Хоббит. Пустошь Сердец

Глава 16

      Родные края плыли по круговерти тихого сознания, блестя разноцветными флигелями, стуча чисто вымытой глиняной посудой, гудя сотней знакомых голосов. Фили сидел на высоком мшистом камне, что-то увлеченно записывая в потрепанную приключениями книжицу. На лице гнома переливались яркими красками множество разных эмоций. Он то задумчиво грыз карандаш, то, упиваясь только что придуманной строфой, яростно набрасывался на бумагу, стремясь заполнить тусклые пустые места расписными черными нотками букв. Он распустил косички, и теперь пшеничные копны волос свободно разлетелись, но его плечам пышным причесанным веером. -Как успехи? - Эйва аккуратно села рядом, нежно улыбнувшись, -Уже написал что-нибудь? Гном неопределённо повел плечами. -Рифмы по приходят на ум, то нет, -он вдумчиво заглянул в ее глаза, смешав синеву их радужек, -Другое дело, когда ты рядом. Думаю, что сейчас все пойдет, как надо. Эйва промолчала. Она пододвинулась ближе, и осторожно переплела свои пальцы с его. Фили приобнял ее за плечи, и она с тихим вздохом опустила голову на его плечо. Вот бы остаться так навечно…Сейчас, наконец, она четко почувствовала, что делает все правильно. Что так и должно быть. -Какое небо сегодня красивое, -мечтательно проговорил гномий принц, -Звезды так ярко светят…       Эйва подняла затуманенный умиротворением взгляд на небо. По темному полотну были разбросаны тысячи искрящихся крошек, въевшихся в ткань навсегда, оставляя вокруг себя ореолы гало. И одна из них светила ярче всего, отражая прекрасный холодный свет в глаза залюбовавшегося наблюдателя. Однако, почему-то, в этот раз при взгляде на нее у девушки появились лишь неприятные ощущения. Будто что-то печальное произошло под светом этой звезды, какие-то давние события, вспомнить которые она, увы, не могла, как бы ни пыталась напрячь разъехавшийся во все стороны мягкой патокой разум. И, будто в унисон ее мыслям, прозвучал восхищенный голос Фили: -Смотри, какая красивая звезда…, -в его глазах играли блики, гном смотрел прямо на так встревожившее Эйву светило, -Я бы посвятил ей отдельный стих. Такая красивая, но такая недосягаемая…, -он блаженно прикрыл глаза.       Девушка вздрогнула, будто от пощечины. -Звезда, как звезда. Да, большая, но, должно быть, очень холодная. Единственная ледяная звезда на небосводе, -нахмурилась она.       Фили перевел на нее восторженный взгляд, однако на этот раз его такое родное, такое безмятежное доселе лицо сверкнуло внезапным укором. -Не суди по наружности, любовь моя. Да, пусть Сириус и светит холодным светом, однако это лишь от того, что внутри эта звезда кипит от высочайших температур, раскаляясь добела. Сириус. Имя влилось в уши резкой трелью, и начало ритмично стучать по черепной коробке. -Сириус, Сириус, -внезапно начал повторять гном, -Сириус. -Ах, замолчи, перестань, -Эйва в отчаянии зажала ищи руками, отшатнувшись от спятившего принца. Но и через крупную преграду ладоней все пробивалось это имя, набатом бьющее по голове. Сириус. Сириус. -Фили, Фили! - начала кричать девушка, в надежде заглушить пронзительный стук, -Фили! -Сириус, -упрямо повторял гном. Он вытянулся, смотря прямо перед собой внезапно опустевшими глазами. -Нет! Нет! - Эйва начала биться в конвульсиях. Перед глазами потемнело, ее начала засасывать темнота, из самых глубин которой в ореоле адского пламени раздавался чей-то хриплый смех. И вот, когда, казалось, что испуганное сознание вот-вот покинет ее бренное тело, девушка проснулась, дрожа и истекая холодным потом.       В дверь стучали. Стучали настойчиво, громко, бив по голове с четким намерением разбудить. -К-кто там? - крикнула Эйва, заставив себя пересилить стук зубов. Во сне она, судя по всему, стянула с себя часть одеял, и теперь тряслась от волн холода, проходящих по всему телу. -Это всего лишь я, -робко донеслось из-за тонкой двери, -Эйлион. Командующий Эрлин приказал разбудить вас…то есть, тебя, и… - юноша испуганно вздрогнул, когда Эйва радостной птахой выпорхнула из комнаты, -В общем, король ждет… - он застенчиво замялся. -Эйлион! - девушка не сдержалась, и порывисто обняла его — это милое спасение от ужасного кошмара, -Как же я рада тебя видеть! Где ты пропадал? Я искала тебя среди всей этой бесконечной вереницы воинов, и не нашла…       И, главное, как Эрлин замечательно придумал - прислать именно этого эльфа, дабы скрасить грустное настроение принцессы… -Ну, а я тебя видел, - признался эльф, радостно улыбнувшись, -Ты раз проехала мимо меня с командующим Эрлином. -Ну, в любом случае… - девушка вывернулась из чересчур затянувшихся любезностей, -Я рада, что ты здесь.       Какое-то время оба молчали, глупо улыбаясь, и разглядывая друг друга. Пусть Эйлион этого и не показывал, успешно пряча радость за привычной пеленой кротости, но он был немерено рад очередной встрече. Эта девушка пробудила в нем ранее неизвестные чувства, и лишь рядом с ней он чувствовал себя в безопасности, и уюте.       Однако, как бы не сильно было желание провести время вместе с новоявленной подругой, некоторые государственные дела не требовали отлагательств. -Эйва, -Эйлион враз посерьезнел, -Боюсь, что нам все же пора. Думаю, что не следует заставлять короля ждать. К тому же, - эльф вдруг заговорщицки подмигнул, -Мне велели передать вам, что к вам кое-кто прибыл. Кое кто, для вас важный.       Важный? Надежда и живой интерес всколыхнулись в девушке искрящейся вуалью - А вот это уже интересно. -Что же, тогда, в самом деле, не стоит задерживать Его Величество, -задорно усмехнулась Эйва, -Идем же!

***

      Полы Главного Шатра мягко колыхались на легком морозном бризе. Уютный свет факелов, ответственно разгонявших серые сумерки, отражался бликами на серьезных лицах воинов, окруживших периметр этой громоздкой конструкции. Из-под открытых пологов сочились теплые ароматы запеченного картофеля, свеже нарезанных овощей, выгодно перекликаясь с нотками пряного чая и красного вина, и запахом жареного мяса - и, правда, не только эльфийской компанией ужинать будут, в конце-то концов. Из-за легких, тканевых стенок доносились приглушенные разговоры, манящие поскорее зайти внутрь, и запихнуть свой любопытный нос во все сплетни важного, государственного разлива. Серп молодой луны застенчиво выглядывал из-за мутных облаков, загадочно освещая притихший город. -Вот и все, -проговорил Эйлион, подведя Эйву к самому входу.       Девушка невольно вздрогнула: педантично молчавший всю дорогу юноша-на-важном-задании вдруг так резко подвел итог их «прогулки» по таинственным мощеным улочкам города N, что стало даже до одури неловко. -Да, спасибо, -она даже слишком неловко заправила выбившуюся прядь волнистых волос за ухо.       После, ласково распрощавшись со спешившим по необыкновенной срочности делам, как выразился смущенный Эйлион, Эйва еще какое-то время постояла, вдыхая свежий ночной воздух, и собираясь с мыслями. О Эру, как же ей не хотелось идти на этот ужин, сулящий полные ненависти и коварства реплики Трандуила, сочувствующие взгляды Эрлина, незаметно выглядывающего из-за полога, дабы удостовериться, что все в порядке, и что ни одна достопочтенная персона не почувствовала необходимость в скорой защите. И еще этот загадочный гость…как показал опыт прошедших месяцев, все тайное к добру не приводит, ну, по красней мере, ее. Поскорее бы закончились все эти приторные формальности наигранного гостеприимства, и пришел черед заветного разговора с Бардом… -Очень надеюсь, что Эрлин не подведет, -скрестила пальцы за спиной Эйва, -Другого шанса у меня не будет.       Однако, как говорится, чтобы что-то побыстрее закончилось, надо это что-то побыстрее начать. А девушка все не заходила внутрь, медля, ожидая чуда, что избавит ее от последующего пренеприятнейшего часа. И долгожданное волшебство пришло, только вот подействовало оно, так сказать, обратным способом, а именно с прямо-таки сверхъестественной силой подтолкнуло вперед обезумевшую от радости Эйву: конечно, еще и не так подскочишь, когда услышишь знакомый и любимый баритон, мягко рокочущий сквозь тонкие стенки шатра. -Гэндальф! - завопила девушка, и, лихо пробежав прямо мимо вздрогнувших от неожиданности стражей и обескураженного подобной выходкой Трандуила, в этот момент готовящегося произнести очередную речь, картинно держа в руке позолоченный бокал, исподтишка любуясь переливами бликов от факела на его стенках, и влетела прямо в объятия хохочущего в длинную бороду волшебника, -Ты пришел! -Ох, Эйва, Эйва, солнечное ты мое дитя, -ласково произнес Гэндальф, широким жестом потрепав принцессу Двух Держав по взлохмаченной макушке, -И ты тут. -Я так, так скучала, -глухо лопотала Эйва куда-то в район плеча мага, -О Эру всемогущий! -Я тоже скучал, -улыбнулся Гэндальф. Он перевел счастливый взгляд на стоящего в немом ступоре лесного короля, -Ну, все, все, -волшебник предпринял напрасные попытки вывернуться из крепкой хватки девушки, - Этак ты меня задушишь. -Ох, прости, -неловко отстранилась Эйва. Она вдруг резко переменилась в лице, отчего взгляд ее стал чуть ли не суровым. -Гэндальф, -она серьезно глянула из-под густых черных ресниц, -Ты…ты догадывался, -слегка помедлила, а потом решительно подвела неутешительный итог, заметив промелькнувшую в глазах майа горесть, -Нет, ты знал. -Эйва…, -тяжело вздохнул волшебник, - я… -Ты знал, мою истинную сущность, и не рассказал мне, -мимолетная неуемная радость от прибытия доброго наставника сменилась искренней печалью и гложущим душу отчаянием. Гэндальф, во многом заменивший ей отца, всю ее жизнь скрывал правду, пряча в скучном, и оттого надежном Шире, -А потом ты еще и оставил меня, и гномов одних около Лихолесья. Мы сошли с тропы, и заблудились, на нас накинулись пауки, и…эльфы…, -девушка резко замолчала, кинув осторожный взгляд на Трандуила, который, к слову, уже оправился от первичного шока, и теперь лишь рассерженно и нетерпеливо хмурился. -Мне жаль, очень жаль, -проговорил маг. Он проницательно смотрел в глаза девушки, было видно, что ее слова потрясли его до глубины души, -Я…не думал, что вы сойдете с тропы…но, я просто обязан был это предвидеть. Мне очень жаль, -он слегка склонил голову, -Уверяю, лишь обстоятельства чрезвычайной важности могли заставить меня покинуть вас на столь трудном участке пути. Я, собственно, поэтому и пришел сюда. Боюсь, что у меня очень плохие новости, -он посмотрел на притихшего и ударившегося в слух лесного эльфа рядом, -но об этом после трапезы. Что касается твоей тайны… Видишь ли, не моей виной было сокрытие от тебя всего. Двадцать лет назад твоя мать…полагаю, что лорд Трандуил уже поведал тебе всю правду, -он кинул острый взгляд на владыку лесов, и не было понятно, осуждал ли волшебник эльфа, или наоборот, хвалил. Получив сдержанный кивок со стороны последнего, он продолжил: -Двадцать лет назад леди Галадриэль прискакала в Шир. Она едва не родила в дороге. Едва ты появилась на свет, твоя мать схватила меня за руку, крепко-крепко, будто утопающий за соломинку. Вот так, -маг сжал руку в кулак, -И умоляла, чтобы ты осталась в Шире, чтобы я лично проследил за этим. Она просила меня практически о невозможном: наследная принцесса двух сильнейших магических держав должна прожить всю свою жизнь в укромном уголке, воспитываемая хоббитами, не познав ни всего многогранного мира, ни своего происхождения. Причину она не назвала, однако в глазах молодой матери было столько горя, столько не выплаканных слез, что мое сердце дрогнуло, и я согласился, сказав, впрочем, что не буду удерживать тебя силой в случае чего. А потом ты выросла, научилась владеть мечом…каким-то образом, без моего ведома… - волшебник слегка сощурился, вспомнив давно интересовавший его вопрос, - Встретила гномов, и…оказалась здесь. Как видишь, я ни принуждал тебя ни к чему, ни отговаривал. Вот и вся правда, без утайки.       Последовала неловкая пауза, заполнившая все широкое пространство палатки и сжавшая его практически до одной крохотной сингулярности. Эйва молчала, потупив взор. Мысли в ее голове скакали табуном горных, необузданных жеребцов, желание простить волшебника резал острый клинок обиды и горечи. Как он мог так просто признаться обо всем этом? Да, конечно, леди Галадриэль дала приказ, но разве такой могущественный майа, как Гэндальф, едва уступающий ей силой, не мог его нарушить. Хотя бы ради бедной и потерянной девочки, запутавшейся в чувствах. И вот куда их привело это вранье. Узнай Эйва про все раньше, может, всего этого не произошло бы. Ее друзья были бы по-прежнему с ней… Ах, как он мог, как могли они все… Только лишь один Трандуил, эльф, помощи от которого можно было ожидать меньше всего, открыл ей правду, не колеблясь. Он нарушил волю Владычицы Света, да еще и услужил Темному Лорду, передав драконий талисман… И как только после всего этого ее мать его не прикончила? -Неужели…, -тонкие стрелки бровей Эйвы взлетели вверх от туманной догадки, внезапно влетевшей в голову, -Нет, определенно, не может быть, -они тут же отринула толком не сформировавшуюся алогичную мысль, -Галадриэль при желании может проникнуть в разум любого светлого существа, не обладающего знаниями и магией свыше нее, и деяния Трандуила никак не могли быть скрыты, если только…он сам не выставил барьер между ним и ее силой. Но, этого никак не может быть…нет еще существа, обладающего большим количеством светлой магии, чем моя мать… Нет, определенно, все это не так. Но, тогда какими доводами руководствовался Трандуил, приняв и исполнив просьбу Саурона, которого столь ненавидел…, _девушка перевела мрачный взгляд на лесного короля. Мужчина все так же стоял и молча наблюдал, однако, по едва заметному презрительному изгибу ровных губ можно было судить о его возгоравшемся нетерпении, -Да, фигура с весьма туманным прошлым и мотивами. Что же ты скрываешь, Трандуил, - Эйва сощурилась с плохо скрывающимся интересом. -Кхм, что же, -негромко кашлянул волшебник, -Думаю, нам лучше приступить к трапезе. Не будем пренебрегать гостеприимством владыки Трандуила, -он приторно улыбнулся, кинув добродушный взгляд на напряженного короля.       Эйва прерывисто выдохнула: как же он может так легко сменить тему! Тему, важную для нее настолько, что… Девушка даже не смогла подобрать подходящего сравнения. Она подняла голову, и пронзительно посмотрела на мага, ее кулаки то сжимались, то разжимались, отвлекая и успокаивая расшатанные нервы.       Гэндальф опустился на плетеный походный стул, довольно выдохнув, -Ох, и устал же я за время своих странствий… Садитесь же, чего вы стоите, как не родные, -беспардонно усмехнулся, заметив так и не сдвинувшихся с места Трандуила и Эйву, что буквально прожигали его недовольными взглядами. «Тоже мне, спелись, птички, старика осуждать.»       И «птички», синхронно тяжело вздохнув, вновь умилив залюбовавшегося волшебника, опустились на свои места, даже друг на друга не глянув. Трандуил молча уставился на бокал, со скрупулезностью старого скряги высматривая на нем малейшие неровности, Эйва же принялась вновь мерять напряженными взглядами новоприбывшего ценного гостя, что, кстати, совершенно непристойным образом уже начал есть, с добродушной улыбкой подкладывая себе все новые порции салатов. «Мда, ужин обещает быть интересным»       К тому же, как девушка заметила только сейчас, среди них не было Барда, и с каждой минутой надежды Эйвы о том, что он лишь где-то задерживается, улетучивались в напряженное небытие. -Прошу прощения, - голосок девушки беспокойно прозвенел, порвав туго натянувшееся полотно тишины, -А, кхм, Бард Лучник к нам присоединится?       Трандуил, неторопливо тянущий руку к бокалу, остановился на полпути. Он самодовольно взглянул на нарушительницу спокойствия из-под полуопущенных ресниц, и горделиво откинулся на высокую спинку стула. -Боюсь, что нет, -вальяжно протянул он, изобразив чистое разочарование, -Бард Лучник, видимо, сегодня не в силах перебороть свое великое эго, и прислал посыльного с невероятно вежливым отклонением моего приглашения, -изогнул брови, саркастически улыбнувшись. -Само очарование, -зло подумала Эйва. Внешне она выглядела спокойно, однако в то же время ее сознание неистово заметалось в черепной коробке, дрожа от безысходности положения и горести. -Не придет?! -начала отчаиваться девушка, -О Боги, тогда я лишь трачу драгоценные крупицы времени, оставшиеся до послезавтрашнего утра, находясь здесь. И как же мне уйти… -Позволь спросить, а чем же тебя так заинтересовал этот…человек, -последнее слово было брошено лесным королем так брезгливо, что Эйва уже начала всерьез задумываться о его противоречивых поступках, например, таких, как оказание помощи беженцам из Дэйла.       Девушка слегка озадаченно уставилась на Трандуила, чье лицо выражало такое вежливое участие, что, не будь она с ним знакома так близко, то непременно бы приняла данное обращение как стремление помочь. Эйва оглянулась на Гэндальфа, послав ему возмущенный взгляд: мол, помоги остановить это очевидное безумие, что ли - ты же добрый волшебник, в конце-то концов. Но маг лишь молча, по-отечески улыбался, умиротворенно и даже заинтересованно взирая на возникшее между двоими эльфами напряжение. -Тоже мне, помощничек, -мысленно фыркнула Эйва. Она перевела тяжелый взгляд на явно получавшее от всего этого некое извращенное удовольствие лесного короля. -Уж поверьте мне, он заинтересовал меня ровно настолько, чтобы ограничиться лишь этим вопросом, -девушка невозмутимо парировала в тон эльфу, -По правде говоря, теперь мне более интересен тот факт, чем же вызвано это ваше внимание к моей персоне, Владыка.       Сказать, что Трандуил опешил, услышав подобные несуразный намек - ничего не сказать. Он возмущенно скривил ровно очерченные губы, и сжал ножку бокала, до которого уже успел добраться.       Эйва же в точности скопировала его недавнее самодовольно-ласковое выражение лица, учтиво приподняв тонкие брови: Один ноль, ушастик.       Гэндальф, все еще наблюдающий за этой немой пантомимой, тихо усмехнулся, ласково глянув на девушку: такая и в огне не пропадет. -О поверь мне, ты привлекла мое внимание ровно настолько, насколько может привлечь внимание владыки Эрин Ласгален такая важная политическая фигура как дочь Галадриэль и Саурона, -Трандуил нашелся с ответом, и вновь преспокойно отпил из золотой емкости в руке, успокоив нахлынувший гнев, - А вот твое внимание, судя по всему, привлек далеко не я, а кое-кто…ну, скажем, пониже, -добавил на полтона тише, все так же любезнейше улыбаясь, мол, не так ли, о великая принцесса?       От подобной наглости девушка чуть ли не задохнулась: откуда… Она отвела взгляд, часто и тяжело дыша, пытаясь унять бегущее сердцебиение. Трандуил же победоносно вкушал поражение соперника, вновь вцепившись заинтересованным взглядом в несчастные блики в бокале. Гэндальф улыбаться перестал. Заприметив, как радужки глаз Эйвы вновь наполняются ослепительно ярким гневом, и переживая - за жизнь и благополучие Эйвы ли? - поспешил обратить внимание двух «собеседников» на себя. -Кхм, помнится, вы оба желали узнать, где же я, собственно, пропадал, -интригующе блеснул глазами маг, -Так вот, -и тут он отчего-то враз посерьезнел, и будто бы весь поник, -Мне нужно многое вам рассказать.

***

      Едва последнее слово мудрого мага всколыхнуло беспокойную ночную тишину, Эйва позволила себе глубоко вдохнуть, сцепив руки замком и прикрыв глаза, чтобы скрыть неистовое волнение, разлившееся по телу вибрирующими частичками. О Эру, как же они были слепы! Ее отец - страх всей Арды, причина ночных кошмаров не одного эльфа, жив. Восстал из пепла подобно огненному фениксу, несущий погибель на ярких крыльях войны. И собирает армию - легионы орков, сокрытые мощными темными чарами в подземельях Старой Крепости и Гундабада до той поры, как Гэндальф их чудом обнаружил, рискуя собственной жизнью пробравшись во временную «цитадель» Саурона.       Волшебник считал, что орки, пользуясь крайне нестабильным положением конфликтующих эльфов и гномов, нападут с тыла, отрезав путь к отступлению и перебив всех. Эребор является ценным потенциальных аванпостом, и Темный Властелин не поступится ничем ради его заполучения. -Леди Галадриэль удалось изгнать дух Саурона, перебросив его в Южные земли, однако, он все еще жив, а, значит, способен осуществлять командование армией, пусть и дистанционно, через Азога и Болга, -хмурился и покачивал седой головой волшебник, резко ковыряя вилкой свой постный салат, который он так любил отведывать в гостях у эльфов. -Галадриэль удалось пересилить его, -удивилась тогда Эйва, -Неужели она и вправду настолько могущественна? - и, с каждым описанием ее матери, произнесенным магом с каким-то особым благоговейным трепетом, она все больше проникалась уважением и желала встретиться с этой женщиной. -Кто знает, может быть, она и согласится научить меня управлению магией, -рассуждала девушка, -Я ведь ее дочь, а, стало быть, тоже владею определенным количеством светлой ее стороны. И с кулоном этим она поможет мне разобраться, может, его получится уничтожить…       Однако, будто вопреки этим смелым надеждам, дракон с единственным красным глазом, надежно спрятанный под слоями одежды, лишь сильнее наливался тяжестью и сдавливал шею, заставляя Эйву беспокойно почесывать солнечное сплетение, привлекая подозрительные и обеспокоенные взгляды Гэндальфа…       Во время всего страстного, наполненного ожиданиями монолога волшебника, никто из присутствующих не проронил ни слова. Тишина не нарушилась даже после его окончания, лишь сгущая атмосферу тревоги и страдания. Эйва перевела мрачный взгляд на Трандуила. Эльф сидел, выпрямившись, уставившись бесстрастным взглядом в тарелку - и, хотя по его виду и не скажешь, что хоть что-то задело тайные струны его хрупкой эльфийской души, по заострившемуся взгляду было видно, что мужчина напряженно обдумывает происходящее. Гэндальф пригубил вино, тихо отставил бокал в сторону, давая время на принятие решения. Эйва же, прекрасно понимая, что ответа ждут не от нее, благоразумно промолчала, прикрыв глаза и откинувшись на твердую спинку стула.       Наконец, мелодичный голос наполнил пространство шатра, влившись в уши разъедавшим сердце медом. -Что же, Гэндальф, я выслушал тебя, и прекрасно понимаю твою точку зрения, и твои опасения. Однако, я с ними не согласен. Саурон был уничтожен во время битвы Последнего Союза, и тебе это прекрасно известно. Я сам видел, как Исильдур отрубил кисть Темного Властелина, и как этот самый Властелин издох, мгновенно превратившись в прах. Теперь дух его витает неизвестно где, если, конечно, он вообще остался жить вечной жизнью после всех его деяний. Я отказываюсь прекращать военные действия, и продолжу стеснять гномов до той поры, как они отдадут мне, и жителям Дэйла обещанные сокровища.       Эйва вскинулась. Значит, Торин уже успел наобещать с три короба, и перессориться не только с эльфами, но и с людьми в силу своего гномьего упрямства! Погубит он себя, погубит…       Однако, больше девушку поразили не чрезмерные жадность и упрямство Короля Под Горой, а то, как нагло и беззастенчиво Трандуил врал, не поведя и бровью: Саурон жив, и набирается сил, и Трандуил прекрасно это знает, ведь еще двадцать лет назад он принял тот злополучный кулон прямо из рук ее отца! Зачем ему скрывать правду от Гэндальфа? Нужно срочно сообщить все без утайки! Или, все же, у лесного эльфа есть веские причины вести себя настолько неподобающим образом… -Я… - неуверенно начала Эйва, однако, Трандуил резко ее перебил, ставя жирную точку этому разговору. -Волшебники, как гроза, которую обещают портовые гадалки - грохочет где-то вдали, а до предсказанного места и не доходит. Даже если этот…темный майа, -поморщился лесной владыка, -И «воскрес», то он явно еще слишком слаб, и даже не подумает сунуться сюда, где стоит целая армия, -гордо вздернул подбородок. А затем прошил Эйву таким ледяным взглядом, что девушка невольно поежилась и решила оставить свои доказательства истины на потом.       Лицо Гэндальфа исказила гримаса отчаяния и печали. Он нахмурился, и выпрямился на стуле, мгновенно превратившись из уставшего старика в могучую и сильную фигуру мага. -Значит, такова твоя политика, -вдумчиво начал волшебник, сверля глазами статную фигуру напротив, -Пусть другие, где-то там, за горами, гибнут, главное, чтобы я и мой народ выжили. Понимаю, -он быстро пресек уже было хотевшего послать его куда подальше Трандуила, -Понимаю, и уважаю такой ход мыслей, они достойны правителя. Правителя пусть и не великого, но в достаточной мере благоразумного, чтобы обеспечить выживание своим людям. Однако, тут все не так просто, -он сделал многозначительную паузу, все так же глядя эльфийскому королю прямо в глаза. Трандуил уже и не пытался перебить и прекратить этот вопиющий монолог, он замер, и будто зачарованно слушал горевшего негодованием Гэндальфа, неверяще приподняв брови, и приоткрыв рот. -Если Саурон нападет, -продолжил маг, -то он нападет не только на одно государство, он нападет на все Средиземье. Ни у одного правителя не будет возможности отсидеться за каменными стенами, и смотреть на происходящее издалека. Чем больше держав будет окунаться во прах, тем меньше шансов будет его одолеть. Перед всеми нами стоит непростая задача: не дать врагу захватить как можно больше земель, удержать его, сдавить, и разбить. Это война не одного государства, эта война касается всех.       Закончив тяжелую речь, Гэндальф грузно развалился на кресле, сразу визуально постарев на несколько десятков лет. Затем, он молча достал трубку, и закурил, прикрыв морщинистые веки. Эйва сидела, замерев, переводя растерянный взгляд с Гэндальфа на Трандуила, и обратно.       Лесной король все так же не сказал ни слова. Сказать то, что он был возмущён и обижен речью мага, ничего не сказать. Однако он, как мудрый правитель, коим себя и считал, счел нужным подавить гнев, и промолчать. Лесной эльф пристально следил за неэтичным старцем напротив, насупившись и придумывая, как бы ему ответить на такие смелые реплики. Но время шло, а спасительный сарказм все не приходил. Еще несколько секунд молчания, и, считай, битва слов проиграна, и светлая его честь перейдет волшебнику заслуженной наградой…       Внезапно пришло спасение в виде решившейся, наконец, вставить свои пять копеек Эйвы. -Гэндальф, -девушка смотрела серьезно, решительно. Ее волнение выдавали лишь ладони, сжавшие стакан с водой, (ибо вина Эйва не пила), до поселения суставов, -Мы с Владыкой Трандуилом, -она неожиданно тепло глянула на хмурого эльфа, отчего тот удивленно моргнул, -Послезавтра выезжаем в ЛотЛориэн, повидать мою мать, леди Галадриэль. Я попрошу ее защиты и покровительства, в надежде, что в случае…непредвиденных обстоятельств…вы сможете располагать армией Золотых Лесов. Я уверена, что она также осведомлена о возможных последствиях подобного промедления, и не откажет. Гэндальф удивленно посмотрел на девушку. Еще недавно неуверенный в себе пугливый подросток, сейчас она смотрела спокойно, с полной уверенностью и пониманием. -Да…, -тут уже замялся уже волшебник, -Это было бы…просто чудесно! Благодарю вас, принцесса, -он склонил голову, мягко улыбнувшись. -Благодарить будете, если все получится, -по-доброму усмехнулась Эйва. Между тем, она заметила, что с трапезой давно покончено, и сейчас они втроем лишь пьют «прохладительные» напитки. Нужно было придумывать пути отступления, и найти способ пробраться на Эребор.       Трандуил смотрел на девушку, не отрываясь. Что-то в ее взгляде тогда, и в этой нежной формулировке «мы» заставило его сердце подскочить, удариться об ледяной панцирь, заставив несколько трещин возникнуть на заиндевелой корке. Заставить почувствовать слабые отголоски прежней теплоты… -Прошу меня извинить, -Эйва грациозно встала, плавно задвинув стул, -Мне что-то нездоровится. Думаю, что мне лучше удалиться к себе. Благодарю за вкусный ужин и гостеприимство.       Трандуил, порядком утомленный противоречивыми эмоциями, слабо кивнул. Он взял бокал и спрятал лицо в переливчатых золотых бликах.       Девушка улыбнулась, и быстро пошла к выходу из уютного шатра. -Что же, полагаю, и я пойду, -Гэндальф тоже было начал вставать, но тут негромкий властный голос резко остановил его. -Гэндальф, останься. Мне необходимо с тобой поговорить.       Маг удивленно замер, медленно садясь обратно и внимательно смотря на враз помрачневший прекрасный лик на другой стороне стола.       И, если бы Эйва не ушла бы так быстро, пустившись на бег по темный улицам едва слышной тенью, едва выйдя из поля зрения короля, и мага, совершенно невежливо проигнорировав окликнувшего ее Эрлина, дежурившего около главного входа в шатер, то она наверняка бы услышала следующее: -Гэндальф, с моей магией что-то не так…