Со вкусом...

      Юра никогда не понимал, зачем Лика (да и в принципе почти каждая девчонка) красится. Какой в этом смысл, если она и так довольно-таки симпатичная? Да и, к тому же, на макияж уходит много времени, денег и нервов. Стоит ли оно вообще итогового результата?       Подобный вопрос он как-то раз и задал Анжелике, когда она сидела на перемене с ним за одной партой. Был День учителя, и, конечно же, девушка была при полном параде: брови, ресницы, тени, стрелки, румяна с еле заметным хайлайтером и тот самый блеск для губ со вкусом лимонада, который у неё уже заканчивался. В этот день ей предстояло выступать в школьном хоре на концерте для учителей. Девушка вопросительно посмотрела на Юру как на полного идиота, ничего не смыслящего в этой жизни, быстро похлопала длинными ресницами и чуть отпрянула.       — Конечно же оно стоит того! Мне нравится то, как я выгляжу в зеркале, смотреть на себя и знать, что меня такой видят окружающие…       — Но ты и без макияжа хорошо выглядишь, — пробубнил Плисецкий, подпирая подбородок рукой.       — А мне не нравится, как я выгляжу без макияжа! — запротестовала Лика. — Хотя бы без минимальных туши и средства для бровей!       — У тебя что, комплексы? — насмешливо хмыкнул фигурист.       — Да. А у кого их нет? — кисло отозвалась девушка, хмуро взглянув на собеседника исподлобья. — У меня недлинные ресницы, да и, к тому же, лежачие, они не смотрят вверх, из-за чего взгляд не такой выразительный. Брови у меня не соболиные, просто мылом или прозрачным гелем их не пригладишь, только в редких случаях. Прыщи на лице, которые выдавить, блин, нельзя, иначе только хуже станет, приходится замазывать.       — Ну, допустим, чтобы устранить эти якобы «недостатки», — он показал кавычки пальцами, — тебе нужны тушь для ресниц, карандаш для бровей и…       — Консилер с пудрой, — подсказала Лика.       — Да! Ну и, например, какое-нибудь средство для губ — тот же самый бальзам или блеск, может, какая-то невзрачная помада…       — Нюдовая.       — Точно, — Плисецкий с наигранной деловитостью кивнул. — А остальное-то зачем?       Анжелика отстранённо пожала плечами, потирая запястье. Разговор ей явно пришёлся не по душе.       — Чтобы по-максимуму скрыть все эти недостатки и отвести взгляд от других.       — Но я не вижу у тебя никаких недостатков, — продолжал стоять на своём Плисецкий, не осознавая, что давит на девушку своим мнением, о котором его, увы, не просили. — Даже если они и есть, Лик, только ты их видишь.       Девушку как будто холодной водой из целой бочки окатили. Она как по команде выпрямилась, ошеломлённо посмотрела на фигуриста с максимальным разочарованием. От накатившей обиды скрутило живот, словно пытались максимально отжать мокрую тряпку, да так её перекрутили, что она даже трещать начала. Анжелика прикусила изнутри губу, чтобы не расплакаться перед Плисецким и не показать ему свою слабость. Но ещё обиднее было видеть то, что Юра говорил всё это искренне. Он был твёрдо уверен в своей позиции. Как, в принципе, и сама Лика.       — Да. Вот именно, я вижу свои собственные недостатки и я их справляю. Но не для кого-то, а для себя в первую очередь. Мне нравится видеть себя накрашенной, расфуфыренной, намалёванной — называй как хочешь, мне всё равно. Как и на твоё мнение.       Лика встала из-за парты, отодвинув стул со скрипом назад. Большая перемена только-только началась, впереди ещё добрых пятнадцать минут, которые, кажется, в этот раз растянутся по-максимуму и превратятся в чёртову вечность. Юра всё ещё искренне не понимал, где он так накосячил.       — Если что-то не нравится в моём макияже — не смотри на меня, раз он так тебя раздражает, — грубо пробасила в миг раздувшаяся от злости и обиды Розова, разворачиваясь на одних каблуках к выходу из класса.       — Лика, да ничего меня в тебе не раздражает!       — А меня в тебе — да! — напоследок бросила девушка. — Например, твоё вечно непрошенное и неуместное мнение, от которого и толку-то ноль!       И твёрдым шагом направилась вон из кабинета, громко стуча каблуками по полу.       — Лик, да подожди ты! — виновато позвал её Юра, но было уже поздно — девушка миновала дверной порог. — Ли-ка!       Раздосадованный, он с измученным вздохом откинулся на жёсткую спинку стула и закинул руки за голову, уставившись в потолок. Кажется, до него только сейчас дошло, какую же фигню он сморозил.

***

      Она бы и дальше продолжала его игнорировать, если бы в один из прекрасных октябрьских дней Лика не забыла свой разноцветный зонтик дома. В её стороне жила только одна одноклассница — буквально в соседнем доме! Но она уже давно ушла, а попросить кого-нибудь проводить её до дома Лика не решалась, да и сомневалась, что кто-то согласится. Была ещё одна подружка, которая жила в том же районе, что и она, но и эта дебилка свой зонт дома забыла. По итогу побежала прямо так до дома, но на такой шаг Розова не решилась. Заболеть ещё под конец четверти не хватало.       — Тебя проводить?       Ну, конечно, кто же ещё мог задать ей такой вопрос? Юра встал рядом с ней под козырьком школы, расчехляя свой чёрный зонт с длинной ручкой. Может, такси заказать? Но до дома недалеко, да и чего греха таить — денег жалко! Так ещё и наличкой нет, а пока в приложении карту забьёшь, полдня пройдёт, а ждать Лика вовсе не хотела. Пришлось согласиться. Лика громко вздохнула аки великомученица и закатила глаза.       — Ну, давай, пошли, раз предложил.       Они оба вбежали в её квартиру, дрожа от холода и стараясь не делать резких движений, чтобы не запачкать стены и мебель вокруг грязной дождевой водой. На полпути обычный дождь превратился в сильный ливень, создавая огромные потоки воды на дороге, через которые нельзя было чисто физически перепрыгнуть — ребята буквально утопали своими резиновыми ботинками в глубоких лужах, пытаясь сопротивляться шквалистому ветру. СМС-ка от МЧС с предупреждением о жёлтом уровне погодной опасности пришла с явным опозданием. Чтобы хоть как-то дойти до дома Лики, пришлось закрыть зонт к чёртовой матери, чтобы он под действием ветра не сломался или не унёс их к чертям собачьим, словно Мери Поппинс, и бежать что есть мочи до подъезда. С горем пополам Юра и Лика с этим справились.       Они сняли ботинки, полные грязной воды, и поставили их на коврик при входе, продолжая раздеваться. Навстречу им вышла крупная собака с ясно-голубыми проницательными глазами, которые заглядывали Юре прямо в душу. Он застыл.       — А она…       — Нет, не кусается, — легко отозвалась Лика, скидывая с себя серый плащ и вешая его на настенный крючок. — Знакомься, это Джесси — моя собака породы аусси или просто австралийская овчарка.       Следом из дальней комнаты справа вышел огромный рыжий кот с хмурой мордой и длинными кисточками на ушах. Пока собака с пятнистым окрасом стояла и внимательно смотрела на пришедших, кот подошёл к ней сбоку и ласково боднул головой её переднюю лапу, вставая рядом.       — А это Форекс, мейн кун.       — Они с твоей собакой дружат?       — Пф-ф-ф… Как видишь.       Со стороны Юра выглядел очень забавно. Он смотрел на чужих домашних питомцев так, будто увидел нечто невообразимое и неправильное. Пока блондин находился в ступоре, Лика расставила руки в стороны и опустилась на колени перед своими любимцами, широко улыбаясь. Джесси спешно подошла к ней, цокая своими коготками.       — Ты ж моя хорошая, приве-е-ет!       Собака смешно затрясла своей пятой точкой вместе с хвостом, начала мягко, но активно вылизывать лицо хозяйки, пока та чесала её пушистые бока.       — Джесси, фу! У меня макияж потёк, ты его сейчас слизываешь.       Воспользовавшись моментом, огромных размеров кот запрыгнул на стоящую рядом со входом столешницу и начал пытаться подобраться ближе к гостю, чтобы его обнюхать. Повесив свою насквозь мокрую куртку на крючок рядом с не менее мокрым плащом Лики, Юра медленно протянул коту руку. Тот озадаченно обнюхал её со всех сторон, напоследок отстранённо посмотрел прямо в глаза Плисецкому и спрыгнул на пол, громко приземлившись, что заставило Анжелику развернуться к нему.       — Форекс, мой малыш, здравствуй!       Котяра боднул девушку лбом в бедро, из-за чего она утробно захихикала и погладила его спину, уделяя особое внимание пояснице. Форекс с удовольствием приподнимал заднюю часть тела навстречу ладони хозяйки вместе со стоящим трубой хвостом. Кажется, он даже замурлыкал, но за цокотом собачьих когтей было плохо слышно.       — Вы ж мои прелестники!       Девушка замычала от удовольствия, а Юра в этот момент мысленно завидовал четвероногим друзьям девушки и получаемым ими вниманию, любви и ласке.       — А это моя комната.       Лика распахнула белую дверь, и Юра в который раз удивился, насколько огромной была её квартира в одной из питерских новостроек. Три комнаты, просторная кухня и раздельные туалет с ванной… И это ещё если учесть, что её родители живут отдельно в однушке ближе к центру, чтобы им удобно было добираться до работы.       — Офигеть, — у Юры даже голос пропал от удивления. Он откашлялся. — Твои родители случайно не в правительстве работают?       Лика фыркнула.       — «Газпром» считается за правительственную организацию?       — Всё, вопрос закрыт.       Она включила свет. Очень просторная комната с двуспальной кроватью и двумя тумбочками по бокам, большим многоярусным шкафом справа от двери, рабочим столом в правом углу, на котором стоял компьютер и всякие школьные принадлежности и учебники. Не меньше поражали и тона, в которых была оформлена спальная комната Лики: однотонные фиолетовые стены, белые шкаф, стол, тумбы, постельное бельё, ламинат и натяжной потолок, плотные шторы пурпурного цвета… Прям опочивальня принцессы, не иначе.       Хотя, справедливости ради, стоило отметить, что вся квартира в целом была оформлена столь… минималистично. Редко где-то можно было увидеть узоры, будь это интерьер или мебель. Зато всё смотрелось гармонично. В глаза бросались только яркие цвета. Именно они и приковывали внимание.       Рядом с рабочим столом стояло напольное зеркало во весь рост в белой раме. Юра подошёл к нему, чтобы убедиться, что он выглядел прилично. Лика выдала ему свои розовые домашние штаны, которые ей отдала мама, и одну из папиных белых футболок. Увы, но папины штаны даже с перевязанными верёвочками слетели бы с худых бёдер фигуриста со свистом, а серые штаны Лики были ему коротки, поэтому пришлось как-то выкручиваться. Не сидеть же ему в трусах?       Их вещи сохли на полотенцесушителе в ванной, а ботинки — на батарее на кухне. Ливень за окном вместе с ветром никак не прекращались.       — Ты будешь пиццу, если я закажу?       Тренер, конечно, не одобрил бы, но разве кто-то ему собирался говорить о столь калорийном ужине?       — С радостью. Я бы сейчас всё, что угодно, съел…       — А тебе можно?       — А почему нет?       — Ну… Ты же фигурист. Спортсмен. У вас же там, наверное, диета, все дела…       — Так я же не каждый день пиццу ем. От пары кусков не потолстею, не волнуйся.       — И не думала, — самодовольно хмыкнула Лика. — Тогда закажу двойную, чтобы разнообразить её…       — Ага. Как хочешь.       Лика ушла на кухню. За ней послушно направилась Джесси. Форекс же плавной походкой дошёл до середины комнаты и сел, неотрывно наблюдая за Юрой. Блондин слегка улыбнулся и фыркнул. Он обожал кошек до безумия, но времени на то, чтобы ухаживать за питомцем, у него практически не было.       Плисецкий снова развернулся к зеркалу, и тут его внимание привлекла пластмассовая плитка шоколада. Его брови изогнулись в немом вопросе. Он подошёл к столу, где и покоилась данная вещица, и взял в руки.       — Это сейчас так конфеты запаковывают? — с искренним любопытством поинтересовался невесть у кого Юра.       Но вместо конфет внутри пластмассовой плитки его ожидали цветные квадратики преимущественно коричневых, красных и ягодных цветов. Половина из них были матовыми, другие — с блёстками.       — Это что… тени?       — Прикинь, — послышалось сзади. Фигурист вздрогнул. Умеет же одноклассница подкрадываться! — Кстати, понюхай. Она пахнет шоколадом с ягодами.       Юра боялся, что Лика отругает его за излишнее любопытство и за то, что он взял чужую вещь без спроса. Но на её лице не было ни капли раздражения или злости. Он послушался её, покорно поднеся к лицу палетку. Запах шоколада был преимущественным, ягодами же отдавало лишь слегка. Нежный, не слишком химозный, в нос не бьёт. Да и оттенки выглядят красиво, чего уж там.       — Вкусно. У тебя хороший вкус.       — Не у меня. У нашей одноклассницы Сашки, она мне эту палетку на день рождения подарила.       — У тебя тоже.       Анжелика застыла, быстро хлопая ресницами. Без макияжа она выглядела тепло и по-домашнему, но Юра говорить ей этого не стал, а то, мало ли, опять обидится.       — Ага. Как скажешь.       — Кстати, прости меня.       — Простить за что?       — За моё непрошенное мнение, — спокойно отозвался фигурист, положив палетку на место.       Он подошёл к Лике, стоящей у дверного проёма, обойдя наблюдающего за ним Форекса. В комнату прошла Джесси, пройдя мимо ребят, и села рядом с котом, тоже решив понаблюдать за ними. Девушка неотрывно смотрела на блондина.       — Я просто… не так, наверное, изложил свои мысли, — Юра замялся, неловко почесав затылок. Часть светлых волос закрыла его смущённое лицо. — Я просто представил себе, сколько времени уходит на всё это, денег… В моих мыслях краситься — это неудобно и бессмысленно, но я просто думаю как парень. А ты всё-таки девушка, для вас это привычно. Просто знай, что ты красивая всегда. С макияжем или без.       — И даже… сейчас? — осторожно поинтересовалась Анжелика, слегка наклонив голову вбок.       — Особенно сейчас, — с каким-то странным придыханием ответил ей Юра.       Девушка подошла к фигуристу вплотную и прижалась к нему, обвив худое, но крепкое тело своими холодными руками. Плисецкий крепко обнял её в ответ, утыкаясь носом в шею. Лика слегка вытянулась, но не стала ничего говорить против такой близости.       — Спасибо, Юр, — прошелестела она, смотря на своих любопытных питомцев. Форекс направился с нагретого места и начал тереться о ноги ребят. — Мне, правда, очень важно такое слышать. И мне приятно, но всё же я воспринимаю себя нормально только с косметикой. Просто прими это как факт.       — Хорошо. Только не обижайся на меня больше, а то я в ваших женских премудростях не шарю.       Лика тяжело вздохнула.       — Дело не в премудростях, а в самооценке.       Не убирая рук, Юра отпрянул от девушки, заглядывая ей в глаза. Их лица находились слишком близко друг к другу.       — Я сделаю всё, чтобы выбить эти мысли из твоей головы.       И прежде чем Лика смогла ответить хоть что-то, оставил на её сухих губах мимолётный поцелуй. Повисло напряжённое молчание. Девушка не знала, что и думать, куда себя вообще деть после этого, что сказать. Слава Богу, Плисецкий нагнулся вниз, чтобы подобрать на руки огромного кота с салатовыми глазами, тем самым прервав затянувшуюся паузу.       — Ну, как? Мы похожи?       Стоя с покрасневшим лицом, Лика чувствовала, как жар расползается по всему телу. Она стыдливо скрестила ноги, втягивая в себя живот, чтобы унять появившееся напряжение. Покачала головой и устало вздохнула.       — Ага. Как две капли. Оба наглые и самодовольные.       — А ещё красивые.       — О-о-о, да. Этого у вас не отнять.       И засмеялась.       — Я заглянула в прогноз погоды…       — Прогнозы неутешительные? — сострил Юра.       — Максимально, — Лика кивнула, вернув своему голосу спокойствие. — Поэтому оставайся сегодня ночевать у меня.       — А… родители?       — В командировке. Максимум, кто может к нам зайти на огонёк, это мои бабушка с дедушкой. Они живут в доме напротив. Но, как видишь, погода за окном вообще никак не располагает даже для такой короткой прогулки.       — Как же ты тогда с собакой пойдёшь гулять?       — Джесси у нас умная. Мама научила её делать свои дела в ванной. Мы просто потом убираем за ней, моем, и всё.       — Ого, ничего себе. Так можно с ней вообще гулять не выходить!       — Ага, ещё чего придумал! Надо же собаке тоже как-то социализироваться, сменить обстановку… Форекс, кстати, тоже с нами гулять ходит.       — Офигеть, Лика. Мне кажется, будто ты из сказки какой-то вылезла.       — Эх, Юрка, знал бы ты, как долго мои родители стремились к этой самой сказке… И я тоже буду стремиться к своей. Не всегда же мне на шее у родителей сидеть.       — Я тоже к ней стремлюсь.       — Ну, у тебя хорошо получается, между прочим! — девушка ему подмигнула.       — Значит, мы с тобой друг другу подходим.       — В смысле?..       — Оба стремимся к сказке, — он пожал плечами, как будто говорил самую что ни на есть обыденную вещь. — Ты будешь моей принцессой, а я твоим принцем. Ну, или рыцарем. Как пожелаешь.