Фурия

За год до настоящих событий. Нью-Йорк.

      — Держи его! Держи! — заходясь в свисте, полицейский тщетно пытался нагнать черноволосого беглеца.       Тот легко перемахнул через забор, оставив грузного преследователя задыхаться внизу, и с коротким смешком свернул в подворотню.       — Ну, привет! — в переулке дорогу ему преградила девушка, одетая в стиле Матрицы.       — Ты ещё кто? — искренне удивился мужчина, вглядываясь в застывшую в полутени фигуру.       — Я ангел. Разве не похоже?       Незнакомка сделала шаг вперёд, подставив под свет фонаря изуродованное шрамами лицо. Мужчина шарахнулся назад, лихорадочно выбирая между объятиями жирдяя в форме и компанией этой внезапно переставшей быть милой особы.       — Вот чёрт!       — Ангел, а не чёрт, — поправила его девушка. — Хотя без разницы, я здесь не за этим. Мне нужен ты, дружок!       — Я? — Мужчина решил до последнего прикидываться непонимающим.       — Ты, Мерфи, ты.       Услышав своё имя, он окончательно напрягся. Девушка многозначительно подмигнула, и её глаза медленно, словно у хищника, сменили оттенок с тёмно-зелёного на янтарно-жёлтый.       — Так ты мутант, — Мерфи выдохнул с заметным облегчением.       — В точку, — она сделала ещё шаг навстречу. — Ты ведь из Братства, если я не ошибаюсь?       — Хочешь примкнуть к нам? — мужчина всё ещё не сводил с неё настороженного взгляда.       — Братство мутантов мне малоинтересно. Я уже бывала среди ваших, но сейчас держусь особняком. Меня зовут Фурия, слышал о такой?       — А то, — Мерфи оборонительно выставил руки перед собой, отступая. — Стой, где стоишь, ненормальная! Если хочешь вернуться, то говори с Магнето. Он обычно принимает страждущих обратно, а я здесь ни при чём!       — Ну да, а потом читает пастве проповеди о возвращении заблудших овец, о которых никто не позаботится лучше, чем он, — Кэрри картинно всплеснула руками, изображая величие. — Эрику просто нравится быть вождём. Не будь он мутантом, подался бы в политику или религию, лишь бы вести за собой толпу. Возвращаться под опеку этого фанатика я не собираюсь, а вот к тебе есть дело.       — Вот ещё! — Мерфи ощетинился, из его рук с сухим треском вырвались костяные наросты. — Попробуй, возьми!       — Ой, боюсь-боюсь, — Кэрри вскинула ладони и состроила издевательскую гримасу. — Мутант-колючка против паракинетика. Болван, мне просто нужны сведения, которые никак не задевают твоё драгоценное Братство. Не заставляй меня выбивать их силой.       — Что за сведения? — Мерфи быстро оценил шансы. На невидимых весах Фурия перевешивала с пугающим преимуществом, поэтому он решил сменить гнев на милость и чуть расслабился.       — Дошли слухи, что ты, проныра, знаком с неким Уильямом Страйкером.       — Страйкер? — Мерфи равнодушно пожал плечами. — Что-то не припомню такого.       — В таком случае я освежу твою память, — Кэрри ослепительно улыбнулась. — Он военный, и он человек. Тот самый человек, который отвалил тебе круглую сумму наличными за досье на некоторых членов Братства.       — Ты меня шантажируешь? — Мерфи нервно затравленно огляделся.       — Отнюдь, — девушка небрежно отмахнулась. — Страйкер набирал мутантов для своих опытов, но Магнето вытащил деток на полпути к базе. Меня интересует только одно, куда их везли?       — А мне-то почём знать? — он скосился на полуразвалившееся здание, прикидывая, успеет ли проскочить сквозь руины и оторваться от навязчивой девицы.       — Ты знаешь, Мерфи. И ты скажешь мне это прямо сейчас, или я вскрою твоё сознание телепатией, и ты до конца дней будешь пускать слюни и ходить под себя, забыв, как пользоваться туалетом.       Мужчина смерил её оценивающим взглядом. Девушка продолжала улыбаться, но за тёмными стеклами её очков полыхали опасные жёлтые отблески.       — В Канаду… Их везли в Канаду, — голос Мерфи дрогнул. — Там у него база, «Оружие Икс». Заброшенная ГЭС находится в паре километров от Аклавика, это его личная вотчина.       — Отлично, — Кэрри игриво облизнулась. — Спасибо за наводку, Мерфи! Кстати, ты ведь в курсе, что предал своих? Продал их воякам, как подопытных крыс. Я терпеть не могу предателей! Будь моя воля, всех бы вас на столбах перевешала!       — Не трогай меня! — завопил Мерфи.       Асфальт под его ногами пошёл трещинами и мелко задрожал, готовый вот-вот взорваться.       — Я тебя и пальцем не коснусь, — паракинетический гул стих, и Мерфи судорожно выдохнул. — За меня это сделают твои братья, я уже отправила весточку одному старому знакомому. Думаю, телепатам Майлза не составит труда подтвердить мои слова и вывести тебя на чистую воду.       — Я же помог тебе! — Мерфи впал в панику и с силой метнул в девушку костяной шип.       Кэрри лениво качнулась в сторону, пропуская снаряд мимо, и ухмыльнулась:       — Вот такая я неблагодарная тварь.       Она подняла воротник плаща и зашагала прочь из переулка, даже не оборачиваясь. Она знала, Мерфи не посмеет напасть снова. Ему теперь было о чём беспокоиться, кроме её уходящей спины.

***

      Спустя три часа Кэрри уже добралась до аэропорта. Билет с пересадкой в Ванкувере до Инувика лежал в кармане; оттуда она рассчитывала доехать до конечной точки поездом. Девушка потянулась и опустилась на сиденье в зале ожидания. Пластмассовый стул оказался на редкость неудобным, но она всё же умудрилась свернуться калачиком и провалиться в сон.       Кэрри очнулась, лишь когда голос диспетчера объявил посадку на нужный рейс. Досмотр превратился в очередное испытание: охранник медленно водил вокруг неё металлоискателем, брезгливо кривясь всякий раз, когда натыкался взглядом на паутину её шрамов. Напоследок Кэрри ослепительно ему улыбнулась, заставив мужчину вздрогнуть и подавить приступ тошноты.       К подобному приёму она прибегала довольно часто. К людям, считавшим её уродливой, она испытывала ответное презрение, помноженное на два. Так жилось проще.       Посадка в самолёт превратилась в очередное испытание для нервов. Прямо перед Кэрри по трапу карабкался тучный мужчина, с трудом таща своё грузное тело и две набитые до отказа сумки, которые он почему-то решил не сдавать в багаж. Каждая ступенька давалась ему с таким боем, что он то и дело замирал, чтобы натужно выдохнуть и обдать девушку волной пота вперемешку с дешёвой мятной жвачкой. Протиснуться мимо этой колышущейся горы плоти не представлялось возможным, и Кэрри почувствовала, как внутри закипает ярость. Она поправила очки, опасаясь, что случайный жёлтый сполох выдаст её состояние и станет поводом для снятия с рейса.       Наконец попутчик добрался до входа в салон и пополз по проходу в поисках кресла. Кэрри со вздохом отметила, что им суждено сидеть рядом. Опередив его, она забросила свою сумку на багажную полку и заняла место у окна. Мужчина, явно претендовавший на элитный обзор, уже открыл было рот, чтобы возмутиться, но Кэрри чуть сдвинула очки на кончик носа. Взглянув на него поверх тёмных линз, она самым елейным голосом поинтересовалась:       — Желаете протиснуться к окошку?       Толстяк шутки не оценил. Разглядев глубокие борозды на лице собеседницы, он лишь испуганно мотнул головой. Два крайних места перешли в его полное распоряжение, однако мужчине потребовалось не меньше минуты, чтобы кое-как распределить грузную тушу между двумя креслами.       — Меня зовут Дейл, — он повернул пухлое лицо к Кэрри и сощурился в натянутой донельзя улыбке. — Вы, должно быть, тоже в Инувик, в клинику?       Кэрри уставилась на него, не веря своим ушам. Похоже, испытания трапом соседу показалось мало, и теперь он вознамерился изводить её болтовней весь полёт. Она промолчала, но Дейла это не смутило.       — Ну конечно, туда! Вне всяких сомнений! — продолжал он. — И кто ваш хирург? Наверное, Адель Крисенберг? Слышал, она берётся за самые безнадежные случаи.       Кэрри передёрнуло. С трудом подавив желание отхлестать нахала по лоснящимся щекам, она попыталась отвернуться, но мужчина уже бесцеремонно склонился над её билетом.       — Каролина… Необычно, но вам лучше пользоваться вторым именем. Энн — это, знаете ли, звучит более по-американски! — Дейл зашёлся в хохоте, и в его горле что-то влажно и звучно хлюпнуло.       «Давится собственным жиром», — угрюмо подумала Кэрри.       Мужчина тяжело отдышался, но запал его не иссяк:       — А я вот на липосакцию. Долго не мог решиться, всё раздумывал.       «Да неужели?» — мрачно подумала Кэрри и демонстративно отвернулась к окну.       — Боялся, знаете ли, всех этих трубок и иголок, — не унимался сосед. — Но мама настояла на поездке.       Кэрри с силой вдавила кнопку вызова стюардессы.       — Она даже деньгами на операцию помогла. И билет купила. У меня чудесная мама! Знаете, она печёт лучший вишнёвый пирог в мире. Ни на одной ярмарке вы не отведаете ничего подобного фирменному рецепту миссис Браун.       Появившуюся стюардессу Кэрри едва ли не силой затянула к себе, вполголоса требуя немедленной пересадки. Девушка сочувственно покосилась на соседа, но лишь развела руками: свободных мест в салоне не осталось. Чтобы хоть как-то подсластить участь пассажирки, она протянула ей плитку шоколада.       Дейл мгновенно сбился с рассказа о чудесных свиных колбасках и начал шумно, жадно сглатывать слюну. Кэрри уставилась на него, поймав алчный взгляд, прикованный к обёртке, и молча протянула ему сладость. Мужчина проворно выхватил её из рук девушки и, коротко буркнув спасибо, зашуршал фольгой.       Кэрри отвернулась к окну, но уже через минуту болтовня возобновилась. Шесть часов в воздухе превратились в пытку, поэтому, едва вспыхнуло табло «Выход», девушка буквально вылетела из салона. Она неслась по трапу, перепрыгивая через три ступеньки и едва не скатываясь кубарем, лишь бы оказаться подальше от соседа.       Уже через пятнадцать минут Кэрри была готова благодарить несносного Дейла с его байками о миссис Браун. Не беги она от него с такой скоростью, точно опоздала бы на пересадку. Реальный график движения поездов разошёлся с её записями на добрых полчаса. Влетев в тамбур в последний момент, когда двери уже начали смыкаться, Кэрри наконец выдохнула. Она пробралась вглубь вагона, прижалась лбом к холодному стеклу и принялась считать остановки, наслаждаясь долгожданной тишиной.       Вскоре сердце застучало чаще: впереди, за пеленой ландшафта, показались очертания ГЭС. До ближайшей станции оставалось ещё далеко, поэтому Кэрри выбралась на переходную площадку между вагонами. Выждав момент, она нырнула с подножки прямо в огромный снежный завал. Сугроб принял её не так мягко, как хотелось бы, но всё же самортизировал удар.       Девушка поднялась, отряхнулась и, перекинув сумку через плечо, зашагала по глубокому снегу в сторону заброшенной станции.       Кэрри продрогла до костей, пока пробивалась к цели. Оглядев пустые заснеженные просторы, она с досадой поняла, что на поиски входа могут уйти часы. Решив рискнуть, девушка прибегла к телепатии. Удалось почти сразу, и она перехватила обрывки разговора охранников. Судя по ментальному отклику, люди находились глубоко под её ногами.       Внимание привлекла проржавевшая лестница, ведущая на одну из опор колоссальной дамбы. «Мне нужно вниз, а не наверх», — мелькнуло в голове, но интуиция заставила подойти ближе. На уровне груди одна из ступенек странно поблескивала, будто её регулярно полировали. Кэрри тут же вспомнила старый трюк: на кодовых замках нужные кнопки всегда сияют чистотой, выдавая комбинацию, если только хозяин не догадался протирать всю панель целиком.       Но здесь блестела лишь одна перекладина. Кэрри сделала шаг к опоре, и в этот миг подошвы ощутили отчётливую вибрацию. Опустившись на колени, она принялась разгребать снег голыми руками. Под слоем наста обнаружился люк — небольшой, но на вид неподъемный. Для обычной девушки такая махина становилась непреодолимой преградой.       Кэрри заглянула в сумку: ничего подходящего, кроме альпинистского снаряжения. Недолго думая, она закрепила крюк на ручке люка, перекинула трос через блестящую перекладину лестницы и защёлкнула карабин. Механизм лебёдки надрывно зашипел, сматывая шнур; тяжёлая крышка, сопротивляясь, поползла вверх.       Заглянув в зияющий проём, Кэрри прислушалась. Тишина. Голоса затихли, хотя телепатия ясно давала понять, что патрули где-то рядом. Из тоннеля тянуло сыростью и ржавым железом. Кэрри начала спуск. Оказавшись внизу, она рванула по коридору, не заботясь о скрытности. Девушка не сворачивала от объективов камер и не высматривала датчики движения, на секретном объекте всё равно найдётся ловушка, которую невозможно предугадать. Она поставила всё на скорость, требовалось обыскать максимум помещений до того, как охрана перекроет сектора.       Удача сопутствовала ей. За первой же массивной дверью Кэрри наткнулась на двоих часовых. Те не успели даже вскинуть винтовки, девушка мгновенно пронеслась по их сознанию, сокрушая волю, и завершила атаку мощной разрывной волной паракинеза.       Их сознание выдало: здесь охраняли крошечное помещение, абсолютно пустое, если не считать клетки с массивными прутьями в углу. На первый взгляд камера казалась необитаемой, но интуиция твердила, что тюрьма под такой охраной не пустует. Там непременно скрывался человек или опасный зверь. Первый же шаг вглубь бункера подтвердил догадку, едва различимая тень метнулась в клетке и замерла, следя за гостьей. Даже в полумраке Кэрри узнала этот силуэт: невысокий рост, сутулые плечи и клочья волос, торчащие по всему телу.       Она медленно двинулась к цели, наслаждаясь тем, как каждый шаг эхом разносится в тишине.       — Привет! — девушка остановилась перед решёткой. — Рада снова вас видеть, полковник Хоулетт! А вы?       Мужчина поднял голову, посмотрел на неё мутными глазами и двинулся навстречу, но стоило ему коснуться прутьев, как мощный разряд тока отшвырнул его обратно вглубь камеры. Пленник завыл раненым зверем. Кэрри поморщилась и зажала нос, воздух мгновенно наполнился тошнотворным запахом горелой плоти.       Только сейчас Кэрри заметила, что пленник почти гол. Обрывки ткани, служившие когда-то футболкой и брюками, едва прикрывали тело. Девушка перевела взгляд на пол, усеянный расплющенными пулями. Мужчина перехватил её взор и оскалился.       — О, должно быть, прекрасно обладать исцеляющим фактором, когда тебя решетят свинцом, верно? — Кэрри стянула перчатки, сняла очки и провела иссохшей почерневшей ладонью по глубоким бороздам, уродующим лицо. — Видимо, мне не стоит жалеть, что я его лишилась.       Пленник разглядывал её с жадным интересом.       — Как я мечтала добраться до тебя все эти годы, Хоулетт, — глаза девушки начали наливаться желтизной. — Ждала этого дня, смаковала подробности мести! А в итоге оказалось, что меня опередили. Ты пал жертвой экспериментов собственных друзей, из мучителя превратился в мученика. Теперь ты такая же жалкая жертва «Оружия Икс», какой когда-то была я. Мне даже мараться об тебя противно.       — Ты сидела в этой клетке? — Хоулетт впервые подал голос. С годами он стал ещё ниже, в нём появилась болезненная, надсадная хрипотца.       — О! Решил похвалиться нынешним статусом? — Кэрри невесело хохотнула. — Ты всегда это любил. Час пробил, Хоулетт. Ты ведь грезил о нашей новой встрече? Я тоже. Сегодня один из нас умрёт, так что я в любом случае не ошибусь, если скажу: «Прощайте, полковник!»       Девушка резко вскинула руку. Помещение залило оранжевыми всполохами, и металлическая решётка со скрежетом лопнула, разлетаясь в стороны. Мужчина кувырком отлетел к дальней стене. Изуродованная камера теперь походила на жестяную банку, которую вместо открывашки грубо распороли ножом.       Пленник, с которого паракинетический удар сорвал последние клочки одежды, вскочил на ноги. Почуяв свободу, он метнулся из темницы и жадно втянул носом воздух. Кэрри замерла в боевой стойке, но Хоулетт, проявив неожиданную прыть, бросился наутёк совершенно в противоположную сторону.       Девушка чертыхнулась, мимоходом отметив полное отсутствие штанов у беглеца, и рванула в погоню.       — Трус! — закричала она ему в спину.       Кэрри бросилась в погоню незамедлительно, но уже через пару секунд поняла, что отрыв растёт. Пока она выдыхалась, Хоулетт лишь набирал скорость. Вой сирены заполнил пространство, но девушка не обращала на него внимания. Её цель стремительно исчезла за поворотом туннеля, ведущего прямиком к дамбе.       Кэрри потеряла беглеца из вида, но, свернув следом за ним, наткнулась на троих охранников. Характерные резаные и колотые раны не оставляли сомнений в том, кто здесь прошёл, а кровавая дорожка на полу, точно путеводная нить, тянулась к выходу на платформу. Девушка припустила ещё быстрее, на бегу перепрыгивая через мертвые тела. В лицо ударил свежий ледяной ветер. Она выскочила на платформу и вскрикнула от ярости: Хоулетт уже летел вниз. Прыгать следом — чистое безумие. Пленник с его исцеляющим фактором переживёт любое падение, чего нельзя сказать о его преследовательнице.       Кэрри и не думала сдаваться. Она бросилась к лестнице и начала спуск. Несколько пролётов девушка пыталась преодолеть скольжением, держась за поручни, но без перчаток холодный металл обжигал кожу, а пальцы предательски соскальзывали.       Наконец Кэрри спрыгнула на землю и огляделась. На ослепительно белом фоне бесконечных снегов не виднелось решительно ничего. Глаза резало от бликов, и Кэрри двинулась вперед, словно сквозь густой туман.       Спустя десяток метров почва под ногами стала зыбкой. Девушка сделала ещё шаг и с головой ушла под лёд. Ледяная вода подействовала как электрошок, сердце замерло в судороге, но спустя мгновение забилось с такой силой, что кровь в жилах показалась жидким пламенем. Вскинув руки, Кэрри вынырнула на поверхность и судорожно схватила ртом воздух. Холодный поток, хлынувший в лёгкие, обжёг их, словно раскаленный свинец. Она плашмя рухнула на лёд у края полыньи и по-змеиному отползла прочь. На эти несколько метров ушло больше сил, чем на всю погоню за Хоулеттом.       Тяжело дыша, девушка перевернулась на спину. Небо над головой сияло пронзительной синевой. Кэрри почему-то сразу вспомнила глаза Джошуа и невольно улыбнулась. Смертельный холод разливался по телу, парализуя мышцы. Кровь гулко стучала в висках, но с каждой секундой толчки становились всё тише. Она совершила ошибку, а за ошибки всегда приходится платить.