По лезвию ножа

      Габриэль мерил шагами тротуар, то и дело бросая взгляд на циферблат наручных часов. Вероника опаздывала. Пять минут — пустяк, но тревога уже сжимала сердце ледяными пальцами. Что, если в прошлый раз падший ангел серьёзно навредил ей? Что, если... Нет. Он тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли. Не время для паники. Нужно взять себя в руки, а не быть параноиком.       Ангел стоял в тени неподалёку от входа в кафе — там же, где они встречались в прошлый раз. Из-за двери доносились аппетитные запахи свежеприготовленных блюд и громкий гул голосов, но Габриэль не чувствовал ни голода, ни спокойствия. Городские улицы больше не были для него безопасным местом. Особенно сейчас, когда над ним нависли сразу две угрозы: «охотники» и бывший друг, жаждущий расправы. О былом спокойствии отныне можно забыть, как о сладких Райских грёзах.       Вглядываясь в лица прохожих, мужчина наконец выхватил из толпы знакомый силуэт. Присмотревшись внимательнее, он узнал Веронику. С души словно упал тяжёлый камень, и тревога разбилась на мелкие осколки. Габриэль тут же поспешил к ней. Вероника, до этого рассеянно скользившая взглядом по сторонам, наконец заметила его.       При виде неё, глаза ангела расширились, а сердце забилось быстрее. Она была безупречна: новое платье сидело на ней как влитое, подчёркивая каждый изгиб изящной фигуры. Золотистые волосы были убраны назад, и лишь несколько прядей спускались по обе стороны от лба. Гейб замер, невольно любуясь образом ведьмы.       — Привет, — его улыбка была искренней и тёплой. — Выглядишь просто потрясающе!       — Птенчик, ты снова за старое? — выгнула бровь Вероника, старательно скрывая волнение. И почему одной только своей улыбкой этот ангел так легко вгоняет её в краску?       — Прости, — он виновато отвёл взгляд, но тут же резко вскинул голову. Среди людского потока на долю секунды мелькнул чёрный силуэт, а в воздухе повис едва уловимый запах гари. Габриэль моргнул — и видение исчезло, растворившись в толпе.       «Показалось. Просто показалось», — выдохнул ангел, массируя висок.       — Что-то не так? — при виде его реакции, Вероника напряглась.       — Всё в порядке, но лучше здесь не задерживаться.       — Куда на этот раз?       — Увидишь. Хочу кое-что показать тебе, — мужчина загадочно улыбнулся и, взяв её за руку, повёл за собой.       Габриэль и Вероника скользили в тени зданий, миновав улицу Ракушек, где в солнечном свете поблёскивали барельефы с морскими узорами. Свернув на широкую улицу Морской Девы, они ускорили шаг, ориентируясь на шум листвы, пока впереди не выросла кованая ограда городского парка «Жемчужного».       Он встретил их прохладой вековых платанов. Дорожки, усыпанные гравием, петляли между клумбами с цветущими розами и олеандрами. Пахло влажной землёй, цветами и морем. Старые магнолии раскинули свои тяжёлые ветви, создавая островки спасительной тени от полуденного солнца, где на мраморных скамейках ютились отдыхающие. На детских площадках резвились дети.       — Ого, Птенчик, да ты романтик!       При виде большого и светлого парка на душе у Вероники потеплело. За долгие годы службы ведьма успела побывать в заброшенных зданиях, на мрачных улицах и жутких кладбищах. Она видела места и красивее, но почему-то именно сейчас этот простой и тихий парк казался ей настоящим Раем. Особенно если вспомнить, что в обычной жизни Вероника, скорее всего, взглянула бы на него с презрением.       — Я не сомневался, что ты оценишь, — хмыкнул ангел. — Мне нравится проводить здесь свободное время. Это место дарует покой.       Внешне ангел сохранял привычное спокойствие, но внутри всё клокотало от негодования. В голове роились сотни вопросов к Веронике, требующих немедленных ответов. И всё из-за слов Фенира. Слова падшего ангела отравляли душу, поселяя в ней гнетущие сомнения и страхи.       — Я конечно слышала, что все ангелы — философы, но надеялась, что тебя это обошло стороной, — лукаво улыбнулась Вероника. Она отпустила его руку и, не спеша, пошла по дорожке.       Он шёл молча, глядя себе под ноги. Слова Фенира не выходили из головы. Габриэль колебался. Этот разговор был необходим, но с чего начать? Любой неосторожный вопрос мог всё испортить, а он должен был знать правду.       — Ты, кстати, как добрался в прошлый раз до дома? Без приключений? — она решила первой начать разговор.       — Благополучно, если не учитывать тот факт, что на частые перемещения ушло много сил, — помолчав, Габриэль снова поднял взгляд на Веронику. — А ты не хочешь поведать, чем вы там занимались?       — С кем? С падшим что-ли? Как только ты исчез, я замаскировала твой след и спокойно ушла. Ничего из ряда вон выходящего не было, — Вероника старалась говорить спокойно, не глядя ему в глаза. Рассказывать о стычке и вызывать у друга лишний повод для беспокойства не хотелось. Наверняка он начнёт во всём винить себя.       — Фенир не просто падший ангел. Он гораздо опаснее, чем ты можешь себе представить. И знаешь, я не верю, что он вот так просто отпустил тебя. Особенно после того, что рассказал... — в голосе ангела прозвучала плохо скрываемая неприязнь.       — Да неужели? — её голос дрогнул от негодования. Она уловила в его тоне плохо скрываемые злость и недоверие. — И что же такого интересного он мог рассказать?       Оставшись наедине с тёмным падшим, ведьма действовала скорее из профессиональных соображений, да и нужно было отвлечь противника от ослабевшего друга. Но это раздражение... Словно Габриэль на что-то намекает.       — Мне бы хотелось услышать это от тебя, — мужчина вперил в неё испытующий взгляд от которого стало неуютно.       — Говорю же — я ушла.       — А Фенир мне рассказал совсем другое… О вашем страстном поцелуе! — ангел запнулся, борясь с собой, но всё же заставил себя договорить. Последняя фраза прозвучала резко, почти как обвинение.       Услышав это, Вероника споткнулась на ровной поверхности. Ей чудом удалось удержаться на ногах и не упасть.       — О нашем... Что?!       — Судя по его красочным описаниям, одним только поцелуем вы не ограничились.       Вероника уже начала терять самообладание. Эти необоснованные обвинения били по ней хуже, чем любой кинжал.       — Пернатый, — недобро улыбнувшись, она развернулась к другу лицом. — Ты вот сейчас это всё к чему клонишь?       — Я хочу знать правду. Между вами что-то было? — его голос звенел от напряжения, а глаза, казалось, сверлили её насквозь.       — В смысле, хочешь узнать успела ли я с тем ублюдком переспать? Или же провести с ним незабываемую бурную ночку?       Ожидание встречи, поначалу сладостное, теперь отдавалось внутри болезненным трепетом. И несколько опрометчиво брошенных ангелом фраз стали катализатором: вся её нервозность стремительно переросла в глухое раздражение.       — А может хочешь узнать, насколько он хорошо это делал? И как сильно мне понравилось?!       — Так значит.... Это всë-таки действительно было? — слова ударили его, как пощёчина. Габриэль замер, пошатнувшись. В широко распахнутых глазах застыл неописуемый ужас.       Обида, вызванная несправедливыми обвинениями, развязала Веронике язык, и она выпалила:       — А тебе что, завидно?       — А может и завидно! — на эмоциях огрызнулся мужчина, впрочем тут же прикусив язык.       «Твою ж… Что я несу?» — ужаснулся ангел, осознав, что перегнул палку. Но слово, как известно, не воробей: вылетит — не поймаешь.       — Завидуют обычно молча, если ты не знал, — Вероника произнесла это холодно и надменно. — Габриэль, не забывай — я ведьма! И давно не беспомощная!       Он нахмурился, не отрывая от неё взгляда. Девушка шагнула ближе и ткнула его пальцем в грудь.       — Святая ты наивность. Лучше переживай о своей полудохлой тушке! С кем мне флиртовать — ни тебе решать. Сам ведь, наверное, даже целоваться не умеешь!       — Это я-то не умею? — возмутился Габриэль, чувствуя внутреннее негодование. — Ещё как умею! Хочешь докажу?       Поддавшись порыву, он в один шаг преодолел разделявшее их расстояние и припал к её губам. В этот поцелуй Габриэль вложил всё: обиду, злость, боль и едва уловимую страсть.       Ведьма оторопела, на мгновение забыв, как дышать. Когда он отстранился, на его щеках горел румянец, но во взгляде читалась решимость. Это была его маленькая, уверенная победа.       Быстро закрыв рот рукой, Вероника, пыталась сдержать рвущийся наружу смех. Раздражение как водой смыло, не оставив и следа.       — Ну вот, а ты во мне сомневалась! — нервно усмехнулся Габриэль. Он с трудом сдерживал смех: негодование отступало, уступая место спокойствию, а давящее напряжение наконец-то спадало.       — Ну ты даёшь, святоша... — фыркнула она, убирая волосы с лица. Её взгляд был прямым и насмешливым. — Этот поцелуй больше похож на детский чмок!       Из чистого упрямства ей хотелось подразнить его, невзирая на последствия — а они её, как всегда, мало волновали. Ангел сощурился, явно догадавшись, что ведьма что-то затеяла.       — Вот скажи мне, как давно ты стала такой придирчивой? Или нынешняя «работа» тебя настолько изменила?       — Святоша, я всегда была такой, — девушка стала медленно подходить к нему, оттесняя к ближайшей скамейке. — Единственное, что изменилось, так это вид моих проказ, а также их последствия.       — Не только это в тебе изменилось. По-моему, ты стала более... Дерзкой. И знаешь, тебе очень идёт.       — Прекрасно! — радостно воскликнула ведьма, мило улыбаясь.       Всплеск эмоций был наигранным и угас за секунду. На смену ему пришло лукавство: в глазах зажглись озорные чертенята. Вероника, не теряя времени, толкнула ангела в грудь.       Габриэль, явно не готовый к такому повороту, с грохотом приземлился на скамейку. Его крылья взметнулись в неуклюжей попытке удержать равновесие, сбив с куста несколько листьев, которые тут же украсили его рыжую голову. Он уставился на ведьму в полном недоумении.       — Так нечестно! Я не был готов!       — Тебе и вечности не хватит, чтобы подготовиться, — промурлыкала Вероника, ловко забираясь к нему на колени. Прижавшись к его груди, она игриво обняла ангела за шею. — Ты слишком наивен.       Их взгляды скрестились. Дыхание смешалось, а сердца забились в унисон, словно пытаясь вырваться из груди. По телам пробежал жар.       — Пернатый, — выдохнула она ему в губы, прежде чем мягко накрыть их своими.       На несколько секунд Габриэль растерялся, не веря в происходящее. Щёки вспыхнули, дыхание сбилось, а сердце пустилось в ритмичный пляс. Но затем, отбросив сомнения, он поддался порыву: привлёк ведьму к себе за талию и с неожиданной нежностью ответил на поцелуй.       Вероника запустила пальцы в его рыжие кудри, прижимаясь ещё теснее. Её язычок, робко коснувшись его губ, скользнул внутрь. Габриэля пробила дрожь.       По телу ангела прокатилась горячая волна, смывая остатки неуверенности. Его язык скользнул ей навстречу — сначала осторожно, словно пробуя на вкус, а затем сплетаясь с её в диком ритме. Ведьма отвечала так же пылко. В животе разливалось тепло. Останавливаться совсем не хотелось.       «Дура!», — ударом молнии вспыхнула в сознании отрезвляющая мысль.       Она вдруг резко отстранилась. Ведьма и ангел тяжело дышали, охваченные непозволительным для них возбуждением. Посмотрев на его лицо, с рыжими вкраплениями веснушек, Вероника еле сдержала дрожь: щëки полыхающие жаром, изумрудные глаза затуманенные вожделением и слегка приоткрытые губы.       «Волчара меня убьёт!» — трезво подумала Вероника.       — Вот это и называется поцелуй, — поднявшись на ноги, девушка одарила его лукавой улыбкой. — Вставай давай, а то смотрю совсем поплыл!       Удар под дых. Вот на что это было похоже. Габриэль облизнул пересохшие губы и отвёл взгляд, чувствуя, как щёки горят огнём, а сердце колотится где-то в горле.       Ему хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть этот её взгляд. Собрав волю в кулак, он заставил себя снова посмотреть на Веронику и неловко поднялся со скамьи.       — А что сразу я? Ты первая пошла напором!       — Не пытайся тягаться со мной, Пернатый! Тебе до моего уровня слишком далеко, — она ехидно улыбнулась, показав ему язык. По-детски, но так забавно. — Так что конкретно ты хотел мне здесь показать?       Ведьма пыталась сделать вид, что ничего не произошло, но дрожь в руках и беспокойный взгляд выдавали её с головой. К счастью, ангел сделал вид, что ничего не заметил.       — Пошли, — мужчина улыбнулся, с трудом отыскав в себе силы, чтобы совладать со своим внутренним возбуждением.       Габриэль пошёл чуть впереди, показывая дорогу. Извилистая тропинка уводила их вглубь парка и вскоре вывела на открытую поляну. В самом её центре росло огромное дерево с толстым, могучим стволом и пышной кроной, чем-то похожее на баобаб с Южного материка.       Под его раскидистыми ветвями, спасаясь от палящего солнца, расположились редкие отдыхающие. Ветерок шевелил ленты и заставлял тихо звенеть колокольчики, украшающие ветки. Ствол дерева по спирали опоясывала золотистая цепь, а у подножия стояла статуя упитанного чёрно-белого кота с забавной мордочкой.       — Это Сказочное дерево, — Габриэль обернулся к ней с мягкой улыбкой. — Люди верят, что оно исполняет самые заветные желания. Оно напоминает мне то, под которым мы с тобой любили отдыхать в детстве.       Вероника замерла, заворожённая открывшимся великолепием. Не в силах вымолвить ни слова, она медленно приблизилась к дереву, словно боясь спугнуть магию момента. Протянув дрожащую руку, ведьма с трепетом коснулась шершавой коры, и по её щеке скатилась одинокая слеза.       Габриэль тепло улыбнулся, глядя на неё, и тоже подошёл к стволу. Его ладонь легла рядом с её. Аура замерцала нежным голубоватым светом. Прикрыв глаза, ангел на мгновение вернулся в прошлое — в Райский сад, где под похожим деревом любил размышлять о жизни небесной и земной. Там он был по-настоящему счастлив. Тоска по братьям и сёстрам кольнула сердце, но он знал: обратной дороги уже нет. Как жаль, что ошибки прошлого нельзя исправить.       — У нас с тем падшим ничего не было, — не глядя на него, призналась Вероника. — Да, мне пришлось с ним флиртовать, но только ради того, чтобы отвлечь от тебя.       Ведьма с облегчением выдохнула и опустилась на мягкую траву, прислонившись спиной к шершавому стволу. В тот же миг она ощутила, как от дерева исходит мягкое, обволакивающее тепло, проникая в самую душу. Напряжение, сковывавшее её, начало таять, уступая место безмятежному покою. Действительно, чудесное место.       — Тебя обрадует тот факт, что я его на крылья уложила и немного морду подрала?       — Правда? — Габриэль уселся на траву рядом с ней. В её словах не было ни капли лжи. Это обрадовало ангела, и заставило испытать чувство жгучего стыда.       — А это похоже на ложь? — вопросом на вопрос ответила девушка.       Он запустил пальцы в рыжие кудри, взлохмачивая их, и мысленно обругал себя за глупую ревность. Бросив на Веронику виноватый взгляд, мужчина почувствовал укол совести.       — Вероника, прости меня. Я наговорил тебе много лишнего… Мне не стоило верить лжи этого паразита…       Усмехнувшись, Вероника задорно потрепала его рыжую шевелюру, взлохмачивая.       — Ладно, Пернатый, проехали. Лучше скажи, когда он тебе успел рассказать такую чушь? Вы пересеклись?       — Да. Это случайно вышло, когда я был в городе. Фенир напал на меня и мы сразились… Но, как видишь, мне удалось от него отбиться, — рассказать всё в мельчайших подробностях и упоминать помощь демоницы он не стал. Ни к чему сейчас слишком глубоко затрагивать тревожную тему.       — Как ему это удалось? — Вероника удивлённо приподняла брови.       — Не знаю. Но теперь я стараюсь всегда сохранять бдительность. Мне жизнь всё ещё дорога.       Вероника невесело усмехнулась, опустив голову на его плечо. Рядом с ним под этим волшебным деревом ей стало так спокойно и тепло. Совсем, как когда-то в детстве.       — Ой! Я совсем забыл! — Габриэль вдруг подскочил на месте, сунув руку в карман. Оттуда он достал маленькую красивую коробочку и протянул Веронике. — Я тут кое-что тебе приобрёл. Надеюсь, угадал с вкусом.       Вероника чуть отстранилась, и с подозрением покосилась на очередной подарок.       — Гейб, ты издеваешься? Снова?       Ангел непонимающе уставился на неё. Не такой реакции он ожидал и слегка растерялся.       — Ты же ещё подарка даже не видела.       Вероника, как всегда, попыталась скрыть смущение за привычной маской.       — Ну, допустим. Спасибо, — ухмыльнулась девушка, хотя сердце трепетало от радости. Она аккуратно открыла коробочку.       При виде украшения, её глаза засверкали. На несколько секунд Вероника потеряла дар речи, восторженно глядя на подарок.       — Пернатый, я... Это... — ведьма просто не знала, как правильно реагировать. — Поможешь?       Скромно опустив взгляд, она протянула подарок обратно ангелу.       — Конечно, — на лице мужчины заиграла тёплая улыбка, а сердце трепетало от радости и осознания, что он наконец смог сделать ей приятное.       Габриэль достал цепочку с кулоном и, бережно убрав волосы с шеи Вероники, застегнул замочек. Её кожу обжёг мимолётный холод металла, тут же сменившийся теплом его нежных пальцев. Аккуратно теребя кулон, Вероника рассматривала украшение.       — Словно капелька росы на листочке. Спасибо, — повернувшись к ангелу, она поцеловала его в щёку. На её лице заиграла самая мягкая и нежная улыбка. — Только у меня для тебя ничего нет…       — Мне достаточно твоей улыбки, — отозвался Габриэль. — Ты итак уже сделала мне самый важный подарок.       Ангел подцепил пальцем свой кулон-бутылочку, внутри которой мерцали кристаллы.       — Если-бы не он — Фенир уже размазал бы меня по стенке.       — Тогда это не мне спасибо надо говорить, а моей маме, — отозвалась Вероника, подняв взгляд к небу. Солнце нещадно припекало. По лицу стекали капельки пота. Даже воздух, казалось, нагрелся, а тенёк не особо спасал от жары.       — Птенчик, мне здесь жарко. Может, где-нибудь перекусим? Я толком позавтракать не успела. Габриэль на секунду задумался, привычно взлохматив рыжие волосы.       — Я знаю неподалёку одно хорошее заведение. Можем сходить туда. — Он поднялся и галантно протянул ей руку. — Идём?       Ведьма вложила свою ладонь в его и мило улыбнулась:       — Веди меня, пегас, в свою страну оленью!