Чужая за предназначением

Скимвинг рассекал воду с необычайной скоростью, пока я смотрела по сторонам. Вид не сменялся уже второй час, лишь водная гладь и пустой горизонт сопровождали наш путь. Я прижималась щекой к теплой и твердой спине Торука Макто, сдерживая рвотные позывы. Каждые три минуты к горлу подступало содержимое желудка и просилось наружу. Стабильность в моем стиле. — Нам еще долго? — Немного.    Лодыжки ныли от натирающих ремней, плотно прижимающих мои ноги к туловищу животного. Путы были из жутко грубой животной кожи, напоминающей наждачку. — Обязательно было меня связывать? — Ну, кто знает, вдруг тебе удрать взбредит. Ты девка не из робкого десятка.    Пока чип активирован, в меня могут вкачать что угодно. Транквилизаторы, стероиды, нейролептики и прочий яд, производимый лабораториями РГИкс.    Мной управляет роутер. Человек, закрепленный за моим чипом. Кем бы он ни был, моя жизнь в его руках и он мог за минуты превратить меня в невменяемого овоща.    Хотя, в таком случае мало что изменится. — Куда удрать? На дно морское?    Я бормотала прямо в синюю кожу, на секунду задумываясь о том, насколько стыдно было бы блевануть прямо на Торука Макто. От этой мысли меня передернуло, я сильнее обхватила талию Джейка, когда скимвинг в очередной раз забрыкался, раздавая тысячу брызг. — Дарси. — Что? — Хвост. Опять.    Я взглянула туда, где между моей грудью и спиной Салли брыкался синий хвост, пытаясь вырваться из тисков тел. Его кисточка забавно дергалась в стороны, чуть вибрируя. Это было так изумительно и прелестно, что меня чуть не вырвало от подступающего умилительного мычания. — Не думай, что ты отделалась. Как только мы закончим с этим, сразу же отправишься грести навоз на ранчо. — Чудно.    Я обернулась назад, туда, где в пяти метрах от нас плыли братья Салли на своих илу. Они о чем-то тихо переговаривались, но стоило им заметить мой взгляд, замолкли. Обеспокоенные и напуганные, они осматривали все мое тело. И так Салли делали примерно каждые десять минут, с того момента, как Джейк рассказал им, какими сочными волдырями покрывается кожа отравленного петрапиллом. И пусть вероятность того, что меня решат прикончить именно петрапиллом, была крайне ничтожна, Ло'ак и Нетейам скорбно утихли, прекратив препираться и разводить панику.    Я совсем не завидовала Шифе, оставшейся под надзором Нейтири. Уже представляю, как Риа поджимает ноги от страха, как дрожит ее хвост, как отнимаются руки. — Ты знаешь, кто роутер чипа? — Понятия не имею, но этот кто-то меня явно ненавидит. — Рассудила я по тому, какое количество синтетической дряни уже пробежало по моим венам. — Таких, думаю, много. — Верно думаете. Теперь-то.    Джейк хмыкнул, скимвинга тряхнуло. — Не скучаешь по Земле?    Я призадумалась. Но только над тем, прикалывается ли Салли или же интересуется на полном серьезе. — Мне не по чему, сэр. — Где твои родители? — Мертвы. Наверное. — Наверное?    Я ничего не знала об этом и не желала знать.    Мои родители – служивцы РГИкс. Отец всю жизнь мотался по межгалактическим командировкам, мать просидела в лаборатории за составлением километровых мульти-уравнений. Профессор Вижн знал ее, но никогда не скорбил о ее смерти при мне. Вопросом, где же моя семья, я задалась лишь однажды, на занятии природоведения Пандоры. Тогда Вижн ответил, что мать моя, опечаленная смертью отца, вколола себе лошадиную дозу эвтаназина и умерла. Мне было два месяца. Мать завещала мое тело и жизнь науке.    И я не то, чтобы возникала по этому поводу. Казарма и училище меня вполне устраивали, ведь другой жизни я никогда не видела.    Полуденное солнце начинало припекать, когды мы наконец вышли в лес. Флора сменилась. Пробираясь через листья и лозы, я тащилась за братьями, догоняющими отца. Трое Салли время от времени оборачивались на меня, проверяя, не угодила ли я в рвотную кому или кучу танаторского дерьма. — А можно шевелить булками?! — Крикнул Ло'ак, когда был уже далеко впереди за оравой биолюминесцентных кустов и растений. — А можно заткнуться?! Я не каждый день по вашим тропическим дубравам шныряюсь! Тут где не глянь, везде дичь какая-то поджидает!    Шумы и звон показались мне в голове, но вскоре я поняла, что слышу их на самом деле. Я нагнала Салли, мы вышли на поляну. На поляну, цивилизация которой была в триста раз продвинутее, чем в любой точке Земли.    Масштабный плацдарм с настоящими, живыми людьми и аватарами развернулся близ горы Цириллы. Роботизированные костюмы неприметно разгуливали по всему полигону с характерным механическим звуком. Огромные машины рычали, оставляя следы на сухой земле. — О да, детка, как же я по этому скучал! — Взвизгнул радостный Ло'ак, толкая воздух.    Я не могла разделить его радости. Вся эта атмосфера навеивала мне воспоминания о кадетке и лагере. Я инстинктивно поставила ноги вместе, вытянулась, как струна. Паника готова была поглотить меня полностью, если бы не невесомое прикосновение к моей голове. — У тебя листик в волосах. — Я обернулась на голос и носом врезалась в горячую ключицу Нетейама, пока его пальцы ковырялись в моем затылке. — Ну или это личинка, пока не понял.    Я скинула его руку, взглядом нашла Торука Макто. Он уже спустился к людям и без конца со всеми здоровался, пока Ло'ак с замиранием сердца любовался чудесами техники. Вернее сказать, пускал слюни. — Да ты взгляни на него! Не было бы тут вашего отца, он бы точно приспустил штаны и принялся бы неистово наяривать, зуб даю. — Думаю, он уже это сделал. Ты просто не заметила, он в этом деле неуловим и резв как прыткий лютоконь.    Мне стало тошно от вида этих бетонных зданий, облицованных металлом. Еще пуще, чем от дозы яда. По телу пробежал холодок, но я чувствовала маленькую раскаленную искорку, опалившую кожу. Она рядом, но такая недоступная, запретная, притягательная и...    Я же смогу позже списать это на побочные действия стимуляторов?    Мои обессиленные руки обвили твердый торс и сцепились на синей спине, я щекой прислонилась к вздымающейся груди, услышала как быстро и мощно бьется сердце. Нетейам на мгновение замер, но вскоре ответил. Положил подбородок на мою голову, четырехпалые ладони скользнули мне на крестец.    Я потерпела поражение, когда убаюкивающие звуки стали будоражащими. Звуки тела Нетейама. Учащенные глухие стуки сердца, буханье крови по венам и сопение дополнились мычанием и...    ...сраным мурлыканьем.    Совсем тихим, но, твою мать, таким утробным, глубоким и раскатистым, что захотелось выть и лезть на деревья. Это сладко и невыносимо, нежность и смущение переполнили меня, я отстранилась и на ватных ногах полезла по спуску с холма прямиком к цивилизации. В какой то момент я подняла голову, отрываясь от слежки шага. Торук Макто, застывший изваянием, игнорировал все, что ему говорил собеседник-человек, его угрожающий взгляд предупредил меня о роковом упущении.    И я, как нехер делать, пошла в его сторону. Чем ближе я становилась, тем более смягчался взгляд Джейка. Вскоре строгость не оставила после себя ничего, к лицу Салли пришла растерянность и некая паника, и я всеми фибрами души возжелала, чтобы возникли они по любому поводу, лишь бы мое секундное проявление слабости не играло главной роли. — О, ты Дарси? Я Норм. Будем лечить тебя сегодня.    Я пожала руку мужчине, что был ниже меня на две с половиной головы. Я еле удержалась, чтобы не сжать его маленькую руку до хруста. Он смотрел через стекло кислородной маски, любопытно и изучающе, с широкой доброжелательной улыбкой. — Рада знакомству, Норм. Вы хотели сказать потрошить? — Ну, это уж как карта ляжет. Обычно группу Б вшивают во внешние стенки желудка или у аорты, так что, думаю, мы быстро справимся.    Джейк скривился, сведя брови к переносице. — Моей соседке по корпусу активировали чип на левом яичнике. — Рентген покажет.    Уже второй час мы сидели в прохладной лаборатории. Джейк расслабился, он о чем то беседовал в другом конце помещения, посматривая в экран компьютера. Хмурость не сходила с его лица, но он позволял себе посмеиваться с друзьями и преспокойно попивать кофе.    Мне тоже сделали чашечку, если честно, ничего в этом мире не напоминало мне о каторге и всевозможных несвободах так, как это делал этот терпкий запах. — Дай мне. — Рот в говне.    Ло'ак измученно хмыкнул от очередной идиотской перепалки. Он все вилял хвостом и шмыгал носом перед полной кружкой, состроив самую опечаленную гримасу во вселенной. — Ты этой жалобной рожей вызываешь желание разве что плеснуть в тебя кипятком. — А ты своей... Так и хочется ногой заехать. — Будешь бить даму? — Странно, о ком это ты? Вроде кроме меня и огромного смердящего танатора здесь никого нет.    Боже, наши разговоры когда-нибудь будут по существу? Без тысячи частиц имбецильности, витающих в воздухе.    Надеюсь, никогда.    Мне нравится быть идиотом, если рядом есть младший Салли.    Я по столу толкаю кружку к Ло'аку. Он припадает к ней губами, не смакуя ни секунды, осушивает все четыреста милилитров. Уже приевшаяся душе отрыжка заставила Торука Макто осуждающе глянуть на сына. — Вставило? — Ничего беспонтовее в жизни не пробовал.    Салли мало того, что лишил меня напитка, так еще и активно выказывал недовольство о горечи вкуса и отсутствии хваленого бодрящего эффекта, о котором твердил его отец. — Папочка что, ни разу не давал тебе глотнуть? — Неа. Говорит, это вредно. — Ло'ак. — Че?    Я швырнула на стол сверток папирос. Их я нашла в коробке под столом Ло'ака, когда Джейк велел обыскать его вещи на предмет подозрительных штук после того, как он пропал. Говорить о находке я, конечно же, не стала, а забрала ее себе. — Ты куришь? — Тише, чума волосатая! — Ло'ак чуть пригнулся и панически оглянулся на отца. Джейк тем временем всматривался в результаты анализов моей крови. — Могла еще истошней заорать? — Так что, ты куришь? — Спросила я тише. — А ты тискаешься с моим братом? — Прогремел младший Салли слишком гулко и с излишне ехидным взглядом. — Что за чепуха, шляпник? Совсем из ума выжил? — Только давай без этого. Ума чтобы два плюс два сложить мне достаточно. А тебе нет, если думаешь, что не палишься. — Чего? – Я же вижу. — Да че ты видишь, придурок. — Я вижу тебя, Дарси. — Я впала в ступор. Мои руки отяжелели и обесиленно упали на колени. На смену серьезности, приобретенной лишь на мгновение синим лицом, пришло злорадство. — Даже знаешь, что-то во мне подсказывает, что мой отец сейчас смотрит на анализ твоей крови и охеревает от наличия в ней тысячи-другой клеток ДНК моего брата. — Боже, Ло'ак, ты просто кошмар как омерзителен! — Хочешь сказать, я не прав? То есть мой брат просто остолоп, который решил пополоскать труселя в два часа ночи? И стоило вам уединиться под звездным небом после непомерного стресса, вас обоих не накрыло необузданное наваждение, и твой бутон не поник на его стебель, рассыпая пыльцу и долго копившиеся капельки росы?    Я попыталась шлепнуть хохочущего Салли, но он ловко уворачивался от моих рук. — Ло'ак, ты невыносим! — Ох, ну то есть ты не отрицаешь, так? — Я в максимальном отрицалове! — Тогда почему ты такая красная, словно я заставил тебя вспомнить все самое горяченькое? О, так и есть. Ну и как он, хорошо поработал? Или мне все-таки передать ему пару ласковых? — Кому?    Появление Нетейама заставило меня застынуть и сгорбиться, угрожающе глядя на Ло. Я молилась всем высшим силам, чтобы прожечь дыру в этой клыкастой издевательской усмешке. — Братец, ты когда-нибудь жевал цветочный бутон? — Чего? — Ну, вбирал в себя дождевую воду, язычком задевая сладкое рыльце, пока цветочек подрагивает от ветра? — Ло'ак, блять, исчезни!    Мое щеки горели от стыда, когда какое-то смутное понимание застыло на лице Нетейама.    Как только мне удалось дотянуться до Ло'ака, мне подумалось, что он заткнулся, и мои бесконечные удары по синей спине заставили его пожалеть о содеянном, но я ошибалась. — Не уж то язык моего брата не протис-сука!-кивался через нежнейшие, ай, лепестки, невесомо касаясь напряженной, блять, тычинки?! Да твою ма-ай!    Нетейам, к моему сожалению, очнулся от ступора и подлетел к месту нашей разгоряченной схватки, взял брата за шею и оттащил его, лишая меня всего удовольствия от болезненных вскриков младшего Салли. — Так, сходи-ка к Норму, пусть даст тебе успокоительного, пока я тебе старого доброго не прописал. Давай, малыш, вперед.    Ло'ак выскользнул из под руки брата с довольной усмешкой. Прежде, чем скрыться из вида, он обернулся и глядя на нас высунул язык, зашевелил им, приставляя раздвинутые указательный и средний пальцы ко рту.    Нетейам развернулся ко мне с не менее нахальной улыбкой. — О чем вы говорили с этим дурнем?    Захотелось укрыться от этой наглой синей морды, но было некуда, поэтому я сжалась, краснея пуще прежнего. — Ты чего?    Я старалась утешить себя мыслями о том, что Нетейам вовсе не замечает, как я еложу по столу, на котором сижу, как подрагивают мои скрещенные ноги. — Меня снова мутит, думаю. — Раздевайся.    Че? — Че? — Говорю иди за ширму, надень это на голое тело и топай на рентген.    Нетейам всучил мне тяжелый зеленый халат. — Не горбись. — Салли хлопнул меня по спине. От неожиданности я выгнулась, грудью влетая в него. — Ты вся мокрая. — Ха-ха, даже не знаю, почему. — Серьезно, у тебя жар или... — Четырехпалая рука коснулась моего лба. Настороженность возникла на лице Нетейама, перекрывая нотки былого озорства. — Господи, прекрати.    Я слезла со стола и улизнула за ширму. Переодеваясь, я старалась выровнять дыхание и утереть пот. Халат сдавливал меня, натирал голое тело. Множество завязок не скрывали мои нагие бока, лишь перед и зад. Я вышла и сразу направилась к Норму и Джейку, настраивавшим аппарат. — Тебе туда. — Сказал Спеллман, указывая на черную стену за стеклом. — Дарси, — я обернулась на голос Торука Макто, — сережки-то сними. — Чип типичный однокомпонентный типа Б, не поврежден. Все нормально, достанем и чихнуть не успеешь. Конечно, это не в нашей компетенции, но заморачиваться тут особо не над чем.    Не прошло и месяца, как я опять попадаю под нож на Пандоре. Ну кто, если не я? Ну у кого, как не у меня, кусок железки замечательно прижился в жопе? — Не в жопе, а в копчике. — Нетейам старался успокоить меня перед операцией, подготовка к которой шла по полной программе. — Один хер жопа! — Смеялся Ло'ак.    Нетейам цокнул и пошел за едой, когда отец позвал его. Меня все еще поражал тот факт, что это место имело непосредственную связь с Землей. Отсюда люди, проживающие на Пандоре, могли получать человеческую пищу еще тепленькой прямо с другой планеты. — Я тебе сейчас маску в дребезги расхерачу, чтобы ты задохнулся к чертовой матери. — Утю-тю, а что такое? Мешаю вашему уединению? Только скажи и я исчезну, малышка. — Ты меня смущаешь. — Точнее, тебя смущает, что я говорю сладкую правду о вас двоих.    Словно рентгеновские лучи, он видел меня насквозь. Все мои чувства и эмоции Ло'ак перенимал с невероятной точностью. Он знал, когда меня нужно подержать за руку и сказать, что все будет хорошо, чувствовал, когда я унываю и меня стоит растормошить высерами и бессмысленными разглагольствованиями о чем-нибудь подростковом и ребяческом. — Какой же ты душный, неугомонный... — Прекрасный, горячий... — Продолжал младший Салли. — Вездесущий орлиный помет! — Я тебя понял, сладенькая. — Ло'ак подмигнул и испарился, когда Нетейам подошел с подносом еды. — Куда этот упрыгал? — Сказала ему, что вместе с гамбургерами сюда прямиком с Земли доставляют вонючих ослов и ослиц. Вот он и пошел по их души, может хоть там подцепит кого.    Я поежилась от холода в лаборатории. — Я не знаю, отец сказал, люди едят это, но выглядит не очень.    И правда. Тарелка макарон с сыром с парой холодных фрикаделек и поникшим пучком зелени даже пахла неаппетитно. — Не хочу. — Наши на'вийские изыски тебя совсем разбаловали. — По сравнению с этим даже куча дерьма Ло'ака тот еще изыск. — Ну, у меня есть банан. Хочешь?    Двусмысленность фразы заставила меня поперхнуться газировкой. — Че?    Салли издевательски усмехнулся, и вытащил из набедренной... сумки спелый обыкновенный банан. Он пальцами надломил кончик и принялся снимать желтую шкурку. — Отец говорил, на Земле такие же растут.    Мне нравится, как он сидит на стуле. Так по-неандертальски поставив стопу на сидение, а другую ногу подогнув под себя. Косички качались в такт его действиям и легким наклонам головы. Уши находились в движении, то забавно навострялись, то мило обмякали, словно опечаленные. И мне нравится, как иногда я слышу, как он сглатывает. То шумно, то нервно, то так, словно где то в пропасти его слюна ударяется о несуществующее дно и этот будоражущий звук эхом проносится... — Прием, Пандора вызывает Дарси.    Нетейам, замерший с очищенным фруктом в руке, смотрел пристально и обеспокоенно, словно пытался что-то найти. Я чуть наклонилась, надкусила сладкий плод, не отрывая взгляда от желто-зеленых глаз. И я снова слышу, как Салли сглатывает громче, чем обычно. — Ммм.. И правда, как на Земле.    Пока я смакую первый укус, синие пальцы отламывают еще один кусок и тянутся к моему рту. Но я не разжимаю зубов. Нетейам смотрит затуманенно, когда его пальцы с долькой банана водят по моим губам, оставляя влажные приторные следы. Банан таял, размазываясь по синей коже фаланг. — Открой рот. — Хрипло произносит Салли. Кусок стал похож на сладкое желтоватое месиво.    Я разжимаю губы, и тогда пальцы скользят мне на язык вместе со сладкой кашей. Мое слюноотделение увеличилось втрое, я сглатываю банан, пока пальцы все еще во мне. Я хватаюсь за синюю руку, языком провожу по фалангам и причмокивая вытаскиваю их из своего рта. Тонкая нить слюны тянется от моей губы до его подушечек пальцев, и я подбираю ее кончиком языка.    Нетейам смотрит неотрывно и безумно. Его зрачки расширились, дыхание стало рваным и тяжелым. Розовые уши подрагивали. — Вкусно.    Салли наконец отмер, взял салфетку с подноса и принялся утерать мне рот. — Дарси. — Джейк появился в проходе. — На стол.    Анестезия была местной, чип из меня вытаскивал Норм, ассистентка металась от его команд, пока Спеллман высовывал шприц из моей задницы. — И что, вот прям не знаешь? — Вообще ни в одном глазу. Видимо, с чипом установили соединение, когда я была на Вершинах. Но он и до этого был во мне. Активировали его сегодня ночью. — Из-за неудобной и весьма смущающей позиции моя речь была нечленораздельной. — И что ты почувствовала? — Злость. Неистовую! Меня трясло от злости!    Упоминать, что трясло меня этой ночью не только от злости я, конечно же, не стала. — Мне хотелось прибить кого-нибудь. Серьезно. Все тело ломило, я не могла уснуть и пошла готовить, начистила рыбы, мне стало легче. Удивительно, что я не пришила Ло'ака. Он сидел со мной до рассвета, пока не уснул. Потом все попросыпались, и этот шум вокруг... Он привел меня в ярость, но я чувствовала, что ничего не могу сделать. Я рыдала от безысходности. Не от самого чувства, а от того, что я не могу позволить себе его выместить. — Это странно, обычно чипированные теряют контроль. — Зачем кому-то вообще накачивать пятнадцатилетнюю девочку стимуляторами? — Спросил Джейк. Он сидел на стуле перед операционным столом, сложив руки на груди. Меня малость смущало, что он видел, как кто-то копается в моем очке, но благо моя пятая точка его не особо интересовала, и взирал он исключительно на мою сморщенную хлеборезку и экраны приборов. — Чтобы активировать то, ради чего она была создана. Вместе с генами на'ви в ней растили гены, предназначенные для борьбы с ними. Представь, что ты очень зол. Она чувствует тоже самое, только в двадцать раз мощнее и все клетки ее тела буквально горят. Как бешеная собака, инстинкты.    Повисло молчание. Я слышала, как щелкают щипцы. — Мы думаем заключить временное перемирие с людьми. Они идут на контакт. — Торук Макто склонил голову в бок. — Что думаешь об этом, Дарси?    Я опешила. — Я? Ну, это прелестно что мы говорим об этом, в то время как я чувствую холодный металл пинцета своим очком... — Чувствуешь? Че молчала-то? Йерри, добавь анастезии. — Крикнул Норм, и в мою жопу снова воткнулся шприц. — Мне интересно, зачем вам этот мир? Вы что-то готовите и вам нужно время или... ммм. — Я простонала, все тело затекло. — Или вы просто думаете, что они остынут и забьют хер? Они же уже нарушали какой-то договор? Так в чем смысл? — В том, чтобы упросить Эйву пустить извержение на Оруссых Вершинах. — И что дальше? Потухнет одна точка, зажжется другая. — У тебя есть другие стратегии ведения военных действий? Просвяти-ка. — Нет, Джейк, нету.    Что-то брякнуло об железный лоток. — Вуаля! Поздравляю, у вас группа Б. Как назовете? — Спеллман поставил емкость на стол, посмеиваясь над своей несмешной аппеляцией. — Люди по-твоему из сраки рождаются, дебил ты картофельный? — Джейк встал, чтобы рассмотреть чип в лотке.    Ясно, в кого пошел его младший сынишка.