Санта с косичками

Сегодня Вещь был почтовым голубем, ему это не впервой, но он точно не ожидал такого поворота в неизбежность от Уэнсдей. Уже было и ежу понятно, что Аддамс все же тоскует по сладкому баристе-обманщику, хоть и не признает этого. С чего можно было сделать такой вывод? С того, что по возвращении Вещи прошло уже больше часа, а девушка все так же бесилась из-за фразы, что написал ей Тайлер. «Поиздеваться решила?». К черту. Упрямый и наглый Хайд, мало все-таки она беседовала с ним, надо повторить. Только в этот раз она хочет большего. Она узнает все, а если не скажет сам, то она выбьет это из него любой ценой, он пожалеет, что вообще участвовал в этом театре. Не сразу, но пожалеет. Она заляжет на дно, не будет давать и намёка на себя, сделает вид, что она лишь его сон, а после… А после он будет видеть её везде, в своей жизни, в своих кошмарах. Аддамс заставит его поехать крышей, и только тогда он поймёт значение написаных собой же строк «Поиздеваться решила».

* *

Школа готовилась к балу, тематика которого была уже известна — Тайный Санта. Ну естественно, как же без этого. Изначально сие мучительное мероприятие переносилось и не раз, а по меньшей мере дважды, Уэнсдей думала, что этого парада уже не видать, как Мортиша сообщила, что бал все же будет. Студенты академии были несказанно счастливы, и Уэнсдей только и успевала слышать о их радости и о любови к новой директрисе. Тошнотворно. Ксавье не раз еще приглашал её, она все так же искала повод, что бы отказаться, но до него все никак не доходило. Её мать, да и не только она, вся семья увидела пристрастие Торпа к Уэнсдей Аддамс, и все как один советовали идти с художником на бал, ссылаясь на то, что он был бы прекрасным парнем, вылитым бы отцом в будущем, что, безусловно, пугало Аддамс, она надеялась остаться одиночкой в своей семье, но у жизни были другие планы. Она не могла выпустить Галпина из головы, еще больше нагоняла мурашек фраза отца, о том, что Аддамсы либо одиноки, либо влюбляются раз и навсегда. Неужели этот раз и навсегда, все же наступил? Тайлер был смазливым, симпатичным мальчиком, но как только она узнала кто, он, надеялась, что это оттолкнет её, но нет. Бариста — убийца, монстр, фактически серийный маньяк, — был явно в ее вкусе, только к нему теперь тянуло еще больше. Но тянуло ли его к ней? Действительно ли он в нее влюбился и хотел быть «больше, чем друзьями»? Или же это всего лишь часть плана? Это мучало ее, не давало спокойно спать, самое забавное, что ответ мог дать только он и никто более, но он не хотел общаться с ней. Впервые Уэнсдей не знала что делать, она оставляла свой холод при себе, как и было, но внутри жгло об одном только намеке на Галпина и, похоже, это никак не исправить. Так, может, попробовать забыть его? Пойти с Ксавье на бал, допустим, звучит, как идея, но и в то же время, как самая сложная пытка. Её размышление прервала мать, что зашла в их комнату с Энид, отчего волчица сразу же удалилась. Уэнсдей понятия не имела, с чего бы такая честь, но понимала одно точно — ей не сбежать.

* *

Как оказалось, разговор мать планировала о чувствах дочери-ворона, хоть теперь она занята еще и академией, следить за дочерью она не забывала. Нехотя она решила все-таки спросить у матери совет. Да черт бы со всем, хуже уже точно не будет. — Нормально ли будет идти с другим парнем на бал, если думаю о другом? — такого чистосердечного в комнате не ожидал никто. — Нет, милая, я, конечно, понимаю, что правду я точно не услышу, но просто знай, что ты Аддамс, ты должна быть с тем, кого любишь, а всех остальных несогласных, ты можешь… — тридцатисекундное молчание с размышлением повисло в комнате, — …можешь смело расчленить. Другого совета она и не ожидала, но расчленять Ксавье она явно не думала. — К чему весь этот маскарад вовсе? — Чтобы дать студентам отдохнуть, принести какого-то чуда в это пыльное здание и немного жизни перед учебным годом, который еще успеет убить их эмоционально, — ответила Аддамс-старшая, не задумываясь. В уголках губ слегка что-то дернулось в подобии ухмылки. — Звучит прекрасно. У младшей Аддамс уже есть план, и для этого ей нужно обвести Ксавье вокруг пальца, она согласится пойти с ним, подарит ему то самое чудо, а после преподнесет неожиданный сюрприз. Гениально.

* *

Она срывается с кровати и идет в сторону комнаты Бьянки Барклай. Она и будет тем самым сюрпризом, и Аддамс может поклясться, что сирена согласится. В дверь раздается стук, спустя пару минут слышно шаги, а когда дверь открывается, она видит смуглую сирену. — Чего тебе, Аддамс? — Есть авантюра, на которую, я уверена, ты согласишься, — она заходит в комнату, нагло усаживаясь на диван, и начинает рассказывать план. Как и ожидалось, сирена не против такой подмены и исчезновения Аддамс с бала. Теперь обе счастливы, и одна и та же проблема решена.

* *

Днем Аддамс отправляется за подарками, увидев множество вариантов подарков в самых разных цветных упаковках на любой бюджет, Аддамс решает взять несколько книг, и нет, они не все на подарок, что-то есть и для нее, а что-то для людей, которых она считает близкими. Не зная, что должно быть в каждом ярком пакетике, она решает купить несколько шапок Санты, как дополнение. И вот она, вымученная от достаточно утомительных покупок и с не менее уставшими глазами от количества ярких цветов, решает, что покупки окончены, самое время возвращаться обратно.

* *

План по проникновению в камеру не заставляет себя долго ждать, она метко решила, что добираться будет по вентиляции. Она складывает в личной гардеробной подарки, отдельно один в рюкзак, там же решает, что с Ксавье надо будет попрощаться более интересно, чем просто бросить его. Решено, она напишет ему записку, но отдаст через Бьянку, чтобы тот не урвался за ней, этим он мог испортить более важное дело. С запиской пришлось повременить, пока Синклер уложится в постель и не будет стоять над душой. Записка оказалась готова через несколько минут:

«Ксавье, благодарю за приглашение, сочту за комплимент твои ухаживания, а не за маньякальный интерес. Однако я себя плохо чувствую, я в комнате, буду спать. Я знала, что у Бьянки нет пары, и она единственная не пойдет из знакомых на бал, поэтому подложила ей эту записку с просьбой отдать её тебе, надеюсь, что ты не обидишься и повеселишься. Спасибо за понимание обоим. Уэнсдей».

Выглядит правдоподобно, записка подложена, теперь можно уже ложиться спать. Главное, уговорить Энид все же пойти на бал. Но этим она займется завтра.