Чёрные ромашки, белые мыши

2 марта 2020 года, г. Шелдон.

      Хвост вилял из стороны в сторону, как у любопытного щенка, а рыжеватая шерсть, отливавшая каким-то ржавым цветом, встопорщилась. Лёжа на полу, Китти читала «Робинзона Крузо» и не замечала, что хвост живёт собственной жизнью. А от двери по полу полз холодный воздух.       — Китти, дорогая, пригладь шёрстку, — попросила мама, — а то похожа на дворового щенка. И лучше укутайся, а то опять заболеешь.       — Ой… Сейчас! — воскликнула девочка и подорвалась на ноги.       Подхватив с кресла свитер, Китти оделась в его, потом порылась в комоде и натянула шерстяные носки. Они были кривые, с поехавшим узором, зато связанные собственноручно. Единственный талант, что был у Китти — умение обращаться со спицами.       Мама Китти, Салли Чарле, была родом из старой, как сами Штаты, семьи оборотней. Отец Китти тоже был оборотнем, но безродным — он вырос в Бруклинском приюте и сам не знал о своей сущности, пока не обратился. Китти очень любила слушать, как они с мамой познакомились, потому что ей казалось, что романтичнее истории на свете нет. Салли в пору своей юности любила путешествовать, а состояние семьи Чарле позволяло ей когда угодно отправиться в любой из штатов. Вот она закончила старший курс Невермора, взяла перерыв в учёбе и отправилась, решив начать с самых южных, так и добралась до Нью-Йорка. Гулять по ночным городам Салли невероятно любила, особенно глазеть на звёздное небо с луной, так она и наткнулась на Ларри, не понимавшего, что с ним такое творится. Оборотней, как оказалось, Бруклинский приют не особенно жаловал, а потому, когда встал вопрос о безопасности остальных ребят, Ларри пришлось распрощаться со старым домом и отправиться искать счастья где-нибудь ещё. Счастье свалилось ему на голову довольно быстро, спустя пару недель бродяжничества. «Ровно в полночь и пять минут!» — в один голос восклицали родители и хлопали в ладоши с восторженными улыбками. Кажется, это была их любимая часть. А Китти с любопытством глазела на них и в который раз слушала, виляя хвостом.       Салли в юности была барышней в равной степени как напористой, так и сердобольной. Как только она увидела мальчишку, ныкавшегося по тёмным переулкам, так сразу стало интересно — а что случилось-то? Она всё пыталась разговорить его, но самым главным аргументом было: «Давай я хоть поесть тебе куплю». Наверное, думала Китти, после этого дорогой папуля был весь её. Слово за слово, под быстрое чавканье Ларри, они разговорились. Ларри даже скрывать ничего не стал, мол, так и так, я превращаюсь в какое-то страшилище. На радостях, что в их полку прибавилось, Салли едва не кинулась его обнимать. Потом всё же успокоилась и объяснила, что она-то тоже оборотень. Идти Ларри было особо некуда, поэтому на взбалмошное предложение Салли покинуть Бруклин вместе с ней он быстро согласился, заранее поинтересовавшись, а не возьмёт ли она с него потом плату. Салли, конечно, ничего брать не стала бы, пообещала, что все расходы с неё и её богатых и горячо любимых родителей.       А пять лет спустя молодая пара переехала в новенький дом в Шелдоне. Свадьбу сыграли громкую и яркую, Салли, кажется, никогда столько родственников не видела. Её отец сначала относился к Ларри с настороженностью и нехорошо смотрел на него, а со временем как-то свыкся, даже помог обучиться на шофёра, а потом и найти работу. Ларри и Салли (они очень радовались созвучности имён) жили душа в душу, ухаживали за небольшим садиком и думали, не завести ли котёнка или щенка. А через два года в маленькой семье Чарле, живущей в Шелдоне, родилась дочка. Красивая, рыжая, как Ларри, и с голубыми глазёнками, отливавшими серым. Назвать её решили Кэтрин, в честь прабабушки Салли, а ласково мама всегда звала девочку Китти.       — Кто сегодня приедет и привезёт подарки? Дед Говард приедет, — довольно приговаривала Салли, баюкая дочку и гладя её пальцем по круглым щекам. Китти морщилась и жадно взглядом следила за её рукой. а вечером ей предстояла встреча с дедом.       Тот уже постарел и поседел, но стати своей не потерял. При виде маленькой внучки Говард просто растаял, Салли и Ларри не ожидали от него такой нежности. Говард, казалось, позабыл про всё остальное и с восторгом глядел на маленькую Китти.       — Ну всё, отдай, ты её затискаешь, — сказала Салли, протянув руки. — Пап, это вообще-то мой ребёнок.       — И моя внучка, — едва ли не промурлыкал он, легонько тыкая Китти в нос. Ту это жутко веселило, девочка таращила глаза и хихикала, пытаясь словить палец деда. — Ой, какая славная.       Китти, как и все маленькие оборотни, в детстве не проявляла никаких характерных черт. Разве что вдруг принималась рычать на бабочек и воробьёв, но потом ахала и пряталась за материнскую ногу, когда те взлетали. Но потом вдруг, что было совершенно неожиданно и не особо привычно для оборотней, у неё вырос хвост. Маленький, медно-рыжий, как кудрявые волосы Китти, и лохматый. Родители Салли разводили руками, мол, бывает. Редко, но бывает. Не мешает же ничем?       Сама Китти от хвоста пришла в большой восторг. Ей было пять, и она кружилась за ним, как настоящая собака, даже пыталась зубами ухватить. Благо, учиться ей предстояло в Неверморе. И в семь лет Китти, проживавшая в Шелдоне округа Вайоминг, смело шагнула на порог академии.       Сейчас ей уже было тринадцать, и, к своему сожалению, Китти умудрилась заболеть. Пришлось вернуться домой в разгар учебного семестра и лечиться. За неделю сильный кашель прошёл, да и температура спала, но в Невермор родители пока отпускать не хотели. «Ты и так там почти весь год, дай хоть на тебя полюбоваться», — говорила мама, охватывала ладонями её лицо и шумно чмокала в лоб. Китти морщилась и улыбалась, а хвост радостно вилял.       В Неверморе её считали настоящей собакой — пока маленькой, неказистой и вечно лохматой, но зато с хвостом и острыми клыками по бокам. Хотя все вокруг звали её Китти. Наверное, шутки ради, но ей это даже нравилось. Китти и впрямь ощущала себя котёнком. Для собаки она, кажется, была слишком тихой и чересчур любила возиться с клубками. Щенки ведь так не делают, зато котята ещё как. Вязать до сих пор получалось не очень красиво и ровно, но Китти это приводило в восторг. Она любила смотреть за тем, как обычная нить со временем превращается в готовый шарф, носок или даже свитер. До свитеров, правда, дело пока не дошло, но процесс уже пошёл — где-то в корзинке лежал связанный рукав.       Устроившись в кресле, Китти подтянула к себе ноги и продолжила читать. Кончик хвоста вынырнул из-за спины, пальцы ухватили его и стали гладить жёсткую шерсть.       — Ма-а, а я же скоро вернусь в Невермор?       — Скоро-скоро, — пообещала мама. — Только сначала поправься.       Китти кивнула и перевернула страницу. В Невермор ей хотелось поехать как можно скорее. Там её ждали друзья: Энид, Аякс, несколько девочек из её класса и странный, но довольно милый мальчик Юджин.