Чувства.

      Аонунг заворожённо наблюдает за крупными крылатыми существами, появляющимися из леса, и как те подходят к своим хозяевам. Икраны сильные, могучие существа. Парень рассматривает их с неприкрытым интересом и улыбается. Затем Аонунг переводит взгляд на Нетейама. Тот с нежностью в глазах гладит банши, пока животное трётся об него щекой. Сын Джейка тихо хихикает и улыбается, а у юноши захватывает дыхание. Слишком прекрасно звучит этот смех, слишком великолепная картина перед его глазами.       Он и не замечает, как Кири садится на своего икрана, а позади неё садится Ротксо, который совсем без стыда обнимает её за талию, уложив голову на плечо. Затем Ло’ак залезает на своего и усаживает Цирею перед собой, взяв её поперёк талии.       Аонунг понимает, что он медлит, но он не может заставить себя двинуться. Он летит с Нетейамом, которого в последнее время старался вообще не касаться. Потому что хотелось большего. Потому что стоило прикоснуться, как кожа начинала пылать, а сознание подкидывало ему всё, что не надо.       «Великая Мать, дай мне сил!» — думает морской на’ви, когда залезает на банши и медленно обнимает тонкую талию. Он видит, как дергаются уши у лесного парня и ухмыляется. Но ухмылка стирается с лица, как только на его колено ложится рука, придвигая плотнее.       Нетейам благодарит Эйву за то, что Аонунг не видит его красного лица. Кожу обжигает и юноша прижимается спиной к сильной груди, чувствуя чужое тепло и как бешено бьётся сердце у обоих.       — Вы ещё поцелуйтесь, — Ло’ак хмыкает, замечая злобное выражение лица сына Тоновари.       — Ло’ак, никаких выкрутасов, понял? Ни петлей, ни пикирования, иначе отхватишь, — предупреждает старший, показывая тому кулак. Он старается перевести тему, смущаясь хихиканья остальных на слова младшего брата.       — Если с Циреей что-нибудь случится, паршивец, я тебе ноги переломаю, — шикает морской юноша.       — Ой, успокойтесь, два паникёра, — после этих слов, икран Ло’ака взмывает вверх, а за ним ещё двое.       Аонунг прижимается сильнее, когда в ушах шумит ветер, сжимая челюсть, чтобы позорно не завопить. Они поднимаются высоко, а Аонунг зажмуривается.       Слишком высоко. Упадёшь, потерявшись в глубинах океана…       — Посмотри, как красиво, не бойся, — шепчет уже знакомый голос, мягко и осторожно, словно с ребёнком говорит.       — Я ничего не боюсь, болван.       Поэтому юноша послушно открывает глаза и сердце замирает. Они высоко над водой. Океан прекрасен, переливающийся на солнце. И, кажется, весь мир на ладони. Аонунг смотрит на сестру также завороженно всё рассматривающую, затем переводит взгляд на Ло’ака, что с нежностью смотрит на неё, придерживая за талию.       Смотришь на них и аж блевать охота.       Аонунг смотрит на Кири с счастливой улыбкой. Та расправила руки и заливалась смехом, когда Ротксо что-то ей шепчет.       Великая Мать, куда не глянь влюблённые идиоты.       Затем медленно парень переводит взгляд на Нетейама и не может оторваться. Зачем ему рассматривать небо, когда тут сын Джейка с широкой улыбкой, обнажая белоснежные зубы и красивые, несильно большие, но заострённые клыки. Зачем ему смотреть вокруг, когда реакция лесного мальчика намного ярче. Аонунг замирает, когда Нетейам поворачивается, смотря ему в глаза и шепчет.       — Ты не представляешь, как я скучал по этому чувству.       Нетейам вдыхает полной грудью и выдыхает всё напряжение, что было в нём. Он скучал по этому, скучал по ветру и ощущению полной свободы. Поэтому он позволяет себе без стеснения улыбаться и отпускает себя, хотя бы сейчас, от всех предрассудков.       Сыну Тоновари сильно хочется снова прижаться к этим тонким губам, услышав тихий скулёж, но нельзя. За ними наблюдают четыре пары глаз и он себе не простит такое.       Но он позволяет себе уложить голову на чужое плечо, скалясь на то, как дёргаются и краснеют чужие уши.       — Давайте на перегонки! Скучно же! До вон тех скал! — кричит Ло’ак, пока его икран ускоряется, выбивая из Циреи крик.       Аонунг смотрит на то, как Кири со смехом летит за братом, плавно набирая скорость и надеется, что старший сын будет умнее, благоразумнее как и обычно. Но его надежды бьются о скалы, когда он слышит шёпот, а ветер с новой силой бьёт ему в уши.       — Держись крепче.       После этих слов банши Нетейама быстро набирает скорость, заставляя Аонунга прижаться к нему всем телом и вскрикнуть, зажмурив глаза.       А Нетейам смеётся. Громко, счастливо и словно подбадривает, поглаживая его по колену. Сын вождя Меткайина краснеет, злится на себя за страх и открывает глаза, чтобы сердце забилось быстрее от адреналина в крови на такой скорости и от чужой улыбки. Завораживающей улыбки Нетейама, который смотрит вперёд.       Они обогнали Ло’ака и примчались первыми, вот-вот должны были подлететь и остальные. Нетейам хихикает, привлекая внимание будущего вождя Ава’атлу.       — Я ничего не боюсь, — передразнивает лесной парень и ухмыляется, игриво смотря в голубые глаза.       На что Аонунг шипит и кусает его клыками в плечо, вызвав не только дрожь и тихий стон парня, но и недовольный рёв икрана, что тут же начал метаться и дёргаться, стараясь скинуть с себя источник неприятных ощущений.       — Тише, красавица, тише, — Нетейам попытался успокоить животное, но ей всё-таки удаётся скинуть с себя Аонунга, что с воплем летит вниз.       У Нетейама замирает сердце и он летит за ним, пикируя вниз. Ловит Аонунга за руку, возвращая на место и рычит, повернувшись к парню.       — Придурок, ты хоть понимаешь, что мог пострадать?!       — Теперь понимаешь каково мне было, когда ты тогда в воду грохнулся? — Аонунг улыбается, вызывая у бывшего жителя Оматикайя искреннее возмущение.       — Дебил, — только и шикает на него Нетейам, когда подлетают остальные.       — Аонунг, как ты? — испуганно спрашивает Цирея, рассматривая брата.       — Чего вы оба такие красные? — ехидно спрашивает Ло’ак, вызывая одновременно шипение в его сторону от парней.       — Всё нормально, нам пора обратно.       Нетейам поднимается в небо, не оставляя возможности младшим возмутиться, летя обратно на остров. Он чувствует, как чужое сердце бьётся и навязчивые мысли лезут в голову. Как, наверное, приятно лежать вместе, прижимаясь друг к другу. Закрывать глаза от удовольствия, когда чувствуешь под своей рукой ритм чужого сердца, почти в унисон с твоим.       Нетейам трясёт гневно головой, стараясь выгнать непрошенные мысли, которые заставляют его сердце стучать всё чаще.