Птицы тоже разбиваются

– Юнги, ты меня слышишь? – Техён дёргал меня за плечо, когда увидел, что я задумался и перестал отвечать на его вопросы. – Может тебе уже достаточно? – Слышу-слышу, что ты спрашивал? – Я говорю, чего ты так насупился? Юнги, прости, но ты утром будешь жалеть о содеянном, я не хочу травмировать твою психику ещё больше. Давай будем закругляться и ложиться спать. Я выпил две баночки пива и уже был готов на подвиги, однако меня постоянно останавливает психолог. Техён встал и начал убирать со стола, я схватил его за руку и притянул к себе. – Ну блин, Техён, ну поцелуй меня. Тебе сложно что ли? Ты же делал это уже. Почему ты такой жестокий? – я пытался дотянуться до его губ, но он меня отталкивает. – Юнги, ты пьяный, – констатировал факт младший, – завтра будешь жалеть об этом. – Не буду, – он смешно надул губы и немного отодвинулся, поняв, что ничего не добьется, – почему меня никто не любит? *** – Пойдем пить пиво и лечиться? – Техён домывал последнюю тарелку после ужина и повернулся ко мне. Выпить я хотел, а вот лечиться не очень. А он точно психолог? Странные у него методы. В принципе все странно. Я никак не пойму логику моего лечения, почему я живу у него дома, почему мы спим постоянно вместе? Почему он всегда рядом? Вообще, что происходит у него в голове? А вдруг он не психолог, а серийный маньяк и хочет меня изнасиловать? Боже, какие мысли лезут ко мне в голову. Будь бы оно так, стал бы он столько стараться для этого. Как-то не логично получается. – Конечно пойдем. Ну а что? Я люблю выпить, ещё и на халяву. Тем более, что, когда я пьян, то меньше себя накручиваю. А все свои переживания о том, что Техён возможно маньяк, оставлю на потом. Мы устроились перед телевизором, опять включили какую-то дораму. Иронично, она про маньяка. Мда. Так отставить панику. Все хорошо. Техён протянул мне первую баночку пива и стукнул о ней своей. – Ну что ж, за всё хорошее? – он поднял руку вверх и улыбнулся, глядя на меня. – Д-да, за счастье, – ответил ему я и сделал первый глоток. Пиво растеклось в моем организме, успокаивая мои нервы. – Ну что ж, а теперь рассказывай, что на самом деле тебе тогда снилось и о каких снах говорил Чимин? Блииин, я так надеялся, что он не спросит об этом. Я нервно ещё раз глотнул пиво. – Я же рассказал тот сон. И никакие мне не снятся сны. – Юнги, во-первых, я знаю, что тебе постоянно снятся кошмары. Во-вторых, когда ты рассказывал сон в больнице, то ты сказал не все, так как в какой-то момент ты перестал смотреть на Чимина и перевел взгляд влево. А это значит, что ты либо врал, либо что-то недоговаривал. Но ты не врал – значит второе. А, кстати, Чимин ещё сказал, чтобы ты перестал винить себя во всем, рассказывай, в чем ещё ты себя винишь. Я испугался, это было неожиданно. Обычно он задавал простые вопросы, по типу, как себя чувствую, что мне снилось, что у меня за семья, как ко мне они относились, почему я не люблю людей и т д. Я испугался и, чтобы чуть посмелеть, выпил залпом полбанки пива. – Эй, ты куда, ты же сейчас напьёшься, – Техён дёрнулся и вырвал пиво у меня из рук. Смысла что-то скрывать нет. Мы же же все равно всё умрем. И когда-то эта история закончится, так есть тогда смысл чего-то боятся? Нет ничего вечного в этом мире. Моё лечение закончится, и он забудет обо мне. Рано или поздно все закончится. Я тоже когда-нибудь закончусь, пропаду из этого мира. И Чимин...тоже умрет. Нет, он же не умрет, он не.... Опять. Все снова. Меня затрясло, я вспомнил тот сон. Опять перед глазами тот Чимин весь в крови. Опять. Опять у меня слезы на глазах, опять меня трясет. Опять тот мороз, опять мне холодно. Ну когда же я перестану так сходить с ума... Когда же.. Тепло. Я открыл глаза, видимо, снова задумался. Меня обнимал Техён. Крепко сжимая в объятиях и гладил по спине. – Юнги, все в порядке. Если тебе так больно вспоминать тот сон, можешь не говорить. В его голосе было столько переживаний, он все крепче и крепче сжимал меня. – Тот сон... – начал я, – когда я подбежал, то увидел себя на снегу, я был весь в крови, тело начало умирать. А потом резко пропал ветер и снег, я увидел Чимина, он был... был, – меня опять начала накрывать паника, слезы опять хлынули из глаз. Техён по-прежнему обнимал меня, но я не видел его лица, не видел его реакцию, – у него были порезаны руки, мне стало плохо. Я не знал, что мне делать. А ведь он... ведь он это видел все наяву, он... все это видел вживую. Он... он. Я так перед ним виноват, я его заставил так переживать, я же его так подвёл. Техён, это я виноват, я сделал ему больно. Я отодвинул от себя психолога и посмотрел ему в глаза, он плакал, он тоже плакал. – Понимаешь, он столько для меня значит, а я так с ним поступил, я такая сволочь. Я ударил его кулаком в грудь, а он сгреб обратно в объятия. Я бился в истерике, а он терпел боль и все также успокаивал меня. Я опять отодвинулся и ещё выпил пива. И тут моя голова поплыла. Я начал нести все, что придет в мою пьяную голову, почему я так быстро пьянею. – Юнги, все в порядке. Он жив, он простил тебя. Все хоро... – Нет, не хорошо!!! Он такой хороший, он не заслуживает столько страдать! – А ты заслуживаешь?! – Техён резко развернул меня к себе, у него в глазах столько печали и.. ярости? – Да, заслуживаю!!! – я уже перешёл на крик, – Я постоянно во всем виноват! Я не добился чего хотела мать, меня не любил отец, потому что я не был достаточно хорош. Кто будет любить такого бездарного сына, кто будет любить того, кто все делал не так, как хотели другие? – слезы, опять слезы. – я виноват, что у дяди проблемы были. Не надо было сопротивляться, он же взрослый, лучше знает. Это я его соблазнил, не надо было говорить маме. Тогда бы никто не страдал. Лучше бы я не рождался, лучше бы меня не было.. я всегда все порчу, я во всем виноват. Надо было всё всегда всем позволять, меня бы тогда любили, тогда я был бы кому-то нужен. А сейчас что? А сейчас я один, – я посмотрел ему в глаза, в них столько негодования и злости, – Понимаешь, я один??? Вот и ты сейчас смотришь на меня со злостью, я тоже тебя подведу!! – Юнги, очнись!!! Ты не подведешь меня. Ты никому ничего не должен, понимаешь? Ты был ребенком, родители не должны что-то от тебя ждать, чтобы любить тебя. Перестань вбивать себе в голову, что это все из-за тебя, – Техён также повысил голос, – а твой дядя, это он виноват. Ты его соблазнил, серьезно? Надо было не сопротивляться, ты серьезно? Он же педофил!!! Я уставился на него и перестал моргать. Я знаю, что он прав, но... – Понимаешь, Юнги, – его тон стал мягче, – чтобы тебя кто-то любил, не обязательно этому человеку постоянно все уступать. Для любви не должна быть определенная причина. Если ты всегда приносишь человеку лишь выгоду в чем-то, разве это любовь? Тобой же просто тогда пользуются. Чимин же тебя любит не потому что ты ему даёшь деньги, или делаешь за него работу. Ты же этого не делаешь, но это не останавливает его общаться с тобой. Ты же тоже любишь Чимина, есть причина?? Техён уставился на меня, ожидая ответа. Я не знаю, что на это сказать. Я люблю Чимина, потому что он... доброй, хороший, честный, красивый. Нет, не то. Я его люблю потому что... – Нет, причины нет, – я сдался, – я благодарен ему, лишь потому что он есть в моей жизни. – Вот видишь, причины нет. Также и для Чимина, он тоже так думает. Мы замолчали и продолжили пить. Каждый задумался о своем. Он конечно прав, но все же, неужели все так просто, как он говорит. Если оно так, то как мне выбросить из головы все, что со мной происходило. Почему я решил свести счеты с жизнью? В чем тогда была причина? Я просто устал быть один, я был кому-то нужен? Я же прсто хотел перестать доставлять кому-либо проблем, хотел, чтобы всем стало легче. Я же постоянно мешал всем. Чимину постоянно приходилось меня утешать и следить за мной. Мать так и не добилась чего хотела, отцу я постоянно перечил, постоянно портил ему настроение, за что и получал от него. Я портил ему настроение только лишь своим существованием, а если бы меня не было? Стало бы другим легче без меня? Я бывал в больших компаниях, но не чувствовал себя ее частью. Было ощущение, что я в многолюдном шумном зале, в тишине... абсолютно один, на меня направлен свет и все смотрят только на меня, но всем все равно и никто не обращает на меня внимание. Это странное объяснение, но я не знаю, как по-другому это описать. Я всегда чувствовал себя одиноким, сколько бы людей ни было рядом. Я размышлял и пил. Когда банка опустела, я потянулся за другой и заметил, что Техёна нет. Когда он ушёл? Почему я не заметил? Через время я успокоился, ну или алкоголь так помогает справиться с нервами, но мне стало легче. Я уставился на экран. Там уже крутили другую дораму. Смотрел, медленно потягивая пиво. " – Луна сегодня красивая, правда? – Луна? Но ее же сегодня не видно. – Ты так и не поняла, – парень нахмурился, схватил девушку за талию и поцеловала ее, – я люблю тебя, это значит." В этот момент в зал вошёл психолог. Я выпил уже пол второй банки. – Техён? – Мм? – Будешь моей луной? – я уставился в ожидании ответа. Мой взгляд уже был затуманен, но я видел смятение и ступор в его глазах. – Прости, что? – Техён уставился на меня, будто я нес полную чушь. Ну может быть чушь, но мне простительно. – Будешь моей луной? – повторил я и притянул его за руку к себе, – Техён поцелуй меня, пожалуйста. Я смотрел ему прямо в глаза, прося обсурдные вещи. Может я ему ненавистен? Я опять все порчу? Но моя пьяная голова трактует эти мысли. Я хочу, чтобы меня кто-то любил, хочу почувствовать это тепло. А что я? Умею ли я любить? Что лучше – любить или быть любимым? Какого жить с человеком, который тебя любит, а он тебе безразличен. Какого это сходить с ума от безответственной любви? Какого это? Я все ещё держу его за руку и смотрю в глаза, думая о своем. Он хороший, он нравится мне как человек, а смог бы я кого-то полюбить искренне и без остатка, кроме Чимина. Или же я перепутал благодарность за присутствие в своей жизни и помощь, с любовью? Может я не любил его по-настоящему? А смог бы я полюбить, к примеру, Техёна? *** – Если я тебя поцелую, ты пойдешь спать? – Техён сдается первым. Юнги все ещё крепко держит того за руку, хотя младший даже не собирался вырывать ее. – Да, но ты же будешь со мной спать и держать меня за руку? – Мин посмотрел на него щенячьими глазками. – Я приду позже, когда уберу со стола. – Хорошо, а теперь поцелуй. Ты обещал. Техён освободил свою руку из хватки, помогая второй. Юнги немного насупился и хотел было возмутиться, но младший обхватил его лицо руками и прильнул своими губами к губам Юнги. Он ничего не делал, лишь прикоснулся и все. Они провели в таком положении секунд десять. Техён отодвинулся и заглянул в глаза старшему. – Теперь доволен? Пойдешь спать? Нет, не доволен. Не хочу теперь спать. Он же это сделал, лишь для того, чтобы я пошел спать? Юнги кивнул. Встал около Техён и толкнул его на диван, усаживаясь сверху. – Юнги, ты чего?? Не делай того, о чем ты будешь жа... Он не успел договорить, как Юнги впился в его губы своими. Он целовал напористо, заставляя младшего открыть рот. Техён не поддавался и пытался отодвинуть старшего. – Юнги, что случилось? – наконец справившись, спросил. – Я хочу поцелуй. Нормальный. Я хочу целовать тебя. – Ты же понимаешь, что можешь пожалеть утром? – Не пожалею. – Ты уверен? – Техён смотрел не него, не понимая совершенно ситуацию. – Уверен. Юнги начал ёрзать у него на коленях. – Неужели я настолько тебе противен, – Юнги все также тоскливым взглядом смотрел на него. – Ты мне совсем не противен. Хорошо, – он опять сдается, – только один поцелуй и мы идём спать, согласен? Кивок. Юнги снова прильнул к губам младшего, но в этот раз не напирал, а ждал, пока тот сам ответит. Техён первый начал действовать, углубляя поцелуй и проникая языком в чужой рот. Он обвел одной рукой его талию, а вторую положил на голову, не давая Юнги отодвинуться. Он целовал его напористо, но мягко. Сминая его губы и засовывая язык, переплетая с языком Юнги. Старший по-прежнему ерзал на коленях, вызывая дикое желание разложить его прямо здесь и жёстко трахнуть, но нельзя, нужно держать себя в руках. С каждой секундой Техён все напористее и глубже целовал Юнги, подчиняя его себе. Юнги не был против такого контроля, и также отвечал на поцелуй. – Мм-мх... Стоп. Что это было? Техён в шоке отстранился от старшего. Юнги. только. что. простонал. ему. в. губы. – Почему ты остановился? – старший недовольно смотрел на него, но взгляд был затуманен и похотлив. – Всё, этого достаточно. Иди ложись спать, – он пытался снять его со своих коленей. – Но тебе же нравится, я же чувствую. – Мин опять поерзал на коленях, точнее на паху младшего. – Юнги, ты пьяный. Продолжения не будет, тебе нужно идти спать. Я не собираюсь ничего с тобой делать, пока ты пьян. – Но тебе же нравится, – он все ещё обиженно смотрел в глаза, – подожди, то есть, если я буду трезв, то мы... – Всё, Юнги, иди спать, – перебил его Техён и снял наконец с колен, – иди в душ и спать. Я приберусь здесь и скоро приду к тебе. Юнги надулся, но все же поплелся в душ. – Черт, черт, черт!!! – возмущался Техён, убирая со стола, – что я делаю, как я мог? Я почти изнасиловал его. Надо как-то этот вопрос решать. А то я точно скоро не сдержусь. Прибрав все со стола (тяжеловато это делать со стояком, конечно, но справился), он тоже принял душ и направился к Юнги в комнату. Тот мирно спал. Аккуратно примостившись с краю, взял Мина за руку. – Ты пришёл? – сонно пробурчал тот, и стянул Техёна к себе, заставляя лечь. Заботливо накрыл одеялком и улёгся тому на грудь, обнимая, – хочу, чтобы мне приснился ты в.... Техён, обнял того в ответ и поглаживал рукой по голове. Пьяные же выдают то, что у них на уме? Что, если Юнги влюбляется в него? Этого нельзя допустить, это неправильно. Надо что-то с этим решать. Он не тот, кто нужен Юнги. Он путает любовь с привязанностью. Он просто запутался. Ему не хватает заботы и тепла, вот он льнет к тому, кто хоть каплю этого проявит. Техён ещё минут пятнадцать раздумывал над этим вопросом, не заметив, как уснул, так и не найдя решение. Может и не стоит ничего предпринимать? Может ему это все кажется? Просто Юнги пьян, завтра все образумится.