Глупая птичка

В Четвертой необычайно тихо: лишь Сфинкс со Стервятником играют в шахматы под неразборчивое бормотание Табаки. Он где-то раздобыл черную резную шкатулку и теперь разбирает новоприобретенные сокровища. Среди малоценного хлама, вроде ржавых пуговиц и погнутой монеты, есть и занятные вещицы – браслет из ракушек, деревянная свирель и стеклянная бутылочка с содержимым неизвестного происхождения. К последней находке Табаки проявляет особый интерес: жидкость густая и пахнет мятой. Шакал уже готов попробовать ее на вкус, но входная дверь с треском отворяется, и испуганный Шакал роняет флакон под кровать. По полу стремительно растекается ароматная лужа. – Угадайте, что случилось, – Рыжий ногой захлопывает дверь под осуждающие взгляды присутствующих. – Я надеюсь, что речь идет как минимум о втором пришествии, – шипит Табаки, пытаясь найти среди подкроватного мусора утерянную бутылочку. – Иначе, дорогуша, у тебя большие проблемы. – Лучше, – торжественно объявляет крысиный вожак, пропуская угрозы мимо ушей. – Я стал крестным! Шакал заржал. – Поздравляем, – растерянно отзывается Сфинкс, двигая протезом коня по клеткам. – Кто этот несчастный? – Как? Друг Стервятник, ты что, еще не сообщил честному народу эту потрясающую весть? – Рыжий падает на матрас и опрокидывает черно-белые фигурки под синхронную ругань игроков. – Видимо, ты перепутал меня с логом, – кривится Папа Птиц. – Я не лезу в дела чужой стаи. Рыжий хмыкает и скалит зубы: – Уже «чужой»? А, впрочем, ладно, – он ложится поперек общей кровати, заложив руки под голову. Вожак Второй уверен, что не только присутствующие, но и весь Дом в курсе событий, благодаря вездесущим логам. Но кто же откажется услышать новости от первого лица?

***

Погода ни к черту: туман, накрывший весь двор, пробирается сквозь щели в Дом. Все цвета тускнеют под наплывом серой дымки, так что не спасают даже очки. Рыжий чешет щеку, пытаясь отделаться от ощущения липкости на коже. Не помогает. Сигарета, зажатая между пальцев, выгорает до фильтра, и парень зажигает следующую. Словно приманенный запахом табачного дыма, в кабинет входит Стервятник и садится рядом на учительский стол. Рыжий молча протягивает пачку курева, не отрывая взгляда от однотонного пейзажа. – Могу я спросить? – осторожно начинает Папа Птиц, доставая сигарету. Крысиный вожак давно ждал этой минуты. Когда старый друг наконец удивится великодушию Рыжего, когда задастся вопросом с каких пор крысы играют в благородных принцев, спасающих из заточения прекрасных дев. – Спрашивай, только у меня нет ответа, – Рыжий пожимает плечами и выдыхает дым. Два колечка получаются ровные, на третьем горло обжигает горечь. – Помнишь, что я тогда сказал? – Что узнаешь запах? – Да. Я встречал таких в детстве, когда лежал в Могильнике. Не могу объяснить, но у них и правда особый запах. У тех, что чокнулись, открыв для себя Дом. Которые начинали разговаривать исключительно стихами, кричали по ночам без успокоительного и пытались выйти в окошко. Не самое приятное зрелище. Крысиный вожак старается подбирать слова, но картины из прошлого слишком ярко отпечатались в его памяти. По коже пробегает холодок. – Думаешь, что можешь спасти ее от этого? – Не знаю, – он качает головой, и очки сползают на кончик носа. – Но бросить ее я тоже мог. Будем считать, что это моя блажь, как старой Крысы. Каждый сходит с ума по своему: кто-то закапывает черепа врагов под фикусами, кто-то берет под опеку сопливых девчонок. Ослепительно улыбнувшись, Рыжий спрыгивает с подоконника. Позорно поддаваться меланхолии на трезвую голову. Стервятник на предложение напиться не реагирует, поэтому в Кофейник Крысиный вожак уходит в гордом одиночестве.