Глава 12 Безумие заразительно
11 февраля 2023 г., 13:09
Примечания:
файл не загружается, поэтому абзацы йок.
курсив тоже слетел.
Когда они добрались до хижины Хагрида, возник небольшой спор, где и как припарковать машину. Все сошлись на том, что ее следует оставить в таком месте, чтобы Артур мог забрать ее — машина принадлежала ему, несмотря на длительный период независимости. Гарри с Хагридом предложили припарковать ее у хижины Хагрида, там она не будет мешать студентам, и Хагриду будет легко за ней присматривать. Рон, однако, утверждал, что они должны проехать на машине до самой гостиной Гриффиндора, обеспечив себе ачивку "лучший вход", которой они лишились, разбив ее на подходе.
Гарри заметил, что профессора вряд ли это оценят, и в любом случае, немногие гриффиндорцы к тому времени проснутся. Рон настаивал на том, что не может быть правила, запрещающего парковать в гостиной магловскую машину, поскольку такая ситуация никак не могла возникнуть раньше. Самодовольно ухмыльнувшись, он скрестил руки на груди, словно выиграл спор. Гарри как раз собирался спросить, есть ли, по его мнению, особое правило, запрещающее врезаться на летающих машинах в разумные деревья, когда в разговор вступил Хагрид.
— Если эт’ще не правило, д’маю, они сделают эт' правилом специально для т’бя, — раздраженно заявил Хагрид. — 'Арри, отведи Рона в больничное крыло и пр’следи, чтобы м’дам Помфри осмотрела его. Эт' неприятный удар п' голове, нет смысла риск'вать, — закончил он, указывая на Рона и пресекая неизбежный протест.
Несколько минут спустя Гарри обнаружил, что он спокойно рассказывает медведьме настоящую историю "травмы", пока практикант уговаривает Рона выпить зелье сна без сновидений.
— А потом он просто выдохся, замолчал и упал в обморок, — Гарри пожал плечами.
— Необыкновенно… — пробормотала пожилая женщина, неподвижно глядя на Рона с другого конца палаты. — Вы говорите, он не помнит, как напал на акромантулов?
— Насколько я могу судить, нет. Как будто он был одержимым, — прошептал Гарри, краем глаза наблюдая за рыжиком. — Я никогда не видел, чтобы он прилагал усилия к чему-то подобному. Конечно, время от времени он выходит из себя, но это было… если бы убийство гигантских пауков было олимпийским соревнованием, Англия послала бы Рона, — Гарри удивленно покачал головой.
— Очаровательно, — ведьма кивнула. — Я оставлю его здесь для наблюдения, на случай если воспоминания вернутся или у него случится еще один… приступ, — закончила она неуверенно. — Спокойной ночи, мистер Поттер.
— Спокойной ночи, мэм, — эхом повторил Гарри и вышел из больничного крыла мимо уже храпящего Рона. Затем он взял курс на свое общежитие, где, как он надеялся, его ждет одна ведьма.
Как оказалось, Гермиона действительно ждала его в постели. Почистив зубы и переодевшись в пижаму, он раздвинул шторы и увидел, что она читает учебник при свете палочки, одетая в одну из его рубашек и трусики. Она приветствовала его сочувственной улыбкой, рассудив, что наказание, вероятно, было не из приятных.
— Тебя покусали злые единороги? — шутливо спросила она, поднимаясь на колени и беря Гарри за руки.
— На самом деле, напали гигантские пауки, — сообщил он. Она в тревоге отпрянула.
— Ты в порядке? Они тебя не поранили? — ее глаза расширились от беспокойства, а руки зашарили по телу молодого волшебника, пытаясь найти травму.
— Они не причинили нам вреда. Оказалось, они просто хотели передать свою благодарность за убийство василиска. Но Рон вроде как взбесился и убил нескольких из них, — объяснил Гарри и прикрыл глаза, вспоминая ужасную, но в то же время внушающую благоговение сцену.
— Что он сделал? — прошипела Гермиона. — Он начал войну или что-то в этом роде? Они собираются захватить замок?
— Неа, — Гарри покачал головой. — Очевидно, Рон убил эквивалент Малфоев среди гигантских пауков. Никто не будет скучать по ним.
Гермиона фыркнула и игриво потрепала Гарри по плечу. Она снова притянула его к себе, поцеловала в шею и вдохнула аромат Гарри.
— Как Рону удалось убить семью гигантских пауков? Он до ужаса боится пауков. Я бы подумала, что он просто упадет в обморок при виде их.
— Вообще-то, насколько Рон знает, именно это и произошло.
— Что? — спросила Гермиона с очаровательным видом возмущенного замешательства.
— Забавная история, — начал Гарри. — Давай приляжем, и я тебе расскажу.
***
Гермиона получила огромное удовольствие от рассказа о Роне-истребителе пауков. Они искали рыжего во время завтрака, даже заглянули под скатерть, но его нигде не было. — Должно быть, все еще в больничном крыле, — с опаской сказал Гарри. Ему было неприятно думать, что он мог причинить Рону необратимый вред. Тот изначально не был гением, и нельзя было допустить дальнейшего снижения его когнитивных способностей. Гермиона почувствовала беспокойство Гарри. — Уверена, он в порядке. Наверное, просто решил пропустить несколько уроков, — сказала она с язвительной улыбкой, сжимая руку Гарри. Но к тому времени, когда Рон пропустил обед, даже Гермиона призналась в своем беспокойстве. Молодая пара отправилась в больничное крыло, чтобы проверить, как дела у их несомненно больного друга, и обнаружила, что он совершенно здоров, хотя по-прежнему лежит в постели, играя в шахматы и дружелюбно болтая с директором. Дамблдор, похоже, рассказывал Рону очень увлекательную историю, и ни один из них не обдумывал ходы. — …И тогда графиня спросила: "Это твоя палочка, Альбус, или ты просто рад меня видеть?". Рон и директор разразились хохотом, сбив шахматную доску, висящую над коленями Рона. Оба издали стон добродушного разочарования. — Полагаю, нам придется сыграть еще раз? — спросил рыжеволосый гриффиндорец с блеском в глазах. — Подожди, — пробормотал Гарри, обращаясь к Гермионе. — Я узнал это мерцание, — еще бы. То же самое мерцание отражалось в глазах Дамблдора. — Конечно, мистер Уизли. Мне просто невыносимо не узнать, кто из нас лучше играет, — взмах одной из шишковатых рук старого волшебника привел доску в исходное положение, и она воспарила в дюймах над простынями. — О боже, — задыхалась Гермиона. — Это заразно… Рон подхватит маразм, если уже не подхватил, — она вдруг повернулась, глядя на Гарри расширенными глазами. — О, Гарри, что, если от твоего заклинания? — зашипела она. Гарри выглядел одновременно паникующим и возмущенным. — Я не хотел! Я думал, нас съедят гигантские пауки, нам нужна была любая помощь, и Хагрид предложил заклинание, которое я нихрена не пробовал! — прошипел он в ответ. Ребята почувствовали прикосновение к своим плечам и обернувшись, увидели лицо мадам Помфри. Пожилая женщина поднесла палец к губам, требуя тишины, а затем поманила обоих к двери больничного крыла и вывела в коридор. — Прошу прощения, что напугала вас, но я хотела объяснить, почему мистер Уизли все еще здесь, — начала она, делая паузу и неловко потирая шею. Похоже, она искала приемлемый способ дать странное объяснение. — Мистер Уизли, несомненно, полностью поправился и до сих пор не проявлял агрессии. Я очень сомневаюсь, что ему нужно беспокоиться, это плохое исполнение простого заклинания магии разума. Если бы это было плохое заклинание забвения, нам пришлось бы беспокоиться, но плохие веселящие чары — это не так серьезно, — сказала она успокаивающе. — Просто… — она сделала паузу. — Мы оставляем мистера Уизли, чтобы понаблюдать за директором, — заявила она. Гарри и Гермиона молча стояли в замешательстве, ожидая, когда все прояснится. — Мы были обеспокоены тем, что директор страдает от… — она запнулась. — Старческой рассеянности, — деликатно закончила она. — Значит, Рон — диагностический тест на слабоумие? — прямо спросила Гермиона. — Не могу сказать, забавно это или вполне разумно, — она повернулась к Гарри. — И то, и другое? — задумалась она. Гарри беспомощно пожал плечами. Мадам Помфри вздохнула. — Полагаю, слабоумие — один из способов это описать, да, — медведьма кивнула и продолжила, прикусив губу и глядя вдаль поверх голов молодой пары. — Но они прекрасно ладят, и директор, похоже, не прочь рассказать мистеру Уизли истории, по содержанию которых можно судить о его самочувствии. Мы просто пытаемся… — она снова прикусила губу. — Оценить, насколько его воспоминания правдивы, а насколько он просто выдает желаемое за действительное. Гермиона сочувственно кивала, а Гарри выглядел глубоко обеспокоенным мыслью о том, что самый могущественный из ныне живущих волшебников может оказаться совершенно безумным. — Пожалуйста, не говорите об этом никому, — обратилась к ним медведьма. — Директор всегда был эксцентричным, и, возможно, с ним все в порядке. Даже если это не так, он не заслуживает, чтобы с ним обращались как с инвалидом. Он так много сделал для всех нас… — ее голос погрустнел, и она снова смолкла, покачав головой. — Мы оставим это при себе, мэм, — заверила ее Гермиона. — Когда вернется Рон? — спросил Гарри. — О, я не уверена, — вяло сказала медведьма, прижав ухо к двери, когда из палаты донеслись приглушенные раскаты смеха. — Полагаю, они не могут играть в шахматы вечно. Гарри и Гермиона одарили женщину одинаковыми многозначительными взглядами. — Вы совсем не знаете Рона, не так ли? — медленно спросил Гарри. — Ох, — сказала мадам Помфри уныло. — Только шахматы и еда, да? — мрачно спросила она. Гарри и Гермиона кивнули. — Тогда вам лучше пойти на занятия, — она вздохнула. — Я скажу мистеру Уизли, что вы заходили. Она открыла дверь в палату, и часть рассказа директора была слышна до того, как она захлопнулась. "Выяснилось, что это был сезон спаривания единорогов, и мы могли бы избежать всей этой неразберихи, если бы я просто принес паприку вместо чеснока! Французы были в ярости". Старик захихикал.***
— Я послала маме письмо, что ты останешься с нами этим летом, — нервно сказала Гермиона за ужином. Рона еще не было, вероятно, он так и общался с директором. — Что именно ты написала? — спросил Гарри, забыв о еде. — Я сказала, что твои родственники относятся к тебе как к рабу, а не как к члену семьи, и обвиняют тебя в своих проблемах, хотя ты не делал ничего плохого, — старательно декламировала она. — И то, и другое технически верно, — кивнул Гарри. — Хотя и немного преуменьшено, — пробормотал он. — О, я также упомянула, что твой кузен избивает тебя и никогда не получает за это наказания, — она сделала паузу. — И что мы встречаемся, — тихо закончила она. Брови Гарри удивленно вскинулись, и он медленно закончил жевать рулет, который не помнил, как положил в рот. — Как ты думаешь, как это будет воспринято? "Можно я приведу своего парня пожить со мной этим летом, мама?". Гермиона фыркнула. — Я не дура, — сказала она, закатывая глаза. — Я знаю, то, что мы встречаемся, будет работать против нас, но будет нечестно и нелегко скрыть это от моих родителей. Мама попытается убедить отца, — сказала она с надеждой. — Она сказала, что еще не уверена, скажет ли она ему о наших отношениях, — пробормотала она. Гарри откинул голову назад и издал низкий стон. — Не могу дождаться, что получится. — Уверена, все будет хорошо, — сказала Гермиона, хотя ее словам не хватало убедительности. — К тому же, мы еще маленькие. Я могу представить, что он откажет, если бы мне было шестнадцать или около того, но мы можем приучить его к этой идее сейчас, и у тебя, по крайней мере, будет где остановиться на лето. Гарри согласился, что ему нужно как можно больше времени провести вдали от Дурслей. Позже вечером, одетая в так любимую Гарри белую шелковую комбинацию, она продолжала рисовать картину того, каким могло бы быть их совместное лето. — Мы не будем проводить вместе ночь, но в парке можно обниматься целый день. Мы сможем ходить на пикники или ездить в город за индийской едой, когда захотим, — бормотала она, а Гарри обнимал ее, прижавшись лбом к ее лбу. Он коснулся губами ее губ. Гермиона вздохнула и продолжила. — Мы можем даже поплавать. Ты умеешь плавать? — спросила она, поглаживая его по щеке. — Нет. Думаю, Вернон специально позаботился, чтобы я не умел… на всякий случай, — он усмехнулся. — Это не смешно, Гарри, — она вздохнула. — Я тебя научу. В воде много возможностей для тесного контакта, — она улыбнулась, когда Гарри кончиками пальцев провел по ее бедру. — Возможно, мне придется "спасать" тебя несколько раз, просто для развлечения. — Думаю, я не откажусь от некоторой… реанимации, — сказал Гарри с избытком самодовольства. — Надеюсь, я смогу подождать, пока ты окажешься в воде, — хихикнула Гермиона. Гарри провел пальцами по корню ее хвоста, заставляя ее ерзать. — Знаешь, из-за тебя трудно заснуть, но также ты вызываешь желание остаться в постели. Это сводит с ума, — она поцеловала Гарри в кончик носа. Не чувствуя угрызений совести, Гарри ничего не ответил на это обвинение.***
Спустившись к завтраку на следующее утро, Гермиона и Гарри обнаружили, что Рон по-прежнему отсутствует. — Может, он еще развлекает директора, — предположил Гарри. Гермиона осмотрела стол преподавателей в поисках очков-половинок Верховного Чародея, и уронила челюсть, обнаружив вместо Дамблдора Рона с толстой золотой цепью на шее, в мантии самого роскошного сиреневого цвета и шляпе в стиле битников. Он сидел в кресле директора школы. — Ох, — только и смогла сказать Гермиона. Она зажмурилась, словно надеясь, что проблема решится сама собой. Но когда она снова открыла глаза, Рон все еще дружелюбно беседовал с профессором Макгоногалл, которая вела себя так, словно это было обычным явлением. В этот момент она заметила движение под столом у ног Рона. Это была выглядевшая отчаянно и испуганно Поппи Помфри, связанная, с кляпом во рту, бесполезно пытавшаяся освободиться. — О боже, нет! — задохнулась Гермиона и в страхе схватила Гарри за руку. Рон встал и жестом призвал к тишине. — Студенты… — буркнул Рон, звуча пародией на голос Дамблдора. — Я внес несколько изменений в кур… э… учебный… э… материал, который мы будем преподавать. Отныне никаких Зелий! — он воздел кулак под бурные аплодисменты. — Кроме того, другие основные предметы теперь будут необязательными, и ни один из них не будет начинаться раньше одиннадцати утра! — еще больше аплодисментов. — Зелья будут заменены новым курсом "Основы квиддича", который буду преподавать я. Это обязательно для парней, — и снова толпа всколыхнулась. — Девочки могут выбирать между квиддичем и кулинарией, — раздались одобрительные возгласы. — Полагаю, пуфы могут выбрать и кулинарию, — допустил он. Раздались разрозненные, немного вялые аплодисменты. — Ты не будешь пищать от счастья? — вопросил Гарри. — Не думаю, что ты будешь, — устало сказала Гермиона. Только тут она заметила, что Рон приветствует за столом персонала слона в фиолетовом эскотском галстуке и поварском колпаке. — Не знал, что министр умеет готовить, — задумчиво пробормотал Гарри. "Это не может быть реальностью. Не может…" И тут она проснулась, обнаружив в нескольких сантиметрах от своего лица обеспокоенного Гарри. — О, хвала небесам! — вздохнула она с облегчением.
