Приручить хищника

      Наби потянула подругу за руку, уверенно вытаскивая ее из лифта, радостно оповестившем о своем прибытии на нужный этаж звоночком. — Я не пойду к нему, — в очередной раз пробурчала Юри, стараясь выдернуть ладошку из крепкой хватки Пэ, только делала это без особого напора и явного отрицания, скорее, по вредности. — Пойдешь, — Наби ухватилась другой рукой за запястье брюнетки и дернула ту резче влево, утягивая по коридору к двери квартиры, что стала для нее укрытием и островком влюбленности. — Теперь я о тебе буду заботиться. — Не говори глупости, я всегда была твоей защитой и ей же и останусь, — Юри легонько ударила подругу по плечу ладошкой. — Скажи своему индюку, чтобы с вопросами не лез, и вообще, пусть подальше от меня держится. Я только переночую, завтра придумаю, как быть дальше.       Наби кивала на все слова подруги, вводила код от квартиры и на еще одном радостном пиликаньи взглянула на Юри настороженно, после чего шагнула внутрь.       Они час спорили с Чо о том, как поступить дальше и что сейчас делать, но, понимая, что обе устали от нервов, споров и пререканий, а Юри и от бесконечно тяжелого долгого дня. Да и ее свежие синяки начинали ныть без обезболивающих мазей. В итоге нехотя она согласилась ехать к Чону домой. «Только на одну ночь», — уверенно твердила всю дорогу сероглазая.       Из гостиной доносилась музыка, не громкая, скорее, на фоне, горели пара светильников на кухне и в настольная лампа у дивана, в остальных комнатах было темно, разве что у двери от движений загорелся верхний свет, помогая вошедшим аккуратно снять обувь.       Наби убрала свои кроссовки на полочку, Юри же раскидала свои конверсы, будто нарочно стараясь придать им большее расстояние. Наби не стала ругаться, просто собрала обувку вместе под неодобрительное фырканье подруги и поставила их рядом с полочкой, где все места уже были заняты. — Будь аккуратнее, Юри, — тихо попросила Пэ, проходя дальше и прислушиваясь к звукам, понимая, что в ванной шумит вода. — Пойдем, я тебя накормлю, с обеда должно было еще что-то остаться, если Гуки не доел. — Гуки?! — шикнула Юри, складывая руки под грудью и щуря глаза, которыми начала пристально рассматривать обстановку квартиры, ожидая увидеть здесь оружие, веревки, инструменты для пыток или еще какую хрень, которой пытают людей. — Давай не будем ругаться, Юри, прошу тебя. Дома он другой, — Наби нахмурила бровки, пригладила челку, вдруг ясно осознавая, что Чонгук может быть против того, что она вот так просто и без разрешения привела подругу к нему домой. Позвонить она так и не решилась, ведь Юри могла слышать нежелание Чонгука поделиться местом для ночлега, а побыть рядом с Юри подольше очень хотелось. — Хорошо, только не нервничай, — согласилась Юри, прекрасно зная привычку Пэ, выдающую ее нервозность за пару секунд.       Наби отвернулась и поспешила к холодильнику. Юри опустила плечи, ссутулилась и тихо прошаркала в больших тапочках следом. Видеть расстроенной и опечаленной лучшую и единственную подругу совсем не хотелось. На самом деле, она так скучала по ней все то время, что они были врозь, так хотела просто обнять ее, хотела просто знать, что ее бабочка жива и здорова. И счастлива. Ведь она так часто об этом говорит, уверяет, буквально втолковывает, что Чо думает: «Может, стоит поверить?»       Юри обняла Наби со спины за плечи, уложила по привычке голову ей на плечо и выдохнула: «Прости». — За что, Юри? — руки ухватились за холодные руки подруги и крепко их сжали, хоть так донося до нее все свои эмоции от радости побыть вот так вместе. — Ты меня прости, это все моя вина. Если бы не тот случай в клубе… — Кхм! — сзади раздалось громкое покашливание, Наби вздрогнула, Юри крепче сжала руки и повернула голову, стараясь рассмотреть хозяина квартиры. — Чонгук, прости, я объясню, — Наби развернулась, скинула с себя объятья подруги и поспешила к Чону, уже стоявшему за кухонным островком, опираясь на него руками и хмуря брови, не отрывая своего взгляда с незваной гостьи. — В квартиру Юри влезли, все разворошили, там сломаны замки и… — Чонгук перевел взгляд на торопливо рассказывающую события вечера Наби, брови расслабились, в глазах мелькнуло смятение, а после опять вернулось недовольство. — Мы не знали, что делать… — А позвонить мне не подумала?! — рявкнул Чонгук, но, замечая сжавшуюся перед ним Наби, опустившую голову и нервно приглаживающую правой рукой и без того идеально лежавшую челку, смягчил голос. — Наби, я же просил в случае чего сразу мне звонить. — Тоже мне защитник, — не удержалась Юри, подошла к подруге, опустила ее руку от челки и сжала в своих руках ее вспотевшую ладонь. — Тебя забыл спросить, — рыкнул в сторону второй коротышки Чонгук, про себя усмехаясь вдруг такому сравнению. — Что с твоей квартирой? — У тебя спросить надо! — ощетинилась Юри, но тут же дернулась от ощутимого резкого рывка за свою руку подругой. — Юри, я же просила, — тихо попросила Наби, поднимая свой взгляд на хмурого и явно сердитого хозяина квартиры. — Чонгук, прости, пожалуйста, что не спросила разрешения. Нам больше некуда было… — Это твой дом, — с явным раздражением прервал девушку Чонгук. — Ладно, я разберусь. Поешьте. — Разберись давай, почему твои дружки разворошили мою квартиру, — сквозь зубы произнесла Юри уже в спину отвернувшегося парня, тут же остановившегося и вернувшегося назад. — Обоснуй свои обвинения, мелочь! — хлопнул руками по столешнице Чонгук, наклоняясь вперед.       Наби дернула подругу назад, будто такой жест отдаления сможет успокоить явно вспыхнувшего злобой Чона. Она бы уже должна была привыкнуть к его таким мгновенным вспышкам ярости. Но все равно очень пугалась. Хоть уже и знала, что ей вреда он не причинит. Да, пытался и даже сделал больно, но зато потом… — Да кому еще надо было бы взламывать мою квартиру, так бессовестно там крушить и ломать чужие вещи, как ни вашему дебильному клану! — Юри вспыхнула, ощущая, как ее трясет от злости и очень хочется наброситься и побить хоть кого-то, явно причастного к такому бесчинству в ее отношении. — Наверняка ваш психованный Тэхен это все и устроил за то, что я его побила два раза! Или Чимин ваш, который спит и видит, как от меня избавиться. Или кто у вас там еще есть? Да половина вашего гребанного клана против меня. Так убили бы уже и не мучились с нами! — Юри! — Да с радостью от тебя избавляюсь!       Пара шагов в сторону дивана, рука под подушку, и пистолет уже наставлен в сторону Юри. Второй раз за день? Да что за удача такая? — Гуки! — взвизгнула Наби, тут же прыгая перед подругой, загораживая ту собой от новой вспышки ярости представителя Белых Тигров.       Чонгук грузно опустил руку с пистолетом вниз, ведь отчетливо увидел напуганные глаза и дрожащие губы девушки, любимой и такой родной девушки, что волна ярости мгновенно схлынула. — Черт! — выдохнул Чонгук. — Прости, Наби. Скажи ей, чтобы следила за тем, что и кому говорит. — Прости, Гук, — в очередной раз извиняясь, промямлила Наби, не удерживая слезы, подступившие от такого стресса. Она знала, что будет сложно заставить Чона принять ее своенравную и дерзкую подругу, но чтобы так! — Прекрати передо мной извиняться, — попросил тихо и мягко Чон, спешно проходя к спальне и скрываясь в ней подальше от новой раздражающей его девчонки.       Дверь мягко хлопнула, но Пэ все равно вздрогнула, тут же ощущая на своей талии руки подруги. — Прости, Наби, я старалась сдержаться, — начала Юри, — но он же такой инд… — Прекрати обзывать и обижать человека, который мне нравится, — всхлипывая и утирая рукой нос, запричитала Пэ, ощущая обиду за такие слова. — Юри, я люблю его. И тебя люблю. Если вы так и будете… — Прости, Наби. Я постараюсь, — сердце Юри сжалось, явная дрожь подруги и ее всхлипы будто вбились в ее же тело и передались всем спектром обиды и непонимания ситуации. — Я попробую понять твои чувства к нему. Я попробую поверить ему. — Он меня оберегает, он меня защищает, — Наби повернулась к подруге, заглядывая той в глаза. — Как ты меня оберегала и защищала все время, Юри. Я знаю, что ты меня любишь и ближе меня у тебя никого нет, но и он меня любит, — прищур серых глаз лишь шире открыл светло-карие глаза, заставляя увереннее продолжить: — Я знаю, что он меня любит, Юри. — Хорошо, — выдохнула обреченно Чо, понимая, что переубедить подругу в таком у нее не получится. — Накормишь меня? Жуть голодная, — попыталась перевести тему девушка, про себя решая, что раз сейчас есть такая возможность, она попробует понаблюдать за отношением Чон Чонгука к своей подруге в этой квартире, ведь та уверяет, что именно здесь он совсем другой. Правда, минуты назад показали, что ничем он не отличается от своего обычного поведения. Такой же напыщенный важный индюк Чон Чонгук.

***

🎶Zerb, Sofiya Nzau - Mwaki

      Чимин с трудом поднялся на второй этаж сквозь толпу, беснующуюся под миксованные ритмы, создаваемые новым диджеем. Вечер субботы особо наполнял его заведение людьми. Ему бы и радоваться такому ажиотажу, да только настроение было паршивым. Его грызли сомнения относительно этой девчонки — Чо Юри. Она вроде и помогла им с братьями во время нападений, но в то же время очень метко оказывалась в самых эпицентрах событий, связанных с ядами. Чимина не оставляло ощущение, что что-то с этой девчонкой не так. Наверняка она что-то от них скрывает, хотя по досье на нее было все яснее ясного: не богатые родители, перебивающиеся сезонной продажей фруктов со своих нескольких посадок на острове Чеджу; сама без высшего образования; выгнана с позором из сборной страны; устраивалась на сотни подработок; да еще и пара приводов в полицию за драки. Ничего хорошего в ее жизни и не было, разве что перешедшая по наследству от дяди квартирка на окраине Сеула. И то настолько хилая, что и не сочтешь такое за везение. Одним словом, проблемы и Чо Юри синонимы.       Чимин в бесчисленный раз обдумывал все данные на Чо, но никак не мог найти хоть какую-то весомую зацепку, указывающую на ее виновность во всех последних бедах их клана.       Люди толкались, топтались на месте, изображая танцы или, скорее, судороги, чему Пак бы и не удивился, ведь новая «конфетка» пользовалась успехом. Инхёк весьма удачно смог ее разрекламировать до того, как попал в больницу с побоями. Но, как известно, одна удачная реклама сама несет себя в массы, подхватываемая шепотом эйфоричных людишек, любящих хайп и удовольствия.       Девушки мелькали своими открытыми частями тел, более мягко извиваясь под звуки музыки. Этот новенький диджей хорош, больше людей, больше пристроенной дури. Хотя и сами новенькие таблеточки шли на ура. А в совокупности эти два фактора просто удачно сочетались, дополняя друг друга. Все это должно было радовать владельца «Второго круга», но внутренняя тревога нарастала, не давая покоя, лишь усиливая нервозность.       Направляясь к своему кабинету, Чимин ухватил случайную девушку за талию и провернул вокруг оси. Может, отвлечет от тяжких дум? Девушка мгновенно ухватилась за его плечо, скользнула рукой вверх, зарылась в волосах и совершенно расслабленно потянулась к нему, целуя пошло и развязно. Однозначно девушка была под действием Волны счастья. Она буквально наваливалась на него своим телом, заставляя отступать назад, да только там толпа дергается в ритм, раздражая владельца сильнее. Он бы, может, и поддался ее страстному напору, только перед глазами вспыхнула картинка летящей вниз девушки с развевающимися длинными волосами. Вот это вторая причина нервозности Пак Чимина. Что за ученица?       Без особых усилий оттолкнув от себя девушку, блондин хитро улыбнулся и покачал головой, заглядывая в явно помутневшие карие глаза с расширенными зрачками. — Не сегодня, милая, — она даже и не расстроилась. — Отпусти меня.       Девушка кивнула головой и покорно убрала руки. Отступила назад, тут же поймала ритм и, закатив глаза, начала покачивать бедрами, мгновенно забывая о проходящем мимо нее парне.       Чимин оглядел ее еще раз с ног до головы, вроде ему бы и пожурить ее за такое поведение, но каждый волен сам выбирать, каким быть и где оказаться. Чужие незнакомые люди его вообще не должны волновать, его должны волновать их кошельки и желания потратить деньги на его предложения.       Не торопясь, Пак дошел до кабинета, вошел внутрь, хлопнул дверью и ощутил на своем затылке холодный металл. Его реакция была быстрой, движения отточенными, и вот он уже стоит лицом к незваному гостю. Старому незваному гостю. Только вот вместо испуга он рад его видеть. — Неуж-то скучал по мне, Пак? — глухой голос с поразительной громкостью врезался в барабанные перепонки Чимина. После громкой музыки в его кабинете стояла тишина, которая всегда по-началу давила, а после очень расслабляла. — С чего решил, Квон? — по привычке огрызнулся хозяин кабинета. — Глаза сияют, — Джиён тихо усмехнулся, но опустил оружие. — Так я не переставал желать убить тебя лично, — вопреки словам Чимин улыбнулся мягко и даже искренне. — Думал, ты уж помер где. А тут такая возможность. — Убери, — Джиён шагнул вперед, рукой опустил направленный на него пистолет и как ни в чем не бывало прошел к дивану. Завалился на него, скидывая одну ногу на край журнального столика, покачивая ей из стороны в сторону. — Этикету так и не научился, — Чимин прошел рядом, нарочно скидывая ногу парня, коленкой. Сел в кресло рядом, вопреки своим же словам укладывая обе ноги на столик. — Каким ветром тебя принесло? — Вас заказали. Срочно. Срок один день, — Чимин поднял удивленно бровь, всем корпусом поворачиваясь к гостю. — Любого Тигра. Но сегодня ночью хоть один из вас должен быть убит. — Так чего ты мне это рассказываешь? — усмехнулся Пак, про себя наконец осознавая главную причину своей нервозности. — Почему не исполняешь? — Я за это ничего не получу, — блондин от такого заявления, сказанного с явным пренебрежением, подался вперед, сильнее сжимая руки на мягких подлокотниках. — Что? Я типа должен был одной барышне. Она и позвонила сегодня, а я так удачно был недалеко. — Повторю вопрос: почему не исполняешь? — Ты же меня вроде неплохо знаешь, Пак, — Джиён усмехнулся, пристально посмотрел на блондина, а после сильнее откинулся головой на подлокотник, поерзал, устраиваясь поудобнее и, вздохнув, продолжил: — Отдавать долги я не особо люблю, даже такие. Так что мне просто стало интересно, что у вас тут такое интересное происходит, что Китай так спешно просит от вас избавиться. Мин перешел дорогу Хангёну? Если так, то зря он это. — Барс просит Дамби, — окончательно переводя врага на свою сторону, уточнил Чимин, теперь уже сам расслабленно откидываясь на спинку, с удовольствием наблюдая весь набор эмоций на таком всегда спокойном лице китайского наемника.       Квон не ответил, но четко показал озадаченность, растерянность, гнев, нотки паники, тут же замененные злобой и агрессией. Доли секунд, но какой же обширный спектр человеческих эмоций на лице закоренелого киллера лицезрел Чимин. — Что за девушка нас заказала? Выкладывай все, что знаешь о ней. Опиши внешность, если пересекались лично, — не теряя времени, ухватился за первые достойные ниточки Чимин. — На нас был открыт заказ, который взялась исполнять Черная Мышь. Знаешь что-то об этом нике? Может эта девушка быть из Черной Мыши? — Не слышал, я был немного занят в последнее время, — Квон улыбнулся, но продолжать о себе разговор не стал. Однако сел на диване, расставил ноги пошире, опустил на колени локти, сцепил пальцы и принялся рассказывать о незамысловатой случайной встрече со звонившей девушкой на одном из благотворительных вечеров в Шанхае, где она опередила его, убив его цель, да еще и спасла от преследователей, которым он по какой-то непонятной глупости попал в поле зрения. — Говоришь, темные длинные волосы, большие глаза, красивое лицо, худая, высокая, — Чимин громко выдохнул, качая головой. — Не особо помогаешь, Квон. Таких миллионы! — про себя же блондин допустил мысль: «Высокая. Не коротышка. Хотя, это еще ничего не значит! Мы уже знаем, что это не один человек».       В кабинете повисла тишина. Квон разглядывал пол, Чимин потолок. Только ответов ни внизу, ни вверху не было. А вот сумятица в голове и смятение на душе усилились.

***

      Юри за весь вечер больше не пересеклась с хозяином квартиры, они с Наби заперлись в комнате, где первое время обитала Пэ, и тихо общались, валяясь на довольно большой мягкой кровати. Через час Юри попросилась в душ, переоделась в выданные ей футболку и шорты подруги, выслушала охи и ахи о своих синяках, что не получилось скрыть, а после получила долю заботы в этой части и окончательно начала проваливаться в сон под тихий голос Наби, не умолкающей и в красках рассказывающей о своих приключениях и эмоциях, пережитых за все время их расставания. Входящего сообщения на телефон подруги Юри уже не слышала, впрочем, как и то, что та ушла, тихо прикрыв за собой дверь. — Ты что-то узнал? Это правда ваши ребята разворошили квартиру Юри? — Наби не успела задать все свои вопросы, а уже была окутана мужским теплом с крепкими объятьями и горячим дыханием в макушку. — Это не мы, — выдохнул уже ей в ушко Чонгук, прикусывая мочку с сережкой в форме маленькой бабочки-гвоздика. — Ребята занимаются, утром узнаем, что произошло. — Чонгук, не надо, — мягко толкнула ладошкой в крепкую грудь Пэ. — Я же предупреждала, — краска залила ее щечки волной, а глаза упорно прятались вниз. — Я хочу с Юри сегодня побыть. Пустишь? — Нет, не пущу, — уверенно заявил Чон, крепче обнимая девушку за талию и для большего убеждения целуя в шею. — Без тебя я сплю плохо. — Только сегодня, — Наби зарылась руками в волосы парня, слегка поднимая его голову вверх, стараясь заглянуть в его глаза. — Нет, — покачала головой Чонгук, поджимая и дуя губы как мальчишка. — Моя бабочка должна быть со мной.       Наби улыбнулась, не сдержалась и, погладив его по щекам, чмокнула в губы, тут же вызывая улыбку и искорки в глазах. — Даже не думай, — строго ответила Пэ, отшагивая на полшага, ровно настолько, насколько позволили его руки, даруя ей очередную мнительную свободу. Только ей это осознание не мешает, ей, наоборот, нравится. — Мы можем немного здесь посидеть, посмотреть фильм, например. Хочешь? — Хочу, вредная, упрямая, коротышка, — на последнем слове Чонгук хищно улыбнулся и, с легкостью подняв девушку вверх, в два шага дошел с ней до дивана, повалив ее на него. Она почти вскрикнула, но вовремя осеклась, подавляя вскрик, боясь разбудить подругу. — Обзывать людей некрасиво и очень неува… — поучительный голос прервали мягкие губы парня.       Юри проснулась резко, сама не поняла, от чего. Сначала потерялась в пространстве, но быстро осознала, где находится, взглянула на телефон — час ночи. Повернулась на бок, заметила под закрытой дверью тусклый свет и встала. Тихо подошла, тихо приоткрыла дверь, тихо вышла в коридор, где было слышны еле различимые перешептывания из гостиной. Вопреки здравому смыслу, Чо прижалась к стене спиной и подошла ближе, разглядывая на диване две макушки, лежащие в обнимку и как-будто смотрящие какой-то фильм на большом экране телевизора. — Наби, я серьезно, — уверял в чем-то девушку парень, степенно поглаживая ту по плечу, оберегая при этом от падения. — Я верю, Гуки, — темная макушка зашевелилась, возможно, легонько кивая, а, может, пододвигаясь ближе в голове парня.       В ответ девушку поцеловали в лоб, крепче прижимая к себе рукой, зарываясь ей в короткие волосы, играясь с красными кончиками медленно и аккуратно. — Пойдем спать? — тихо спросила Наби. — Еще чуть-чуть, — качнулась в отрицании голова парня. — Не хочу отпускать, моя бабочка. — Я прилечу к тебе во сне и так побуду рядом, — тихо хихикнула Наби, резко приподнимая голову и целуя парня в нос. Его рука так и зависла в воздухе, упуская красные волосы.       Юри поморщилась, прижалась к прохладной стене и зажмурилась. Она категорически не хотела верить в то, что сейчас увидела. Не хотела верить в то, что грозный, беспардонный, вечно огрызающийся и хамивший Чон Чонгук, явно страдающий неконтролируемой агрессией, может быть таким… таким… нежным? Убийцы не могут быть такими! Они бывают точно такими, как этот истеричный Ким, желающий убить тех, кого спас от пуль.       Сердце ёкнуло при воспоминании о том, через что ей пришлось пройти вчера утром по желанию человека, который ее ненавидит всем своим существом и желает ей только зла. Она точно знала, что отношение Кима к ней не изменить, что бы ни говорила Тетушка, а ей совершенно не понятно, чем оно продиктовано. Она не знает, почему Тэхен так агрессивно на нее реагирует, задирает и издевается. А через сколько еще унижений ей придется пройти в ближайшее время? Этот чертов клан однозначно играется с ней. Она будто мышь, которую заперли в коробке-лабиринте, и наблюдают, как она будет выбираться, постоянно создавая преграды на ее пути.       Из гостиной послышались шорохи, Юри встрепенулась, по стеночке скользнула обратно в комнату, прикрыла дверь, юркнула в уже остывшую постель и, поежившись от контраста своих румяных щек, коснувшихся холодной подушки, зажмурила глаза, уже сейчас собирая в себе все силы, концентрируя энергию на то, чтобы противостоять владельцу борделя и самому клану Белый Тигр. Было бы проще, будь у нее союзники. Наби в их число точно не записать, она впервые влюбилась, окончательно теряя голову от действительно плохого парня. Юри знаком такой типаж — поиграет и бросит. Ее тоже так бросили однажды. Она на своей ошибке научилась и точно не повторит ее впредь.