Трещина

Год спустя Звук громких аплодисментов аудитории, когда она вышла при упоминании своего имени, вызвал волнующий жар, разлившийся по ее коже, знакомый румянец, поднявшийся по груди и щекам. Музыка заиграла, когда она помахала толпе и игриво протанцевала к ожидавшему ее креслу для гостей. Живот Ли дрогнул и перекатился под ее обтягивающей белой майкой и кремовым свитером, когда она впервые обняла женщину, которой всегда восхищалась, но которую она даже в самых смелых мечтах не могла представить, что когда-нибудь встретит. — Тебя зовут ЛМ или это что-то вроде псевдонима? — Спросила Эллен, небрежно похлопав Ли по колену, две женщины сидели напротив друг друга. — Это мои инициалы. Мне просто они больше понравилось для обложки, но нет, меня зовут Ли. — О да, однажды я пыталась использовать инициалы, но люди продолжали спрашивать меня, какая мать назовет свою дочь Эдом, поэтому я просто вернулась к Элле. Они разговаривали, смеялись и игриво похлопывали друг друга. У них с самого начала были легкие, дружеские отношения, как будто они знали друг друга много лет, но опять же, Ли была такой со всеми — ну, со всеми, кого она любила и уважала. Люди просто тянулись к ней. Так было всю ее жизнь. — Итак, ты написала эту невероятную книгу, — сказала Эллен, показывая аудитории экземпляр книги в твердом переплете. — Спасибо. — Не за что, и я серьезно. Это действительно невероятно. Я смеялась, плакала, немного пускала на слюни. Мне это очень понравилось! — Эллен продолжила, заставив всех смеяться еще сильнее. — Ты должна была быть там, когда я это писала! — Громко пошутила Ли, вызвав взрыв смеха как у Эллен, так и у зрителей. — Я просто сидела, яростно стуча по клавиатуре, с выпученными и налитыми кровью глазами, с шестьюдесятью чашками кофе, разбросанной по моему столу бумагой, разговаривая сама с собой. — Еще один взрыв смеха. — Ах, говоря об этом, я должна спросить — откуда взялось вдохновение для этой истории? Это просто... это так интригующе, если ты понимаешь, что я имею в виду. — Ха-ха, да, я полностью понимаю, к чему ты клонишь, — Ли кивнула головой в ответ на вопрос Эллен. — Ну, если быть до конца честной, большая часть книги основана на моем собственном личном опыте в подростковом и юношеском возрасте. — Вау, правда, так события в книге действительно произошли с тобой? — В основном, да. Я отклоняюсь то тут, то там, но в основном, да, события точно соответствуют тому, что произошло в моей собственной жизни. Моя первая любовь, — Ли игриво преувеличенно вздохнула. — И прежде чем ты спросишь, — добавила она, — да, я лесбиянка и чертовски горжусь этим. — Зрители приветствовали, хлопали и смеялись над ее заявлением о гордости. — Вау, правда? После этого я бы никогда не догадалась, что ты лесбиянка, — саркастически ответила Эллен, прежде чем добавить: — Я тоже, ты знаешь, — Она игриво выпучила глаза на публику, когда все они притворно удивились и весело рассмеялись. — Да, да, это правда. Я лесбиянка. Мало кто знал, но теперь вы в курсе. — Смеху аудитории потребовалось много времени, чтобы стихнуть, прежде чем Эллен, к большому удовольствию Ли, сменила тему разговора. — Хорошо, хорошо, книга «Трещина» доступна в книжных магазинах повсюду и в Интернете, — сказала Эллен, снова показывая книгу аудитории, прежде чем повернуться к Ли, — но это еще не все. Я слышала, что готовится экранизация? — Зрители снова зааплодировали и захлопали. Ли почувствовала, как жар ее румянца поднимается вверх по груди и согревает щеки и уши, когда она улыбалась и смеялась, а зрители аплодировали. — Да, это правда. На самом деле актерский состав фильма уже подобран, но имена пока держатся в секрете. Однако вам не придется долго ждать. Я предполагаю, что эта информация будет обнародована в течение ближайших нескольких недель. — Но, насколько я понимаю, тебе разрешено предоставить нам хотя бы одного из актеров сегодня, не так ли? — Спросила Эллен, в то время как зрители, затаив дыхание, ждали имени актера, который сыграет одного из персонажей книги, которую многие из них полюбили. — Это верно, но ты уверена, что справишься с этим? — Поддразнила Ли. — Я не знаю. Что вы все думаете? Сможем ли мы справиться с этим? — Спросила Эллен у зрителей, которые ответили громким "да" и взрывом аплодисментов. — Хорошо, хорошо, хорошо, ты смотришь на нее! — Говорит Ли, указывая большим пальцем на свою грудь. Публика пришла в неистовство, аплодируя и аплодируя, и Ли даже услышала несколько громких свистов. — Ух ты! — Сказала Эллен в ответ на реакцию аудитории. — Они в восторге от этого! Я в восторге от этого! Будешь ли ты играть главную роль? Ты когда-нибудь снималась раньше? — Да, я действительно получила степень бакалавра в области театрального искусства, но, честно говоря, я чувствовала, и продюсеры чувствовали, что на самом деле нет другого человека, который мог бы войти в этот персонаж так, как я, что имеет смысл, учитывая, что она основана на мне. Итак, я думаю, это ответ на ваш вопрос. Да, я играю главную роль — Ану. — На этот раз Ли была готова к радостным возгласам и аплодисментам. Это чувство разлилось по ее груди, как теплый прием, о котором она и не мечтала, но все равно получала. Это было поистине невероятное чувство. — Что все еще шокирует меня, — сказала Ли, — учитывая тот факт, что героине Аны всего семнадцать, я подумала, что это натяжка, потому что сейчас мне двадцать девять, но, по-видимому, я выгляжу действительно молодо без макияжа, и с нами работают замечательные визажисты, которым удается заставить меня выглядеть еще моложе. Так что, я думаю, это будет очень хорошо передано на камеру. — Ну, ничего себе, это просто фантастика. Поздравляю с получением роли и поздравляю с книгой, которая имела огромный успех, — сказала Эллен, похлопав Ли по колену. — Благодарю. Я действительно ценю это, — ответила Ли, прежде чем сделать жест в сторону аудитории и добавить: — и спасибо всем вам за то, что прочитали книгу и поддержали ее! — Хорошо, хорошо, спасибо вам за то, что вы здесь сегодня, — сказала ей Эллен, что вызвало растущую улыбку на губах Ли. Ее мечты шокирующим образом превращались в реальность, одна за другой. Все это было настолько невероятно ошеломляюще, что временами она щипала себя в попытке проснуться, убежденная, что в любую секунду придет в себя и поймет, что все это ей только приснилось, она прожила все это в своем собственном сознании. Все, что ей удалось сделать, это оставить себе небольшой синяк в том месте, где она ущипнула кожу. **** Двенадцать лет назад — Я думаю, что влюблена в тебя, — сказала она, ее слова прозвучали напряженным шепотом, испуганное выражение на ее лице заставило сердце Ли сжаться. Ли почувствовала знакомое щекотание в животе и в основании позвоночника, которое она всегда чувствовала, когда была рядом со светловолосой женщиной. Она так долго скрывала эту щекотку, этот знакомый трепет, даже после того, как несколько месяцев назад призналась Бет, что она лесбиянка. Принятие образа жизни — это одно. Принятие взрослых чувств подростка к тебе — совсем другое. Медленная, растущая улыбка появилась на губах Ли, когда ощущение полного и абсолютного удивления, смешанного с восторгом, поднялось изнутри и захлестнуло ее, пока она не зашлась в полномасштабном приступе смеха. Бет тяжело вздохнула и уронила голову на руки, закрыв лицо, когда ее щеки стали ярко-красными. Как она могла смеяться? СМЕЕТСЯ! Бет потянулась и шлепнула девушку по руке. — Я пытаюсь быть серьезной, а ты смеешься надо мной! Ли быстро закрыла рот и заставила себя успокоиться, подавляя собственный смех, чтобы она могла протянуть руку и взять лицо красивой блондинки в свои ладони. Она посмотрела в лазурные глаза женщины и сделала все возможное, чтобы передать весь мир эмоций внутри нее в этом единственном, совершенном взгляде, прежде чем она, наконец, заговорила. — Я полюбила тебя с того момента, как встретила, и каждый раз, когда я вижу тебя, у меня перехватывает дыхание, а сердце бешено колотится в груди. Я так много раз хотела сказать тебе, но боялась, что ты не сможешь полюбить меня, что ты увидишь во мне всего лишь ребенка, а не того, в кого ты когда-нибудь сможешь по-настоящему влюбиться. Итак, я смеялась не над тобой, Бет, я смеялась, потому что никто никогда не смог бы сказать мне ничего такого, что сделало бы меня счастливее. Я так долго ждала, чтобы услышать, как ты скажешь, что любишь меня. Я тоже тебя люблю. **** Ли была рада снова оказаться дома, уютно устроившись в своей постели рядом с Джей и смотря фильм. Они мотались по всей стране и даже несколько раз покидали страну в течение нескольких месяцев, и было приятно наконец-то прилететь обратно в город и забраться в свою собственную постель, рядом с лучшей подругой. Она знала, что пройдет некоторое время, прежде чем она сможет сделать это снова, учитывая, что ей только что пришлось подать заявление об увольнении из-за того, что ее пригласили на роль в экранизации ее романа. Ей придется переехать в Лос-Анджелес на время съемок, что может занять от нескольких месяцев до года, поэтому она заключила соглашение об уходе, и если она захочет вернуться после съемок, они без вопросов предоставят ей место. Она была удовлетворена соглашением, поэтому напечатала свое письмо и отправила его по электронной почте своему боссу, прежде чем вернуться в свою студию, где Джей ждала ее с вегетарианской пиццей. — Я не могу поверить, что ты собираешься сниматься в кино, — тихо сказала Джей, эффективно отвлекая внимание Ли от рыжих локонов Молли Рингуолд. — Моя лучшая подруга будет сниматься в настоящем фильме, который я смогу посмотреть в настоящем кинотеатре, который я могу купить на настоящем DVD ... фильме, основанном на книге, которую на самом деле написала моя лучшая подруга, основанной на ее реальной жизни. — Выражение её лица было выражением чистого ошеломленного изумления, что заставило Ли рассмеяться, напомнив ей о том моменте, когда эта реальность действительно дошла до нее всего несколько дней назад. Она была в туалете в аэропорту Майами, где они ждали посадки на обратный рейс домой, и это просто поразило её. «Срань господня!» — громко сказала она из своей туалетной кабинки, прежде чем зажать рот рукой и понять, что она находится в общественном туалете, и люди действительно могут ее услышать. Она позволила безумию всего этого проникнуть в нее и шокировать ее снова и снова. Она плакала, смеялась и прыгала вверх-вниз, пока мыла руки. Она на мгновение запаниковала от перспективы воссоздания воспоминаний, которые часто хотела забыть, но затем быстро напомнила себе, что это не реально. Это был просто фильм. — Ты станешь настоящей кинозвездой, — сказала Джей, усиливая свое собственное осознание. — На самом деле... — Медленно произнесла Ли, что вывело Джей из транса. — Что? — О, ничего, я просто хотела сказать, на самом деле, учитывая, что ты сказала это около пятидесяти раз за последние две минуты. — Джей ударила ее подушкой, и они обе покатились со смеху. Затем, поскольку они были в уединении дома Ли и им позволили отказаться от своих типичных стильных и уравновешенных манер, они обе схватили друг друга за руки и завизжали, как маленькие девочки, их волнение от реальности успеха толкает за грань рациональности и прямо в детскую самозабвенность. — Я так горжусь тобой, Ли, — сказала Джей, обнимая свою лучшую подругу, крепко сжимая ее, чтобы убедиться, что она знает, как сильно она любит её. Она знала, что Ли нуждалась в этом, нуждалась в том, чтобы кто-то сказал ей, какая она невероятная. Она провела всю жизнь, пытаясь заставить людей гордиться собой, пытаясь быть счастливой, и никогда не получала той любви и уважения, которых заслуживала. Она потратила двадцать лет своей жизни, пытаясь угодить отцу, который, в свою очередь, только ругал и эмоционально оскорблял ее. Она любила женщину, которая бросила ее после того, как перевернула ее жизнь с ног на голову. От нее отказались несколько членов ее собственной семьи, когда она, наконец, вышла из подполья в девятнадцать лет, и она потеряла больше близких в результате трагических несчастных случаев и проблем со здоровьем. У Ли Хейл было самое большое сердце, с которым когда-либо сталкивалась Джей, и это абсолютно разбило её собственное сердце, узнав, что никто никогда не ценил ее так, как она того заслуживала. Он дорожил тем, что Ли была в её жизни, и надеялась, что она всегда это знала. — Я бы не справилась без тебя, малыш, — прошептала Ли в ответ. Они всегда были невероятно нежны друг с другом. Ласкательные имена, объятия, совместные сны, держание за руки — если не считать секса, они были практически женаты. Ей это нравилось таким образом. Джей была самым большим утешением, которое она когда-либо знала. Она была первым человеком, который заставил ее почувствовать себя по-настоящему замеченной, по-настоящему красивой, по-настоящему талантливой, по-настоящему… достойный чьей-то любви. И это было чувство, к которому ничто не могло ее подготовить и с которым ничто не могло сравниться.