Часть 2. Изгой среди изгоев
6 января 2023 г., 12:00
30 августа 2012 года, Джерико.
Перед ней с тугим скрипом распахнулись чёрные ворота. Садфилия растянула рот в улыбке, сжала в ладони ручки холщовой сумки и смело шагнула на территорию Академии, пока родители разгружали её вещи из машины. В клетке, покоящейся в сумке, возилась светло-серая мышь, названная Садфилией просто — Серебрянка. — Тихо, я тоже волнуюсь, — прошептала девочка, поднеся сумку с клеткой поближе к себе. Они пока не знали здесь никого, кроме директрисы академии, принимавшей решение о зачислении учеников в Невермор. Серебрянка тихо пискнула и замерла, а Садфилия постаралась напустить на себя важный вид и зашагала к зданию академии, высившемуся прямо после широкой дороги. Из-под каблучков заказных туфель в стороны летели мелкие камушки, а светлые волосы Садфилии, заплетённые в хвостик, колыхались за спиной. Вот все эти ребята — и группа девочек в тёмных очках, и та высокая барышня, и те двое мальчишек, по очереди пинающих камень — её потенциальные друзья. Ну или хотя бы хорошие товарищи, как это водится в школах. Когда ранняя пора закончилась с окончанием детского сада, Садфилия всей душой рвалась в школу. Ей хотелось учиться, узнавать новое, получать хорошие оценки и, конечно, подружиться со всеми будущими одноклассниками. В садике у неё было несколько подружек, но их дороги разошлись из-за того, что у Садфилии стали проявляться те же способности, что были у её матери. Подружки ушли в начальную школу в Де-Квине, а Садфилию отправили в Академию Невермор. Правда, с поступлением пришлось подождать из-за неувязки с документами, и девочка целый год прождала дома, сильно скучаа без друзей, и теперь была на год старше одноклассников. Мама была намного искусней Садфилии, да и понимала не только мелких грызунов, но и всяких птичек, котов и собак, в общем, круг её общения составляли не одни лишь крысы да мыши. «А ты пока маленькая. Вот подрастёшь, научишься так же», — успокаивали девочку родители. Теперь она поступала в школу, а из друзей у неё были мама с папой, кузина, приезжавшая в гости не так часто, да крыса Серебрянка. Поэтому Садфилия и возлагала огромные надежды на Невермор. Здешние дети поймут её, ведь все они похожи. Ей было восемь, и она отчаянно хотела завести лучших друзей. — Сама разберёшься? — взволнованно спросила мама, таща за собой рыжий чемодан. — Может, помочь обустроиться? — спросил отец, устроившись с другой стороны от Садфилии, неся за плечами объёмный рюкзак, а в руке — сумку с учебными принадлежностями. — Да я справлюсь, — ответила девочка, опустив взгляд. — Мам, не надо. И тебе тоже не надо, пап. Я сама. — Ну мы всё-таки вещи занесём, а там сама, — согласилась мама, поправив светло-рыжие волосы. — Хотя, может, всё-таки помочь чем-нибудь? — Ну мама! — вскинулась Садфилия, смущённая в край, и кивнула на ребят. — Вон, они без родителей. — А вон та ученица с родителями, — улыбнулась мама, указав взглядом на какую-то маленькую девчушку с двумя хвостиками, крутившуюся около двух взрослых. — Ой, ладно. Ну хорошо, помогите, но только немного, — сразу предупредила Садфилия. — Как скажешь, мышка моя, — согласился отец и потрепал её по голове, взлохматив густые волосы. Комната Садфилии была на втором этаже восточного крыла, компактная, даже маленькая в сравнении с её хоромами в родительском доме. Единственное окно было занавешено плотной тканью, около него стояла тумбочка, на которой лежала стопка книг. — Живописно, — хмыкнул отец, скинув рюкзак с плеч. — Ты же вроде не одна будешь жить а с девочкой какой-то. Как же её звали, Бетти... Бритни? Ох, совсем забыл, но ещё фамилия такая, не здешняя. — Я не Бетти, я Баника, — раздался девичий голос у дверей. Садфилия ойкнула и испуганно обернулась, увидев свою соседку. Та улыбнулась ей, помахала рукой и поправила тёмные очки. — Привет. Ты же Садфилия, да? — Ага... — растерялась та. Баника расправила на плечах чёрный плащ на застёжке, устроилась на своей кровати, расставив руки по обе стороны от себя, и подняла взгляд на Садфилию. — Прикольно. Я тебя уже видела в списках. А это твои родители? Садфилия кивнула. — Здрасьте, миссис и мистер Шедоу. Мама вежливо улыбнулась и кивнула Банике. — А ты мисс... — Кончита. — Говорил же, фамилия не здешняя, — обрадовался отец, хлопнув в ладоши. — Так, солнышко, мы тебе только поможем разложить вещи... Садфилия подняла на маму умоляющий взгляд. Вот первая девочка, с которой она может подружиться, очень не хотелось портить такую возможность. Мама всё поняла. Чмокнув Садфилию в щёку, она распрощалась с дочкой, подхватила мужа под локоть и увела его из комнаты. Оставшись наедине с соседкой, Садфилия поняла на неё взгляд. — Привет, — глупо сказала она. — Привет-привет, — отозвалась Баника, расстёгивая чёрный чемодан. — Ты уже знаешь кого-нибудь? — Не, только тебя. Знаешь, — Садфилия подскочила к девочке и заложила руки за спину, нервно покусывая губы, — давай дружить? Баника подняла брови. Жаль, не было видно её глаз. — Ну, не знаю. Ну давай. Тогда, если ты моя подруга, пообещай, что не будешь открывать это окно, — она кивнула на плотную занавеску, запустив ладошку в короткие каштановые волосы. Садфилия растерялась. — А проветривать как? — Когда меня нет. А то я от солнца болею, — весело ответила Баника, — синяки появляются, кашлять начинаю... Да и вообще, мама говорит, что мне вредно долго смотреть на солнце, здоровье ослабевает. — Хорошо, — кивнула Садфилия. — А давай пойдём на обед вместе? — Давай, — согласилась Баника и улыбнулась. — А кто у тебя там пищит? — А, это Серебрянка, моя мышка. — Прикольно. Люблю мышей.***
1 октября 2012 года.
Закинув учебники в портфель, Садфилия поспешила на урок. Она жутко опаздывала — Серебрянка утром никак не хотела успокаиваться и всё верещала, требуя угощений. А у Садфилии они закончились. Еле уговорив мышь подождать до обеда, она наспех собралась и выскочила в коридор. Баника давно уже отправилась на урок английского, встретившись с кем-то из одноклассниц, Садфилия сама попросила не ждать её, зная что долго провозится. Но всё равно было немножко обидно: девочки сбились в компании, улыбались друг другу и хихикали вместе над чем-то, а Садфилия всегда нарушала их весёлый мир одним своим появлением. То ли она была какая-то неправильная, то ли попросту не смогла найти нужный подход, но её девчата обходили стороной. Подбежав к столпившимся у дверей кабинета ученикам, Садфилия выдохнула, поняв, что урок пока не начался, и затормозила о чью-то спину. — Э! — возмутился этот кто-то и обернулся. — Ты чего дерёшься? — Ой, извини! Я не дерусь, я опаздываю, — виновато пробормотала она. Мальчик нахмурился, сдвинув тёмные брови, и вздёрнул подбородок. — Ага, опаздывает она... Я виноват что ли? Врезайся не в меня, а вон в кого-нибудь другого. Ещё раз извинившись, Садфилия протиснулась через толпу ребят, чтобы оказаться поближе к знакомым. Девочки шушукались, забавно морща носы от тихого смеха. — Привет! — громко воскликнула Садфилия и широко улыбнулась им. Девочки умолкли и покосились на неё. — Привет, — ответила Бинди, высокая девочка с объёмной шапкой, закрывавшей всю голову. Посмотрев на Садфилию пару секунд, она отвернулась и снова что-то зашептала на ухо подружке. Садфилия похлопала глазами, пытаясь проглотить горькую обиду, но всё равно сделалось досадно, будто её обманули. Никто ничего не обещал, никто не был ей ничего должен. Но от того, что все надежды, которые Садфилия строила целое лето, рухнули в первый же месяц, возникло ощущение, что ей дали под дых. И следом наотмашь ударили по лицу, не дав оклематься. — Ой, кстати, а ты можешь следить за своей мышью? — попросила смуглая Мэл, резко повернувшись, от чего чёрные хвостики взметнулись в воздух и хлестнули Садфилию по щеке. — Я вчера нашла её на своём ковре. Нам с Дианой это не очень понравилось, — искренне сказала она, широко раскрывая щербатый рот. Диана согласно закивала. — Мышь ещё мою тетрадку погрызла, — пожаловалась она и едва не расплакалась тут же. — А она краси-ивая была, моя любимая. — А, да, конечно, — вежливо ответила Садфилия, стискивая в руках портфель. — Я буду следить за Серебрянкой, простите, пожалуйста. Вежливость к остальным — залог хорошего отношения к тебе. Так учили родители, и у них всё работало прекрасно. А вот у Садфилии что-то дало сбой, никак не получалось обменять её вежливость на дружбу остальных. К кабинету подошёл молодой учитель и попросил ребят разойтись, чтобы открыть дверь. — Заходите по очереди! — крикнул он, увидев, что первоклассники разом ломанулись внутрь. Девочки быстро вошли в класс, оставив Садфилию позади, где-то в последних рядах. А она побоялась протиснуться следом за ними, подумав, что расталкивать остальных будет невежливым.***
24 декабря 2012 года, штат Арканзас, Де-Квин.
Мама готовила индейку, чтобы запечь её целиком, и напевала под нос любимую мелодию, а отец развешивал по комнате гирлянды. Садфилия помогала ему, чувствуя немного забытое ощущение единения. Она приехала на каникулы в родной город ещё накануне вечером, но всю дорогу провела в машине и так устала, что сразу завалилась спать в собственной комнате на чердаке, даже забыв покормить Серебрянку. Хорошо, что мама позаботилась об этом, и наутро Садфилия обнаружила в клетке довольную мышку, наполовину полную поилку и несколько зёрен корма, оставшихся со вчера. А встав, девочка сразу вспомнила, что скоро Рождество. Украшать дом вместе с родителями она неимоверно любила, казалось, будто невидимая нить тянется через их души, связывая всех троих. — А как у тебя с природоведением? — поинтересовалась мама, варганя соус для запекания. — Хорошо, иногда даже отлично, — похвасталась Садфилия, обернувшись. — Ма, а когда бабушка с дедом приедут? — Да скоро уже должны быть. Звонили недавно, говорят, в пробку попали. Эх... — А Ева будет? — с надеждой спросила девочка, ожидавшая встречи с кузиной ещё с лета. — Будет-будет, куда она денется, — усмехнулась мама. — Августа писала полчаса назад, что они на въезде в город. Минут через пятнадцать будут, если там дороги не сильно замело. Отец закрепил гирлянду на гвозде и обернулся. — Иза, а Аддамсы тебе не писали? — Да нет, Мортише, наверное, некогда уж, двое детей. Старшей скоро в школу идти, представляю, сколько мороки. Да и после выпуска из Невермора нас теперь разделяют две тысячи километров. Навострив уши, Садфилия стала ждать, что мама скажет что-нибудь ещё, но та молчала. — Мам, а Аддамсы это те, которые к нам приезжали? — Ты помнишь? — удивилась мама. — Совсем же маленькая была, тебе тогда пять только исполнилось. — Я чуть-чуть помню, — ответила Садфилия, сосредоточенно вешая игрушечную снежинку над камином. — Ещё девочку помню и мальчика маленького. — Ага, Венсдей и Пагсли, — усмехнулся отец. — Пагсли забавный ребятёнок, а Венсдей девочка... Своеобразная. — А вы с Аддамсами дружите? — полюбопытствовала Садфилия, уставившись на маму. — Дружили когда-то. Сейчас у нас вежливая переписка, — улыбнулась та. Когда раздался звонок в дверь, мысли Садфилии были заняты воспоминаниями о дне, когда семья Аддамс приезжала к ним в гости, и мыслями о девочке в чёрном и забавном мальчике.
