Иная параллель

Двадцать второе апреля. Среда. Весь этот день Виктор полностью посвятил поиском пищи. На третий день пребывания в этом лесу, в нём пробудилось сильное чувство голода, не отступающее, и только лишь раздражающее самого себя. Боль в животе становилась невыносимой, терпение у Виктора иссякало, нужно было немедленно искать себе пропитание, иначе он сляжет в этом чёртовом месте от голода, конечно, не сразу...   В среднем, человек может продержать без еды, — тридцать дней, но при том участвуют множество факторов, таких как: потенциальный вес, физическое состояние, здоровье, метаболизм. Очень много зависит от морального состояния человека.   По ходку поисков Виктор размышлял: «Пока, что ничего... Ягоды, да и только. Есть ещё и грибы, их тут много везде. Но... Ты же не собираешься их есть в сыром виде? Их ведь нужно готовить, а у меня нет ни котелка, ни огня и вообще, у меня многого нет, чтобы выжить в этом проклятом лесу! Как же сейчас пригодилась бы зажигалка! Зря я бросил курить... Сейчас мне сыграло бы это на руку. Это уж точно...   Но, что тут... У меня нет элементарного ножа или топора и... Где я их возьму? Где я... О-о-о... Ты же не думаешь? Что, нет? Это хорошая идея, но я не думаю, что они пойдут на это. Ты ведь прекрасно видел, что у гномов имеются инструменты, как минимум кирки и топоры, точно! Неужели ты собираешься отобрать их? А что мне остаётся делать? Эти инструменты мне здорово понадобятся! Ещё как! Они облегчат мой труд, это всё очевидно, но придётся возвращаться туда... Тем более что они могут оказать яростное сопротивление, ведь их много! Человек тридцать, если не больше, а вернее не человек, а... да не важно.   Но сказать, — это одно, а сделать, — другое. Ведь... Как ты собираешься пробраться к ним? Ведь все свои орудия они хранят у себя в логове, которое под землёй, под холмом, я до них никогда в жизни не доберусь... Если, конечно, не... Стоило бы подумать... Если мне удастся захватить в плен одного из них, то возможно в обмен за своего сородича, эти коротышки отдадут мне всё своё оружие. Но такого может и не случиться, они могут и не пойти на такое. Да, и с чего я вообще взял, что мне удастся запугнуть их? Они — опасные маленькие твари, от которых сложно ожидать чего-то доброго. Слишком много «может»... Всего не предугадаешь, но мне, чёрт возьми, стоит попытаться, это может стоить жизни, но так или иначе, все мы умрём в назначенное судьбой время, только так... »   Виктор, перед своим уходом, разлил воду из пятилитровой бутылки по вёдрышкам, что оставили у колодца гномы. Он перенёс их к себе в шалаш. Вёдра те были в два раза меньше обычного колодезного ведра, оно и понятно: какие размеры хозяина, таковы будут и значения его инструментов с приспособлениями.   В пустую пятилитровку Виктор насобирал всю, встретившуюся на пути, ежевику с клюквой, все, что оставалось на кустах, он съедал тут же. Он ходил по лесу, изучал его, запоминал места, был бы у него с собой топор или лезвие, он помечал бы на стволах указатели, чтобы не заблудиться, а прежде всего, облегчить поиски своего шалаша. Но на первый раз он далеко не забредал, так что благополучно вернулся обратно.     Все вокруг зарождало лишь волнение и страх. Ничего. Небо пустовало, не было ни единого облачка. Животные, звери, насекомые и прочие живые организмы, куда-то все исчезли. Пустота и безмолвие, вот как можно было описать в двух словах то место, куда забрёл Виктор.   Это было очень странно и необычно. Необычные условия для человека, совершенно другая обстановка и среда. Ни одной живой души, кроме страшных и опасных сущностей. Это место создал сам Дьявол, здесь нет ничего хорошего, здесь нет ни надежды, ни веры. Виктору ещё предстоит всё это понять, осознать и смириться... пока что он просто выживал и мечтал. Он мечтал как можно скорее выбраться отсюда, но в то же время понимал, что это уже не тот лес, который располагался между Сальвинском и Елисейском, это был другой лес, место это было уже не земное... Со временем Виктор осознает и это. Время... Время всё расставит по своим местам.   Размеры этого леса были неподвластны человеческому разуму, в этом месте не было такого понятия, как расстояние, или протяжённость. Всё было нескончаемо и бесконечно. Это не наш мир. Это нечто другое. Здесь другие законы и порядки. Неизвестно кто ещё здесь обитал, но людей, здесь вряд ли можно было найти. Это место не создано для человека... его не должно здесь быть, — ему тут не место. Здесь всё не так, как в нормальном мире. Здесь всё более непредсказуемо и чудотворно, фантастично и нереально. Весь тот лес, — сплошная бесконечность иной параллели.     Виктор объелся ягод. Он выпил достаточно воды, чтобы вызвать ещё более мерзкие ощущения в желудке. Ему стало плохо. Живот выворачивало, всё внутри булькало и лопалось. Был явный перебор с ягодами, Виктор в ближайшем кусте испражнился, и вытерся последними остатками газет. Он понимал, что от ягод получит лишь новые позывы к испражнению, они больше не утоляли голод, они только усугубляли его. Нужно было искать что-то более съестное.   Этот день проходил на удивление спокойно и умиротворённо. По сравнению с предыдущими днями, сегодня Виктору никто не встретился и никого он не заприметил издалека. Гномы по-прежнему не появлялись, никто не вернулся за вёдрами. Спустя время, когда на часах пробило 16:00, Виктор собрался в путь. Нужно было преодолеть себя и любыми способами заполучить инструменты у коротышек.   Он припомнил свой вчерашний маршрут, ориентируясь по расположению деревьев, Виктор вскоре достиг холма, который прошлой ночью изучал. Он вновь поднялся на него и широко раскрыл рот от радостного удивления... Он увидел самое настоящее побоище в пяти метрах от холма, на котором стоял.   По всей земле были разбросаны маленькие трупы гномов с разными цветами бород. Но как, заметил Виктор, преимущественно валялись чернобородые и коричневобородые коротышки, это означало, что тут было противостояние, нападение, и победу одержали гномы с седой бородой.   Седобородые гномы напали на своих врагов, отомстили за своих вчерашних убитых, а затем съеденных, товарищей. И видимо, в отличие от своих противников, эти гномы каннибализмом не занимались, они всё оставили как есть, даже не похоронили своих погибших друзей... хотя может у них это и не принято... Но в любом случае, Виктор подошёл на место тогда, когда всё уже было кончено и решено.   Трупов было около трёх дюжин! Они лежали в различных позах, запах от них исходил, но не сильный. У кого-то отсутствовала конечность, она валялась рядом, кто-то был сильно изуродован, кто-то был просто поражён воткнутым в брюхо ножом или топором. Было ясно видно, что здесь произошла ожесточённая борьба за отмщение, или же по каким ещё причинам. Было странно видеть этих, ещё вчера опасных и непредсказуемых маленьких людей, вот в таком виде: мёртвых, в беззащитном состоянии.   Виктор ликовал в душе. Все его замыслы теперь не нуждались в исполнении, обстоятельства и межгномовые распри, сделали всё за него. Это было удивительно радостное, за последнее время, что Виктор провёл в этом месте, чувство. Он ощутил духовный прилив сил, но не физический. Судьба, наконец, соблаговолила помочь ему, и Виктор был счастлив этому.   Не теряя времени понапрасну, Виктор стал собирать все холодные приспособления труда, разбросанные по местности, и воткнутые в тела мёртвых гномов. Виктор задумывался над тем, что возможно кто-то из гномов-каннибалов остался в живых, и может неожиданно напасть на него, и поэтому держал всё это время ухо в остро. Бдительности он не терял. Топоры, кирки, ножи, лопаты, — все эти орудия труда были невеликих размеров, однако они вполне сгодятся для лесного быта, и впрочем, самообороны. Виктор насобирал много железа, деревянные рукоятки едва ли вмещались в ладонь, но всё же вмещались, и держать их было, как-никак, удобно.   Весь боевой и бытовой собранный инвентарь Виктор отнёс в свой шалаш, дорогу он не потерял, он выучил её и потеряться просто не мог. Затем Виктор вернулся к месту побоища, осмотрел маленькие трупы более детально, пошарил по их бёдрам и карманам, в надежде найти, что-нибудь полезное или ценное, но важнее было всё-таки полезное, то, что могло пригодится. Виктор тут же задумался, над тем, каким способом вчерашней ночью гномы развели костёр, откуда они взяли огонь...   Ни спичек, ни зажигалок он не нашёл. Да и особо то, и не надеялся на это. Каким способом гномы разводили огонь, так и осталось загадкой. После безуспешных попыток найти что-то ещё, Виктор осмотрел всю местность вокруг, ничего подозрительного или завлекающего внимание, не было. Всё было спокойно и тихо.   Маленький проход в холме для Виктора так и остался неприступным. Пролезть туда было при всём желании невозможно. Сегодня Виктор приобрёл холодное оружие, но так и не добился самого главного, — утоления голода. Он снова осмотрел и обыскал всё вокруг, надеялся, что нападавшие гномы, что-нибудь оставили или обронили, но... ничего. Второй раз к шалашу он вернулся ни с чем.     Пока, Виктор не имел представления, как будет разводить костёр, но всё же принялся за дело. Для начала, надо было приготовить место, где будет разведен костёр. Оно должно быть закрыто от ветра. Лучше всего сложить из камней что-то вроде очага с трех сторон загораживающего площадку, где будут гореть дрова, подумал Виктор, и проделал такой ход действий. Не без труда он отыскал нужное количество камней. Сейчас он хвалил себя за то, что в безделие, сидя за телевизором, смотрел «Discovery», «Рен-ТВ», или «Animal Planet», где видел, как люди выживали в лесах и прочих подобных местах, как давали советы по выживанию и говорили о прочих полезностях.   Вниз он положил сухую листву, поверх неё домиком сложил сухую сосновую хвою, тонкие сухие веточки. Палки потолще и бревнышки положил рядом, чтобы сразу подложить их в огонь, когда он разгорится.   У Виктора был револьвер, были патроны, он вразумил свой следующий ход действий. Его не осеняло так никогда в жизни. Из гильзы Виктор достал пулю, отсыпал половину пороха, после, вместо пули заткнул гильзу куском сухой ткани. Этим патроном зарядил свой револьвер и выстрелил в землю, в сторону своего подготовленного места. Тлеющий кусок ткани вылетел из ствола, им Виктор и поджёг подготовленный заранее материал для растопки.   Всё сложилось наилучшим образом, через считаные минуты возле шалаша, горело яркое тёплое пламя, которое, словно оживляло всё вокруг. Виктор пробежался по округе и насобирал грибов, их было множество: белые, лисички, подберёзовики, подосиновики и многие другие, уж чем-чем, а грибами этот лес просто насыщался.   Огонь горел, Виктор поддерживал его и не давал погаснуть. Он поставил перед собой ведёрко с колодезной водой, собранные грибы, он хорошо промывал в этой холодной воде. Шляпки он отделял от ножек, в спешке Виктор пару раз порезался, голод подступал, Виктор хотел сделать всё как можно скорее, чтобы насытится и утолить надоевшее чувство голода. После того как он закончил с ножками, Виктор стал нанизывать ингредиенты на палочки-шампуры, отскрёб в сторонку часть углей от основного костра, заткнул несколько пар палочек-рогаток в землю и поставил запекать свои грибы.   Дождавшись готовности, Виктор жадно накинулся на своё приготовление. Грибы были горячими, но это не останавливало Виктора, он запивал холодной водой, и она не давала глотке обжечься. Один за другим он поедал приготовленные на углях грибы, они были вкусны и нежны, даже без соли и перца. Это было истинное наслаждение, и когда последние подберёзовики были съедены, Виктор принялся за второй заход.   Он проделал всё то же самое, и получилось ещё вкуснее, на готовку у него уходило около десяти минут. Он насытился и обрел, наконец-то чувство сытости. Виктор прочувствовал счастье и покой. Он даже на несколько секунд позабыл, что сейчас находится в другом, не земном месте, он забыл о страшных существах, которых встретил здесь, он представил себя, словно на пикнике, а друзья просто ненадолго отлучились от него и скоро должны были вернуться. Но то видение, быстро закончилось, как-никак, а безмолвие и отсутствие живых звуков давали о себе знать.   Виктор был рад, что сегодняшние обстоятельства сыграли ему на руку, это гномовое побоище, оно просто спасло его. Конечно, он и так бы попытался вынудить у гномов их орудия труда, но чем бы это всё закончилось? Даже не смотря на револьвер, они свалили бы Виктора количеством. Это была верная смерть, и тут всё разрешили простые обстоятельства. День сегодня был отличным, лишь голод ухудшил сегодняшнее настроение, но под вечер и это ушло.     Виктор Ломанов сидел на голой земле у тёплого костра. Он любовался своим строением и восхищался им. Действительно, тогда он был уставшим и голодным, напуганным и опасающимся, однако он построил этот шалаш, он сделал всё по уму, и его жилище держалось крепко. Виктор был доволен собой, но, однако, он сожалел, что не может сейчас увидеть Лидию, он отстранён от всех людей, он скучает по своей любимой и думает о ней:   «Дорогая моя... Знала бы ты, как я скучаю по тебе! Никакой человек на свете, так не скучал по своей любви, как я сейчас. Мне не хватает тебя, я сожалею, что всё так обернулось, надо было послушать тебя, наплевать на всё и провести тот вечер так, как и было запланировано. Кто бы мне ни позвонил, нужно было не брать трубку, нужно было забить на всё и провести вечер с настроением и счастьем. Провести его вместе...   Лидия, Лидия... Я люблю тебя, искренне и верно. Я сожалею... Я не мог предугадать, что всё так получится. Я не виноват в том, что оказался здесь. Я до сих пор не могу понять, где нахожусь, я не знаю... Это сложно понять и осмыслить. Я повидал уже немало фантастических и киношных существ, это просто не поддаётся никаким объяснениям. Они не могут существовать в нашем мире, их не должно быть, но они есть, я их видел, я их чувствовал... Я преодолел себя и принял всё как есть, я не сошёл с ума, они не посмеют свести меня с ума своими появлениями! Они не смогут сломить мой характер! У них ничего не выйдет, моя дорогая... Я спасусь, и вернусь домой, пока не знаю как, но я найду выход, больше мне ничего не остаётся...   Наша свадьба должна была состояться в субботу, 25 апреля... Вряд ли я вернусь к этому времени домой... Я не знаю, как всё сложится, в том месте, где я сейчас нахожусь, сложно сказать, что будет завтра. Здесь всё непредсказуемо, и я не ведаю, кого ещё могу встретить на своём пути. Я не знаю, что случилось с Костей, где он сейчас? Связь оборвалась, и я не смог дозвониться ни до кого, теперь телефон разряжен... Фонарик ещё работает, но надолго ли? Однако теперь у меня есть огонь, его необходимо поддерживать, нельзя допустить, чтобы он погас. Конечно, я не замёрзну ночью от холода, здесь по ночам на удивление не сильно холодает, но огонь послужит для готовки пищи, а прежде всего для защиты от внезапного нападения... »     И эта ночь прошла спокойно. Никто и ничто не разбудило Виктора. Никакой шорох или свист не пробудил человека, и не произошло ничего необычного. Виктор спал, как младенец, но проснувшись на следующее утро, заметил ещё одну особенность этого странного места. Ему до сих пор не приснилось ни одного сна! Никаких сновидений... На фоне переживаний и волнения, на фоне постоянного вспоминания о Лидии, о том, как она сейчас себя чувствует и что думает, никаких отражений во снах не оказывалось. Это тоже настораживало.   Пришёл четверг. 23 апреля. Виктор проснулся в восемь утра. Костёр догорал, Виктор забросил последние припасённые со вчерашнего дня дрова, попил водички и пошёл за новым хворостом. После того как он собрал хворост, он вновь принялся за собирание грибов. В ближайшем будущем, грибы станут главным его пропитанием.   Когда Виктор плотно позавтракал, утолил жажду, то сразу же собрался в путь. Сегодня он планировал отойти от колодца гораздо дальше, чем делал это раньше. Теперь у него имелся топор, да не один, он хоть и маленьких размеров, по обычные зарубы на стволах деревьев им делать вполне было можно, да к тому же лезвие было замечательно наточено. Он зарядил револьвер, у него оставалось семь патронов, шесть в барабане и один он положил во внутренний карман. Виктор взял с собой несколько топориков, два он положил в рюкзак и один держал в руке, револьвер заткнул за пояс. Взял с собой воды, подкинул ещё охапку дров в огонь и отправился на поиски неизведанного.   С каждыми пройденными тридцатью метрами, Виктор делал крестообразные зарубы на деревьях, так он мог потом без каких-либо проблем, вернуться обратно домой, ну а вернее сказать к колодцу. Он шёл, озирался, прислушивался и всматривался в каждый куст, стремясь увидеть в нём что-то страшное. Виктор был предельно бдителен, таким внимательным он не был никогда в жизни, — вот, сколько зависит от надобности. Ноги брели по травянистой полусухой траве, лес продолжал удивлять своим разнообразием деревьев, но так же и продолжал поражать своей опустошённостью и безмолвием.   Виктор делал несколько привалов, по ходу. Он прихватил с собой ведёрко с ягодами, и не зря, потому что на пути ему не встретилось ещё ни одного куста. Он полакомился ими, заодно и облегчил ненамного свой груз в рюкзаке, он бы с радостью и живостью пришил оторванную лямку, но у него не было ни ниток, не иголок, чтобы такое провернуть. С одной лямкой ходить было всё равно неудобно, но постепенно привыкаешь ко всему...   В один момент, а к этому времени на часах было почти 12:00, Виктор вдруг увидел вдалеке знакомые очертание своего бывалого знакомого, — лешего. Однако это был лишь момент, глаза моргнули, и всё стало как прежде... Просто померещилось или же нет? В любом случае у Виктора был револьвер, и вдобавок в руке топор. Да, к тому же, на сей раз, он не испугается лесного духа, и даст ему настоящий отпор.   Прошло ещё какое-то время, и Виктор выбился из сил. Он устал, по-настоящему устал, он прошёл уже более пяти километров, но ничего не достиг, пора было возвращаться назад. Слегка передохнув, и переведя дыхание, Виктор с досадой двинулся в обратный путь. Ориентируясь по намеченным зарубам, он с лёгкостью следовал своему пройденному маршруту.   Дорога выдалась трудной, Виктор далеко зашёл, но голод и стремление не допустить угасания костра делали своё дело. Виктор прошёл половину своего пути, как вдруг неожиданно (не было не предвещающих звуков, ничего остального), со спины на него набросился кто-то. Он обтянул своими тонкими руками шею Виктора и громко захохотал человеческим смехом.   Виктор не потерял рассудок, лишь неожиданность нападения его привела в небольшой шок. Он тут же взялся за тёмно-серые, почти чёрные руки существа, что напало на него, и стал пытаться их расцепить изо всех сил. По ходу этого он наотмашь замахнулся топором себе в спину и точно попал по телу незнакомца.   Тот отдёрнул с шеи свои руки, взвизгнув при этом. Он скинулся вниз со спины человека, раздался приглушённый грохот, Виктор тут же обернулся. Пред ним сидело рогатое существо, с воткнутым топором за спиной. Его глаза были налиты кровью, он был в метр ростом, у него имелся заострённый на конце хвост, сам он сидел весь обнажённый, у него была тёмно-серая кожа по всему телу, волос на голове не было, и очень выделялись рога. Вместо ног были копыта. Виктор видел перед собой чёртика.   Разглядывая его пару секунд, Виктор не теряя больше времени, схватился за револьвер и успел выпустить три пули, прежде чем чёрт с прыжка набросился на Виктора повторно. Он провёзся когтями по левой щеке Виктора и плюнул тому в глаза. Виктор опрокинулся на землю и, протирая вязкую слюну от глаз, встал снова на ноги.   Он прищурился и заметил, что зрение его плывёт, всё вокруг вдруг стало туманным и неразборчивым. Виктор вскрикнул:   — Где ты, чёрт!? Что ты сделал!? Нечисть проклятая! Пошла прочь от меня! Пошла прочь!   Никого уже перед ним не было. Виктор всё моргал и моргал, оттирал последние остатки слюни этой твари, к его счастью зрение через пять минут пришло в норму... Но не в ту норму, что была прежде. Виктор с ужасом заметил, что хуже стал видеть, он всё моргал, щурился и фокусировался на предметах, но... он обрёл неплохую близорукость, вдаль он теперь едва ли мог кого-то рассмотреть.   Обливаясь проклятиями и нецензурной бранью, Виктор последовал дальше к колодцу.