Фурия

За 4,5 года до настоящих событий. Канзас. Территория военного лагеря «Легион».

      — Проснись! — Акио легонько потрясла подругу за плечо.       Кэрри открыла глаза и зевнула. На колени шлёпнулся рюкзак, окончательно прогоняя остатки сна. Полумрак в комнате едва рассеивался тусклым светом ночника. Кэрри торопливо натянула куртку, перебросила лямки рюкзака через плечи и прихватила со стола фонарик.       — Вперёд, — скомандовала Акио и первой выскользнула за дверь.       В коридоре их ждал невысокий мужчина. На его синей спецовке тускло блеснул серебристый жетон с номером 040.       — Если найдёшь письма от моей жены, там должно быть фото, — почти шёпотом попросил он.       — Я принесу, — Кэрри решительно кивнула.       — Пошёл я, — мужчина поёжился. — Через пять минут свет погаснет. У вас будет пара минут темноты, а дальше — сами по себе.       — Спасибо! — Акио коротко поклонилась и потянула подругу за собой по коридору. — Давай быстрее!       Они вышли во двор, где, несмотря на поздний час, было довольно оживлённо. Кэрри не знала, кто именно договорился о прогулках вплоть до отбоя, чтобы обеспечить им прикрытие. Смешавшись с толпой, девушки добрались до постройки из красного кирпича, стоявшей особняком в самом конце территории. Охранники у входа лениво переговаривались.       Акио хлопнула по плечу одного из прохожих — тот понятливо кивнул и махнул кому-то в толпе. Часовые у дверей как по команде зашагали к кулеру с водой. В этот момент во дворе разом погасли фонари, потухли алые зрачки камер, и даже огонёк кодового замка перестал светиться. В кромешной темноте Акио протащила Кэрри к дверям и буквально втолкнула внутрь.       Едва створки за ними сомкнулись, натужно загудели трансформаторы, и помещение вновь залил свет. Кэрри медленно выдохнула: за секунду до включения резервного питания она успела нырнуть в слепую зону. Акио застыла напротив, вжавшись в стену, по её лицу сбегала блестящая капля пота.       Восстановив в памяти план этажа, Кэрри первой двинулась вдоль стены. Третью комнату обнаружили быстро, она занимала почти весь уровень, а камер наблюдения, если верить схеме, здесь числилось всего две. Девушки остановились у ближайшего стеллажа и разошлись в разные стороны, чтобы ускорить поиски.       На грубых металлических полках пылились ряды коробок, подписанных чёрным маркером. Кэрри побоялась трогать запылённые ящики, следы пальцев выдали бы их с головой. Она выбрала коробку, которую явно недавно протирали: помимо номера 023, на ней красовалась свежая пометка со вчерашней датой.       Кэрри извлекла сверху пухлую папку. Заголовок гласил: «Объект Карина Мендос. Идентификационный номер 023». Не обнаружив внутри писем, она попыталась вернуть досье на место, но непрошитые листы выскользнули и веером разлетелись по полу. Кэрри, тихо чертыхаясь, опустилась на колени и принялась их собирать.       На первой же странице, попавшей ей в руки, красовался жирный красный штамп. Прочитав надпись, девушка пошатнулась и едва не опрокинула шкаф. Из-за угла моментально выскочила Акио, готовая задать подруге трёпку за шум, но Кэрри лишь молча сунула ей под нос документ. Акио впилась взглядом в короткую фразу: «Объект ликвидирован». Выхватив лист, она принялась лихорадочно вчитываться в текст.       Тем временем Кэрри вновь достала из коробки папку и принялась лихорадочно листать страницы. Первая часть досье подробно описывала способности Карины, следом шли бесконечные отчёты и результаты анализов — те самые, что регулярно сдавал каждый в Легионе. На последних листах замелькали знакомые фамилии: руководители, тренеры, врачи. Те, с кем курсанты сталкивались ежедневно, беспристрастно фиксировали бреши в способностях девушки, фиксировали особенности её организма и, наконец, предлагали всевозможные способы её устранения в случае необходимости. В голове у Кэрри набатом билась единственная мысль: «Этого не может быть! Это всё ложь!»       Почти не соображая от ужаса, Кэрри принялась стаскивать с полок ящик за ящиком. Те из них, что не успели покрыться пылью и имели недавние даты, хранили в себе такие же детальные отчёты о судьбах легионеров. Акио даже не пыталась её остановить. Она лишь принимала из рук подруги очередную папку, открывала обложку и, наткнувшись на неизменный красный штамп «Объект ликвидирован», молча возвращала дело на место.       В голове Кэрри судорожно рождались оправдания увиденному. Не могла это быть ликвидация. Официальное государственное учреждение просто не способно на такое. А гражданство? Ей выдали настоящий паспорт! Она сама не верила своему счастью, но разыскала ультрафиолетовый фонарик, чтобы проверить каждую защитную голограмму. Её выдали подлинник, а значит всё не сходится, ликвидации — это ошибка, ложь.       Кэрри двинулась вдоль стеллажа, вглядываясь в цифры. Где-то здесь хранилось и её досье, которое должно было прояснить всё. Она едва не пропустила нужную коробку, надпись на ней почему-то выцвела. Кэрри потянулась вверх и сорвала с полки ящик с номером 121.       Её папка оказалась куда объёмнее прочих. Дрожащими пальцами Кэрри перевернула титульный лист и, с силой сорвав скрепку, открепила свою фотографию. Со снимка на неё смотрело совсем детское лицо в ореоле растрёпанных, выкрашенных в блонд волос. Кэрри принялась лихорадочно перелистывать страницы, и тут, так некстати, брызнули слёзы. Строчки, словно издеваясь, расплывались перед глазами, мешая разобрать смысл.       Наконец Кэрри нашла то, что искала. Первый отчёт принадлежал Кэрэлайн Стратворс. Складывалось впечатление, что начальница отчитывается перед кем-то вышестоящим: нормативы Кэрри хвалили, а её потенциал называли огромным и полностью соответствующим программе. В конце страницы стояла чья-то резолюция. Фамилию разобрать не удалось, но должность была видна чётко. Некий полковник, назначенный её куратором, должен был прибыть в лагерь ещё вчера. Девушка силилась вспомнить, кого видела на недавней тренировке, но память ничего не выдавала.       Кэрри перевернула лист. Следующий отчёт принадлежал её врачу, Карлу Гиллару. Добрый седой старик в забавных очках, он всегда предлагал ей конфетку после приёма. Кэрри никогда бы не поверила в то, что видела, если бы не знала этот почерк слишком хорошо. Он писал сухо, словно описывал растение для биологического справочника: «Полный анализ крови до сих пор не дал результатов. Образец уникален и требует осторожного обращения. Плавающий икс-элемент не изучен до конца, поэтому основным вариантом ликвидации по-прежнему остаётся вживлённая ампула. Чип-код проверялся двадцатого октября, показатели в норме. Физическая остановка жизнедеятельности возможна, однако как лечащий врач сто двадцать первой замечу: субъект способен быстро заживлять даже значительные ранения…».       Кэрри захлопнула папку и беспомощно посмотрела на Акио. Подруга не ответила на немой призыв — бледнее мела, она неотрывно смотрела на дверь. Только теперь Кэрри услышала чью-то крадущуюся поступь и поняла, что их обнаружили.       На раздумья хватило секунды, Кэрри твёрдо решила прорываться, не думая о последствиях. Она легонько толкнула Акио ногой и показала сжатые кулаки, пытаясь беззвучно предупредить о своих намерениях.       — Привет, детка! — хрипловатый голос раздался совсем рядом.       Кэрри зажмурилась и наотмашь ударила паракинезом. Грохот вышел ужасающим, куски искорёженного металла со звоном разлетелись в разные стороны. Схватив оторопевшую подругу за руку, Кэрри бросилась к двери, попутно перепрыгнув через распластанное тело в камуфляже. Мужчина не двигался, а под ним стремительно растекалась лужа крови.       В конце коридора их ждал заслон из вооружённой охраны. Первый ряд экипированных до зубов бойцов застыл на колене, выцеливая проход. За их спинами с надменным видом стояла Кэрэлайн Стратворс — как всегда, в тёмно-синей юбке и ослепительно белой блузке. Кэрри сосредоточилась на своей ненависти к этой рыжей шевелюре и приготовилась к атаке. Справа раздался характерный металлический лязг, Акио придала своей коже сверхпрочные свойства.       — Похоже, вы, девочки, так ничего и не поняли, — начальница недобро усмехнулась. — Где полковник Хоулетт?       Кэрри вместо ответа закусила губу и обрушила на противников мощную разрывную волну. Этого явно никто не ожидал: военные бросились врассыпную, а Кэрэлайн, отпрянув к стене, лихорадочно набрала код на настенном пульте.       — Активировано, — подтвердил бесстрастный электронный голос из потолочных динамиков.       Невыносимая боль мгновенно впилась в шею. Кэрри схватилась за больное место, чувствуя, как ноги подкашиваются. Тело сковал паралич, каждая мышца дёргалась в агонии. Ей хотелось ногтями разорвать себе горло, лишь бы прекратить это жжение, стремительно растекавшееся по венам. Кожа мгновенно взмокла, и пальцы беспомощно скользили по шее. Теряя сознание, Кэрри неимоверным усилием перекатилась на бок.       Рядом в судорогах корчилась Акио. Кэрри с ужасом заметила вздувшийся узел на шее подруги, от которого веером расходились пульсирующие сосуды. Акио выгнулась дугой, по её подбородку потекла желтоватая пена вперемешку с кровью. В ту же секунду желудок Кэрри скрутило спазмом, и она поняла, что выглядит не лучше. Акио повернула голову и что-то беззвучно прошептала по-японски. Её тело в последний раз вздрогнуло и обмякло.       «Не хочу умирать», — эта мысль пронзила сознание Кэрри так остро, что даже боль на миг отступила. — «Пожалуйста, я не готова... Мне страшно!»       Новая волна спазмов сотрясла тело, сквозь шум в ушах Кэрри различила стук каблуков. Кэрэлайн замерла над ней, с почти благоговейным трепетом разглядывая подопечную, умирающую у её ног.       — Невероятно, — прошептала она. — Всё ещё жива.       К Кэрэлайн подошли двое. Кэрри в ужасе уставилась на одного из них: рваная кожа свисала у него с подбородка, обнажая кость, но багровая рана через всё лицо затягивалась прямо на глазах.       — Это она? — Кэрри не поверила своим ушам. Голос принадлежал мужчине из архива, хотя она была готова поклясться, что оставила его умирать в луже крови.       — Она, — Кэрэлайн присела рядом и приставила пистолет к голове девушки.       — Нет, — коротко бросил мужчина и точным ударом выбил оружие. — Живой в карцер! Я хочу, чтобы на неё взглянул Уильям Страйкер.       Кэрри содрогнулась от очередного болезненного спазма. Её поволокли по коридору, но она до последнего не отрывала взгляда от неподвижного тела Акио и мужчины в камуфляже, на лице которого к концу разговора не осталось ни единого следа.