Разбитые

Мальчик с усталостью открыл глаза, приподнимаясь на локтях и ойкая от внезапной боли в спине. — Проснулся? — внимательно посмотрел на него Бланко. — Не сильно болит? — ребёнок неуверенно на него поглядел, пытаясь узнать, а затем вдруг опомнился. Он удивлённо оглядел себя: на руках были бинты, как и на коленках, что были обработаны и перевязаны. Спина тоже была перетянута бинтами, однако она до сих пор продолжала болеть. — Мы пока временно тут остановились, скоро будем в моём поместье, там отмою тебя, накормлю и выдам новую одежду. — Мне нужно к хозяину! — испугано выкрикнул он. — Он меня накажет, если я не приду! — Никто тебя не накажет больше, — серьёзно произнёс Дамиан, помогая ему устоять на ножках. — Что с моими ногами? — ошарашенно оглядел он стопы, не зная, как правильно шагнуть. — Что с ними? — не понимая, чего так испугался мальчик, уставился на его ножки испанец. — Эти штуки, цепи? Где они? — неуверенно посмотрел на него ребёнок. — Они тебе больше не нужны, — подозрительно осмотрел стопы блондин. — Ты свободен. — Что такое свобода? — вопросительно уставился на него шатен. На этом моменте, Бланко даже растерялся как-то, а затем задумался, кажется понимая. У парнишки другой жизни не было, он себя помнит рабом, в одиночестве и в кандалах, поэтому многого сейчас даже не знает. Европеец улыбнулся. — Что такое, спрашиваешь? — хитро посмотрел он на ребенка, взяв за ручку. — Попробуй пройтись, — мальчик кивнул, начиная аккуратно переставлять ножки, пытаясь удержать равновесие. Когда у него это получилось, он судорожно выдохнул, а затем радостно обернулся на испанца, тот с улыбкой кивнул ему. Шатен попробовал ещё пару раз пройтись, а затем и вовсе прибавил скорость, наворачивая круги по комнате. — Я как будто могу летать! — радостно выкрикнул он, подпрыгнув. — Это так здорово! Так здорово! Ой! — влепился в вошедшего Лукаса. Тот вовремя успел его подхватить, чтобы мальчишка не ударился спиной. — Мелочь, чего носишься, как угорелый? — устало выдохнул столица, поставив его обратно на ноги. — Я теперь могу оббежать весь мир! — радостно заулыбался он. — Господин сказал, что я свободен! — Лукас хмыкнул — сколько бы он не ругался со своей страной, в душе он был рад, что такой славный мальчик так счастливо улыбается, однако, как только вспоминал о том, что ждёт его дальше, тело холодело. Уильям серьёзный противник и узнай он, что они ослушались его просьбы, что ребёнку, что им грозит опасность. Он отпустил мальчика, из-за чего тот снова начал бегать по комнате. — Слушай, он ведь больше не раб, может…дашь ему уже имя какое-нибудь? Не будем же мы его по номеру звать? — неуверенно посмотрел на удивлённого испанца город. — Имя? — задумчиво проговорил Бланко. Немного посидел, а затем подозвал мальчика. Тот довольно подбежал к нему. — Помнишь, я говорил тебе про имена? — Да, помню, — закивал он. — Хочешь, я дам тебе имя? — вопросительно посмотрел он на ребенка. — Мне? — удивился тот. — Да, ты больше не раб, поэтому называть тебя по номеру будет неправильно, — кивнул он. Мальчик подумал, а затем кивнул. — Оливер. — Оливер? — удивлённо посмотрел на него ребенок. — Это моё имя? А как имена даются? — Каждое имя что-то означает, — посмеялся испанец. — Я дал тебе такое имя, потому что в Греции существует такое растение, как Олива. Веточки Оливы означают — Мир, — он наклонился к сияющему ребенку. — Твоя доброта и желание увидеть весь мир очень подходят для этого имени. — Вау! — радостно взвизгнул он. — У меня есть имя! — Он так радуется, как будто это что-то необычное, — усмехнулся Лукас. — Пусть радуется, — не успел он договорить, как ребёнок шмякнулся на пол, пока бегал от радости по комнате. — Оливер! — обеспокоенно обернулись на него мужчины. — Я в порядке! — оба посмеялись, когда услышали довольный голос мальчишки. --- — Вот, это будет твоя комната, — открыл дверь Бланко. Везти мальчика в Испанию он не собирается, поэтому, сам пока останется здесь. С Лукасом договорился, что тот возьмёт на себя большую часть дел страны, хоть он и был против, но согласился. — А где метла? — неуверенно огляделся мальчик. — Подметать больше не твоя работа, Оливер, — покачал головой испанец, понимая, что работы ещё предстоит много. Всё же, для аристократичной английской семьи Оливер всего лишь грязь под ногами. Они не то, что встретиться с ним не захотят, более того, Бланко почему-то кажется, что Уильям его убьёт, если узнает, что он не выполнил просьбу, однако, испанец искренне верил, что как только он познакомится с этим мальчиком, тот обязательно ему понравится. Надо только перед этим его в надлежащий вид привести и обучить хотя бы немного. — А что я буду делать? — неуверенно оглянулся он. — Учиться, гулять, читать книжки и заводить новых друзей, — как список, произнёс испанец. — Я умею гулять, — кивнул сам себе Оливер. — Остальному научишься, — тепло усмехнулся Дамиан, погладив его по голове. — Но сначала давай тебя отмоем. В ванную. — Что это? — удивился Оливер. — Ну, ты мылся когда-нибудь? — неуверенно начал Дамиан, умоляя небеса, чтобы мальчик сказал «да». — Да, — кивнул ребёнок. — В речке. — Ну вот тут тоже самое, только в нормальной воде. Идём, — облегчённо выдохнул испанец. Когда они зашли в ванную комнату, та была большой и скорее напоминала баню. В большую каменную ограду, что стояла чуть поодаль, была налита тёплая вода. Дамиан попросил заранее её приготовить и сказал всем слугам, чтобы не мешались — он сам с ним управится. Мужчина помог мальчику раздеться и подняться в каменную ванночку. — Это какая-то странная река, — удивлённо проговорил американец. — И пахнет она странно. — Это нормальная вода, — недовольно пробубнил испанец, разбираясь со свечами и различными средствами для мытья. — Она такой и должна быть. А в той реке, что ты мылся, вода грязная. — То есть, я не смывал грязь, а только больше грязнился? — удивлённо взглянул на него Оливер. — Во-первых, слова «грязнился» нет, — усмехнулся Бланко. — А во-вторых, да. Сейчас, подожди немного, я принесу средства ухода. — Зачем им уходить? — неуверенно обернулся ребёнок. — Нет, — посмеялся себе в кулак Дамиан, предвкушая свою весёлую жизнь, — они нужны, чтобы ухаживать за кожей и волосами, это натуральные масла. Ухаживать, а не уходить. — Ладно, — понимая его, кивнул Оливер. Когда испанец вышел, он огляделся по сторонам, замечая большой твёрдый кусок, взял его в руки, понюхав, пожал плечами, не нашёл ничего странного и откусил, тут же сморщившись. — Ну как, вкусно? — усмехнувшись, посмотрел на него Дамиан, что принёс всё необходимое. — Нет… — выплёвывая кусочки, проговорил Оливер, всё ещё жмурясь. — Если голоден, просто скажи мне, и я попрошу подать еды, — испанец взял из его рук надкушенный кусок мыла, про себя оплакивая ту сумму, которую он заплатил мыловару. — Это мыло, и оно нужно, чтобы мыться и счищать с себя грязь, — он показательно смочил мочалку и немного пошёркал по руке Оливера, от чего тот удивлённо на неё вытаращился, замечая, что пятно пропало. — Видишь? Грязь оттирается. — Я думал, это моя кожа… — ошарашенно произнёс он. — Я думал, что расту пятнистым, как все вокруг… — испанец не выдержал и громко засмеялся, привлекая внимание мальчика. — Нет, ты не растёшь пятнистым, — продолжил он его мыть, не трогая травмированную спину. Раны не слишком глубокие, поэтому, даже шрамов не останется, что радовало Бланко. Мужчина намылил мальчику голову, предупреждая, чтобы тот закрыл глазки, иначе мыло может попасть туда и щипаться, демонстративно показывая, как будет щипаться, ущипнув его за плечо, из-за чего Оливер посмеялся, но глаза всё же закрыл. После того, как он отмыл мальчика, то тут же закутал в тёплые одеяния, чтобы ребёнок не простудился. Перенеся его в покои, мужчина усадил его на кровать, вытирая волосы. Про себя отмечая, какие они у него пушистые и кучерявые. Теперь, взглянув на него, в нём можно и правда было узнать Лионеля, что слегка пугало испанца, но останавливаться он не собирался, даже планировал познакомить братьев, ведь, помимо самого Лионеля, были ещё и другие. Оливер наверняка обрадуется, что у него такая большая семья, ведь всегда был в одиночестве. — А мои…? — неуверенно начал мальчик, оглядываясь на кровать. — Глиняные шарики? — испанец ожидал этот вопрос, а затем указал на полку. Там ровненько стояли шесть разных по форме игрушек. Дамиан понимал, что они очень дороги мальчику, поэтому приказал Лукасу забрать их. Тот принес ещё и какой-то мешочек с парочкой грошей, но главными были игрушки. — Они все тут! — радостно посмотрел на полку Оливер. — А это… — он осторожно поглядел на тот самый мешочек, — монеты! — Ты их копил? — заинтересованно спросил Бланко, наклоняясь рядом. — Да, собирал специально, — закивал Оливер. — Каждый год здесь есть ярмарка, и на ней продают яблоки в чём-то блестящем. По разговорам людей я слышал, что это карамель. Я не знаю, что такое карамель, а когда попросил попробовать, меня прогнали, — он пожал плечами, совсем не расстраиваясь. — Но я пришёл на другой день и увидел, что люди обменивают их на монеты. Я подумал, что тоже так смогу, но мне очень мало удалось накопить…когда-нибудь, я обязательно соберу много монет, чтобы попробовать эту карамель. — Оливер… — растроганно посмотрел на ребенка Дамиан. — Если так хочешь яблоко в карамели, давай я куплю его тебе? — На монеты? — вопросительно уставился на него мальчик. — Их называют деньгами, но да, на монеты, — кивнул ему испанец, улыбаясь. Тот довольно посмотрел на него в ответ, согласившись, а затем завязал мешок, спрятав. — Будешь ещё на что-то копить? — Да, — тут же кивнул ребенок. — Вы тоже купили меня за монеты, и теперь я очень счастливо живу: у меня есть такая мягкая постель, я могу много есть и бегать. И теперь я знаю, что такое ванная. Я накоплю много монет и куплю всех людей в этих штуках, что были у меня на ногах, чтобы они тоже могли бегать, — он задумчиво опустил голову. — Быть свободными! — испанец подозвал его к себе и обнял, его слова немного выбили мужчину из равновесия, однако, объяснить, что в этом жестоком мире так сделать нельзя и он никогда не освободит всех рабов, Бланко не смог сейчас. Только не сейчас, когда он так радостно улыбается. — Хочешь, я почитаю тебе сказку? — отвлёк его внимание Дамиан, поднимая на ручки и направляясь к кровати. — Что такое сказка? — с любопытством уставился на него Оливер. Испанец вновь принялся объяснять что-то непонятное мальчику, но в этот раз улыбаясь, смотря на его восторженное лицо, понимая, что сейчас по-настоящему счастлив. --- — Смотри кого нашёл, — привёл недовольного ребёнка в кабинет испанца Лукас. Прошёл уже год с того момента, как Дамиан забрал мальчика и тот жил у него. В целом, никто не жаловался, даже более того, по мнению города, его стране очень даже пошло на пользу «отцовство». Он стал сдержаннее, рассудительнее и увереннее. — Учителя сказали, что он опять прогуливает занятия. — Оливер, — ребёнок виновато опустил голову, однако Бланко заметил на его лице некое раздражение. — Давай, садись, — ребёнок сел на диванчик в ожидании, а затем и испанец присел перед ним. — Чем тебе учителя не угодили? — Они меня ругают, — недовольно высказал он. Дамиан выдохнул: было сложно найти профессоров, которые согласились бы учить Оливера, ведь как только они узнавали, что мальчик бывший раб или простолюдин, к сожалению, по его поведению это было заметно всё ещё, то лишь смеялись над ним и отказывались учить, а теперь, когда испанцу всё же удалось найти тех, кто будет его обучать, то Оливер сам от них сбегает. — Заниматься очень важно, ты же не можешь быть всю жизнь глупым, — устало выдохнул Бланко. — Но мне так скучно! — закатил глаза Оливер. — Эх ты, неуч, — усмехнулся Лукас, в ответ получая недовольный взгляд голубых глаз. — Скучно значит, — серьёзно посмотрел на него Дамиан. — Ты пока не научишься делать те задания, что тебе дают, не сможешь решить что-то сложнее, к примеру — это, — он выдал мальчику листок со сложными экономическими расчётами, касающимися финансов своей страны. Вчера он в них ошибся, поэтому сегодня усиленно исправлял свои косяки. Тот внимательно пробежался глазами по листу, а затем достал из кармана стилос, подписывая что-то на листе. — Вот, — спокойно протянул он листочек испанцу. — Неужто решил, — посмеялся тот, а затем шокированого уставился на лист, затем на мальчика, а потом снова на лист. — Решил… — Лукас, стоящий рядом, даже рот открыл. — Чудо-ребёнок, — произнёс он. — Оливер, — чуть мягче присел к мальчику испанец, — почему тебе скучно на занятиях? — тот насупился, но всё же ответил. — Потому что они заставляют меня читать по слогам и решать примеры со своими вопросами: у тебя есть три яблока, сколько у тебя будет если ты отдашь мне одно? Я и так знаю сколько будет три минус один! — он всплеснул руками, — А когда я говорю им, что и так знаю и хочу решать другое, то они меня ругают и заставляют писать то, что мне давно известно! А тётенька, что пришла учить арифметике, меня ударила линейкой по руке, когда я отказался, — он выдохнул. — Это скучно! — Так, — испанец обернулся на Лукаса, тот кивнул, понимая о чём он, и вышел за дверь, — в следующий раз, когда кто-нибудь поднимет на тебя руку, говори мне об этом, хорошо? — Хорошо, — неуверенно кивнул мальчик. — Я сменю тебе учителей и ещё кое-что, — Дамиан заметил, что мальчишка схватывает всё на лету, однако, даже не думал, что тот настолько умён. И правда, чудо-ребёнок, как выразился столица. Бланко устало выдохнул: решать это ему придется сейчас. Если Оливер и правда настолько умён, то ему нужен уже другой уровень и другие преподаватели. Уговорить их будет сложнее, но он останавливаться не собирается. Ещё стоит подумать о его разностороннем развитии, и конечно…он улыбнулся, — пойдём со мной, — американец встал с дивана, взяв его за руку. До самого конца не понимал, куда они идут, но как только дошли, Дамиан открыл какую-то большую дверь и передал ключ Оливеру, тот лишь вопросительно на него взглянул. — Это библиотека, здесь ты можешь прочесть про всё, что тебе может быть интересно, а если не найдёшь ответы на свои вопросы, скажи мне, я постараюсь на них ответить или найти соответствующую книгу, договорились? — мальчик восторженно кивнул, пробегая внутрь, взяв первое, что попалось ему на глаза. — В мире есть и другие языки?! — шокированно произнёс он. — Да, — испанец хотел было объяснить, но заметил, что ребенок уже полностью увлечён чтением, поэтому просто улыбнулся, покачав головой. — Не забудь про обед, — бросил он, когда уходил. — Хорошо, — послышалось тихое из помещения. Дамиан вышел, прикрыв дверь. Обязательно ведь забудет, ладно, пошлёт за ним Лукаса, когда разберётся с преподавателями. От чего-то грустно стало на сердце, вернее, даже боязно за мальчика. Чем старше он становится, тем больше узнаёт и понимает, а это значит, рано или поздно ему придётся столкнуться с тем несовершенным миром, который существует вокруг него и который он не осознаёт. Но больше всего испанец боится за встречу с Уильямом; по сегодняшний день он ничего не сообщал англичанину, и пока не собирается, но это придется сделать, или, он это сам узнает, судя по его количеству вопросов касательно этого дела.