Союзник

      Джина не поняла, почему они возвращаются внутрь этих душных стен, не пройдя и половину запланированного пути, но так сказал Эрвин, а его приказа ослушиваться нельзя.       Ханджи не разговаривала с ней уже несколько месяцев, избегая даже совместный приём пищи.       Джина облизала пересохшие губы и закашляла от столба пыли, образованного топотом копыт. Её отряд до сих пор был цел, не потеряв ни одного солдата, но командир из неё был такой себе. Больше всего двумя парнями командовала Эрика, а Джина была капитаном для галочки. Даже распространились слухи, мол, Эрвин выделил этой девке трёх солдат и повысил в звании, чтобы потешить её самолюбие и сделать такой своеобразный подарок. Кто-то дарит цветы, конфеты и поёт серенады, а Эрвин преподносит звания и солдатов. Романтика.       Одному Леви было плевать на эти слухи, лишь бы никто не помер, но ребята в отряде Джины были живучими, как и она сама, поэтому сильнейший воин человечества был спокоен хотя бы в этом плане.       Вскоре они оказались в Тросте, захваченном титанами. Джина уже окончательно потеряла надежду на возвращение домой, но узнала нечто необычное, что заставило вспыхнуть надежду в её сердце. Один из выпускников сто четвёртого кадетского корпуса превратился в титана, закрыв брешь в стене. Трост был спасён, но осталось добить часть титанов.       — А кто превратился в титана? Эрвин! — Джина догнала командующего, хватая его за руку. — Выпускник? Или кто?       — Его имя Эрен Йегер. Нам с Леви разрешили навестить его в темнице. Собери пока всех и отведи в столовую. Мы подойдём чуть позже, — приказал Эрвин, продолжая идти по делам.       Джина приоткрыла рот.       — Эрен Йегер… — прошептала она, вспоминая мальчонку, что примерял её плащ, расспрашивал про Разведкорпус. — Эрен Йегер! — и нервно засмеялась, хватаясь за живот и присаживаясь на корточки. — Эрен Йегер! Он всё это время был так рядом. Эрен… — а теперь из глаз Джины потекли слёзы. — Эрен…       Сзади подошёл Майк, дотрагиваясь до плеча. Он не слишком понял эту странную реакцию, подозревая, что Джина была знакома с Эреном, но она и не собиралась это скрывать.       — Джина, пойдём соберём всех в столовой, как сказал Эрвин.       — Да, пойдём, — Джина кивнула, вытирая слёзы. — Спасибо, извини, я снова расклеилась, просто помню его отца.       — Ты знакома с семьёй Эрена Йегера? — поинтересовался Майк.       — Немного. Его отец часто лечил племянников, а Эрен интересовался разведкой. Всё. После того, как районы Марии заселили титаны, я не видела Эрена, — рассказывала Джина. — Нет, вру! Я видела его с друзьями в Тросте, когда моя подруга Мария подкармливали беженцев, — Мур остановилась, — Майк, собери всех в столовой, а я пойду умоюсь. Наверное, у меня всё лицо грязное от слёз.       — Да, тебе не помешает привести себя в порядок, — кивнул Майк.       Минуя длинный коридор, сворачивая влево, Джина вышла к уборным. Подошла к раковине с круглыми и заляпанными зеркалами, набрала в ладошки воды и умылась. Она посмотрела на мутное отражение, вновь увидев ту девочку, которая прилетела в тыл врага, даже не подозревая, что ей придётся пережить здесь.       Соперничество в кадетском корпусе элдийцы будто кожей чувствовали, что она не их крови, поэтому так и стремились её выжить.       Вступление в Разведкорпус, где она встретила хороших людей, но постоянно переживала, выходя за стены. Один неверный шаг или промедливание, или, наборот, излишняя быстрота — и всё, жизнь кончилась, но никто так и не узнал, кем была Джорджиана Мур.       Падение стены Мария и Ад, что принесли с собой титаны в тот день. Оглушающие крики паникующих людей, потерявших рассудок от ужаса, ведомые первобытным и единственным инстинктом: выжить.       Отчаяние, когда бронированный титан бежал к внутренним воротам, а Джина ничего не смогла сделать, лишь смотреть и прощаться с Родиной на долгие и долгие годы. Пока её воздушная лодка была под боком, Мур не рвалась так сильно домой, но теперь путь был отрезан, и ничего нельзя было с этим поделать. Джина была зависима от Разведкорпуса, но сам Разведкорпус ничего бы не потерял, не будь сейчас Джины с ним. Она не была лучше или сильнее других, ей просто удавалось выжить. Так много незавершённых целей было впереди, так много несказанных слов, так много…       Джина вздохнула. Она так много раз хотела сдаться, покинуть этот безумный мир, но постоянно оставалась в живых. У неё слишком много незавершённых дел, которые она обязана выполнить.       Стало чуть легче, ибо чрезмерная возбуждённость ушла. Джина направилась в столовую, подсаживаясь к Майку и его отряду, которые обсуждали человека-титана.       — Джина, скажи, какой вообще человек этот Эрен Йегер? — спросила Нанаба.       — Я помню его громким хулиганом, — тихо ответила Джина, не собираясь даже есть свой суп. Аппетит пропал напрочь.       — И… ничего такого не было… ну… чтобы выделяло его от остальных? — снова спрашивала Нанаба, слегка смутившись.       — Просто борец за правду. Он однажды притащил своих друзей ко мне, чтобы я зашила его другу рубашку. Эрен был расстроен, что Армину порвали вещь, — Мур улыбнулась, вспоминая этот момент.       — А ты? Зашила? — спросил Майк.       — Нет, конечно. Моя соседка Бека помогла, — Джина тяжело вздохнула. — Я и подумать не могла, что он — титан.       Молчание, нарушаемое стуком тарелок. Джине стало обидно за разведчиков, которые считают её за «свою». Чем она лучше марлийцев, которые ненавидят элдийцев, стремясь украсть у них Прародителя? Она прилетела на их остров ради этого же, а они сидят, общаются с ней и едят за одним столом.       — Как это мерзко! — Джина прикрыла глаза ладонью. Все с удивлением посмотрели на неё. — Жить рядом с человеком, не зная о его сущности.       Она имела ввиду себя, но Майк и его отряд подумал об Эрене, начав успокаивать девушку, а ей от этого было ещё хуже. Она всех обманывала, они её не простят за это.       После обеда все построились во дворе, чтобы послушать речь Эрвина, вернувшегося вместе с Леви от Эрена, но командующий рассказал о суде, где будет решаться судьба мальчика из сто четвёртого.       Джина поспешила поговорить с Эрвином, порасспрашивать, как там чувствует себя мальчик. Леви в это время ушёл к своему отряду.       — У него есть ключ от подвала, где якобы хранятся секреты этого мира, — рассказал Эрвин. Он не слишком верил в некоторые рассказы Джине о титанах и стенах, но и не отвергал их.       — Что? — не поняла Джина. — В Шиганшине, в подвале Эрена Йегера хранятся тайны этого мира? — она плюхнулась в кресло, прикрывая рот рукой.       — Не вижу удивления на твоём лице, лишь шок. Ты и не думала, что обычный врач из бедного района может владеть какими-либо знаниями о нашем мире? А его сын не может быть титаном? — спросил Эрвин.       — Нет, не думала. Гриша всегда был вежлив, приветлив и заботлив к своим пациентам. Это Эрен был сорванцом, но дрался всегда за правду! — Джина улыбнулась и схватила Эрвина за руку. — Не отдавай его полиции! Они не имеют права касаться его своими руками. Он должен быть нашим!       — Если бы это зависело только от меня, но, увы, решать этот вопрос будет Закклай, — спокойно ответил Смит, вытаскивая свою руку из руки Джины и отходя к окну. — Я не меньше твоего хочу отвоевать Эрена у полиции. Они вскроют его и всё, а он…       — Он всегда мечтал быть частью Разведкорпуса, — перебила Джина, подходя к Эрвину. — Это его выбор! И никто не имеет права решать за него!       — Смотрю, ты всё же неплохо знаешь его.       — Это всё, что я знаю о нём. Эрвин, — Джина обняла командующего, — я сделаю всё, чтобы защитить Эрена. Даже если он достанется полиции, я помогу ему сбежать и скрыться от них.       — Нет! — Эрвин оттолкнул девушку от себя, легонько сжимая её плечи. — Если Эрен достанется полиции, то ты не будешь лезть к ним, нарушая закон. Обещай!       — Я не могу этого обещать! Эрен дорог и мне, и тебе, и всему человечеству! На кону стоит слишком многое, чтобы стоять в стороне и не вмешиваться! Тупоголовая полиция даже не представляет, насколько ценный Эрен! — со злостью говорила Джина.       — Я тоже не собираюсь отдавать Эрена так просто, но ты должна пообещать, что не будешь действовать сама. В конце концов, это приказ!       — Но я могу и ослушаться тебя. Мне и трибунал не страшен, — улыбнулась Джина. — За благое дело и пострадать не страшно.       Эрвин потёр глаза. Джина никогда особо не прислушивалась к нему, но и не нарушала порядок. Не было такого, чтобы она нарушала порядок при всех или бунтовала. Сейчас же всё будто изменилось, а Джина чуть ли не похищать Эрена у полиции собралась.       — Нет! Успокойся, ещё ничего не ясно, — Эрвин присел на стул. — Я запрещаю тебе действовать самой, в случае чего. Не думай, что я как-то буду защищать тебя, в случае чего.       Джина покачала головой, облизывая губы, что снова пересохли. Эрвин был напряжён и явно устал за сегодня, хотя на часах было около пяти. Работа выматывала: нервы, бумаги, отчёты, доклады, поездки в столицу, мысли, планы, плохой сон, плохая еда, снова нервы, отсутствие выходных.       — Когда ты последний раз отдыхал? — спросила Джина.       — К чему этот вопрос? — открывая папку по привычке, спросил Эрвин.       — Я не имею право задать вопрос?       — Недели две назад, когда ездил в столицу.       Джина покачала головой. Разве поездка дальше штаб квартир и ночёвка в гостинице — отдых?       — Это не отдых. Это тоже работа. Когда ты просто приезжал домой, ложился спать не с мыслью о вонючем отчёте или уродском титане, а с мыслью, что завтра с утра ты позавтракаешь, пройдёшься по городу, а мысли твои будут пусты? — Джина подошла ближе, оказываясь в нескольких сантиметрах от командующего, который заметно напрягся от такого вопроса. Отдых давно перестал входить в его план даже на последнее место. Последние лет пять он трудится на износ, но у остальных бывают выходные, отпуски и проведённое время с семьёй. Даже Леви иногда брал выходные, проводя их где-то подальше от штаба.       — Сейчас нет времени на отдых, — Эрвин посмотрел в сторону. — Возможно, когда мы попадём в подвал Эрена, мы сможешь узнать побольше о титанах.       «Интересно, дядя знал что-нибудь о Грише? Если да, то почему не сказал мне? Или не знал?» — напряглась Джина.       — Ладно. Я пойду к себе, — направилась к двери Джина, погруженная в свои мысли.       Дни до суда, казалось, тянулись вечно. С утра и до вечера проходила, казалось, неделя. Все нервничали, не могли найти себе места, гадая, что будет дальше с их хрупким миром. Джина как не пыталась, но её к Эрену не пропустили, а после второго отказала, она перестала пытаться и стала ждать, готовая действовать при любом решение суда. До сих не верилось, что тот хулиган, защищающий Армина и мечтающий вступить в Разведкорпус, оказался титаном. Но это был факт, который невозможно было изменить, только принять.       Пару раз Джина виделась с Микасой и Армином — они очень сильно переживали за друга, но подбадривали друг друга. Арлерт не хотел, чтобы Микаса сошла с ума, стараясь отвлечь.       «Они здорово подросли! Я дожила до того момента, что перед моими глазами взрослеют дети!» — мелькнуло в голове Джины. Она часто забывала про возраст, раз за разом возвращаясь в пятнадцать лет, когда ещё была дома. Мур словно застряла в том возрасте, но не именно умом или мыслями, а, скорее, ощущением. Года, проведённые на Парадизе, совершенно не ощущались, ибо жила она, как в тумане, постоянно боясь, что её раскроют. Сейчас такой страх отступил, позволяя дышать полной грудью.       Ночь перед судом для Джины оказалась тяжёлой. Она легла в десять, уснула в час, а поднялась с кровати в четыре. Лежала до пяти, пока окончательно не посветлело, решая прогуляться по городу. Трост, конечно, до сих пор был разбит после недавнего вторжения титанов, но в нём и до этого не было мест, на которые можно было смотреть. Обычный и типичный город для жизни.       Пахло пылью и чем-то очень приторным, похожим на трупный запах. Учитывая, что трупы погибших в битве за Трост лежали под открытым небом около двух суток, то ничего удивительного в этом не было.       Джина немного прошлась по улицам, вышла к каналу и остановилась у воды, смотря в своё искажённое отражение. Хотелось спать, пить и поскорее узнать о судьбе Эрена.       Оглянулась.       Будто по инерции развернулась, встав спиной к воде. Было прохладно, ещё и комары летали над ухом назойливо жужжа, но в целом прогулка была приятной, не зародив в Джине никаких мыслей. Она даже об отце или Родине не думала, её голова впервые была пуста.       — Ты следишь за мной? — спросила Мур, скрещивая руки на груди. Ей не слишком хотелось сейчас видеть Эрвина, но он уже подошёл к ней, смотря на воду.       — Нет, — тихо ответил он. — Но переживаю, что ты можешь наделать глупостей.       — Не буду, — выдохнула она, смотря на воду. — Будь, что будет!       — Я серьёзно.       — А я, по-твоему, шучу?       Вдалеке послышался чей-то голос. Город медленно просыпался, хотя не все жители вернулись в него, но некоторые лавки или забегаловки уже функционировали. Даже в такое раннее время можно было умудриться где-нибудь позавтракать.       — Правда, Эрвин, я не буду действовать самостоятельно, — будто оправдываясь, нарушила тишину Джина, подойдя к нему поближе, почти вплотную. — Всё же, мне кажется, что до этого не дойдёт. Эрен должен быть с нами.       Он молчал. Последние дни Джина говорила только… о нём. Эрен, Эрен, Эрен… Имя паренька-титана стало мантрой. Сколько можно?       — Мы могли бы позавтракать или у тебя аппетита нет? — не замолкала Джина, неуверенно дотронувшись до плеча Эрвина. — Эй… Эрвин, ответь!       — Позавтракаем после суда, — ответил он.       — После суда мы пообедаем, — вздохнула она. — Прохладно становится. Вернее, с утра прохладно, но в обед станет теплее.       — Так всегда: сначала холодно, а потом — теплее.       — Ага. Надеюсь, зима тёплой будет       — Ты не замёрзла? — спросил Эрвин, чувствуя, что Джина дрожит.       — Немного… Скорее от нервов, чем от прохлады, — нервно улыбнувшись, ответила Мур, уже подумывая уходить, но не торопилась.       Эрвин посмотрел на неё: странную и дрожащую, переводящую темы с одной на другую. Явно не выспалась — под глазами были синяки, зевала часто. Интересно, Джина вообще высыпалась? Обычно, её лицо было свежим, но сегодня явно уставшее и замученное переживаниями.       — Всё-таки, я пойду. Немного посплю, — она в который раз выдохнула, наблюдая за Эрвином, а он, посмотрев мельком на неё, — снова отвернулся. — Наверное, плохо выгляжу? Сегодня, да?       — Выспись. Проснёшься, думаю, суд будет окончен, и мы сможем пообедать, а ты не будешь мучиться в ожидании, — сказал Эрвин холодным тоном. В голове крутилось слишком много мыслей, хотелось немного подумать перед судом, хотя вроде всё было продумано до этого дня и оговорено с Леви.       Джина кивнула, считая, что теперь точно пора уходить, оставив командующего одного. Пусть думает, смотря на воду, но это как-то слишком просто. Пусть думает глубже и тщательнее, поэтому она обошла его, останавливаясь прямо напротив, потянулась к нему руками, заставляя Эрвина немного наклониться к ней и поцеловала его в губы. Он не ответил взаимностью, но и не оттолкнул её.       — Удачи тебе в суде, — в какой-то нервно-насмешливой форме пробурчала Джина, убегая в сторону штаба.       Эрвин проводил её взглядом, снова отвернулся и напрягся. Эрен действительно должен быть в Разведкорпусе.       Джина проспала ещё пару часов, привела себя в порядок и направилась к зданию суда. Она долго думала об Эрене, титанах и миссии, непонимания, как у Эрена оказался титан. И какой?       Эрена она увидела со спины, когда Ханджи и Майк повели его в суд, но Джина на самом процессе не присутствовала, отсиживаясь в небольшой комнатке, где и ожидала результатов. Минуты казались вечностью, но ожидание того стоило. Когда она увидела Эрена, входящего в комнату в сопровождении Эрвина, Леви и Ханджи — не смогла сдержать эмоций и обняла парнишку, прослезившись.       Проявление подобных эмоций и действий было для неё нетипично, даже чуждо. Всегда отрешённая, не любящая прикосновений вдруг заботливо обнимает мальчишку, которого все боялись.       Эрен растерялся.       — Не хочу тебя смущать, — Джина отошла от него.       — Надеюсь, ты не злишься на меня? — спросил Леви, присаживаясь рядом с Эреном, который уже успел добраться до дивана.       — Нет, я понимаю, что это было необходимо! — тяжело дыша, говорил Эрен, смотря на всех присутствующих.       — Эрен, открой рот, — попросила Ханджи, присаживаясь рядом. — Ничего себе! У него вырос зуб! Смотри, Леви, — она чуть ли под нос не сунула капитану зуб, замотанный в платок.       — Фу, убери от меня эту мерзость! Ты что, подобрала его с пола? — ругался Леви.       Эрвин тоже подошёл к Эрену, протягивая руку и говоря:       — Добро пожаловать в Разведкорпус.       Эрен вдруг начал смотреть на Джину, а она — на него. Оба были чем-то озадачены, будто решали пример, пытаясь найти правильный ответ, но пока никак не выходило ничего путного из этого.       Вскоре Леви с отрядом начали собираться в замок, который выделили Разведкорпусу для тренировок Эрена. Джина хотела поехать с ними, чтобы теперь быть постоянно рядом с Йегером, но чувствовала неприятный осадок в душе. Она нашла человека, умеющего обращаться в титана, но не думала, что он может быть Прародителем. Или может?       Очень трудно было думать. Мур устала от бесконечных размышлений и опасений быть пойманной. Вечером её к себе вызвал Эрвин, но идти к нему совершенно не хотелось.       Спустя минут пять раздумий, Джина всё же направилась в кабинет командующего, твёрдо решив сказать ему, что она едет с Леви.       — Добрый вечер. Зачем вызывал? Что-то случилось? — спросила Джина, подходя к столу.       — Добрый. Нет, ничего. Я хотел спросить тебя: ты со мной останешься или с Леви поедешь? — поинтересовался Смит.       — С Эреном. Я поеду с Эреном. Он явно напуган, а Леви бывает чересчур груб, — уверенно заявила Джина.       Несколько секунд была абсолютная тишина, пока её не решил нарушить Эрвин:       — Тогда тебе стоит идти спать, чтобы выспаться перед предстоящей уборкой.       — А? А! — тут Мур осенило. Леви заставит вылизывать её весь замок, а она не слишком любит бегать с ведром и тряпкой. Тщательная стерильная уборка — не про неё. — Тогда я поеду к ним чуть позже. Через пару дней!       — Я могу отдать тебе приказ, и ты никуда не поедешь, — сказал Эрвин.       Джину эти слова слегка напрягли. Эрвин никогда не был слишком строг в её отношении, так как она всегда сама исполняла приказы. Джорджиана Мур ни разу не ослушалась командующего, поэтому не слишком поняла такого отношения к ней. С чего это Эрвин решил приказать не ехать ей вместе с Леви?       — Не переживай, я не отдам тебе такой приказ, — сказал Эрвин, опуская взгляд в документы, лежащие перед ним.       — Что вообще заставило тебя сказать эти слова? — спросила Джина. — Значит, в твоей голове появилась мысль о том, чтобы запретить мне ехать с Леви?       — Мне кажется, что способности Эрена тебя потрясли настолько сильно, что ты забыла обо всём на свете и готова ослушаться приказов, — объяснял Эрвин. — Я не хочу, чтобы ты превращалась в неуправляемого солдата, готовая ослушаться приказа ради собственных целей, какими бы важными они для тебя не были.       — А, — Джина задумалась. А ведь правда она сейчас чувствует внутри себя дисбаланс, будто почва ушла из-под ног, не зная, что теперь делать с информацией. Ей нужно держаться подальше от Эрена какое-то время, чтобы не наделать глупостей. — Ты прав. Меня потрясла способность Эрена превращаться в титана, но я рада, что он теперь с нами. Спасибо! — улыбнувшись, Джина схватила Эрвина за руку. — Надеюсь, теперь мы сможем планировать возврат земель?       И Джина мыслями вернулась к главной цели: возвращение в Шиганшину. Без этого ни один её план в жизнь воплощён быть не может.