Бессмертным сны не снятся

***

Двумя неделями ранее.

Адское бордовое солнце садилось за вулканами, оставляя беззвездное небо в затягивающей мгле. В замке Владыки Тьмы зажглись ярким красным пламенем свечи. Астарта готовилась ко сну, выбирая платье на завтрашний светский прием. Бесы-прислужники сновались туда-сюда принося и унося различные наряды. Вздохнув, девушка потерла виски. С самого утра принцесса была в ужасном расположении духа. Отца не было дома почти неделю. Он что-то выяснял в Раю и часто присылал домой записки пропитанные его яростной и гневной энергией. А вернувшись сегодня вечером, Сатана первым делом закрылся в своей комнате, даже не поздоровавшись с детьми. Все платья казались Асти скучными и однообразными. Ей хотелось быть завтра лучше всех. Чтобы все хвалили ее весь вечер. Чтобы папа был доволен. Ворча, она отбросила очередную посредственную тряпку. Наконец, выбрав изумрудное с чересчур открытой спиной и грудью платье в пол, с вырезом на ноге, Астарта решила принять душ. Она вымоталась за весь день и теперь хотела нормально отдохнуть, смыть с себя все переживания и волнения. Словно все как раньше, как в детстве. И нет никаких разногласий между Раем и Адом, и папа больше не отлучается надолго. Войдя в шикарно обустроенную ванную, девушка скинула с себя одежду, ступив маленькой, аккуратной, как у Золушки ножкой на мягкий черный ковер. Он был влажным, значит кто-то уже принимал душ недавно. Странно, Люцифер редко моется вечером, предпочитая делать это с утра. Отворив дверцы душа, девушка вошла в него, сразу погрузившись во все еще горячее паровое облако. Жар словно в парилке и всепоглощающая жуткая энергия, давали понять, что неизвестным купальщиком был отец. Это было так непривычно. У Сатаны есть собственная ванна, зачем он принимал душ в детской? Возможно, он был настолько уставшим, что не был готов плестись до своей комнаты. В прочем это совсем не касалось Астарты. Запах отцовской энергии будоражил сознание. Шепфа, он же был здесь… Голым. Асти прикрыла глаза и включила холодную воду. Надо было отогнать ненужные мысли и прийти в себя. «Он твоей отец, Астарта. Он — Сатана. Владыка Тьмы, повелитель Ада, он второй после Шепфы. Нельзя его так подставлять. Если кто-нибудь когда-нибудь о твоих чувствах узнает, папа лишится всего. А ты отправишься в забвение». Ледяная вода обожгла разгоряченную кожу молодой демоницы, заставляя покрыться крупными мурашками. Но даже это не помогло. Девушка чувствовала, как ноги становятся ватными, а к животу, пульсируя, подплывает знакомое жгучее чувство возбуждения. Разум туманится. Рука упирается в стену. Снова видение. Уже года два ее мучают эти глупые сны наяву. Они настолько реальны, что Асти готова поклясться: она действительно чувствует прикосновения. Каждой клеточкой тела. Отцовские сильные руки с острыми, как у кота когтями проводят по телу, словно изучая. Слегка царапая кожу, нежно огибают бедра и останавливаются на округлых ягодицах. Сжимают и шлепают, оголяя натянутые нервы. Одна рука вскоре поднимается выше, зажимая между пальцами бусинку соска и слегка покручивая. А вторая, наоборот, опускается ещё ниже, туда, где расположен нежный, еще нетронутый никем бутончик дикой розы. Астарта прикусывает губу, сдерживая стон, и чувствуя как на глаза наворачиваются слезы. Шепфа, помоги, как же мучительно. Мучительно понимать, что этого никогда не случится в реальности. Мужские пальцы проводят по половым губам, слегка задевая горошенку клитора. Асти судорожно выдыхает, закидывая голову на плечо дьявола. И уже не сдерживается, когда Сатана не церемонясь вводит в неё сначала один палец, а затем два.

***

— Асти, все нормально? — спрашивает из неоткуда появившийся брат, держа свою майку в руке. Демоница в ужасе вздрагивает, глядя на Люцифера. Тот стоит, потупив взгляд в пол. Лицо выражает обеспокоенность. Почувствовав энергию возбуждения, демон сначала смутился, а затем лукаво улыбнулся. — Извини, ты так странно дышала и вздыхала, я подумал было, что тебе плохо и нужна помощь. А ты тут очень хорошо себя чувствуешь и развлекаешься. Ну все, прости, что помешал, удаляюсь, — ехидно усмехнувшись, Люцифер оставил стыдливо всхлипывающую сестру в одиночестве.

«Мне плохо. И нужна помощь, Люцифер. Нужна».