Чужая за предназначением

   Под взглядом матери семейства воздух стал густым и тяжелым. Дышать было невозможно, мычать от боли — стыдно. Ло'ак, почувствовавший присутствие отца, замер в проходе, поджимая уши и хвост. Кири, склонившаяся над моей лежанкой, продолжала разматывать повязку на моем животе как ни в чем не бывало. Паук встал, сложив руки по швам, опустил голову.    Мужчина сделал глубокий вдох. Я заметила, то, как Нейтири смотрела на меня и Паука, сильно разнилось с тем, как она смотрела на своих детей. И если ее неприязнь ко мне очевидна, то какова причина ее для Паука мне стало жутко любопытно. — И за каким чертом вы трое здесь ошиваетесь? — Сталь в голосе.    Нейтири подлетела к Кири, отшвырнула ее от меня и запричитала. Ну, поехала шарманка. — Что ты делаешь? Зачем касаешься проклятой крови?    Глава семейства начал сверлить меня взглядом. Без злобы или отвращения, лишь со скептицизмом и интересом. Ло'ак нехотя развернулся. — Отец, ей нужен лекарь. — Бросил Младший Салли прежде чем вылететь из шатра.    Хоть я и была виновницей торжества, почувствовала себя лишней на этом празднике жизни.    Дарси, скажи что-нибудь. Ты в порядке? Поговори со мной. — Придется подождать, дорогой мой, не совсем удобно излагать мысли истекая кровью в присутствии твоей семейки.    Все уставились на меня, как на умалишенную. — Паук, — обратился Джейк, — разговор не закончен. Пока свободен. Кири, иди спать.    Двое с виноватым видом покинули шатер. — Джейк, здесь опасно. Она могла привести небесный народ. Нужно начинать оборону, иначе... — Нейтири, — перебил Салли, — она ребенок. — Дьявольский ребенок! Она принесет нам хлопот, если не еще чего похуже! — Ха-ха, настругаю палочек для суши из ваших супер умных деревьев...    Кажется, я начинаю бредить из-за потери крови. — Молчать! — одновременно гаркнули супруги. — Я прошу тебя.    После этих слов старшего Салли Нейтири одарила меня презрительным взглядом и вышла, настороженно виляя хвостом.    Я осталась наедине с Туруком Макто. У нас на Земле его звали иначе. "Синесракий предатель", "перебежчик за синей пиздой", "петушара продажный"... Чего я только не наслушалась за пять лет кадетского училища. Сейчас я смотрела на него, надвигающегося в мою сторону, и понимала: Джейк Салли — могучий воин. Все в нем кричало об этом: широкий разворот плеч, уверенная походка, ровная осанка и благородные глаза. Волнение заполонило голову. Неожиданно мужчина склонился на моей лежанкой и принялся развязывать веревки на руках. — Как зовут? — Без доли ненависти и презрения. — Даресс Джинкс. — Голос дрожал.    Салли быстро расправился с первой рукой, а затем и со второй. Я потерла ноющие затекшие запястья. — Ну, Дарси, рассказывай, откуда и зачем пришла.    Джейк снял с балки какую-то тряпку. Встряхнул ее, сделал надрез клыками и разорвал кусок ткани на две части. Это меня изумило. Я вспомнила, как инструктор демонстрировал это на Земле, показывая как оказывать первую помощь в полевых условиях. Сейчас я увидела в этом что-то животное, привлекательное. — Привстань, давай. — Я немного поднялась, но режущая боль заставила меня шлепнуться обратно.    Мне стало жутко стыдно. Я шипела и мычала, хотя хотелось верещать. Тут Салли аккуратно взял меня за руки, положил их себе на плечи, заставляя обхватить шею, потянул наверх. Мне удалось сесть, мужчина начал перевязывать мне торс. — Я... Проект РГИкс. Испытуемая методом генной конверсии номер девятнадцать... мута-ант.    Я чувствовала, как напряглись плечи Турука Макто. — Налажали они походу. Не похожа ты на мутанта. — Салли затянул конечный узел. — Не слишком туго? — Нормально.    Покрывало с лужицей крови, на котором я лежала, полетело на землю. — Лежи. — Я послушалась приказа. В мгновение мои щиколотки оказались также освобождены от веревки.    Я поджала ноги от резкого гула вошедших в шатер двух представителей клана Меткайина. С ними влетел Ло'ак с озабоченным видом. Все трое были озадачены. Джейк подошел к рифовым. — Все уже в порядке. Ничего не требуется. Извините, что потревожили, — заговорил мужчина. — Демон в деревне, и вы говорите, что все в порядке? — Затрепетали лекари. Ло'ак в это время смотрел на меня. Я заметила, как виновато он поджал уши и губы, опустил желтые глаза. — Пока я здесь, вам не о чем беспокоиться. Тоновари доверил ее мне. Я со всем разберусь.    Рифовые растерянно переглянулись. — До свидания. — Сказал Джейк, и лекари вышли. — Ты тоже. — Обернулся на Салли младшего. — Пап, я... — На выход. Потом поговорим о твоей безответственности.    Ло'ак уже было направился на улицу, как вдруг оказался прерван отцом. — Хотя стоять. Почему у нее открылась рана?    Младший Салли остановился, раскрывая и закрывая рот, словно рыба на суше. Подбирал слова. — Смачно чихнула, сэр. — Оба обернулись на меня. — Неудобно получилось, извините. Впредь буду сдерживаться.    Турук Макто призадумался, затем кивнул. — Свободен. — Будь здорова, — бросил Ло'ак и вышел из шатра.    Снова тет-а-тет со старшим Салли. Обстановочка не располагала. — Ну и чего ты хочешь? — В туалет было бы неплохо.    Мужчина измученно вздохнул. Кажется, я хожу по краю. — Я не знаю, как сказать так, чтоб вы поверили. — Как есть, Джинкс. С тобой тут никто сюсюкаться не будет. Посадят на больного икрана и полетишь до первой скалы. — Люди разбили лагерь у летающих островов. Я сбежала. Искала вас, Джейк.    Мужчина смотрел со всем вниманием, концентрацией и интересом, что были в этом мире. — Зачем же? — У меня много личных причин, сэр. Но главное, почему я здесь, это ваш сын. Старший.    Взгляд мужчины потускнел. Плечи опустились. — Мы вроде говорим с тобой на одном языке, но что-то я тебя сейчас ни хрена не понимаю.    Я закрыла глаза. Сосредоточиться сейчас было практически нереально, но я пыталась, перебирая локон волос. — Нетейам.    Я здесь, как ты? Почему так долго? Какого хера ты сделала?    Я открыла слезящиеся глаза. Турук Макто смотрел на меня, как на полоумную. Но была толика интереса. — Что передать сыну?    Лицо полного недоверия. — Вообще не смешно.    Как тебе удалось... — Твой отец думает, что я чокнутая. Скажи ему что-нибудь, у меня сейчас рана вновь откроется от напряжения.    В голове словно шел отсчет на детонаторе.    Тук научилась стоять на руках?    Я озвучила вопрос и заметила, как у Джейка приоткрылся рот. Он заморгал, дыхание участилость. Вдруг Салли сжал челюсти и кулаки. — Каким было ее первое слово? — Решительно спросил мужчина стальным голосом.    Печаль наполнила меня до краев.    Писькорыл. Она запомнила его, потому что именно этим оскорблением чаще всего перекидывались Ло'ак и Кири. Я помню, Тук сказала это за обедом. Тогда мне влетело за то, что я не уследил и позволил Ло и Кири выражаться при ней.    Я произнесла все дословно. С каждым предложением мне становилось все тяжелее и тяжелее от кома в горле. Я взглянула на Салли сквозь пелену слез. Его плечи поникли, уголки губ задергались. Нетейам продолжал дрожащим голосом.    Я был сильно обижен на тебя тогда, ведь в тот день ты случайно опрокинул корзину с рыбой, которую я ловил и вычищал все утро. Уронил прямо в горшок Тук. От этого я плакал и смеялся одновременно, брызжа соплями и слюнями, пока ты называл меня шмаркачом, бегая вокруг меня с платком.    Я говорила сквозь рыдания. Поднять голову мне стоило огромного труда. Слезы бежали по щекам Джейка, он отвернулся, держась за переносицу.    Я скучаю по всем вам. — Скажу этому засранцу, что я люблю его больше жизни. Больно. Все трогательные слова, которые передавали отец и сын, резали без ножа.    Дарси, расскажи ему. — Джейк, — громко шмыгнула носом, — мы можем вернуть его в тело.    Запах первой еды за двое суток ощущался особенно ярко. В лагере нас кормили фастфудом, пайками, твердыми безвкусными фруктами и прочим мусором, который по виду и вкусу на Пандоре сравнили бы с дождевой грязью. Разделять ужин с семейством Салли — страшно и ужасно интересно. Я долго наблюдала за сервировкой приборов, и это привело меня в удивление. Прием пищи здесь — ритуал, интимный процесс.    Весь прошедший день я проспала, проснулась от грохота глиняной тарелки. Кири и Тук, желающие поделиться со мной абаутами (семечками цветущих караллов), почему-то не донесли угощение. Зато теперь я могу ходить, ведь прервавший мой сон шум заставил меня резко подорваться с лежанки.    Стол у на'ви, что называется "ломится от еды". Какие-то бобовые, обилие рыбы и мяса, разнообразные фрукты, тушеные овощи и даже что-то вроде растительных спагетти. — Присаживайся. — Я дернулась от голоса Нейтири. Оказывается, пока я истекала слюнями, семейство уже было в сборе.    Мое место было рядом с Кири, напротив Ло'ака. Мы встретились взглядами, его — пытливый и... не отверженный? Неужели супруги Салли уже успели рассказать все детям? Я осмотрелась и поняла, что все члены семьи поглядывают на меня.    Глава семейства пожелал приятного аппетита, повисла тишина. Я больше чем уверена, что в этих головах были сотни тысяч вопросов. Я отпила из чаши супа. Изумительно вкусно и насыщенно. В бульоне я разобрала дольки фруктов и кусочки рыбы. Странное, но очень гармоничное сочетание. Интересно, они берут воду прямо из моря? А на Пандоре есть соль?    Я посмотрела на море за деревней. Чистейшая вода. На этих землях и она божество. Помню, Нетейам что-то говорил о том, что у воды нет конца и края, что-то про Эйву... Источник, хранитель и проводник силы и энергии... Энергии. Твою мать. Твою мать, Нетейам!    Пододвинув суп ближе, я взяла в руку свою длинную косу и швырнула ее в чашу. Все вытаращились на меня. Я закрыла глаза, взывая к Богу, лишь бы мои догадки оказались правдой. — Нетейам.    Я тут. Как ты, все в порядке? —Ло'ак, подойди пожалуйста.    Младший Салли не встал, он взлетел, оказался передо мной за мгновение с видом полной растерянности.    Он с тобой? — Да. Опусти сюда волосы. — Чего? — Опусти. Косу. В суп.    Клянусь, что готова была надеть эту тарелку ему на голову. Глава семейства наблюдал со скептицизмом, но ничего не говорил. Ло'ак хватился за косу с обнаженными нервами, которых не было у меня, и опустил ее в тарелку. Секунда, я почувствовала импульс. Тишина. Шелест листьев. Рокот насекомых, как в глупых комедиях. Не хватает только закадравого смеха. — И что? — Спросил Салли младший.    Братишка? — Нетейам? Че за херня?    Нейтири, Джейк, Кири и Тук, все подбежали к чаше.    Это ты мне скажи, сукин ты сын, какого хера я слышу тебя? Ха-ха, Эйва, я умер во второй раз и попал в ад? — Нет, я... Ха-ха! Ты живой! Это правда! Я уж подумал, что шизоидная человечиха надурила родителей!    Каким образом я говорю с тобой? Где Дарси? Ты вставил ее мозг в свою пустую обезьянью головеху? — Даже не надейся, я все еще здесь. — Ответила я, внутри взрываясь от радости. Остальные члены семьи Салли пребывали в полнейшем шоке. — Чего стоите? Несите кастрюлю побольше и подключайтесь, блютузы.    Как же я рад тебя слышать, братишка. — Скажи спасибо своей гениальной человеческой подружке! Спрашиваешь, каким образом мы разговариваем? Она швырнула волосы в суп, прикинь, вот же шибанутая!    Что... Она что? Точно! Энергия! Вода — проводник энергии! Твою мать, как же я сам не додумался... О Эйва, Дарси, ты просто чудо! — Да ты бы видел, она и внешне ничего такая!    Имей уважение, ослина.    Я не думала, что все выйдет так. Так славно, тепло и душевно. Пятеро и я окружили чан с водой для связи с шестым семейства Салли. Солнце зашло давным-давно. Тук, вдоволь наболтавшаяся с Нетейамом, уже долго дремала в своей постели. Остальные не переставали беседовать на всевозможные темы. Настроение то поднималось от перекидываний братьев язвительными шуточками, то опечаливалось, когда речь заходила о планетарно-политической обстановке или факте смерти Нетейама. Все, включая Нетейама, открылись мне с новой стороны. Джейк, хотя тот еще салдафон, с мечтательным видом вспоминал истории из счастливого семейного прошлого. Нейтири оказалась самой настоящей нежной и заботливой матерью, а не старой стервой, как я подумала. Кири раскрылась для меня как блаженная девушка. Она с забвением рассказывала о приключениях с братьями. А Ло'ак... Просто Ло'ак.    Я никогда не была так довольна, как сейчас. Зевнула, и волна побежала по всем Салли, включая Нетейама. Время подходило к рассвету. Никто не думал уходить, но было видно, с каким усилием супруги Салли пытаются не закумарить прямо на столе. Они словно боялись, что говорят со старшим сыном в последний раз. Боялись потерять его снова. Спустя долго время уговоров мне удалось убедить их в том, что я никуда не денусь, разве что если кто-то из местных бабуинов, выступающих за чистоту крови, не захочет разбавить свой рыбный рацион некой экзотикой. Кири ушла спать вскоре после родителей.    Я утомилась. Голова трещала, но душа ликовала. Ло'ак потирал сонные глаза, его хвост бессильно болтался, касаясь моей ноги. Я хихикнула от щекотки. Младший Салли, заметивший мою реакцию, активнее заиграл хвостом. Я дергала ногами, стараясь не рассмеяться в голос, перебудив все семейство. В ход пошли синие руки. Они водили по больному животу, ребрам, спине. Я извивалась, разрываясь от хохота. Мои попытки ответить на атаку были безуспешны.    Эй, братец, не пора ли тебе в кроватку?    Голос Нетейама прозвучал иначе, чем обычно. В нем была толика раздражения. Это отрезвило. Я поняла, что теплые руки Ло'ака уже под футболкой, в районе ребер. Его желтые глаза светились, на лице заиграло смущение. Меня обдало холодом, когда синие руки быстро выскользнули из под одежды. — Иди к черту, чепух. — Неловко и шутливо бросил Ло'ак.    Я уже тут. Сладких снов тебе, пупсик.    Младший Салли улыбнулся, вытянул косу из воды. — Лучше останься и поешь. Доброй ночи, Дарси. — Доброй ночи, Ло'ак.    Я выжала косу от воды и решила приступить к остывшей еде. Пододвинула к себе лист с рыбой и острыми бобами. На вкус — чистое великолепие. Сладкие ноты пикантного соуса прекрасно сочетались с  сочной жареной рыбой.    Спасибо, что ты делаешь это. — Что? Жру как свинья посреди ночи? — Хохотнула я. — На самом деле то, что я делаю, выгодно для нас обоих, дорогуша. Так что и тебе спасибо, что доверил мне свое воскрешение.    Это Эйва. Я бы никогда не доверился человеку по собственному желанию. — Так или иначе, выбора у тебя нет. Завтра важный день, Нетейам. И я совсем не одупляю, что и где мне нужно будет провернуть, чтобы достать тебя из мира мертвых. Вообще без понятия. Но я сделаю это. Мы сделаем это. Я обещаю, следующее утро ты встретишь с семьей.    Не смей обещать того, что от тебя не зависит. Никто не знает, как все обернется. Даже сильнейшим шаманам племени мало что известно о ситуациях, подобных нашей. — Как же похуй.    Я говорила с набитым ртом, жадно поглощая пищу. Мне хотелось мычать от этой феерии вкуса.    Нравится? — Ммм, ты серьезно спрашиваешь? Это самое лучшее, что когда-либо попадало в мой желудок. Представляю, в каком лютейшем экстазе будут мои кишки.    Я тебя еще и не таким накормлю.    Я подавилась. Кусок еды, вставший поперек горла, еле как протолкнулся в пищевод. Мысли ушли не в то русло. Кажется, мне тоже пора в кроватку.