У нас есть целая вечность

Медузия Горгонова проскользнула в кабинет главы Тибидохса. Академик, как всегда погруженный в какие-то бумаги сидел за столом. Выглядел, он, мягко говоря, не очень. Мешки под глазами свисали чуть-ли не до пола. Академик не смыкал глаз уже какую ночь, пытаясь разгадать загадку пропавших предметов Древнира, но все безуспешно. Попытки были четны. Даже доцент кафедры нежитеведения, которая славилась своей системностью, в библиотеке ничего не обнаружила. -Сарданапал, тебе нужно отдохнуть, сколько ты уже не спал?,-обеспокоенно спросила Медузия, присев на диван. -Ерунда, Меди, это меньшее, что мы можем сейчас сделать. -Прошу, хотя бы поешь, от того, что ты сделаешь небольшой перерыв, мир не рухнет. Сарданапал лишь шумно вздохнул и хотел было что-то сказать, но доцент Горгонова присекла все попытки возразить одной лишь фразой: «Возражения не принимаются»,- сказала она, и встав стала заваривать чай. Академик лишь усмехнулся в усы. Так продолжалось около недели, пока одним осеним вечером в кабинет академика Сарданапал не ворвался Поручик Ржевский с веселыми воплями на перевес: «Нашли, нашли-котел, балдахин и коляску»,- радостно вопил он. Академик немедленно сообщил по магической телепатии это всем преподавателям, которые оставались в Тибидохсе, а сама быстрым шагом направился за Поручиком, желая убедиться в правдивости его слов. Радости не было предела. Все бессонные ночи разом окупились… Тем же поздним вечером в комнату Медузии раздался странный звук, как будто кто-то скреб когтями в дверь. С опаской выглянув, доцент Горгонова увидела сфинкса академика, который скреб лапой дверь. В зубах он сжимал конверт, в котором было написано следующее: «Добрый вечер, Меди, не хочешь составить мне компанию за чашечкой чая и обсудить прошедшие события?». Ниже значилась подпись: «СЧ». Шумно вздохнув, рыжеволосая волшебница оглянулась на часы, на которых вполне ясно, и так, что увидит даже слепой горели двенадцать часов ночи. К чудачествам академик доцент привыкла давно, как и к поздним встречам и любви Сарданапала обсуждать все подряд. Важное и неважное. Медузия подошла к зеркалу и придирчиво себя оглядела. На ней, поверх практически голого тела без верха, был накинут белый халат. Волосы топорщились в разные стороны, видимо сфинкс застала ее за приготовлением ко сну. Долго не думая доцент покрепче запахнулась в халат и направилась к кабинету главы Тибидоса. Не утруждая себя стуком, ведь академик сам пригласил ее, она открыла перед собой дверь и увидела, что Сарданапал как раз в этот момент накидывает на свой оголенный торс домашнюю мантию. Доцент Горгонова вспыхнула, закрыла лицо руками и попятилась назад к двери. -Ой, Меди, извини, не знал, что ты придешь так скоро.- Академик мягко взял ее за талию и повел к дивану. Доцент отняла руки от лица. -П…простите. Я не специально. Пробормотала она. -Ничего, Меди, бывает. Ты такая милая, когда смущаешься. -Добро улыбнулся он и окинув Горгонову взглядом, смущенно кашлянул. -Проходи, пожалуйста.- На столе стояла бутылка вина и два бокала. -Это мы так собрались чай пить?- усмехнулась преподавательница нежитеведения. -Ну, по стаканчику, я думаю, пропустить можно.- сказал академик и сел в кресло. Медузия устроилась неподалеку от него. -Что вы хотели обсудить, академик. -настороженно спросила она. -Котел, балдахин и коляску? -Признаться, сначала я думал обсудить это, но кое-что еще не дает мне покоя… -И что же? -с еще большим беспокойством спросила доцент. Две змейки на ее затылке завязались в узел. -Мне кажется, что последнее время ты меня избегаешь. -Медузия недоуменно подняла бровь. -И в чем же это выражается, позвольте спросить? -Ты все время избегаешь разговоров о нас. Пытаешься менять темы. По крайней мере мне так кажется…-щеки доцента вспыхнули. -Значит, я все таки прав. -Усмехнулся Черноморов в усы. -Я…я…нет, не избегаю. -Выпалила она и вскочила с кресла. Сарданапал встал вместе с ней. -Ну вот, ты снова пытаешься уйти. -Удрученно сказал он. -Нет, я просто…я не знаю… -Вдруг всхлипнула Медузия. Усы академика в волнении замерли. -Ну, Меди, ты чего? Я же не сделал ничего такого, что могло тебя обидеть, по крайней мере я старался. Или ты мне не доверяешь. В его глазах блеснула легкая обида. -Расскажи, обсудим это вместе. Если убегать от проблем, сами собой они не решаться. Сказал Сарданапал и обнял рыжеволосую волшебницу, спину которой уже сотрясали всхлипы. -Нет, я не знаю, конечно, я тебе доверяю, просто мне страшно… -И чего же ты боишься, расскажи мне. -Просто после предательства Персея и после того…того как Посейдон изнасиловал меня в храме Афины. Я боюсь, что ты сделаешь мне больно. Медузия больше не могла сдерживать нахлынувшие эмоции, и они с новой силой покатились по ее щекам, обретая форму слез. Женщина уткнулась в плечо Черноморова и заплакала. -Тише, Меди, все хорошо, расскажи все по порядку. Я выслушаю тебя. Все будет хорошо. От этих слов будто разносился свет, который просачивался во всем клетки тела Медузии. Дарил тепло и надежду. Она покрепче вжалась в академик, желая впитать этот свет. На душе стало спокойнее и как будто легче. Всхлипы перестали сотрясать спину преподавательницы. Сарданапал, подхватив ее как пушинку, посади Горгонову в кресло, себе на колени. -Все началось с того, что мы с подругой играли на берегу моря, когда вдруг океан разверзся и оттуда появился Посейдон с явными намерениями воспользоваться нами. Мы с подругой разделились и побежали в разные стороны. Он погнался за мной. Ищя поддержки, я вбежала в храм Афины, прося спасения, и наивно думая, что Посейдона может остановить священность храма. Но помощи я не получила, а лишь побои… тогда…тогда он меня изнасиловал. -Голос Медузии предательски дрогнул от нахлынувших воспоминаний. Сарданапал, поняв какую боль доставляет ей этот рассказ, но в тоже время понимая, что если доцент не поборит свой страх, то он будет терзать ее еще долгую вечность, желая помочь справится с болью нежно обнял и положил свой подбородок ей на плечо. -А потом я получила проклятие от Афины за осквернение храма, а потом ты и сам знаешь. -Закончила она свой рассказ. -Да, Меди, нет ничего хуже человека, несправедлива осужденного. Но это можно, сейчас, пожалуй, только пережить. И забыть это нельзя. Но знаешь, по моим наблюдениям, время лечит. Хоть иногда и лечение это весьма неприятное и болезненное. Все пройдет. Я не тороплю тебя и не настаиваю. Я хочу, чтобы ты поняла, я готов ждать. Ждать столько сколько потребуется, пока ты не будешь готова… -Спасибо, …я люблю тебя. Можно мне переночевать сегодня здесь? -Конечно можно, Меди. Я тоже очень люблю тебя. В конце концов впереди у нас еще целая вечность…