Моя стерва

      Виктория уснула на моём плече. Я приобняла её. Мне было страшно пошевелиться, чтоб не прервать сон шатенки. Она так мило спала, что я боялась не удержаться и провести ладонью по её лицу. Наверное, у неё очень нежная кожа. Мне оставалось только гадать какая она на ощупь. Женщина спокойно спала, не подозревая, что сейчас меня терзают мысли. Мне нравится быть с ней. Я хочу слушать её, смотреть на неё, гулять с ней, но что-то так больно сжимает грудную клетку, когда понимаю, что скоро вернётся отец и всего этого не будет. Виктория поцелует его, обнимет, а я снова останусь у себе в комнате.       Я аккуратно убрала руку и уложила шатенку на диван, а после укрыла её одеялом.       Понедельник. Я проснулась от несносного будильника. Уже на столе я обнаружила свои ключи, наверное, Виктория оставила их. Сама женщина уже собиралась, хоть на часах только полвосьмого. Она молча вышла из квартиры и ушла, ничего не сказав. Да и я не спрашивала. Я позавтракала бутербродами и отправилась в школу. Всю дорогу я думала о ней. Тот вечер. Мы и правда сблизились, но что-то оттолкнуло. Настораживает, что я не отношусь к ней, как к матери. Да и должна ли? Она чужой мне человек и отношения у нас дружеские. Были... — Ника, стой! — крикнула я, увидев блондинку. Она повернулась и остановилась. Кажется, она взглядом кого-то искала. — Привет, — тихо произнесла девушка, будто чего-то боялась. — Тот случай в супермаркете, — я решила поднять эту тему, чтоб разобраться. — Виктория Сергеевна... — произнесла Вероника. — Какие у вас с ней отношения? — Пообещай никому не говорить, — одноклассница кивнула головой. — Она встречается с моим отцом и так случилось, что мы живём вместе. — Ого, — Ника посмотрела на меня. В её глазах читался страх. — Я просто переживаю за тебя. — Не бойся, — успокоила я подругу. — Она не такая уж и плохая.       Но блондинка не обрадовалась этому. Она снова осмотрелась и произнесла так тихо: — Потом расскажу, — слышу от неё уже второй раз. — Ты уже говорила. Почему не сейчас? — спрашиваю у неё. Тем временем мы уже почти возле школы. — Долгая история, — пробормотала Ника. — Нужно встретиться. — Можешь после школы рассказать, — предложила я. — Хорошо, — сказала блондинка.       Урок шёл медленно. Казалось, что до последнего урока я умру. — Запишите тему урока, — раздался голос физички. — Электромагнитная индукция. Записывайте...       Я еле успевала за учительницей, как и другие. Ника и вовсе сдалась. Сегодня она не рисовала. Да и настроение у неё заметно ухудшилось на уроке с Викторией Сергеевной. — Сегодня пишете самостоятельную работу, — произнесла математичка. Началось. Кто-то даже хотел договориться с ней, но женщина была непреклонной. Задания дались с трудом. Я даже пыталась списать, но мой телефон оказался на столе у Виктории. Не умею списывать, да и сделать это у стервы невозможно. Хорошо, что самостоятельная была на весь урок и я хоть что-то написала. Прозвенел звонок и я почти сразу оставила работу у неё на столе, а вот с телефоном возникли проблемы. — Виктория Сергеевна, этого больше не повторится, — я умоляла её отдать мне телефон. — Дома отдам, — прошептала она мне на ухо и ушла. — Но... — я осталась в пустом классе. Ещё два урока, а без телефона будет скучно. На последнем уроке я узнала, что Ника отпросилась у классной. Почему меня не предупредила? Я не стала сильно зацикливаться на этом. Мне хотелось просто домой. — На следущий раз выучить стихотворение, — задала домашнее задание учительница по литературе. — Светлана Ивановна, можно любой стих или только этот? — спросила Маша. Удивительно, что я запомнила её имя, потому что я с ней никогда не общалась. — Да, можно, — ответила блондинка. Я собрала свои вещи и направилась на выход. Без телефона идти было скучно. Хорошо, что живу недалеко. Дома меня уже ждал обед. Свой телефон я обнаружила на столе. Не нравится, что шатенка без разрешения заходит ко мне в комнату. Самой Виктории я дома не обнаружила. Так даже лучше. Я быстро поела, а затем переоделась. Виктория вернулась ближе к вечеру. — Саш, есть свободное время позаниматься математикой? — спросила она, приоткрыв дверь. Я и забыла об этом. — Думаю, да, — в этом ведь ничего такого нет. Это её обязательства. — Хорошо, — шатенка села возле меня.       Это занятие отличалось от предыдущего. Она почти не сидела со мной, периодически куда-то уходила. Казалось, Виктория чем-то встревожена. Но спрашивать я боялась. — На сегодня хватит, — женщина закрыла учебник и ушла. Смотрю ей вслед и не могу ничего понять. Ещё вчера у нас были хорошие отношения. Мы проводили время вместе. Может, так и должно быть.       Так и проходила неделя. В школе Ника вела себя странно, а дома Виктория. Почти каждый день шатенка занималась со мной дополнительно. Я уже лучше понимала этот предмет. В какой-то степени мне даже начало нравится. Вскоре я узнала, что отец приедет на следующей неделе. Неожиданно мне кто-то позвонил. Я уже думала, что это отец, но на экране показался номер Вероники. — Привет, — раздаётся по ту сторону телефона. — Не хочешь прогуляться? — Только через несколько минут, — сбрасываю, когда Ника отвечает, а затем иду собираться. — Саш, ты куда-то собралась? — спросила в коридоре Виктория. — Тебе не нужно учиться? — Я быстро, — хватаю куртку и выбегаю, не дождавшись ответа шатенки. Вероника уже ждала меня возле подъезда. Уже на улице я заметила, что Виктория смотрит на нас с балкона. — Ну? Что случилось? — спрашиваю у блондинки. — Не знала, что она здесь живёт, — девушка посмотрела на балкон, где уже никого не было. — И всё? — произношу с лёгким раздражением. — Нет, нет, — мы отошли чуть дальше и оказались в парке. — Я хотела рассказать кое-что. — Я внимательно слушаю, — мы сели на скамейку. Вероника прокашлялась. — Это произошло два года назад не в нашем классе. Тогда Виктория Сергеевна только устроилась на работу в эту школу. Она преподавала в классе, где училась моя старшая сестра - Алиса. Учительница всегда была со всеми строга, но с моей сестрой у неё были особые отношения, — блондинка остановилась. Кажется, она пыталась успокоиться. Её глаза заметно покраснели. — Всё хорошо? — приобнимаю её. — Да, — Соколова вытерла глаза рукавом толстовки. — Иногда Виктория оставляла мою сестру после уроков и каждый раз Алиса приходила домой расстроенной. Она не разговаривала и всё время сидела в комнате. Каждый раз ей становилось всё хуже. Алиса всё время была напугана и каждый раз пыталась отпроситься с уроков математики. — Думаешь, что Виктория Сергеевна что-то с ней сделала? — перебиваю её. — Доказательств нет, — отвечает девушка. — Помню, Алиса всё время носила с собой розовый дневник, который куда-то пропал. — Где твоя сестра сейчас? — задаю очередной вопрос. — Она покончила с собой, — а на глазах у Вероники - слёзы. — Боже, мне так жаль, — обнимаю девушку. — Почему ты мне раньше не сказала? — Не знаю, — прохрипела блондинка. — Я боюсь, что она сделает что-то с тобой. — Это всё так странно, — рассказ Вероники меня совсем выбил из колеи. — Дело просто закрыли. Алиса не могла просто так покончить с собой, — Соколова попыталась выровнять дыхание. — Просто будь осторожнее!       Мы обнялись, а после разошлись по домам. От этой встречи у меня остался неприятный осадок. Сложно осознать тот факт, что Виктория могла довести до самоубийства. Или попросту сложно принять. Что могло произойти? Что такого могло случиться? Мне было тревожно возвращаться домой. Хочу, чтоб отец поскорее вернулся. Пытаюсь тихо открыть дверь. Кажется, шатенка уже спит. — Это ведь Соколова была? — раздался голос женщины. Я даже подскочила от испуга. — Д-да, — отвечаю запинаясь. — А что? — Хочу убедиться, что всё хорошо, — произнесла шатенка и подошла ко мне. — Вы гуляли? — Да, решили немного прогуляться, — её допрос меня напряг. — Что у нас на ужин? Я ужасно проголодалась. — Курица в сладком соусе, — ответила женщина. Кажется, удалось перевести тему. — Мне помочь? — снимаю куртку и направляюсь в ванную. — Можешь картошку почистить, — отвечает Виктория. — Ладно, — сама напросилась. Закатываю рукава и принимаюсь чистить картошку. Как же я это ненавижу. Шатенка тем временем возилась с курицей. Мне даже хотелось поменяться местами. Легче приготовить соус, чем это. Через несколько минут она справилась со своей задачей и стала наблюдать за мной, что заставляло меня нервничать ещё больше. Я даже порезалась. На пальце показалась кровь. — Бля! — Что? Порезалась? — Виктория взяла мою руку, осмотрела порез и в ту же секунду мой палец оказался у неё во рту. Я вздрогнула от неожиданности. Я внимательно смотрела на женщину. Не могу поверить, что она могла довести до самоубийства. — Так лучше? — Да, — смотрю на рану. — Спасибо.       Не знаю нормально ли это. Что у нас за отношения? Игнорирование, а потом забота. Будто сами себе противоречим. И сейчас смотрю на неё. Такая спокойная, будто её ничего никогда не волнует. Всё ещё думаю о том случае с Алисой. Это не даёт мне покоя. Так и хочется спросить, но страшно. Может, это только разозлит женщину?       Этой ночью я боялась уснуть. Если Ника права и Виктория действительно сделала что-то ужасное, то получается, что я живу под одной крышей с убийцей. Внезапно дверь открылась. Я сделала вид, что сплю. Раздались шаги и я вся сжалась. — Саша, ты спишь? — тихо спросила женщина. Я не ответила. — Надеюсь, ты не против.       Шатенка сначала села на край кровати, а затем легла. Мне стало так страшно. — Виктория? — делаю вид, что только что проснулась. — Что-то случилось? — Прости, что разбудила, — поворачиваюсь к ней и вижу, что она вся в слезах. — Я не могла уснуть. — Ты плачешь? — впервые вижу её в таком разбитом состоянии. — Что случилось? — Мне страшно, — шатенка прижалась ко мне. Я чувствовала её прерывистое дыхание. Она пыталась успокоиться. — Я принесу тебе воды, — сказала я и уже хотела подняться, но женщина сильнее прижалась ко мне, обхватив меня ногами. — Нет, останься, — всхлипывая произнесла она. — Хорошо, я останусь, — я боялась пошевелиться. Даже руки подняла, не зная куда их девать. Собравшись с мыслями, нежно провожу рукой по её волосам, поглаживаю спину. Кажется, дыхание Виктории стало более ровным, а после женщина и вовсе уснула.