Carpe diem. Мemento mori.

Ты бы охуела даже от одной разбираться, что со мной,

И кто из нас больной, если ты всё еще со мной.

Демоны не спят. Ночью я уеду в ад.

И ты одна можешь достать меня со дна.

Нервы - Ты бы охуела

Демьян гнал машину по вечерней Москве так, будто боялся опоздать на собственные похороны. Пробки на их пути чудесным образом растворялись, а светофоры показывали только зеленый. Петр на секунду залюбовался его упрямым лицом, подсвеченным вспышками вечерних огней и подумал, какой он, собственно, еще мальчишка. Вспыльчивый и порывистый, обиженный на отца, готовый утопить все в крови в надежде на утоление собственной боли.       Если отбросить религиозный контекст, таких историй он знал великое множество, но до этого никогда у их главного героя не было силы менять мир по своему желанию и таких вынимающих душу глаз.       Переведя взгляд в окно, на пылающие осенью улицы, Петр мысленно вернулся к безумному разговору в ванной. Безусловно, будучи верующим человеком, он иногда представлял, как могла бы произойти в реальности встреча с высшими с силами.       Конечно он слишком незначительная для этого личность, но мечтать-то никто не запрещает. Но даже в самых диких фантазиях он не думал, что встреча эта произойдет в ванной, а ангелы, к слову, выглядящие как хрестоматийные неудачники, будут убеждать его возлюбить Антихриста так, чтобы он и думать забыл про конец света. Петя фыркнул и с улыбкой покосился на Демьяна, представляя, как конкретно можно применить этот божественный совет.       Конечно, прозвучало еще множество фраз о покаянии и указаний как именно заставить Демьяна впустить Господа в свое сердце, но общий смысл ангельского спича был именно такой.       То ли Петр уже окончательно испортился, попав под дурное влияние Антихриста, то ли встреча с Сатаной, при одном только воспоминании о которой Петра пробирало ознобом, была более эффектной, но речи божьих посланников не произвели на него особого впечатления. В целом он и без того решил быть рядом с Демьяном, удерживая того от зла. И сейчас, Петр мог себе в этом признаться, не из любви к этому прогнившему миру, а из любви к одному конкретному человеку. Его вера рассыпалась, а он лишь смиренно наблюдал.       - Почти приехали, - внезапно раздался голос Демьяна.       Очнувшись от мыслей, Петр вскинул голову. Пока он рефлексировал, они успели въехать в Чертаново, и были уже на подъезде к дому.       Хотя он уже был немного знаком с семьей Демьяна, Петр все равно подсознательно считал, что Антихрист должен был быть рожден в роскоши, с детства получая все возможные материальные блага. Поэтому квартира, в которой обитала явно простая и небогатая семья, его удивила. Не успели они открыть дверь, как с порога в объятья Демьяна бросился рыдающий, расхристанный метеор, в котором Петя неуверенно опознал сестру Демьяна.       - Варя, Варяя, успокойся, объясни все толком, - Антихрист с трудом отцепил от себя поливающую его слезами сестру. Варя, на последок шмыгнула носом и потерянным котенком перевела взгляд на Петю.       - А это еще кто?       - Мой друг. Давай не отвлекайся, что с мамой? - снова обратил на себя сестрино внимание Демьян.       - Да что тут рассказывать, тут показывать надо, - схватив брата за руку, Варя активно потащила его по коридору в соседнюю комнату.       Пройдя следом за ними, в скромную спальню, глаз упал поочередно на образа на тумбочке, на две узенькие кровати да видавшие лучшие времена ковры. Петр сначала и не понял, по ком тут так убивалась девушка, но приглядевшись заметил, что в углу одной из кроватей, в тусклом свете ночника, лежит не просто ворох одеял, а высохшая старуха, лишь отдаленно напоминающая ту нервную миловидную женщину которую он помнил как мать Демьяна. В силу профессии Петр исповедовал немало угасающих от старости или тяжких болезней людей, но эта женщина скорее напоминала другую категорию его клиентов, тех, кого приносили на отпевание убитые горем родные.       Дети же Марии Баженовой потерянно застыли у ее постели, пока их казавшаяся древней старухой мать не раскрыла молодые глаза, нагоняющие ужас своим контрастом с иссохшим лицом.       - Демьяша, это ты? – едва слышно прошелестела женщина.       - Да, мама, - Демьян подошел ближе, после чего дерганым движение положил руку ей на лоб. - Может и стоило бы оставить тебя так, как есть…       Казалось, что в комнате ничего не изменилось, но Петя почувствовал, что его начал бить озноб. Тени в углах сгустились, а крестик на груди Петра припекать кожу.       - Выйдите, - приказал, Демьян, не оборачиваясь.       - Что ты хочешь сделать? – Варя испуганно схватила Петра за рукав.       - Ничего такого, что бы она действительно заслуживала, - Демьян искоса взглянул на них, и Петя почувствовал, как ноги понесли его выходу.       Он пришел в себе сидя за кухонным столом, напротив такой же потерянной сестры Демьяна. Мысли носились вспугнутыми воробьями, а душу опять начали глодать сомнения и страхи. Он чувствовал себя соучастником преступления, несмотря на то, что верил, что Демьян не навредит матери.       - Азик сказал, что Демьян принял свою силу, - Варя нервно ерзала и косилась на закрытые двери. – Он правда стал другим, неужели все-таки устроит конец света? Я же, блин, только парня себе нашла, - девушка плаксиво скривила губы.       В этот момент Петр начал догадываться, что именно замышлял Сатана оставляя Антихриста в этой семье. Следуя плану, гадкое чувство неприкаянности и непринятости должно было окружать Демьяна с самого детства, чтобы в нужный момент у парня просто не осталось опоры и он пошел туда, куда зовет его судьба.       Кирпичики складывались понемногу, и бывший священник осознавал, насколько давно в Демьяне сидело желание распрощаться со старым миром. Похоже, единственной опорой в жизни парня была его любовь к невесте да привитые обществом понятия о правильном. Сатана без особых усилий разрушил второе и мастерски сыграл на первом.       В коридоре раздались шаги, и Петр с Варей вскочили с мест. В кухню прошел хмурый Демьян, а следом его чудесным образом помолодевшая мать.       - Ну, сыновий долг я выполнил, пора и честь знать, - Демьян перевел хмурый взгляд на Петра и потянул его к выходу.       - Демьяш, ну давай хоть чаю попьем, - Мария начала суетливо ставить на стол чашки. – Отец Петр, а вы к нам с чем пожаловали? - заискивающе улыбнулась ему женщина.       В ответ Демьян ухмыльнулся, по-хозяйски положил ему руку на талию и притянул к себе.       - Отец Петр, мама, теперь мой парень, - Демьян с удовлетворением полюбовался открытым ртом матери, - и, надеюсь, вскоре он примет вакантную должность Лжепророка при Антихристе, а теперь, раз уж мы все прояснили, нам пора.       Напоследок подмигнув семье, Демьян прошествовал к выходу.       - До свиданья, - покрасневший до корней волос Петр поспешил следом.       - Охренеть, - с восторженной улыбкой резюмировала Варя.