Только я и он.

— Соси. — он подносит головку биты к моему рту и слабо толкает её в меня, поэтому мне приходится открыть рот шире и обхватить её губами. Я осторожно поднимаю взгляд на своего мучителя и брата в одном лице. Альфа скалится, пожирая меня диким животным взглядом, который я так ненавижу и одновременно обожаю. Его алые глаза, что в темноте светятся, влекут и манят, отчего я часто становлюсь неподвластен себе и позволяю творить ему с собой всякие непотребства. — Такая шлюха как ты должна принимать по сорок альф в день, — грубым, низким, но до дрожи в коленях интимным тоном говорит альфа, не позволяя мне отстраниться и выпустить головку биты изо рта. Он вновь толкает её мне в рот и рычит. — Соси усерднее! — я давлюсь и кашляю, но брату плевать на мои мучения. Он, наоборот, получает от этого садисткое наслаждение. Я стараюсь угодить ему, поэтому начинаю сосать, пусть неумело, но усердно, как он хотел. Наблюдая за моими попытками не задохнуться и доставить удовольствие, Марвин все же смягчается и позволяет мне отдохнуть. Он кидает биту в сторону, давая мне облегчённо выдохнуть. Я глотаю слюни и откашливаюсь от неприятного вкуса древесины и металла. Вытираю несколько капель с губ тыльной стороной ладони и бросаю угрюмый взгляд на брата снизу вверх. — Чего вылупился? Думаешь, один раз отсосал, и я тебя оставлю в покое? — издевательски глумится надо мной он. Мне ничего не остаётся, как опустить голову и смотреть в пол. — Тебе снова указания нужны? Облокотись на стол и раздвинь ноги, пока я добрый, — приказывает жёстко Марвин, и мне приходится покорно повиноваться. Я осторожно встаю на ноги и подхожу к столу на ватных ногах. Касаюсь его животом и наклоняюсь, упираясь руками в края стола. — Хороший омежка, — ехидно хвалит меня брат, после чего подходит сзади и пристраивается к моей заднице. Я чувствую его возбуждение даже сквозь одежду. Слышу, как он растегивает ширинку на своих джинсах и спускает их вместе с трусами. Моя же задница абсолютно голая и беззащитная, она ждёт своей участи, но одно радует – вся эта ситуация возбуждает моё извращенное тело, которое досталось мне от о-папы, который при жизни был проститутом. Ежедневная ебля со множеством альф и куча наркоты его и погубили в итоге, а меня забрал а-папа, который являлся одним из влиятельных людей. Узнав о том, что у него есть сын-омега от проститута был очень удивлён и зол, но не стал убивать или пытаться избавиться. Он поселил меня в своём доме, в котором уже жила его законная семья, состоящая из супруга-омеги и сына-альфы. О последнем мне никто не сообщил заранее, поэтому наше знакомство вышло с самого начало ужасным. Да, он принял меня за омегу лёгкого поведения и попытался трахнуть, но, слава богу, отец успел остановить этот кошмар. Вот только после этого приставания со стороны сводного брата не прекратились, а, наоборот, прибавили обороты. Он подстерегал меня везде, где только можно. Даже узнал код моей комнаты и приходил, когда ему вздумается. А в школе любил зажимать меня в тёмных углах, когда я оставался один на доп. занятия. Я терпел, старался наладить с ним контакт, но он не видел во мне ничего, кроме куска мяса для плотских утех. Жаловаться отцу, а тем более отчиму было бесполезно. Максимум, что они могли сделать – это сказать заезженное «Марвин, не издевайся над младшим братом», — потом все возвращалось на круги своя. И в один момент я решил, что мне это надоело и позволил Марвину овладеть собой прямо в гостиной, где мы обычно проводили время за просмотром телевизора. Его поцелуи были жаркими, грубыми, властными. Он ставил засосы везде, где мог, и шептал о том, как давно этого ждал. Ждал, когда я наконец-то откину все моральные оковы и окунусь с головой в животную похоть. Я стонал, кричал его имя и просил не останавливаться. Я хотел, чтобы он кончал в меня каждый раз, когда я буду произносить его имя. Каждый раз, когда его губы касаются моей груди. Каждый раз, когда я слышу его голос в своих снах. Я хотел быть с ним. Даже если мы совершаем что-то неправильное. И даже сейчас я желаю быть с ним одним целым, когда он грубо берёт меня на этом столе и обещает устроить оргию с его друзьями. Мне абсолютно плевать. Только я и он в этом мире. Только мы вдвоём.