Все уже сгорело

Москва сидел на кухне прижав коленки к груди. Дальний Восток дал ему черный чай, кружка больно обжигала пальцы. Чуть приобняв брата, рядом расположился Дальний Восток. Центр же сидел напротив. -Центр, ты старший. Почему ты не уследил, что над братом издеваются? Я как старший, обязан обо всем доложить отцу. — Дальний Восток нахмурился. Что-то он совсем углубился в учебу и перестал следить за жизнью родственников, кроме конечно «своих». Вдруг Москва поднял на старшего брата испуганные глаза. -Вячеслав, — он обратился к брату человеческим именем — пожалуйста, не говори папе! Ему и так очень сложно, так тут и я… Давайте, вы просто перестанете говорить про папу гадости? Ведь из-за вашей… Ну… Забыл слово… Короче, меня стали дразнить, потому что папа «злой», а «добрый» только со мной. Дальний Восток удивленно посмотрел в голубые глаза мальчика. Кто кто, а он такого не говорил. Неужели Сибирь и Урал нарушили обещание и стали открыто ревновать? -Как давно Ленинградская Область тебя травит? — Надо бы выявить корень проблемы… -Раз, два, три… — Малыш нахмурившись стал сгибать пальцы — Не помню… — Подытожил он. -Два года- Центр решил честно сознаться. Лучше получить трепку от брата, чем потом мучиться от совести. -Два года…-Повторил Дальний Восток. Он задумчиво стал теребить волосы Москвы, не замечая возмущения последнего. Пусть будет проклято это ЕГЭ! Надо сказать отцу, что бесполезнее вещи нет. Авось отменит? Хотя, причем здесь ЕГЭ? Это он! Он! Он совсем эгоистом стал! В последнее время только и думает о старшей американке! Пора бы выкинуть ее из головы и вернуться к проблемам насущным. -Так, это понятно. Теперь объясните про ваши эти… Партии? — сказал он как можно бодрее. -Не скажу! Нельзя! Папа будет очень зол, если скажу — Москва попытался выкарабкаться из объятий брата. К сожалению, мальчишка еще не успел понять простой мудрости жизни, не хочешь говорить — даже не намекай. -Да, ну? Братик, ты только интерес подогреваешь такими криками. — Поведал ее брату Центр. Дальний Восток и Центр переглянулись. Не смотря на разницу в возрасте, все старшие братья знают один запретный прием. -Москва, говори или защекотим! — предупредил юноша. Но столица лишь поднял нос и ответил: -Все равно не скажу. — И зря. После долгой пытки щекоткой, столица все же поменял свое мнение. -Ну… Партии это такая штука… Я не знаю, что это значит по человеческим меркам, но для нас это такие существа. Они похожи на нас. Только у них у всех есть крылья… И эти крылья обозначают основные черты характера… Белые, самые редкие. Они добрые, с ними людям живется хорошо… Золотые — средние, самые частые… А черные — оочень плохие. У папиной партии черные крылья с золотым отливом. Очень красивые… Так вот, ЕР запрещает папе очень многое. Например, он не дает папе помочь Сибири. Хотя, он помог папе стать очень сильным… Я не знаю! И у папы есть не только ЕР. Там их много. Но главный он. -Мда. Вот говорил же мне Бавария «Не прогуливай уроки, Fernost, а то пропустишь важное». А ведь прав оказался, чертов немец. — Отчитывал себя Дальний Восток. И последний раз потрепав голову городку, ушел. Центр посмотрел на часы, находившиеся встроенными в духовку. 22:37. -Москва, тебе давно пора спать. Идем чистить зубы и спать! Быстро! *** — Брат, я не ведаю, як табе дапамагчы! Падумай, як бы паступіў тата? Ён, мусіць, сказаў бы ўсю праўду. Дарэчы, час пазней, табе сітавіна да дзяцей!— Беларусь занервничал. Брату плохо, а как помочь не понятно. -Бел, ты же знаешь, я кроме «тата» и «дзякуй» на твоем языке ничего не знаю. — устало выдохнув сказал Россия. -А я знаю, что на слух ты прекрасно меня понимаешь. Чаму ты прыкідваешся дурнем? Ты ўцякайце ад праўды? Ты той старэйшы брат, які ў час Утрой сусветнай нейкі час камандаваў войскамі? Няўжо не ты, РСФСР, супакойваў нас пасля жахаў палону?— Беларусь намеренно назвал брата прошлым именем. Чтобы хоть что-то от Российской Федерации допиться, теперь надо раны старые вскрывать. -Да, с тех времен я стал мягче! Но ты пойми, я хочу чтобы дети, после моей смерти, помнили обо мне не только плохое! К тому же, при моем командовании мы только проигрывали немцам! Слава богу, батя успел все предотвратить! И я не трус! Вот пойду и расскажу Сибири! -Россия вылетел к выходу и уже в лифте надел куртку. Правда расскажет он это все, завтра. Потому что, Сибирь все равно сейчас спит, а слова надо подобрать. Дома ему открыл Дальний Восток. По одному виду сына видно, что его что-то гложет. -Ну, сына, докладывай, что мина кислая такая?