Slave Labor

Ангел и демон заходят в бар… Моя жизнь была похожа на неудачную шутку. В квартире, которую я делил с братом, не было ничего особенного, но по сравнению с другими жилищами в аду, где мне удалось побывать, это был просто оазис среди пустыни. День, когда я узнал, что в Аду есть жилые дома, стал для меня отправной точкой для моей кукухи, которая так и не вернулась; это меня так шокировало, что я долго не мог принять этот факт, этого было выше моих сил после долгих, ужасных лет, проведённых на дыбе.        — Тут, конечно, так себе, но… Это мой дом. Наверное, — добавил я, оглядываясь вокруг себя. Квартира выглядела так же, как и в день моего переезда, и, скорее всего, почти не изменилась с тех пор, как Сэм приобрел её. Нам не нравился лишний декор в доме. Ангел молча стоял рядом со мной, даже не поднял головы, чтобы рассмотреть своё новое место пребывания. Хотя, думаю, пытка не пытка, у него нет причин думать, что я буду относиться к нему как-то по-другому, не как Кроули. И разве не в этом заключался вопрос? Вот он, собственноручно доставленный и упакованный Королем Ада — шанс увидеть, кто я на самом деле. Стану ли я порочить этого представителя Бога, образец доброты и чистоты? Мой мозг отмахнулся от этой идеи, но моя душа была разгневана. Я был в ярости на Творца, который позволил испытать кому-либо такие страдания, и я хотел кого-то наказать — кто может быть лучше, чем одно из его ближайших созданий, посланник Его воли? Грубо тряхнув головой, я передернул плечами, отгоняя беспокойство.        — Здесь ты в безопасности. Ничего… тебе ничего не нужно делать, — неубедительно добавил я, сделав паузу, когда он полностью затих, — У тебя же есть имя? Я знаю, Кроули сказал… Но мне просто не по себе от этого, — Я неуверенно усмехнулся, внимательно наблюдая за ним в поисках какого-либо ответа.        — Кастиэль, — пробормотал он в конце концов, и от этого звучного голоса у меня снова встали дыбом волосы, — Меня зовут Кастиэль.        — Кастиэль… — тихо повторил я, смакуя его имя, чувствуя, как звук ласкает мои губы, когда я говорю на выдохе, как мягко толкает моё нёбо язык, в самом конце.        — Да, сэр, — он легонько кивнул головой, и я попросту не мог не улыбнуться.        — Я не «сэр», поверь мне, — ответил я, неловко усмехнувшись, затем покачал головой, — Просто Дин. Дин Винчестер. Я живу со своим братом — моим настоящим братом, с которым я жил на Земле. Ты познакомишься с ним позже. Его зовут Сэмми… Сэм, — поправил я себя, поморщившись. Сэм и так был зол, когда его называли «Сэмми» на Земле, но теперь, когда его глаза становились совсем черными, когда я допускал эту ошибку… Совру, если скажу, что это меня не бесило. Из-за этого я постарался убрать это прозвище из своего лексикона.        Комната стала казаться меньше, когда он, наконец, поднял глаза по собственной воле. Я снова потерялся в глубинах океана. Не было ничего — ни одной вещи, о которой я мог бы подумать, — даже близко похожего на такой ошеломляюще прекрасный оттенок на этом океаническом дне, и это только усиливало проницательность его взгляда. Но потом он отвернулся, нервно склонив голову, и чары тут же были разрушены. Я прочистил горло и потер рукой затылок, морщась от засохшей крови в своих волосах. Опустив взгляд вниз, я отметил, что все остальное тело было так же испачкано, их количество было настолько велико, что грань между тканью и плотью почти стёрлась.        — Я… Думаю, мне стоит пойти в душ?.. — Слова прозвучали нервно, почти вопросительно, когда я искал в его сгорбленной фигуре ответ. Но Кастиэль ничего мне не сказал, поэтому я просто пожал плечами.        — Устраивайся поудобнее. Это место полностью в нашем распоряжении, пока Сэм не вернется домой, так что не стесняйся, никто в с лежке тебя не обвинит. Позволив себе короткий, беспокойный смешок, я заколебался, прежде чем кивнуть, чувствуя себя, к удивлению, не в своей тарелке. Я оставил Кастиэля стоять в гостиной, с опущенной головой, не реагирующего ни на что, кроме прямого вопроса — но будь я проклят, даже больше — приказа. Лучшее, на что я мог надеяться, это то, что он расслабится когда-нибудь, научится делать самостоятельный выбор, без постоянных подсказок и требований. Я был не готов к тому, как скоро эти решения, похоже, придут, и что они будут означать для меня. Мои глаза были закрыты, голова откинута назад, подставлена под успокаивающие струи — говорите что хотите об аде, но, по крайней мере, напор воды хороший — пока я проводил пальцами по своим слипшимся от крови волосам, пар вокруг меня насыщался запахом железа, пока я очищал свое изможденное тело. Мягкие, успокаивающие касания до моего тела — я вздохнул, погружаясь в это ощущение: напряжение спало с измученных мышц, а в груди раздался низкий гул искреннего удовольствия.        Ощущение было настолько прекрасным, что прошло несколько мгновений, прежде чем раздался я понял, что что-то не так, и мои глаза распахнулись, в них попали брызги воды. Сильно моргая и отплевываясь, я повернулся и, прищурившись от внезапного дискомфорта, увидел позади себя Кастиэля. Его руки все еще были полуприподняты, казалось, застывшие от моего резкого движения, и я сдержал удивленный вскрик. Он был полностью обнажен, голова все еще покорно опущена, несмотря на воду, окатившую его с ног до головы, смывающие грязь с его волос прямо на лицо.        — Эй-эй, Кастиэль? Душ — это мое личное пространство, чувак, перестань, — Я попытался усмехнуться, но ухмылка вышла натянутой, мой взгляд метался в поисках чего-нибудь — чего угодно — на чем можно было бы сосредоточиться, а не на влажном теле ангела, стоящего между мной и дверью. Кастиэль колебался, руки чуть дрогнули, прежде чем опуститься, и он поднял взгляд еще на долю секунды.        — Вам… не нужна моя помощь? — спросил он, коротко и смущенно нахмурив губы.        — Э-э… Нет. Нет, я в порядке. Я уже давно могу делать это сам, — добавил я, пытаясь разрядить неловкость, витавшую в воздухе, и напряжение, накопившееся внизу живота. Он снова замешкался, заслужив мой еще один ищущий взгляд.        — Что… я должен для Вас сделать? — Я увидел, как его язык, прошёлся по трещинке на губе, это привлекло мой взгляд, заставив меня сухо сглотнуть и самому перевести взгляд. В моем сознании возник неожиданный образ: мои пальцы, запутавшиеся во взъерошенных волосах, и эти ангельские глаза, смотрящие на меня… Решительно тряхнув головой, я отвернулся.        — В любом случае, я уже закончил. Почему бы тебе не принять душ, в полном одиночестве? Полагаю, Кроули не часто предлагал такую роскошь, — сухо заметил я. К моему удивлению — и восторгу — мое болтливое замечание вызвало самое незначительное подергивание уголка его рта; это был самый скудный призрак улыбки, но это было хоть что-то. Но он покачал головой, отходя в сторону, чтобы дать мне выйти первым.        — Я здесь, чтобы ублажать тебя, — мягко напомнил он мне, его лицо и голос снова стали наполнены безэмоциональной пустотой.       Я снова покачал головой, слегка приподняв его подбородок одним пальцем.        — Нет. Может быть, раньше — может быть, для Кроули — но не здесь. Ты можешь остаться, во что бы то ни стало, но здесь ты не раб. Я не такой, как он, — Мои последние слова были произнесены почти шепотом, тишиной, порожденной неуверенностью, и снова меня охватило бесконечно малое представление о том, сколько применений я могу найти для него, которые, по всей вероятности, будут очень похожи на те, что были у Короля Ада.        — Твоим первым шагом к свободе определенно должен стать уход за собой, — Я скользнул мимо него, осторожно вдыхая, стремясь как можно дольше не касаться его кожи. Обернув полотенце вокруг талии, я аккуратно положил другое рядом с раковиной, — Не торопись. Наслаждайся. Ты определенно заслужил это. Я буду снаружи, если тебе что-нибудь понадобится, хорошо? Я обернулся, не ожидая ответа, но замер, положив руку на дверную ручку, когда услышал позади себя прерывистое дыхание.        — С… Спасибо, сэр, — вздохнул Кастиэль, в его голосе звучала благодарность, с ноткой недоверием. Я обернулся и увидел, что он смотрит прямо на меня, и тепло улыбнулся ему.        — Всегда пожалуйста, Кастиэль. Но, как я уже говорил тебе… Зови меня Дин.