Глава 8 Маленький шеф-повар
12 января 2023 г., 21:23
Примечания:
не бечено.
Местом, которое предложила Луна, была кухня Хогвартса. Гарри никогда там не был, хотя Луна заверила его, что персонал "маленький и довольно дружелюбный" и что они всегда рады посетителям.
Луна также упомянула, что повара выполняли особые пожелания. В какой-то момент в начале года Гермиона пожаловалась, что в Хогвартсе подают только очень традиционные английские и французские блюда, и выразила желание карри. Дядя Вернон терпеть не мог "иностранную" еду, и в результате Гарри никогда не пробовал карри. Гермиона заявила, что расти в Англии, ни разу не попробовав карри – святотатство, и предложила на каникулах сходить куда-нибудь поесть в магловский Лондон.
Услышав историю Гарри, Луна отправилась на кухню, чтобы передать поварам заказ на карри.
Гарри и Гермиона рука об руку шли обратно в гриффиндорскую башню, левитируя перед собой коматозного Рона. В какой-то момент они прошли мимо профессора Спраут в коридоре, заставив полную ведьму в шоке ахнуть при виде Рона.
– Еще одно нападение? – требовательно спросила она.
– Нет, мэм, – ответила Гермиона. – Пищевая кома.
– Опять? – Спраут вздохнула. – Это был всего лишь обед. Можно подумать, мальчик должен научиться... – она продолжила свой путь.
***
После того, как Гарри уложил Рона в постель, они с Гермионой принялись за домашнее задание, хотя и не могли не отвлекать друг друга мелкими прикосновениями. Гарри обнаружил, что Гермионе очень нравилось, когда он гладил ее поясницу чуть выше хвоста. В результате он часто ловил себя на том, что приподнимает край ее школьной рубашки, чтобы погладить ее шелковистую кожу, заставляя ее спину неудержимо выгибаться, что она находила довольно неловким. Ее контратака состояла в том, что она целовала его в щеку. Несмотря ни на что, им удалось выполнить свои задания как раз к позднему ужину. В конце концов пара рассталась и разошлась по спальням, чтобы подготовиться. Гермиона с трепетом подошла к сундуку. Она не брала с собой в Хогвартс много маггловской одежды. Она на мгновение задумалась, не одолжить ли что-нибудь у Лаванды, но тогда было никак не избежать неизбежного допроса. Все это, скорее всего, закончится тем, что ее отношения с Гарри очень быстро станут достоянием общественности. Лаванда была печально известной сплетницей. В конце концов, пышноволосая ведьма выбрала облегающий темно-бордовый свитер и одну из школьных юбок с белыми шерстяными леггинсами, чтобы защититься от вечерней прохлады. Гарри, тем временем, стоял перед зеркалом в своей спальне вместе с Невиллом. Он решил довериться забывчивому мальчику относительно своих отношений с Гермионой и попросил совета, как одеваться. Зеленоглазый молодой человек выглядел обеспокоенным, в то время как Невилл, казалось, глубоко задумался. – Значит, она ничего не говорила об одежде? – спросил он. – Нет, – мрачно ответил Гарри. – Ну, тогда, – начал Невилл, – думаю, тебе, наверное, разрешены джинсы или что-то в этом роде. Я не знаю, Гарри. Я не совсем эксперт в этом вопросе. – У меня нет подходящих джинсов! – застонал Гарри, раздраженно пожимая плечами и уставившись в потолок. – Тогда просто расстегни рубашку, чтобы не было похоже на урок. Перейди на неформальный вид, – предложил Невилл со смехом. – Можешь компенсировать чем-нибудь другим, – продолжил он. – О, подожди! Подари ей вот это, – Невилл достал что-то из сундука и подошел к серому растению на комоде. Гарри услышал тихий рвущийся звук, в следующий момент он получил очень плоский цветок. Он выглядел так, словно был сделан из газетной бумаги. – Это цветок оригами. Не кладите его в воду, просто положите в горшок с измельченной газетой, и он вырастет. – Ей это понравится. Спасибо, Нев, – ухмыльнулся Гарри, принимая цветок и аккуратно укладывая его в конверт. Гарри достал перо и, оторвав клочок пергамента, быстро нацарапал записку. Рон Ушел с Гермионой получать дополнительные баллы за чары. Кроме того, у тебя была еще одна пищевая кома. Полегче с ужином. Гарри Заклинание быстрого приклеивания прикрепило записку к медленно колышащейся груди Рона, и Гарри вышел за дверь.***
Гермиона немного нервничала, ожидая появления Гарри у подножия лестницы в общежитии. Она хотела бы спросить совета у матери, ведь это ее первое свидание, но не было достаточно времени. Придется действовать наобум, а маме все рассказать позже. Лохматая ведьма была очень заинтересована таинственным маршрутом на вечер и чувствовала себя обязанной поблагодарить Луну за то, что она все устроила. Мгновение спустя появился Гарри. Он был одет в свою униформу без мантии и с расстегнутой рубашкой. Странно, но его галстук был зеленым, а не гриффиндорским красно-желтым. – Не знала, что у тебя есть зеленый галстук. – А он не зеленый – сказал Гарри, беря конец галстука и внимательно его рассматривая. – Это заклинание изменения цвета на одном из моих гриффиндорских галстуков. Вероятно, кончится довольно быстро. Невилл сказал, что я должен постараться подобрать галстук к цвету глаз, – объяснил он, помогая Гермионе пройти портрет. – Я понятия не имела, что Невилл так хорошо разбирается в искусстве одеваться для свиданий, – Гермиона рассмеялась. – У него проблема с укладкой в сундук всех собранных им девчачьих трусиков, – сказал Гарри с притворным беспокойством, безуспешно пытаясь выглядеть серьезным. – Он копит их, как дракон. – Мы ужасны, – Гермиона вздохнула. – Не думаю, – Гарри покачал головой. – Может и так, но ты довольно хороша, – Гермиона улыбнулась и сжала его руку. – Ты действительно хорошо выглядишь. Гермиона на ходу толкнула его в плечо. – Спасибо. Ты выглядишь еще красивее, чем обычно. – Спасибо, я потратил время после обеда на то, чтобы отрастить невидимую щетину. Мне нужен неформальный вид, – сказал он, потирая подбородок. – Это работает, – Гермиона кивнула с преувеличенной серьезностью.***
Юные влюбленные вскоре оказались рядом с буквой "X" на карте, которую предоставила Луна. Там была картина, отмеченная на карте, и записка, сделанная неряшливыми каракулями настоящего ученого. – Вот мы и пришли, – Неуверенно спросил Гарри. – В коридоре? – Спросила Гермиона. – Да, но на картине что-то есть, – он указал на натюрморт с вазой с фруктами. – Я не могу разобрать ее почерк. Гермиона посмотрела на записку через его плечо, наслаждаясь возможностью потереться об него щекой. – Здесь написано "пощекочи грушу", – объявила Гермиона. Она подумала про себя, что "пощекотать грушу" звучит как эвфемизм для обозначения чего-то неприличного. К счастью, все оказалось совершенно буквально. Гарри пощекотал грушу, и картина качнулась вперед, открывая пространство за ней. Гарри и Гермиона ахнули. Кухня представляла собой обширное помещение полное блестящей меди и темного железа, изредка озаряемое вспышками пламени. Впрочем, это было не самое удивительное. Сюрпризами были странно милые существа высотой по колено, с огромными глазами и ушами, как у летучей мыши, одетые в полотенца с гербом Хогвартса. – Приветствую вас, сэр Гарри Поттер и мисс Грейнджи. Мисс Луни сказала Спэтчкоку, что вы придти. Теперь здесь, пожалуйста, присесть, пока Ру дает вашу еду, – с этими словами крошечное создание взяло их за руки и повело к столику на двоих – единственному накрытому столу на кухне – с видом на центральный камин. Спэтчкок заверил их, что скоро вернется, прежде чем исчезнуть с хлопком. Гарри перегнулся через крошечный столик. – Это домовые эльфы. Я думаю, это и имела в виду Луна, когда сказала, что персонал "маленький и дружелюбный". – Так это они все готовят сами? Я не могу поверить, этого нет в Истории Хогвартса! Я никогда особо не задумывалась, откуда берется еда. Итак, что тут у нас? – спросила она, подтолкнув Гарри ногой под столом. Гарри самодовольно улыбнулся. – Карри, – торжествующе заявил он. Гермиона удивленно откинулась назад. – В самом деле! – воскликнула она в восторге. – Да, – подтвердил Гарри, потирая большим пальцем костяшки ее пальцев. – Какой? – взволнованно спросила Гермиона. Лицо Гарри вытянулось. – Существует более одного вида карри? – решительно спросил он. – Есть несколько видов, но я полагаю, эльфы, вероятно, сделают один из самых популярных, – она увидела панику на лице Гарри. – Уверена, мне это понравится. Как мило, что ты вспомнил, что я скучала по карри, – она встретилась взглядом с Гарри и ободряюще потерла его руку подушечкой большого пальца. С хлопком появился Спэтчкок, держа в руках две тарелки с рисом и экзотически пахнущей красноватой массой. Когда крошечный эльф поставил перед ней тарелку, Гермиона наклонилась вперед и сделала глубокий вдох через нос. – Это тикка масала! – воскликнула она. – Ты знаешь, что это? – с надеждой спросил Гарри. – Мне это нравится! – провозгласила она, откусив кусочек и растворившись в сладостном мычании с закрытым ртом. Влюбленные ели и разговаривали, в конце концов с обоюдным румянцем перейдя к событиям последних двух ночей. Они решили, что им действительно нравится спать вместе, и они постараются делать это как можно чаще. Это отличный способ побыть наедине в довольно людном месте. А еще, обнимать другого человека, по-видимому, было потрясающе приятно. Гарри предложил ей одолжить мантию-невидимку на время, пока она будет навещать его. Она охотно согласилась, довольная возможностью совместного нарушения правил. В конце концов, во время затишья в разговоре взгляд Гермионы остановился на каминной полке над большим камином, где стояли странные скульптуры. Это были три домовых эльфа: один на полушаге, другой угрожающе указывал вперед, третий, который, казалось, подпрыгивал, все трое с бьющим изо рта зачарованным фонтаном. – Думаю, это самые странные статуи, которые я когда-либо видела, – задумалась Гермиона. – Это довольно странно, – согласился Гарри, осматривая статую. – Искусство всегда должно иметь смысл? Потому что я понятия не имею, что это значит. С очередным хлопком появился Спэтчкок. – Спэтчкок замечает, что вы удивляться окаменевшим эльфам. Мы надеемся, что в ближайшее время их расколдовать. Кодди и Димплс не хватает убирать подземелья, – сказал он, указывая на указывающего и идущего эльфов. – Ракель не так полезна, – он указал на скачущего эльфа. – Она хорошо работать, но вести себя очень странно. – Так это настоящие окаменевшие эльфы? На них напали так же, как на маглорожденных студентов? – ошеломленно спросила Гермиона. – Да, мисс Грейнджи, – ответил Спэтчкок. Когда он кивнул молодые влюбленные заметили захлопавшие уши. Маленький эльф казался не слишком встревоженным. Это было нереально. Гермиона не могла решить, как воспринимать его стоическое отношение. – Не слишком ли это невежливо? – заметила она. – Превращать павших товарищей в безвкусные фонтаны? – Может быть, мисс может предложить что-то еще? – спросил Спэтчкок. – Мы находим безвкусные фонтаны более жизнерадостными, чем просто свалить их в кучу. Мы даже пытаться украсить кучу с помощью скатерти, но находить это еще более удручающим. Идея фонтана исходит от Добби, и мы должны признать, что она хорошая. Гарри, закрыв глаза, нащупал кусочек курицы, пытаясь справиться с паникой, вспыхнувшей в нем при упоминании проклятого эльфа. – Вы сказали... Добби? – Да, Гарри Поттер, сэр. Добби навещает нас, эльфов Хогвартса, провести семинары по выживанию. Солнцезащитные очки тоже были идеей Добби. Добби настаивает, что они сделают разницу между окаменелым и неживым, хотя Спэтчкок иногда думает, что очки ничего не делают, – писклявый голос Спэтчкока упал до шепота. – Добби всегда пьян, когда давать нам этот совет, так что он не так сильно чувствует наказание. – Значит, очки позволяют лишь окаменеть, а не погибнуть? Что убивает при одном взгляде на него? – вслух размышляла Гермиона. – Снейп вблизи? – предположил Гарри. Гермиона улыбнулась, закатив глаза. – Что ж, возможно, профессор Дамблдор сможет разобраться в этом теперь, когда у него этот злой дневник. – Держу пари, Добби знает, просто не может никому рассказать, – мрачно сказал Гарри и повернулся к Спэтчкоку. – У вас есть идея, когда Добби вернется? – спросил он. – Добби приходит раз в неделю, чтобы проверить, нет окаменения, и говорить носить солнцезащитные очки, Гарри Поттер, сэр. Его ожидать по средам после обеда, – сказал Спэтчкок. – Тогда можете ожидать нас в среду, – твердо сказал Гарри. – Вам и мисс Грейнджи рады в любое время, Гарри Поттер, сэр. Мы, эльфы, здесь, чтобы служить Хогвартсу. Мы рады помочь вам, а также мисс Луни, когда плохие соседи мисс Луни забирают ее вещи и прячут их, – объяснил он. – Мы следить за тем, чтобы мисс Луни вовремя одевать свою школьную одежду каждое утро. Гермиона была возмущена, услышав о глубине подлости хулиганов с Равенкло. Гарри просто выглядел грустным. – Не могли бы вы рассказать профессору Флитвику то, что сказали о соседях Луны? – спросила Гермиона. – Мы очень полюбили Луну и не хотим, чтобы с ней плохо обращались. – Спэтчкок делать, мисс. Нам нравится, когда мисс Луни навещать нас во время еды, но сегодня мисс Луни говорить, она счастлива обедать с вами. Мы счастливы, так как предпочитаем мисс Луни быть счастлива. – Мы тоже делать, – сказал Гарри. Гермиона приподняла бровь, глядя на него. Он моргнул, покачал головой и поправился. – Мы тоже сделаем. Покончив с ужином, двое гриффиндорцев покинули кухню, поблагодарив домашних эльфов за беспокойство. Не желая пока возвращаться в гостиную, они бродили по замку, держась за руки и наслаждаясь обществом друг друга. В конце концов блуждания привели их к дракучей иве, которая вяло отмахивалась от пролетающих сов неперевязанными ветвями. Гермиона предложила Гарри извиниться перед жестоким деревом, поскольку с точки зрения дерева он был агрессором. Гарри неохотно извинился с безопасного расстояния. – ...и я действительно не знаю, почему согласился на это. Я понятия не имел, что машина не выдержит такой долгой поездки. В тот момент мы очень старались не врезаться в стену, и в результате врезались в вас. Мне очень жаль, и я надеюсь, ваши конечности скоро заживут, – Гарри чувствовал себя довольно глупо, извиняясь перед деревом. Однако дерево, казалось, приняло извинения, поскольку медленно склонило ветви в жесте, который можно было истолковать как жест уважения. – Вот, – сказала Гермиона. – Разве ты не чувствуешь себя немного лучше из-за этого? – Это мог быть просто взмах, – пробормотал он. – Полагаю, я действительно чувствую себя немного лучше, – Гарри вздохнул и сжал руку Гермионы. – Ты настоящий дипломат, устанавливающий мир между человеком и деревом. – Я стараюсь, – скромно сказала Гермиона. Небо, темное, когда они покидали замок, с наступлением ночи стало чернильно-черным, что вынудило пару вернуться в башню. – Мантия же у тебя, да? – спросил Гарри, когда они шли по пустынному коридору. – Да, – тихо ответила Гермиона, размахивая на ходу их сцепленными руками и блаженно улыбаясь. – Она у меня под подушкой. Гарри отодвинулся от нее, чтобы получше рассмотреть. Гермионе пришлось остановиться, так как их руки потеряли свободу. – Что? – она покраснела от его пристального взгляда. – Ты действительно прекрасно выглядишь, Миона. Что это у тебя на ногах? – спросил он, с интересом разглядывая белую ткань. Ее лицо вспыхнуло от комплимента. – Бедра. Они новые, – озорно ответила она. Гарри бросил на нее хмурый взгляд, в котором, однако, не было недовольства. – Думаю, ты поняла, что я имею в виду. Белые штуки. – Леггинсы. Я подумала, что они будут хорошо смотреться и они теплые, – ответила она. – Тебе нравится? – спросила она, прекрасно зная ответ. Гарри просто покраснел и кивнул. – Я могу носить их почаще, – предложила она. Гарри покраснел и прочистил горло. – Мне бы этого хотелось. Им нужно было завернуть еще за один угол, прежде чем попасть в коридор, где жила Полная Дама. Гермиона замедлила шаг, заставляя обоих остановиться. Она притянула Гарри в долгие объятия. – Скоро увидимся. Расцепив руки перед входом в гостиную, они прошли портрет, попутно пожелав Синтии доброго вечера. У подножия лестницы общежития они публично пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись. *** Минуту спустя Гарри тихо разговаривал с Невиллом, пока они чистили зубы в ванной. – ...а потом он проснулся, бормоча что-то о том, как свинья предала его доверие. Мы отправили его в больничное крыло. Утром должен быть в порядке, – сказал Невилл, небрежно махнув рукой. – Значит, свидание прошло успешно? – Я думаю. Ты знал, что существует несколько видов карри? – Да. В одном из ресторанов, которые любит бабушка, их как минимум три. Ей понравилось? – спросил Невилл, прислонившись к раковине. – По-видимому, да. Довольно удачно, я полагаю, – Гарри усмехнулся, умываясь. – Это не значит, что цветок не восполнил бы этого. Как ей это понравилось? – Нетерпеливо спросил Невилл. Гарри хлопнул себя по мокрому лбу, и звук влажного удара эхом отразился от плитки. – Забыл! – он вытер руки и достал из кармана брюк конверт с цветком. – Нужно отдать завтра, – он лгал. Он вполне мог подарить его через несколько минут. Мальчики вышли из ванной и направились к своим кроватям. – Спокойной ночи, Нев. Спасибо за помощь, – прошептал Гарри. – Нет проблем, – Невилл исчез за пологом кровати. Забравшись в собственную кровать с балдахином, Гарри тихо подкрался к изножью кровати и раздвинул занавески ровно настолько, чтобы видеть дверь, которую он оставил слегка приоткрытой для Гермионы. Точно по сигналу дверь открылась, впуская, как он надеялся, невидимую кошковедьму. Безусловно, было бы неприятно, если бы какой-то другой невидимка раздвинул занавески со стороны его кровати и лег рядом. Но затем появилась прядь вьющихся волос, развеявшая его страхи и вызвавшая улыбку. Он встал на колени с предвкушающей улыбкой, готовый помочь ей забраться. В его руке возникла рука, и вскоре в поле зрения появилась остальная Гермиона. На ней была та же блестящая ночнушка, что и прошлой ночью, и интригующие белые леггинсы, в которых она была на свидании. Гермиона думала, что это странное сочетание, но почему-то сомневалась, что Гарри будет беспокоиться о смешении цветов. Гарри поднес ее руку к губам – жест почти молитвенный Она свернулась калачиком рядом с ним, оценивая леггинсы и новые трусики. Она спросила профессора Макгоногалл о создании трусиков, совместимых с хвостом, после исповеди Джинни, и пожилая женщина научила ее заклинанию для создания дырочки в тех, которые она сейчас носила. Ей пришлось наложить чары ремонта на поспешно переделанные ножницами Лаванды. Одна рука Гарри зарылась в ее волосы, время от времени лаская кошачьи ушки, в то время как другая рука занялась легким скольжением вверх и вниз по позвоночнику, заставляя ее дрожать от удовольствия. Гермиона, тем временем, одной рукой погладила Гарри по щеке, а другой провела по раковине уха, вызвав заминку в его ранее плавных движениях. В конце концов, Гермиона начала очень легко тереться щекой о щеку Гарри, осыпая его легкими поцелуями, пока не утыкалась в его шею. Она решила, что, возможно, на самом деле предпочла бы это более традиционным поцелуям. Возможно, в ней говорила кошка, но это просто казалось более интимным. Возможно, дело было в площади задействованной поверхности – щек больше, чем губ – но она почувствовала себя успокоенной этим контактом. Она чувствовала тепло и тяжесть, немного кружилась голова, как будто их контакт был успокоительным. Она чувствовала, как бьется ее сердце, не быстро, но медленно и сильно, ленивыми, отчетливыми глухими толчками. Гарри, возможно, чувствовал то же самое. Его руки замедлились, и теперь он ограничился на легкими, как перышко, прикосновениями. – Я люблю тебя, Гермиона, – пробормотал Гарри низким, глухим голосом. – Я тоже люблю тебя, Гарри. Я отлично провела время, – сонная ведьма вздохнула и устроилась на теле Гарри. В конце концов она обняла его сбоку, снова уткнувшись лицом в его шею. – Я тоже, – Гарри зевнул. – У меня есть кое-что еще для тебя завтра. Забыл об этом. – Ты меня балуешь. – пробормотала Гермиона, щекоча его своим дыханием. – Ты того стоишь. – выдохнул Гарри, закрывая глаза. Гермиона запечатлела легкий поцелуй на плече своего волшебника. – Спасибо. Через несколько секунд они уже спали.
