atrium mortis: клинок метатрона

— Итак, как насчет пепперони? Это классика, не думаю, что тебе не понравится. Хотя чем там питаются фейри? Травой? — бодро шагал вперед, приговаривая, Сынмин. Легкий ветер трепал его волосы и длинные пряди Хенджина, создавая беспорядок. Принц за спиной своего друга плелся кое-как, нахмурившись. Сынмин не получил ответа, поэтому развернулся и переспросил. — Ну так что? Можем взять веганскую. Раз ты… ну это… травоядный. Хенджин фыркнул себе под нос. Сынмин смешной без причины. Даже когда оборотень грубит, это не ощущается обидно. Наверное, Сынмин хороший друг. Принц поднял свои глаза на парня напротив, серьезно спрашивая: — Я, кажется, совершил много ошибок. Сынмин ощутил, как впервые испытывает искреннее сочувствие к фейри, что всегда был себе на уме. Обычно он тусит с Хенджином из-за того, что подкалывать его очень весело. К тому же, он не знает о культуре простецов. Сынмин показывал ему фильмы, давал послушать свою любимую музыку. Делиться с кем-то своими любимыми вещами — приятно. К тому же, у Сынмина не так уж и много друзей. Он точно знал, что кончики его пальцев подрагивают, когда он приближается ближе, чтобы легко потрепать светлые волосы. Хенджин как-то невесело улыбается. Минхо тоже так себя вел, будто общается с маленьким и глупым фейри. И Хенджин всегда считал это частью нормы, ведь они друзья. И даже несмотря на то, что Минхо оставил его, он продолжал дорожить воспоминаниями о той беззаботной жизни. «Все же я предал его. Всегда считал себя лучше него, потому что никогда не делал ему больно, как он мне. И подвел. Как только представилась возможность…» — успело пронестись в голове, как по ней же прилетел легкий шлепок. Сынмин раздраженно выдохнул, после того, как ударил своего, между прочим, хена: — Все еще волнуешься из-за той странной магички? Ну ее. Мы свое дело сделали, твое желание будет исполнено. Только представь, как мы заживем! Я буду работать, а ты… Ну, хз. Есть пиццу, наверное. Веганскую. Работать среди людей у тебя навряд ли получится. Хотя, я вот раньше тоже не мог представить, что буду барменом, а потом… Сынмин что-то говорил и говорил, идя вперед по узким улицам клана Ким-Ромерез. Хенджин плелся за ним, но совершенно не слышал больше, о чем с ним болтают. Стоило принцу только представить, что он всю оставшуюся жизнь (Сынмина, конечно, ведь фейри живут намного дольше обычных людей) будет жить на чьем-то попечении, бросив все обязанности и привязанности, ему стало нехорошо. Было легко накуриваться. От этого голова переставала соображать, но каждый раз Хенджин возвращался в привычный замкнутый круг жизни. Мир людей — мир фейри — мир людей. И каждый раз порочным зигзагом ему не хотелось выходить за рамки этой жизни. Он ненавидел то давление королевства, ту ненависть двора. Он ненавидел семью, которая была готова поубивать друг друга ради трона. Но кто он без этого? «Буду ли я тем же Хенджином?» Живя с Сынмином, который, словно мать Тереза, помог ему слезть с незаконных трав, помогал при приступах и поддерживал, Хенджин выпал из привычного колеса жизни. Все время прежде фейри жил, словно хомячок, которого жизнь вертит, как хочет. Выйдя за пределы колеса, Хенджин ощутил тоску. Череда ошибок, которые он совершил, чтобы покинуть прежнюю жизнь не принесли ему никакого удовольствия. Оставить трон, королевство и жить среди людей? Выполнено. Но он подвел свой народ, свою мать, в конце концов. Отомстить Минхо? Выполнено. И хоть Хенджин не знал с самого начала, на что идет, посреди своей миссии догадался. Только бы дурак не понял. Хенджин дураком не был. Он сломан, немного запутался и устал. Но мозги пока соображают. И не смотря на мечты, которыми грезил многие годы, удовольствия от осознания, что у Минхо проблемы, не было. С ним осталась пустота. Она грызла своими острыми зубами и без того полое сердце. Хенджин не заметил, как ветер усилился. В глаза полетел мелкий мусор, отчего те начали слезиться. Прикрываясь ладонями, он не сразу осознал, что навстречу ему спускаются с небес пятеро всадников на вороных конях. Животные хищно скалились своими крупными зубами, их вычищенный круп блестел под лучами солнца, наполовину скрытого облаками. Он узнал своих сразу же, как увидел. — Не бойся, это Дикая Охота. Они ничего не сделают тебе. Вероятно, они здесь за мной. — спокойно произнес Хенджин, притягивая ближе Сынмина, который от шока не мог закрыть свой рот. Впервые в жизни оборотень видел летающих лошадей. Фейри спрятал за своей спиной друга, выходя вперед. Копыта застучали по асфальту — всадники спустились на землю. Теперь можно было понять, насколько огромны кони. Всадник, что восседал на своем животном, превышал рост Хенджина в два, а то и больше, раза. Перед принцем остановилась молодая фейри, которая возглавляла процессию Дикой Охоты. У нее были черные длинные волосы, как и грива ее коня, заплетенные в сложную косу с вплетениями полевых цветов и травы. Ее маленькое лицо было очень аккуратным и кукольным, но глаза выдавали в ней сильного лидера. Даже стоя перед принцем, она нисколько не смутилась или стушевалась. Она, глядя прямо в глаза Хенджину, произнесла твердо: — Рады видеть вас во здравии, принц Хван. Легкий наклон головой последовал за этими словами. За ее спиной члены Дикой Охоты сделали точно такой же жест. Конь девушки фыркнул, покачивая гривой. Хенджин ощутил себя по-приятному грустно. Он мечтал о том, чтобы присоединиться к Дикой Охоте. Эти ребята — единственное объединение свободных фейри, которые отказались подчиняться чьим-либо законам в королевстве. Они путешествуют по миру и живут так, как хотят. Простецы бы назвали такой образ жизни — хиппи. Но это не про Дикую Охоту. Есть малые отличия, на то она и дикая. — Взаимно. Вы проделали немалый путь из королевства. Позвольте узнать вашу цель? Сынмин помимо воли ухватился за руку Хенджина, словно догадался, в чем дело. Не хотелось признавать, но отпускать единственного друга было бы слишком тяжело. — Мое имя — Джимин, и я говорю от лица всей Дикой Охоты. Мы просим вас вернуться в королевство. Настали неспокойные времена, наша родина на грани войны. Принц Лиан узурпировал трон, с помощью привлечения королевской армии… — Лиан?.. — беспомощно шепчет Хенджин, вспоминая своего старшего брата. Когда-то он верил, что Лиан — единственный, кто не желает ему смерти. После Йеджи, конечно. Это внушало какое-то шаткое доверие, и все же… Такие новости стали едва ли не внезапной грозе посреди декабря. Слишком внезапно, чтобы поверить. К тому же, что будет с остальной его семьей после переворота? Джимин нетерпеливо наклонила голову, когда ее перебили, но не стала говорить ничего странного. Только развернула своего коня боком, чтобы сказать: — Принц, садитесь. Мы сопроводим вас. — Нет! Это может быть ловушка. Хенджин, лучше тебе не идти туда, раз кто-то уже занял трон. — встрял Сынмин. Он с крайне встревоженным лицом тряс плечо своего друга, что застыл в задумчивости. Джимин, глядя на это, закатила глаза и протянула руку вперед. Недолго подумав, Хенджин принял помощь и забрался на коня, садясь позади Джимин. Сынмин растерянно отошел на пару шагов. — Ты прав, это может быть ловушкой. Но какая разница, когда я уже натворил достаточно ошибок? — иронично произнес Хенджин, прежде чем кони стремительно поднялись в воздух. Принц запретил себе смотреть вниз, где все меньше и меньше становилась фигура Сынмина, глядящего наверх. «Только не жди меня» — успел подумать фейри и поймал себя на том, что поступает в точности, как Минхо. Быть может, и у мага была причина бросить все и уйти. Ведь Хенджин… просто хотел сделать сейчас что-то правильное, верное. Стыдно признать, что даже такой обычный парень, как Сынмин, что младше его на несколько сотен лет, намного ответственный и разумный, нежели чем он, наследник трона. Это било по самолюбию. Легко сказать, что не хочешь править. Но труднее признать, что не представляешь себя в будущем без трона. «И все же я не такой, как Минхо… Он знал, что я люблю его и все равно оставил. Сынмин же ко мне даже привыкнуть не успел, о любви и речи не может идти» — эти мысли успокоили принца. Дикая Охота пересекла портал, окунаясь в реку Хан с огромной скорости. Сынмин же жалел только, что не успел последовать за фейри. Со всех ног он понесся обратно к себе домой, попутно выискивая нужный номер на чужом мобильном. Нужно было разобраться с вампиром в его комнате, а потом он обязательно последует за своим другом. Сердце подсказывало — что-то тут нечисто. *** Они оказались неподалеку от замка. Хенджин уже видел его фиолетово-серую крышу отчетливо и ясно. Но его отвлек дым, что забивался в нос. Он посмотрел вниз, под собой, и понял, что тысячи акров лесов превратились в обугленную землю, которая до сих пор слегка дымилась. Глаза начали слезиться, Хенджин едва смог прокричать с онемевшим языком: — Кто устроил здесь беспорядки? — Принц Лиан сжег деревню. Ее жители не желали подчиняться новому королю, который взял трон силой. — ответила Джимин. Хенджин нахмурился, но про себя также отметил, что лидер Дикой Охоты не торопиться называть узурпатора королем. Она все еще считала Лиана принцем. Значит, на веру она ему не присягала. — Они отказались? Но если была коронация… — Не было коронации. Был выбор: признать его власть или умереть. — твердо закончила Джимин. Хенджин ничего не успел ответить, потому что конь вдруг подскочил в воздухе, едва не скидывая своих всадников. Хенджин сильнее ухватился на девушку перед собой, чтобы не свалиться. Они приближались, но летели мимо замка. Хенджину и не хотелось врываться в дом, где хозяйничал уже другой человек. Он только с печалью глядел на крупный камень, из которого сложено здание, на розы, которые увивали стены. Хотелось спрыгнуть с коня прямо вниз, чтобы не принимать никаких сложных решений. Это очень сложно. Они остановились в лесу, полном, как помнил Хенджин, русалок и мавок. Но сейчас на некрутом берегу ручья было очень тихо и печально. Не пели песни фейри, не плели косы. Хенджин спустился на землю, после чего понял, что никто из Дикой Охоты не спешит сделать то же самое. Стоя посреди высоких голубых ясеней, он нахмурился, опасаясь, что все сказанное ранее могло быть обманом, чтобы заманить его в ловушку. Но Джимин смотрела на него в отчет без таинственности и злости. Ей словно было плевать, хотя она сама просила его помощи ранее. За спиной раздался шорох, и Хенджин стремительно обернулся. Девушка с рыжими волосами встретила его легким кивком. Потом она посмотрела на Джимин и улыбнулась ей, благодаря. Дикая Охота исчезла так же быстро, как и появилась. Хенджин же смотрел на то, как к нему приближается его сестра в простой неизысканной одежде, и спросил давно интересующий его вопрос: — Что происходит? Йеджи печально ухмыльнулась: — Действительно… Происходит безумие. Сейчас у меня врагов больше, чем друзей. Так что уж прости, что привела за тобой всадников. Я должна быть уверена, что и ты не будешь против меня. — Против тебя?.. — переспросил принц. Йеджи кивнула: — Потому что я единственная, кто нашел в себе смелость возглавить восстание. Хенджин не был дома от силы недели две. В какой момент успело столько произойти? — Я с тобой. Только сначала посвяти меня в курс дела…