рассматривая красную жидкость внутри, что едва блестела от света в зале. — По такому случаю позволил открыть себе, чтобы выпить за твою победу. Не разделишь со мной? — А мне можно? — неуверенно посмотрел на него Германн. — Почему нет? — пожал плечами американец. Он налил в пустой бокал вина, протянув его немцу. — За нашу дружбу. — довольно проговорил он. — Да, за дружбу. — кивнул Хоффманн, а затем сделал глоток, наслаждаясь мягким вкусом ягод, корицы и ванили, словно лепестки распустились на языке. Этот напиток определенно стоил своих баснословных денег. Такой вкус, что хочется тянуть его как можно дольше по организму. — Я рад, что ты наконец-то вернул себе свои земли. — продолжил Оливер. — Ты оказал мне помощь, спасибо. — улыбнулся ему Германн. — Даже не знаю, смог бы я добиться этого, не будь тебя рядом. — Уверен, смог бы. — посмотрел парень в небо. — И Я полагаю, ты добьешься намного большего, нежели какого-то клочка замель от Советского Союза. — он улыбнулся. — Нет, я уверен, что ты заслуживаешь намного большего, ведь ты прирожденный лидер. — Спасибо — щеки немца покраснели. — Но кого мне вести? — Оливер усмехнулся, а затем указал бокалом на вход в зах. — Их. — коротко проговорил он. — Объединение даёт силу, тебе ли не знать. — шатен пожал плечами. — Испокон веков маленькие деревни объединялись в большие города, что становились богаче, сильнее и лучше. — Ты думаешь, я смогу объединить Европу? — поразился Германн. А ведь, он и правда на такое способен. Видел, как европейские страны смотрели на него. Если он сможет договориться со всеми и найти общий язык, они смогут объединиться в могущественный союз, где у каждого будет свое место, где каждая страна будет обеспечена и счастлива. — Да, ты прав. Я смогу, чтобы сделать этот мир лучше. Ты ведь…? — Конечно Я поддержу тебя и окажу все возможную помощь. — кивнул ему американец. — Мой альянс всегда был для защиты простого народа, а я разделял справедливость, любовь и мир. Разве не ради этого я здесь? — Спасибо, Оливер. — искренне улыбнулся немец. — Ты очень добрый и всегда готов прийти на помощь, я рад, что в мире есть такие люди, как ты. — улыбнулся он, намереваясь произнести этот тост, к которому готовился. Он покинул американца, входя в зал с просьбы привлечь внимания и начинал гласно говорить. Это было только начало. Оливер улыбнулся, отпивая из бокала, понимая, что враги — повержены, союзники — подвешаны. Скоро весь мир наконец-то будет в его руках. Он победил. И правда, по такому случаю можно и побаловать себя хорошим вином.