непризнанные дни, падшие ночи

Корлис проснулся, услышав взмах крыльев. Три ворона, три письма. Птицы залетели через открытые ставни башни Десницы и приземлились на стол, поверхность которого занимали стопки пожелтевших пергаментов, толстые книги о происхождении семей великих и малых домов, перо и чернила. Вороны крутили головами и сверкали черными глазами. Набросив бархатный халат, Корлис покинул теплую постель. Один ворон выдал звук, другие молча оценили мужчину в цветах морской волны. Освободив лапки птиц от маленьких свитков, лорд Веларион взялся читать. Вороны улетели, оставив его наедине с загадочными вестями. Первое письмо пришло из Высокого Прилива. Его брат, Веймонд Веларион, писал, что в порту Халла были пойманы разведчики из Тироша. Он описывал, что один из стражников услышал чужестранный акцент, когда толпа из восьми человек, облаченные в простую одежду, проходили мимо. В Халле не редкость встретить чужестранца, но эти тирошские гости вели себя так, словно старались скрыть свое пребывание. Они, вливаясь в толпу торговцев и покупателей, не пропускали из виду все, что встречалось им по пути. Складывалось впечатление, что мужчины присматриваются, запоминают каждый уголок тесных улочек, даже лица здешнего народа. Стража следила за ними, а затем, их взяли. При допросе, разведчики отличились непреклонность. Было решено сохранить им жизни до возвращения Корлиса. Также, в Дрифтмарк вернулась леди Лейна, вместе со своим братом, лордом Лейнором. Значит, дочке удалось его убедить, подумал Корлис, выдохнув с облегчением. И напоследок, Веймонд добавил, что слышал на улицах Спайстауна разговоры пожилых рыбаков, которые твердили, будто две ночи назад, во время ночной рыбалки, видели, как Кровавый Змей пролетал над Дрифтмарком. Отложив письмо от брата, Корлис подумал, нет ли связи между тирошскими разведчиками и Караксесом? Может, Деймон Таргариен летал над Дрифтмарком, чтобы оценить обстановку и ее благоприятность для его фатального замысла? Если это так, то почему Порочный Принц выбрал Дрифтмарк? Драконий Камень, или опустевший Рунный Камень, который перешел ему в наследство после трагической гибели леди Реи Ройс, были бы замечательным удаленным местом, учитывая, что грандиозные планы любят тишину. Но выбран был Дрифтмарк, и его люди переплыли Узкое море, вступив в портовый Халл. Какова была их цель на острове? Что именно им нужно было разведать? Сильные и слабые места флота? Дисциплину и сплоченность армии? Ее отсутствие? Корлиса осенило, что тирошские разведчики были посланы, чтобы убедить Деймона, что половина флота Веларионов отбыла в Королевскую Гавань. Море уязвимо, и флот Вольных Городов получит зеленый свет для наступления. Это означает, что Деймон в курсе происходящего на Вестеросе. Он далеко физически, но знает все тонкости событий. Могли ли его наблюдения коснуться и Королевской Гавани? Были ли его люди здесь, в Красном Замке? Для чего конкретного? Подытожить, насколько необратимо разрушаются отношения между двумя семьями? Кто из них слабее? Или, Порочный Принц выполняет свою привычную роль — заранее предусматривает шаг Лорейнис Веларион? Корлис вспомнил о письме, переданное слепым мальчишкой лорду Ларису Стронгу в Староместе. Исходя из написанного, Хайтауэры узнали, что Деймон Таргариен стал мятежником и идолом для рабов и преступников Вольных Городов, освободив их и дав возможность сбросить власть чревоугодных правителей. Он со своей новой армией освобождал город за городом, и неприступным, пока что, оставался Пентос. Деймон сел у его стен, и воины Таргариена не прекращали набеги. Но город вскоре пал, когда в рядах армии появились еще драконы. Верно было бы подумать на Лейнора, пребывающий на тех же землях, но Корлис вспомнил, что Морской Дым у Лейны, на нем же она и отправилась на поиски брата. Больше вариантов у лорда Велариона не нашлось. Но остается факт, что у Порочного Принца числится в союзниках наездники драконов. Загадка состоит в именах наездников и в происхождении их крылатых змеев. Вопрос с Деймоном Таргариеном и есть основной, страшной и необъяснимой загадкой. Корлис попросту не мог понять смысл затеянного. В том же письме, которое он прочел после Лорейнис, лишь словом упоминалось о стремлении Порочного Принца напасть на Вестерос. Так же, ничего не было сказано о его желании отнять у внучатой племянницы Железный Трон. Понятно, что онемевший вестью о восстании во главе с Деймоном в Эссосе, лорд Хайтауэр мог предположить о захвате престола, но даже слепому и немому известно, что Деймон не причинит вреда королеве Лорейнис Таргариен. Или, он рассчитывает, что девочка просто не станет ему мешать достичь славы занять Железный Трон? Корлис побледнел от этой мысли. Может, он не зря вложил в нее все силы и принципы, которым был верным сам? Пошагово требовал совершенства, возжелав, чтобы Ло превзошла и его самого? Он идеализировал ее, и девочка поверила, что никто ее не достоин, кроме Деймона. Он привязал ее утешительными словами, отцовским теплом и защитой от всего и всех. Деймон добился цели, потратив целые годы жизни. Но зачем он бросил свое верное дитя на поедание зеленым стервятникам? Ради очередного доблестного дела, после которого он вернется, и без войны возьмет то, о чем мечтал со времен правления своего покойного брата Визериса? Нужно готовиться к сопротивлению, подумал Корлис. Он встал изо стола, чтобы отправиться в покои внучки для серьезного разговора, но не раскрытых еще два письма вынудили его немного остыть и обратить на себя внимание. Второе письмо из Солнечного Копья. Корлис узнал, что князь Кворен Мартелл разозлен замедлением брачного процесса. Не раздумывая, принц дорнийский хотел расторгнуть помолвку принцессы Алиандры с принцем Эймондом Таргариеном, но юная княгиня переубедила отца, объявив, что не видит для себя лучшего мужа, чем принц Эймонд. Сегодня прибудет галея Мартеллов в Королевскую Гавань. Принц Кворен хочет поскорее превратить помолвку в свадьбу и обсудить все детали на приеме. Корлис понял, что у Хайтауэров появился союзник. Брак усилит поддержку, и все знают, что Мартеллов нельзя недооценивать. Более того, Корлис рассчитывал, что принцу не доложили об обстановке в Красном Замке, где лорд Отто Хайтауэр лишился статуса десницы, леди Алисент Хайтауэр под наблюдением стражи, лично подобранная лордом Харвином Стронгом, а король-консорт, Эйгон Таргариен, пребывает в темнице, среди преступников и кромешной тьмы. Требовалось срочно обсудить с Лорейнис о дальнейшем развитии с браком и союзом с Дорном. Третье письмо без печатки, что очень заинтересовало Корлиса. Он развернул свиток и ему открылись пару строчек на валирийском языке. «Kustikāne iksos daor isse se lentor. Se dāria's kustikāne iksos isse se zaldrīzes.»* Лорд Веларион узнал почерк. Мысль, что в Красном Замке есть люди Деймона Таргариена правдива. Желательно знать, кто это. Скорее, это кто-то из служанок Лорейнис, или… лорд Ларис Стронг. Полное безумие подумать, что Ларис не просто отправился в Старомест для встречи с архимейстром Ровеном и приобретения редкого паука. Это было прикрытием, чтобы найти в садах Староместа не примечательного слепого посланника Деймона, который, без всяких объяснений, передал Ларису свиток, где описывается о чудных свершениях Порочного Принца на землях Эссоса. Ларис сказал, что мальчик молвил передать письмо деснице королевы. Неужели, Деймон хотел предупредить лорда Отто Хайтауэра, что пришел его черед вступить в игру? Корлис еще раз прочел строки на валирийском языке. Порочный Принц упомянул, что королеве нужен дракон, в этом ее сила. Он имел в виду себя? Седьмое пекло. Он и вправду жаждет войны. Моя бедная девочка обречена вести битву, подумал Корлис. Не переодевшись, он спешно направился в опочивальню королевы Лорейнис Таргариен. Лорд Корлис спустился из своих покоев, перешел мостик, соединяющий две башни, и поднялся по крутой лестнице на главный этаж, где находилась опочивальня государыни. Сир Харвин Стронг стоял на страже, сжимая рукоятку своего боевого меча. Глаза рыцаря сверкнули из-под железного шлема, и Корлис сравнил его блеск с блеском зорких глаз охотничьей птицы. Наверное, за его белым плащом скрываются большие крылья, подумал лорд Веларион. Ни у кого не вызывало сомнения, что сир Харвин отдаст свою жизнь взамен на жизнь его королевы, и конечно, были те, кто проводил параллель с покойной принцессой Рейнирой, к которой, отчаянный Костолом, сохранял свою верность до конца. Видел ли Стронг в девочке тень ее матери? Или, Лорейнис вызывала в нем те же отцовские чувства, которые он испытывет к братьям Веларионам? Сир Харвин наклонил голову, встретив лорда Корлиса. Когда он снова посмотрел на десницу и его глаза заблестели надежностью, Морской Змей уверился, что Костолом поплывет на самое глубокое дно и достанет утопающую королеву Лорейнис Таргариен. Долг верности, или отцовская любовь. Что ним бы руководствовало, остается гадать. — Ее высочество еще спит, — сказал сир Харвин. — Никто не приходил? — Корлису не нравилось, что принц Эймонд сохранил за собой право свободно передвигаться Красным Замком, но леди Рейнис уверила супруга, что из всех лиц семьи принца, лишь Эймонд и его прелестная сестра Хелейна не угроза для Лорейнис. Возможно и не угроза, если верить, что Одноглазый и вправду верен своей любви к Лори, но он кровь Хайтауэров, и честь семьи превыше собственного достоинства. Леди Алисент яркий тому пример. — Принц Эймонд был в покоях королевы, — признался Харвин. — Между ними случился неприятный разговор. Он настаивал простить его семью, но королева осталась непреклонной. — Корлис вспомнил о союзе с Мартеллами и мечтах Деймона Таргариена. Стыдно признать, но мирится таки придется. — Я благодарен вам за службу, лорд-командующий, — сказал Корлис. Сир Харвин отворил дверь и лорд Веларион вошел в королевские покои. Лорейнис еще сладко спала. Корлис не хотел ее будить, но три свитка в его руке напомнили, что беседу нельзя откладывать. Он разбудил внучку, погладив ее по руке. Приоткрыв сонные сиреневые глаза, Лорейнис не ожидала увидеть дедушку. Еще не рассвело, но если десница в ее покоях, значит появились неотложнные дела. — Ты так рано, — сказала тихим голосом Лорейнис, ощутив во рту сухость. Она поднялась с постели и облачилась в шелковую накидку. — Я получил три письма, Лорейнис, — Корлис наполнил чашу прохладной водой и подал внучке, — все безутешные. — Девушка поднесла чашу к губам и выпила воду. Необъяснимая тревога вдруг сдавила ей грудную клетку. — Я начну с Мартеллов. — Вот и объяснение. Любовь и, казалось бы, безграничная власть в ее руках, позволили Лорейнис забыть о союзе с Дорном, и конечно же, о браке княгини Алиандры Мартелл с принцем Эймондом Таргариеном. Они должны были пировать в Солнечном Копье еще не так давно, но Лорейнис украла Эймонда, отдавшись ему на Драконьем Камне. Уязвимая девочка, сидевшая внутри нее, оправдывалась любовью и вожделением, но перед десницей стояла взрослая девушка, взявшая на себя ответственность короны, и она не знала, как себя вести и как реагировать дальше. — Князь Кворен написал, что сегодня прибудет в Королевскую Гавань. Принцесса Алиандра тоже. — Корлис сел за круглый стол, Лорейнис молча направилась на балкон. — Из-за недавних событий, — Лорейнис перебила дедушку, сложив руки на груди. Ветер дул в лицо холодом, и ей казалось, что она слышит, как волны Узкого моря несут корабль Мартеллов к берегам столицы. — Из-за моей слабости, — сказала она, — говори, как есть, дедушка. — Из-за твоей слабости, — неохотно повторил Корлис, — свадьбу пришлось отложить. Пока в Красном Замке творился хаос, Мартеллы остались в неведении всего происходящего. — Как мне известно, Хайтауэр написал принцу Кворену, что Эйгона якобы взяло легкое недомогание, — Лорейнис вернулась, сев напротив дедушки. Корлис увидел, как почернела сирень в глазах внучки. — Верно, но более никаких писем, — сказал Корлис, наполнив себе чашу водой. — Хорошо, что княгиня Алиандра убедила отца сохранить помолвку. — Он хотел понять, что чувствует Лорейнис, и ее пронзающий взгляд довел, что решение провести свадьбу дастся ей не легко. Она признала, что ее поступок — проявление слабости. Она любит Эймонда, и Корлис ничего не мог, как посочувствовать внучке. Он, отпив свежей воды, взял девушку за руку. Да, она королева, но в первую очередь, она его кровь. — Милая, — начал говорить Корлис, — я знаю, что тебе нелегко одобрить такое решение. Я всегда буду на твоей стороне, но сейчас, ты должна помнить, кто ты есть. Лорейнис, — он взял ее и за вторую руку, — я помню те дни, когда покойный король Визерис прибыл в Высокий Прилив и просил меня дать согласие на брак Рейниры с Лейнором. Прежде, чем согласиться, я уточнил, чье имя будут носить наследники этого брака, и он ответил, что дети Рейниры и Лейнора, несомненно, родятся с именем их отца, но когда придет черед их первенца занять Железный Трон после матери, он станет Таргариеном. Лорейнис вспомнила, как Рейнира учила Лейнора заплетать дочери волосы. Краткое воспоминание вызвало горячую пелену слез на глазах девушки. Они не любили страстно друг друга, но показали ей, что любовь бывает разной. — Но ты стала Таргариеном еще по одной причине, — продолжил Корлис. — Мне больно признать, но нам придется договариться с Хайтауэрами. Придется налаживать отношения с ними. — Лорейнис нахмурила брови, но не посмела перебить дедушку. — В первую очередь, Эймонд обещан княгине Алиандре Мартелл, и мы ничего не можем поделать. Дорн нужен короне. Все Семь Королевств должны быть в единстве. — Корлис приблизился к самой страшной теме, и он не мог угадать, как отреагирует Лорейнис. — Потому что грядет настоящая война. — Но кто осмелится ее объявить? — Лорейнис знала ответ, но хотела все равно его услышать. — В письме, написанное моим братом Веймондом, говорится о разведчиках Тироша, которые проникли в Халл. — Корлис дал свиток Лорейнис. Девушка прочла его. Ее охватил страх, когда она узнала, что рыбаки Спайстауна видели Караксеса. — Да, Деймон тоже пролетал над Дрифтмарком, — сказал Корлис, увидев стеклянные глаза внучки. — Еще, — он вручил свиток без печатки, — Деймон написал мне лично. Он считает, что ты будешь сильной, когда у тебя появится дракон. — Лорейнис читала валирийские строки его голосом в своей голове раз за разом. — Я думаю, что он имел в виду себя. — Деймон хочет помочь мне, а ты говоришь о войне и мире с Хайтауэрами, — возмутилась Лорейнис, и Корлис еще раз уверился, что Деймон воспитал ее правильно. Правильно для его планов и свершений. — Деймон хочет Железный Трон, Лорейнис, — голос Корлиса стал тверже, — и нынешняя ситуация с Хайтауэрами ему на руку. Я подозреваю, что письмо, которое получил Ларис в Староместе, напрямую связано с Порочным Принцем. Он хотел, чтобы Отто начал бояться его. Но не в целях защитить тебя от его подлости, а исключительно расположить тебя к себе и забрать престол. — Он же не убьет меня? — Есть более подходящий вариант для него стать ближе к Железному Трону, — Корлис отпустил ладони внучки, сжав руки в кулак. — Если мы не заключим сделку с Хайтауэрами и Эйгон не изменит своего отношения к тебе, Деймон придет на Вестерос войной, убьет всех, кого посчитает нужным и попросит твоей руки. Понимаешь, Лорейнис? Будучи девочкой, она могла только мечтать стать достойной женой такого доблестного рыцаря и внимательного мужчины, как принц Деймон Таргариен. С возрастом, ее понимание любви менялось, исходя из разных ситуаций, за которыми ей приходилось наблюдать. Но Деймона это не коснулось. Она всегда воспринимала его за отца, и только наедине с ним, ее мысли более не ограничивались подобным восприятием. В то долгое лето, ей исполнилось четырнадцать, и Деймон взял ее на Драконий Камень. Пока Караксес шумно и крепко спал, расположившись на скалах, Деймон предложил внучатой племяннице искупаться в море, нагретое солнечными лучами. Она охотно согласилась. Теплый и легкий ветер. Ослепительный свет пробуждающегося солнца. Деймон сбросил с себя одежду на влажный песок, зашел в море по пояс и обернулся лицом к Лорейнис. Он улыбнулся тогда самой нежной улыбкой на целом свете. И все девушки и женщины позавидовали бы ей, будь они свидетельницами. Лорейнис, одолев стеснение, тоже сбросила с себя ткани и побежала голышом в морскую воду. Деймон взял ее за руку, прежде чем они стали плыть под водой. Им открылся удивительный мир моря. Они плыли и плыли. Им даже встретились киты. Взрослые и малыши. Они обменивались звуками, общаясь между собой. Лорейнис до сих пор помнит приятные китовые звуки. Как и смелость Деймона, который не побоялся дотронуться ладонью взрослого кита. Кит лишь издал недолгий и звонкий звук. А потом они вынырнули и Деймон поцеловал Лорейнис. Его сильные руки обхватили маленькую Ло, и только известно богам, как она не хотела, чтобы этому пришел конец. А сейчас дедушка говорит, что Деймону нужен Железный Трон, а не она. Он знал еще до ее рождения, что ей быть королевой Семи Королевств после матери. Неужели, поэтому, он ее любил? Взял на себя ответственность быть для нее отцом, учителем и идолом, чтобы без препятствий надеть на себя корону и сесть на престол? Возможно. Если бы он любил меня, то не позволил связать мою судьбу с братьями Таргариенами и Хайтауэрами, подумала Лорейнис. Она вспомнила, как Кристон поведал, что Деймон был любовником Рейниры. Наверное, он и в ней видел прекрасную возможность ухватиться за власть. Но Визерис женил дочь на первенце Корлиса. Но это не был удар для Деймона. Он все предусмотрел. Как и сейчас. — Леди Алисент не была права в одном, — заговорила Лорейнис, — Деймон, на самом деле, не желает меня. — Ее глаза, полны разочарования, взглянули на Корлиса. — Ты прав, дедушка. Он желает лишь Железный Трон. И считает, что я буду сильной, если поддержу его. Но не он короновал меня. Не он возложил на меня надежды, как на государыню Семи Королевств. И он не получит ни короны, ни власти. — Это правильное решение, — сказал Корлис. Он не видел, как внутри Лорейнис образовалась огромная черная дыра. Ей вырвали сердце, но не сломали кости. — Мы должны держаться вместе, милая. Нам нужно победить настоящего врага, а всех остальных — мы обыграем. Корлис говорил, но Лорейнис, будучи опустошенной правдой, смотрела на дедушку пустыми глазами и старалась прислушиваться. — Княгиня получит принца, корона получит Дорн, — сказал Корлис. Лорейнис подумала, что с Эймондом стоит поговорить наедине. Но он не станет ее слушать, потому что отказаться от нее, когда они заплатили такую страшную цену за одну ночь и любовь без лишних взглядов — никогда. Тогда стоит поговорить, как королева с принцем. — Но прежде, чем Мартеллы прибудут в Королевскую Гавань, нужно обсудить, что мы заключим с Хайтауэрами. Я думаю, что лорд Отто и леди Алисент могут отправится домой, в Старомест. Леди Хелейна в праве решать, где ей будет лучше. — А я должна принять Эйгона? — это был риторический вопрос. Она понимала, что ей снова придется подписаться на его пьяные выходки и непостоянный характер. Но она королева, а он по-прежнему ее супруг и король-консорт. Дед Визерис не только признал первенца Рейниры наследницей престола, но и отдал беречь и уважать своего сына Эйгона. — Я думаю, что темница немного повлияла на него, — сказал Корлис. — Он обдумал свои поступки и захочет исправится, — Лорейнис ничего не ответила, опустив глаза. Сложно поверить, что Эйгон способен принять свои ошибки и исправиться. — А Кристона Коля стоит лишить головы. — Его позорный удар не простителен, но Лорейнис не хотела думать о казни, представив, сколько будет смертей и пролито крови, когда Деймон нагрянет войной на Королевскую Гавань. — Мы должны собрать лордов Семи Королевств в Красном Замке, — молвила Лорейнис, взглянув в глаза дедушки, — и объявить, что принц Деймон Таргариен планирует напасть на Королевскую Гавань со своим войском из Вольных Городов. — Это только посеет панику, — не согласился Корлис. — Хайтауэры знают, чего хочет Деймон, и брак с Алиандрой, обеспечит им хорошего союзника. Ланнистеры тоже на их стороне. Не забывай, Лорейнис, что Эйгон и Эймонд тоже Таргариены. Такие же наследники короны, как и ты. Леди Алисент, наверняка, видела сон, где тебе и узурпатору Деймону отрубывают голову за измену, и Эйгон становится полноправным государем. Поэтому, им нужны союзники. Чтобы поддержать право ее первенца на престол. — Тогда я сама остановлю Деймона и люди увидят, что я достойная королева. — Лорейнис, в одиночку, мы не справимся. — Корлис поднялся на ноги. — Веймонд не сможет удержать Глотку остатком флота, когда галеи Тироша или Пентоса нагрянут. Оставить Королевскую Гавань без кораблей, которые прибыли со мной, тоже невозможно. Только глупец не оценит мощь флота Браавоса. У нас только один дракон, Морской Дым. Джекейрис и Люцерис не будут брать участия в защите столицы. Мальчики еще юны для битвы, как и их драконы. А я знаю, что помимо Караксеса, у Деймона появились драконьи наездники. Но мне неизвестно, сколько у него драконов. — У нас будет Солнечный Огонь и Вхагар. Это в том случае, если Алисент не переубедит своих сыновей, что моя смерть выгодней, чем мое дальнейшее правление Семью Королевствами. — Ты сама озвучила причину, почему не стоит рассчитывать на драконов принцев, — молвил Корлис. — К сожалению, мы не имеем превосходства в драконах, как Хайтауэры. Наша единственная привилегия — союзники. Чем больше сторонников, тем сильнее вера в тебя, как в истинную королеву. Люди должны увериться, что не только мужчина способен достичь мирного и процветающего правления, заняв Железный Трон. — У тебя уже есть варианты? — Да. Дом Баратеонов уже наши сторонники. Я думаю, что нужно расположить и дом Старков. — Корлис хорошо знал лорда Кригана Старка, как и его усопшего отца, лорда Рикона. — Если Старки примут наше предложение, Север будет верен твоему правлению до конца. — Какое предложение? — Лорейнис стало интересно. — У лорда Кригана и его леди-жены Алисанны есть дочери, и Джекейриса будет помолвлено с одной из них. Люцериса же помолвим с одной из дочерей лорда Борроса Баратеона. Ты принимаешь такой вариант? — Лорейнис кивнула головой. Она подумала, что Деймон придет в ярость, когда узнает, что она заручилась поддержкой лорда Кригана Старка. Однажды, он убил Темной Сестрой белого лютоволка тогда маленького Кригана. А все потому, что убедил Рейниру, будто лютоволк собирался загрызть малышку Ло. На самом деле, лютоволк залез на постель, накрытая одеялом из волчьих шкур, и лег так, чтобы согреть плачущую от холода Лорейнис. Об этом ей рассказала Рейнира, и девочка, которой уже исполнилось семь лет, старалась представить этого лютоволка. Но у нее ничего не получилось. — Мы все сможем, — сказал Корлис, вырвав Лорейнис из мыслей. Она улыбнулась дедушке. Неожиданно, постучали в дверь. — Можете войти, — молвила Лорейнис, поднявшись на ноги. В покои вошли леди Рейнис и принц Джекейрис. Юноша подбежал к сестре и обнял ее. Рейнис ласково улыбнулась внукам. — Милая, я позову служанок. Тебя нужно подготовить к приему. — Корлис и Рейнис переглянулись. — Галея Мартеллов причалила к берегу Королевской Гавани.