Только не в Слизерин

В обеденном зале царила обычная суета, совы скидывали посылки ученикам, шныряли зачарованные бумажные птицы внутришкольных посланий, Хагрид о чем-то беседовал с профессором травологии, склоняясь чуть ли не в две погибели чтобы услышать ее среди общего шума. Гарри уже подходил к своему месту за профессорским столом, когда к нему обратилась профессор Макгонагалл. — Мистер Поттер, хорошо что вы сегодня не задержались на обед. Мне сейчас нужно торопиться на встречу, не буду мешать вам обедать, только попрошу передать вот это профессору Снейпу. Боюсь, это довольно срочно, и небезопасно доверить сове. В руки Гарри лег небольшой свёрток. — Конечно, профессор, я передам. — растерянно проговорил парень. Макгонагалл поблагодарила его и вышла из зала. Гарри бережно поместил сверток в карман мантии и, пожав плечами, принялся за пирог с патокой, игнорируя первое. Ему требовалась быстрая энергия, предстояло провести остаток дня в библиотеке, за изучением учебников по зельеварению. После того, как занесёт сверток Снейпу, разумеется. Если бы Герми узнала, что он, вечный шалопай, с головой и надолго ушел в изучение, и проводит все свое время среди книг… Она бы, наверное, не поверила. Гарри понимал, что изменился. Ему больше нравился тот спокойный рассудительный маг, которым он становился. — Привет, Гарри. — прогудел голос над ухом. Хагрид позаимствовал самое крупное яблоко со стола и, подумав, сунул в один из своих безразмерных карманов. — Как практика у профессора Снейпа? Надеюсь, он тебя не замучал? — Здравствуй, Хагрид. — улыбнулся Гарри. — О, все отлично. Я бы даже сказал, подозрительно нормально. Хм, для Снейпа. Не знал, что ему возможно угодить, не являясь одним из Малфоев. — Да нормальный он, просто жутко педантичный. — усмехнулся Хагрид в бороду, и потрепал Гарри по плечу, от чего под парнем чуть не треснуло кресло. — Наверное это и хорошо. Зато если уж угодил к мадам Помфри, то будь уверен, подлечат первоклассным зельем. — заметил Гарри. -Во-во. Зелья штука хитрая, ну ты лучше меня знаешь. Гарри, я только в толк не возьму, зачем именно к Снейпу? Не самое лёгкое ты выбрал, парень. Вы с ним столько лет не ладили. Гарри смущённо посмотрел в ответ. — Да по многим причинам. Но главное, как оказалось, долг у меня перед ним, за многое, за каждый раз когда он меня как щенка из болота и бед вытаскивал. Простым спасибо не отплатить. А что не ладили… Прошлое. После войны все в совсем ином свете, хотелось бы верить что даже я, самый упертый гриффиндорский осел, способен измениться. Хагрид вздохнул. — Да, ты повзрослел, Гарри. Ты это, заходи на закате, хочу кой-чего показать, думаю тебе понравится. Ещё кого с собой возьми, а то одному-то что за жисть. Рон и Герми давно сов присылали? Навестили б разок старого лесничего, погляжу хоть на них, взрослые совсем. Гарри, не задумываясь, кивнул. — Конечно приду. Кто там у тебя, редкий вид дракона? Вчера прилетала сова от Герми, пишет что все ещё в Австралии, работает над новым контрзаклятием. Рон пишет раз в неделю, говорит работы выше крыши. Что-то терминами невыразимцев, я не совсем понял. Гарри грустно оглядел разнообразие всяческих десертов на столе. Хотелось ещё что-нибудь съесть, но желудок был уже полон. Из-за зачастую голодного детства у Дурслей и кочевого года в бегах во время поисков крестражей, у Гарри развилось расстройство пищевого поведения. Инстинктивно тянуло съесть столько сколько возможно пока есть возможность наесться, впрок. Он вздохнул, чувствуя тяжесть в желудке и то, как сильно впивается в живот ремень штанов. — Я им напишу, чтоб приехали на выходных хотя бы. — Вот и хорошо. Ну, я пошел, меня уже заждался один непоседливый… Ну, вечером сам увидишь. — подмигнул Гарри Хагрид. Вернувшись в лабораторию, Гарри застал Снейпа у небольшого думосбора. Маг в задумчивости барабанил пальцами по мраморной подставке, жест, который Гарри никогда прежде у своего мастера не замечал. — Профессор Макгонагалл просила передать вам это, сэр. Сказала, это срочно. Маг обернулся, и на его лице проскользнуло лёгкое удивление. — Хорошо. Спасибо, Поттер, можете идти. Гарри думал о таинственном свертке всю дорогу до библиотеки. «Это мог быть очередной артефакт, или какой-то хрупкий ингредиент, который почему то нельзя доверить почтовой птице. Кстати, почему тогда не передать через домовика? Так было бы проще и быстрей. Загадка.» Семнадцатая глава, Травы и корни, лунный цикл. Очень интересно на самом деле, настолько разными могут быть свойства трав, собранных в разные фазы. Когда начало темнеть, Гарри вспомнил о своем обещании Хагриду, и сдерживая зевок, собрал в стопку книгу и конспекты. Новый питомец Хагрида оказался летуном не столь большим и опасным как дракон, но тоже впечатлял. — Невероятно редкий зверь, Гарри. Ещё и единственный в своем роде рождённый со способностью петь, не оглушая всех вокруг. Громовест. — благоговейно произнёс полувеликан, бережно перенося летуна на его жердочку у окна хижины. — говорят, они грустят, когда не видят ночью звёзды. Гарри смотрел на птицу во все глаза. Он видел многих волшебных зверей, но птицу, похожую на четырехкрылого феникса впервые. — Похож на Фоукса. Хагрид кивнул. — Это потому что в родстве с фениксами, эти виды похожи. Он ещё молодой, ему всего лет двести, поэтому мал. Ещё столетие и избушка моя была б ему мала. Вести, так звали птицу, внимательно смотрел на нового гостя своими умными желто-зелеными глазами, будто хотел что-то сказать. — Эх нам бы его, да хотя бы пару лет назад, авось бы предупредил, когда дурное могло случиться. Чувствует черную магию и магов, которые себя клеймят смертью. — вздохнул Хагрид. — Да только тогда он ещё дикий был, где ветры носили. — Ты красивый, Вести. Хагрид, а что он ест? Лесничий усмехнулся. — Да все, что ни дай. Будто человек, чесслово. Орехи любит, что твоя белка. Будешь орехов, Вести? Хагрид вручил Гарри мешочек с угощением. — Эмм… Хагрид, ты уверен, что это хорошая идея? Что, прям с рук? — засомневался молодой маг, помня кровожадные повадки почти всех прошлых питомцев лесничего. — Не бойся, Гарри, он воспитанный птах, не такой, как гиппогрифы, но что с тех взять… Гарри медленно поднес горсть орехов на ладони, Громовест отказываться не стал, аккуратно склевал угощение, склонил голову набок вопросительно, мол ещё? -Только не советую гладить, перья у него жёсткие и острые, легко порезаться. — предостерёг лесничий. — Окей, тогда лучше не буду. -сказал Гарри, скармливая птице ещё горсть. Огромный родич фениксов мелодично курлыкнул. — Надолго? — спросил Гарри, имея ввиду громовеста. — Может на неделю, может дольше. Пока Джоэл Саламандер не вернётся из южной Америки. — с оттенком грусти отозвался лесничий, который уже начал привязываться к новому питомцу. Час спустя, уставший за день Гарри переодевался в пижаму, стараясь в свете свечей случайно не наступить на вечно путающееся под ногами пушистое создание со смешным названием Катун. Несколько раз он порывался подарить его кому-нибудь, но так и не решился, сам не зная почему. Возможно потому что в этой новой жизни это существо было рядом с самого первого дня, ещё с тех серых дней в Мунго. Как символ стабильности, неизменности что ли. Возможно просто сентиментальность. Так ли это важно? Погасив свет, Гарри честно попытался уснуть. Через десять минут параноидальных вглядываний в темные углы и тихой возни катуна под кроватью, Гарри с раздражением снова зажёг свечи. Вспоминалось все то необычное, что случилось за день, мысли с пятого на десятое, сон не шел. Ещё полчаса Гарри ругал себя за то, что не сходил заранее за снотворным зельем, а теперь в такое время некультурно беспокоить Помфри. Потом все же задремал, и ему снилось как Фоукс поет дуэтом с Вести, да таким прекрасным созвучием, что дух захватывало. Герой Магической Британии видел сон, не зная, что по легенде, когда поют два феникса это значит в полную свою силу вошёл исключительно могущественный светлый маг. В магических хрониках есть лишь упоминание об одной такой песне — о Святом Валентине.