Ты больше не одна.

      Холодно. Темно и холодно. Полина даже не может определить: открыты у неё глаза или нет. Вроде её куда-то несут, или она просто лежит дома на диване... в какой-то очень странной неудобной позе. А может, ей просто что-то сниться. Как обычно: нечто мрачное, где из каждого угла на тебя смотрят голодные звериные глаза, и чей-то голос зовёт подойти ближе. Такое странное ощущение.       Полина пытается понять, что с ней происходит на этот раз, но чем больше она думает, тем сильнее боль раздаётся от виска по всей её голове. Будто до этого она очень сильно ударилась. Странно. Морозова не помнила, что она ударялась обо что-то. Она попыталась открыть глаза, что далось ей с трудом. И она не была уверена, что всё-таки сделала это, потому что окружение встретило её темнотой. Тут и там мелькало что-то белое. Такое маленькое, слегка поблёскивающие... Снег. Это был снег.       До того, как девушка сообразила ещё что-нибудь, сознание снова покинуло её. Последнее, что Полина ощутила - фантомное, далёкое, но всё-таки цепляющее душу чувство страха, крадущегося к ней.

***

— Притормози же, блять, — фыркнул Рома, врезаясь в спину своему товарищу. Он, едва не падая, отодвинулся, и остановился отдышаться. — Вот же он уебок... — прохрипел Пятифан. — Гандон! — крикнул Игорь чуть ли не на весь посёлок. Он остановился, запыхавшийся, в полуприсяде, уперевшись ладонями в бёдра. Мужчина пристально смотрел в сторону удаляющихся всё глубже. — Мы ходим кругами. Можешь выдыхать, — Рома похлопал товарища по плечу и выпрямился. Он не спеша достал и кармана свёрнутую в уродливый комой шапку и надел её. — Как блять кругами если мы бежим чётко прямо? По его ебаным следам и идём, — Игорь тоже выпрямился и отряхнулся. Холодало, начал идти снег. Мужчина попытался застегнуть куртку, но молния разошлась, выпустив ползунок с куртки куда-то прямо в грязь.       Сзади, едва живая, до них добиралась раскрасневшаяся Катя, хрипя что-то невнятное. Возможно, она клялась всем богам, но начнёт заниматься спортом и бросит курить, а может, что более вероятно, из последних сил проклинала Антона на чём свет стоит, вспомнив все ругательства, которые только слышала. Он этого заслуживал. — Он же... зайчик, — недовольно хмыкнул Рома, рот которого растянулся в непонятной коварной ухмылке. — Зайцы путают следы. — Не пизди, че тут путать-то. Антон же не в прямом смысле заяц... Да тут нет ни обратного шага, н "отпрыгов" в сторону, — Бяша махнул рукой на парня. — Не... ну... а... чё, — немного задыхаясь, начала говорить Катя. — Действительно зайчик, скачущий к своему хозяину. И не человек он, Игорь, а чудовище. Конечно, путаница какая-то есть в его следах, но не такая, какую видишь при охоте на обычных зайцев. Здесь снова... чертовщина, — вся уставшая, она продолжала идти, уже неспешно, еле двигающимися ногами... зато впервые обогнала парней. Она считала, что не имеет права останавливаться ни на секунду. — И посмотрите, мне кажется, что мы здесь были, — идя вперёд, ровно ботинок в ботинок по шагам Петрова, Катя внимательно смотрела по сторонам. — И эта коряга, и пень этот, — фыркнула она. — Мы летели как сумасшедшие, когда ж тут разглядишь, — как-то обиженно буркнул Рома. Он потянулся в разные стороны, перепрыгнул с ноги на ногу, словно отряхиваясь. — Всё, погнали, — парень снова резко стартанул и продолжал ускоряться. На бегу он едва не снёс Катю.       Пока он продолжал бежать вперёд, Игорь выжидающе смотрел на девушку. Он чувствовал, что-то уходит прямо у них из под носа, и сейчас Смирнова найдёт этому ответ. И мужчина надеется, что будет это очень быстро. Катя остановилась окончательно, уставив взгляд себе под ноги. След от ботинка Антона. Ещё один. И ещё... — Антон не бежал. Не бежал с тех пор как зашёл в лес, — с лёгким недоумением констатировала Катя. После этого она резко обернулась назад: всё ещё виднелся их дом. Слишком близко. — Шаги расположены слишком близко друг к другу, и это не списать на то, что ему просто неудобно передвигаться с Полиной вместе... мы бы его уже нагнали. — Тогда куда сейчас делся Рома? — сдвинув брови, спросил Игорь.       У Кати на языке крутилась какая-то гадость. Не просто язвительная и обидная, а что-то очень уж жестокое. Она проглотила это неприятное чувство и смолчала. Нельзя же так с Ромой. Тем более Смирнова думала, что это он ближе всего к зверям, а оказалось... в общем, некрасиво с ним поступать так, припоминая прошлые стычки. Катя пожала плечами. — Просто идём вперёд. Не спеша, — скомандовала девушка. — А ты уверена, что больше никакого секрета нет? — усомнился Игорь. — Ну там. Заяц всё-таки. Он конец-то и так, запутал, но я на охоту ходил, знаю, что творить могут. — Не уверена, — фыркнула Катя, — поэтому я очень раздражительная. — Всегда, — шёпотом сказал Игорь.       Они медленно шли вперёд. Впрочем, у них не оставалось больше выхода. Девушка надеялась, что план сработает, что Антон с Полиной на руках идёт медленнее, что ему тяжело, а Хозяин ждёт слишком глубоко... И они успеют. — Блять! — с громким криком со спины в них врезался Ромка. Удивлёнными расширенными глазами он смотрел поочерёдно на своих друзей. Вопрос он был сформулировать не в состоянии, поэтому надеялся, что они всё скажут сами.       Вместо ответа Игорь поднял чуть скрючившегося Пятифана и, немного грубо взяв за плечо, повёл вперёд. Умеренным шагом. — Классно гуляем, — съязвил Рома, надеясь, что ему что-то скажут. — Ага. Только по сторонам смотри, вдруг тропинку получше найдём, — указала Катя. — Как - получше? — спросил Игорь. — Сам говорил же. Зайцы - прыгают, — пожав плечами, объяснила девушка.       Рома шёл с приоткрытым ртом, подняв верхнюю губу. Кажется, он хотел толи возмутиться, толи задать вопрос, только вот, пусть он и был хорош в драке: выпендриваться, когда тебя волокут в лес, вцепившись в плечо - плохая идея. — Смотри, здесь хрень уже какая-то, а не следы, — Игорь кивнул головой вперёд.       И действительно, выходила какая-то путаница, хотя до этого следы были весьма чёткими, было явно видно подошву от ботинок. Теперь следы начинали наслаиваться друг на друга, мешаться, уходить в разные стороны. От осознания, что по такому следу найти Полину не получится, слишком резко накрыло Катю, которая до этого момента весьма успешно успокаивала себя. Она плотнее сжала кулаки, немного замедлила шаг, продолжая двигаться прямо, и внимательно смотрела по сторонам, ища наиболее вероятный путь.       И всё-таки. Где-то глубоко внутри Смирнова всё ещё был той самой маленькой напуганной девочкой. И в первую очередь она боялась за саму себя. Которую тогда никто... никто не спас.       Может, в приступе гнева она и желала особо раздражающим её людям подобной участи. но то была минутная слабость. И точно Полине такого желать она не могла. — Примерно на четырёх метрах справа от нас весьма чистый след, — сказал Игорь, немного смещаясь правее. — Либо ловушка, либо настоящий. Рискуем? — То, что сейчас мы идём прямо всё равно бесполезно. Под нами круги натоптаны. Надо менять план, — согласилась Катя. Риск. Безусловно. Но это шанс. — Вас наёбывают, а вы и рады, — Рома закатил глаза так сильно, как только мог, максимально демонстрируя своё недовольство и несогласие. — Мы остаёмся здесь и идём прямо. Всё очень просто.       Игорь выпрямился и открыл рот, уже готовясь начинать ссору, но лишь обречённо махнул рукой. Он посмотрел на потемневшее небо и как-то нехотя сказал: — Разделимся? Знаю, вариант отстойный, но...       Рома с небольшого размаха треснул себя по лбу и устало выдохнул, пробормотав: "пиздец". — Я чувствую что так надо, — не поворачиваясь к парням ответила Катя, перемещаясь на другую дорогу. Пальцами она крутила всё ещё висевший на ней амулет. — А я чувству, что я Апостол Пётр, — фыркнул Рома и, больше ни с кем не споря, в размеренном темпе направился прямо. Никаких следов по его тропинке уже не было, только какая-то мазня, напоминающая огромное количество перекрывающих друг друга кругов.       Игорь стоял какое-то время на месте, а потом поспешил подойти к Кате. Он ободряюще похлопал девушку по плечу. Парочка услышала немного противный высокий свист, это был Ромка: — Последний шанс, — грубо сказал он, указывая на то, что их путь скоро будет заворачиваться ещё правее. Он хмыкнул и резко отвернул от них голову. — Ты ведь понимаешь, что нам всем конец, если мы ошиблись? — шёпотом спросил Игорь, покорно продолжая вышагивать за Смирновой.       Вид у девушки был весьма неуверенный: вся зажатая, старается не смотреть на своего напарника, всё теребит в руках этот амулет и не может сформулировать мысли в речь. Катя сглотнула и выдала: — Всё-таки Антон человек. Не животное. Не заяц. Я решила пойти сюда, потому что... это выглядит так, словно здесь человек и проходил. А Антон человек, — к концу фразы, голос девушки начал становиться увереннее. — И этот "нормальный" след и есть его настоящий путь, а вся путаница, что мы видим кроме - просто... что-то вроде тех галлюцинаций, или как это назвать, что показывала Алиса? — Я в это не верю, — с нескрываемой грустью в интонации, ответил Игорь. — Он же твой друг, — возразила Катя, повернувшись к мужчине.       Он промолчал. Игорь разминал пальцы, хрустя каждым по несколько раз. Потом перешёл на кисти, на локти. Он определённо собирался врезать Петрову. Так, как никогда и никого не бил. Антона ему, разумеется, хотелось оправдать. И даже всякие слова для этого находились... только, всё равно не получалось.       Вот вернут они Полину, выбьют из Тохи всю дурь, сделают человеком, тогда и можно будет подумать. Так решил Игорь.       Катя трясущимися руками достала из куртки телефон. Её раздражало, что фонарик был слишком тусклым, что снег, пусть и редкий, чрезвычайно сильно ей мешал и что шагов Пятифана где-то по левую сторону больше не слышно. Ей было страшно. Даже обычные вороны, громко машущие крыльями, перелетающие туда-сюда с ветки на ветку, приводили её в ужас. Смирновой очень повезло, что реакцией её организма на этот кошмар была возможность идти дальше, максимально игнорируя бурю внутри себя.       Кажется, что-то зашуршало в кустах. Идея разделиться без того была глупой, поэтому они просто надеялись, что Рома сообразит бежать к ним, не так уж и далеко ушли. Они продолжали путь внимательно смотря под ноги. Становилось всё тише, будто даже спокойнее. Снег начал падать реже, а звёзды на небе светить стали чуть ярче.       Игорь резко остановился, схватив Катю за плечо. Он только показал ей остановиться и осторожно прислонил палец к губам. Мужчина слегка пригнулся, надавливанием на спину показывая Кате сделать тоже самое.       Их окружала очень подозрительная тишина. Они и не поняли в какой момент звуки рядом с ними окончательно пропали. Они очень сильно замедлили шаг, двигаясь почти бесшумно. Рукой Катя прикрыла фонарик, чтобы отходящий от него свет был минимален. Дальше следы снова превращались в неразбериху - им надо найти нормальный путь.       Стало холодно. Катя поёжилась и плотнее укуталась в шарф. Она пожалела, что не схватила куртку. Не было времени об этом думать. Только вот этот холод пробирался глубоко внутрь... Смирнова замерла на месте. Девушка выразительно посмотрела на Игоря, а тот отдарил её непонимающим взглядом. Его это странное чувство не задело... Нет, конечно, мужчина чувствовал, что здесь что-то не то, но явно это было не то жуткое чувство, переворачивающее Кате все внутренности. — За тобой бы никто не пошёл, — голос то ли в её голове, то ли из глубины леса.       Катя мотнула головой и усерднее начала искать правильный путь, понадеявшись, что он в противоположной от голоса стороне. Он вновь шла вперёд, стараясь быть как можно более незаметной, Игорь не отставал, следя за обстановкой. Вряд ли он слышал то, что слышала девушка. — Всё бы было также, как и тогда, — спустя минуту вновь заговорило чудовище.       Да. Кате было обидно. Было обидно до сих пор. И она до сих пор считала себя самой пострадавшей после случившегося, наравне с Антоном. И в отличии от всех них она провела в этом посёлке куда больше времени... она привязана к этому месту сильнее. Её сломали больше остальных, а потому быть здесь, в своём старом доме, казалось единственным выходом.       По крайней мере, у Полины был пусть и странный, но любящий дедушка. Петровы и Будаевы предпочитали ссорится между собой, редко втягивая в это сыновей, ну а на Рому его родителям было просто всё равно. Катя желала, чтобы на неё тоже было всё равно. — Может, теперь всё будет по справедливости? — снова через минуту появился голос.       Меньше всех пострадавшая Полина, назойливый и самовлюблённый, убежавший от них Ромка.       Ничего не будет справедливым.       Катя грустно вздохнула. Она продолжала идти вперёд, пусть голос и говорил ещё что-то, она не вслушивалась. Жизнь не всегда справедлива. И чем она таким, как человек, отличается ото всех, что вправе решать, что будет для них справедливо?       Девушке показалось, что в глубине леса она увидела яркую пару хищных глаз. Они пропали так же быстро, как и появились в её поле зрения. Катя показала средний палец в ту сторону, где сидело чудовище. Скорее всего, это было ошибкой, но это был минимум, который Смирнова желала сделать. — Ты чё? — шёпотом спросил Игорь. — Если удумаешь ответить на голос, я тебе отрежу ноги, — с очень милой улыбкой сказала Катя. От удивления мужчина подавился слюной и теперь пытался сдержать громкий кашель. — Если задумаешь задохнуться, тоже не отделаешься от последствий, — коварным шёпотом добавила она.       В лес начинала возвращаться "жизнь". Звуки колышущихся деревьев и кустов, птицы, даже шелест всякого мусора под ногами и трение одежды.       Игорь не знал, что произошло Катей, но предполагал, что это было нечто похожее на то, что слышал Антон. Поэтому сейчас он надеялся, что Смирнова точно взяла себя в руки, и что он и Пятифан, в случае чего, смогут сделать тоже самое.       Им снова пришлось менять направление из-за появившейся путаницы. Шли они торопливо, но больше шагом, чем бегом. Снег начал падать всё сильнее и сильнее, образуя на земле маленькие горстки. Ребята надеялись, что они выбирали правильный путь. Пройти назад всё ещё возможно, но это определённо будет труднее.       Они видели, что впереди их ждёт небольшого размера поляна, с двумя упавшими деревьями, поэтому нужно было замедлиться, пригнуться и смотреть в оба. — Бяша, блять, не шурши, — прошипела Катя, осторожно обходя куст.       Игорь, кажется, зацепился за какую-то корягу, из-за того, что слишком увлёкся попытками разглядеть, что их ждёт впереди.       Там определённо был силуэт. Не зверь, уж точно, наверно - обычный парень. Ребята подумали бы, что это Ромка, если бы тот был способен простоять так долго в статичной позе. От поляны теперь их отделяло по одному дереву, можно было принимать решения.       Неизвестный парень в руках что-то нёс, весьма большое. Теперь это было отчётливо заметно. Вероятность того, что это и есть Антон была крайне высока. Даже если не он - парень в такое время в лесу, с какой-то большой ношей явно не занимается чем-то хорошим.       Игорь и Катя побежали. В голове крутились мысли о том, что им надо было подольше подумать. Надо было оценить ситуацию, немного выждать. Это ведь может оказаться какой-нибудь ловушкой, ведь всё не может быть настолько просто. Они это понимали. Понимали, но ничего не могли поделать.       Это был Антон. Казался он немного выше, чем есть на самом деле. Стоял к ним спиной, всё ещё держа на руках Полину, и будто бы чего-то ждал. Смирнова никогда так быстро не бегала, как в этот момент, будто от этого зависела не только жизнь Полины и, возможно, её собственная, но и всего мира в целом. Как бы быстро девушка не бежала, Игорь был впереди. Ему оставалось буквально три метра, чтобы удачно замахнуться на Антона.       За их спинами послышался рёв. Не громкий, несколько даже глухой. Этого хватило, чтобы страх снова прокрался в головы Кати и Игоря. Рёв не был продолжительным, никто даже не успел обернуться на него. Было очевидно, кому мог принадлежать этот вой. Уже в следующе мгновение огромные мощные лапы впечатывали Игоря в землю со всей силы, он не успел с этим ничего поделать.       Катя обернулась на вопль, буквально на секунду отвлёкшись от её главной цели, но этого было волне достаточно, чтобы Антон положил Морозову на землю и налетел на неё со всей силы. Что-то пошло не так. Парень отскочил, издав короткий визг. Он попытался снова, только в этот раз Смирнова успела увернуться. Антон, повалился на землю, споткнувшись о тело Полины. Сейчас Катю не волновало, что такое происходит с Петровым, ей беспокоило только то, жива ли вообще её подруга.       Игорь чувствовал, как на голову его капает противная, скользкая мокрая слюна. Жидкость стекала ему в ухо, капало на шею, в то время пока другая сторона его головы была запачкана кровью. Кажется, приземлился он на что-то твёрдое. — Ты ведь мог тогда послушать меня, — прохрипел Хозяин.       Он припоминал Бяше, как тот сидел в гараже. И Игорь прекрасно понимал: он только был приманкой для того, чтобы вся остальная его компания направилась в гараж. Он отказался разрубить в мясорубке своего товарища. Он ничего этим не изменил и не смог изменить. мужчина понял, что умрёт, если ему суждено. Умрёт, если так решит Хозяин. А Зверь не перед чем не остановится... так зачем Козлу говорить с ним?       Он махал руками, пытаясь сбросить с себя чудовище, осознавая, насколько это было бесполезно. Игорь мог только надеется, что это бесполезно лишь для него, а со всеми остальными всё будет в порядке. Даже с Антоном. Он хотел этого, и это было единственным, о чём думал мужчина. Вряд ли у него есть что-то большее, чем друзья. О своей жизни вне этого посёлка и этих людей Игорь думать не хотел. Он животное. Не такое кровожадное и опасное, но вряд ли многим лучше.       Во внутреннем особом кармане у него был припрятан пистолет. Его было просто достать. Бы он "на всякий случай", на самый крайний случай. Только для такого "крайнего случая" он был слишком жалок. Абсолютно бесполезен. Может, кинуть его Кате? Она - не Рома, не будет безумно стрелять на поражение, и всё же...       Игорь не пытался выбраться, он пытался немного выкрутиться так, чтобы увидеть, что происходит с его подругой. Антон валялся на земле. Встал, приблизился к Кате и... ничего не смог сделать. Бяша улыбнулся. Минимум треть его головы уже погружалась в пасть Хозяина, а длинный язык чудовища оплёлся вокруг его шеи.       Пошатнуть Хозяина смог только прилетевший в него со всей силы Антон. Катя со всего размаху врезала ему коленкой по голове и оттолкнула ногой максимально сильно. Чудовище посмотрело на девушку слегка удивлённо, лёгким движением пальцев поднимая Антона на ноги. Тот еле держался. Игорь понял, что ему и до этого пару раз прилетело от Смирновой. Эта секунда, пока Козёл отвлёкся, позволил Бяша вскочить и отойти назад, подхватывая Полину на руки.       Он помнил, примерно откуда они пришли. Не тем же самым путём, даже немного короче, они вернутся назад. Катя, как только увидела, что Игорь подхватил Морозову на руки, тоже ринулась бежать.       Хозяин гордо поднял голову и подтолкнул Антона вперёд. Тот послушно побежал за своими друзьями, пытаясь их поймать. Смирнова хотела бы ему помочь, только понятия не мела как. Она внимательно осматривала местность. Может, свернуть куда, ударить Антона и надеется, что он придёт в норму?       До девушки внезапно дошло: Хозяин не двигается. Он ведь Чудовище. Пара прыжков и, наверно, она будет просто на просто растоптана. Он смотрит куда-то, слегка отвернув морду. Чуть с другой стороны поляны за всем этим наблюдала какая-то маленькая сгорбленная фигура. Пусть по звериной морде и было трудно прочесть что-то, особенно набегу, Хозяин точно был недоволен. Фигура тоже не двигалась.       У Кати не было времени разглядеть хоть что-то приметное в ней, ведь они снова нырнули в Лес. Антон бежал за ними. Метр за прыжок, ещё, ещё... он ускоряется, и теперь он близко. Девушка резко останавливается, и её рука с помощью инерции и максимально вложенной в неё силы кулаком впечатывается в лицо Зайчика.       Петров падает на землю, ударяясь о пень. Он без сознания. "Был бы в сознании - попытался бы встать" - заключила девушка. Катя попыталась хотя бы приподнять Антона, но ничего не получилось. Она схватила его за подранный капюшон и просто поволокла за собой. Разными частями тела он бился за камни и коряги, но это определённо не то, что сейчас волновало хоть кого-то.       Когда Игорь сообразил, что больше за ними никто не гонится, он вернулся и взял на себя обмякшее тело Антона. Он негромко выругался, но смиренно пошёл в сторону дома. Катя размышляла о том, кто был там помимо Хозяина. Единственное предположение, пока посетившее её - это старуха. Подобное казалось не совсем логичным, но эта мысль, за неимением конкурентов закрепилась в голове девушки.       Они прошли не так много, когда увидели Рому, неспешным, даже ленивым шагом направляющегося к ним. Он с недовольным видом осмотрел и Полину, и Антона, после чего молча взял Петрова и понёс сам.       Никто не разговаривал, стараясь прислушиваться к звукам Леса.       Катя шла слева от Игоря, постоянно вглядываясь в Полинино лицо. Когда девушка начала приходить в себя, Смирнова не смога сдержать улыбки. Полина недоумённо посмотрела на неё и покрутила головой по сторонам. Она ждала объяснений, только пока не в состоянии была задать хотя бы один вопрос. — Теперь ты мне должна новый шарф, — хмыкнула Катя. — Да хоть два, — Полина закатила глаза и попыталась встать, только Игорь угрожающе шикнул на неё. — Снова на ручках покататься не разрешу. Для здоровых - аттракцион платный.

***

      Катя считала чудом, что они смогли вернуться домой без происшествий. Последнюю часть пути Полина даже прошла самостоятельно на ногах, но она всё ещё молчала, обдумывая произошедшее. Ребята, не сговариваясь, решили её пока не трогать. Они надеялись, что Морозова обдумывает что-то, что смогла увидеть или услышать, что может помочь им победить.       Антон один раз приходил в сознание. И снова терял его, не успев толком понять, за что ему прилетело по голове. Катя не считала необходимым делать это, ей казалось, что он вернул себе человеческое самообладание. Рома так не считал. Хотя, вряд ли вообще о чём-то думал, перед тем как делать.       Они закрыли Антона в подвале, до того, как он очнулся. Игорь предложил это сделать. Судя по выражению лица, Полина хотело возразить, но поразмыслила над чем-то, отвернулась и ушла в другую сторону.       Подвал был тесным, маленьким. Туда спускалась невероятно крутая лестница, она была не безопаснее стены с выступающими кирпичами. Внутри хватало место только чтобы стоять. Сидеть уже было неудобно. И с трёх сторон были полки с банками. Создавалось впечатление, что некоторые закрутки делала бабушка Антона. Рома пошутил, что некоторые из банок вздулись так, что их можно использовать как гранаты, только вот в руки, для демонстрации, побоялся взять соленье. — Это совершенно негуманно, – говорила Катя, запирая эту дверь на ключ. — Ты отдала ему третий и последний амулет. Ему и так слишком много досталось, – возмутился Пятифан. Остальные два когтя были у Полины и Кати. Теперь за свой коготь Морозова подерётся и ни за что его не снимет. Даже когда они побелят чудовищ и уедут.       Вся компания расположилась на кухне, потеснившись за небольшим столом. Катя налила чай, Полина достала печенье из тумбочки, Рома ловким движением скинул мусор со стола в ведро, Игорь высунулся в окно, закурив две сигареты. Одну он отдал Пятифану, выразительно глядя на Катю. Девушка только закатила глаза.       Послышался невероятно громкий шум. Удары по двери подвала, громкое рычание, звук разбитых банок. Ребята замерли на пару секунд в ожидании. Они ничего с этим не сделали.       Катя всё надеялась, что Антон попросит, по-человечески, и они тогда откроют ему дверь. Но ничего такого не происходило. Она бы и дальше вглядывалась в коридор, если бы её не вывели из оцепенения рука Полины на её пояснице и демонстративно громкое хлюпанье чаем от Ромы, словно этим он пытался заглушить звуки того, как пытался выбраться Антон. Катя поморщилась, но упрекать друзей не стала. Может, ей тоже надо просто отвлечься? Забыть про это и насладиться "нормальностью" посиделок на этой кухне?       Для неё сделать это было крайне проблематично. Когда Антон перестал стучать, стало только хуже. Морозова наклонилась к ней и сказала негромко: "он не зверь, но ему надо прийти в себя". От этого стало как-то жутко.       Ребята отменили на завтра планы, увидев, что время уже перевалило за полночь. За окном начался дождь. Немного потеплело. Они выпустили Антона через два часа, побледневшего и напуганного, в испачканной одежде. — За что? — только и смог спросить парень. Он невероятно сильно щурился. Никто не мог вспомнить в какой момент Антон оказался без очков: было ли это дома, или во время погони, или на той самой поляне в лесу. Игорь был склонен думать, что слетели они из-а Кати. — Неужели не помнишь? — издевательски спросил Рома, в одно резкое движение оказываясь рядом с ним. — Нет! — громко рявкнул Петров, — очнулся здесь, весь в этих... огурцах... — он действительно был заляпан взорвавшейся закруткой, к одежде в некоторых местах даже поприлепали овощи. Вся рубашка и ремень от штанов были мокрыми. — Ты хотел отдать Полину зверям, — с нескрываемым упрёком и раздражением сказал Игорь. — Я не мог! — запротестовал Антон и попытался пройти вперёд, но парни его остановили. — Что последнее ты помнишь, — сощурившись, спросил Бяша, немного смягчаясь. Рукой он не глядя отодвинул Морозову подальше, полностью проигнорировав её недовольный взгляд. — Как Рома вернулся домой, потом... я сидел на кухне, — лицо Антона стало весьма озадаченным. Он осознал, что определённо пропустил какое-то событие и это не глупый розыгрыш, а настоящая проблема. — И там ты услышал голос, — Полина попыталась помочь парню, подсказывая. Петров на это только отрицательно покачал головой: ничего такого в его воспоминаниях не было.       Зла на друзей он не держал, но к каждому теперь относился с подозрением. Как, в прочем, и они к нему. Только теперь парень заметил, что на шее его весит верёвочка с очень большим когтем. Совсем чуть-чуть скривившись, он покрутил это в руках, без слов задавая вопрос. — Если коротко: амулет от зверей, — невероятно серьёзным тоном сказал Игорь. — Только вот, я не уверен, насколько правильно его надевать на самого зверя, — верхней частью тела он склонился к Антону, вынуждая того сделать шаг назад.       Теперь все молчали. Молчали и даже старались не шевелиться лишний раз. Полина вдруг что-то смекнула, и резко схватив Антона за руку, игнорируя возмущённые мычания, поволокла его на второй этаж. Громче всех звуки возмущения издавал Пятифан. Катя с нескрываемым страхом смотрела на Полину и быстро побежала за ними. Она не допустит, чтобы с ней снова что-то случилось из-за Антона.       Морозова остановила парня чётко напротив двери в комнату его сестры. Осознание накрыло Антона с головой и быстро превело его в неподдельный ужас. Полина же стояла рядом с ним с невероятным спокойствием. Он попытался убежать, но девушка схватила его за предплечье, возвращая на место. К этому времени все остальные ребята уже были здесь. — Ты вспомнил? — спросила Полина, вспоминая, в каком ужасе находился Антон, когда голос довёл его до второго этажа, когда снова тревожил память комнаты Оли. — Приблизительно, — еле выдавил из себя парень, запинаясь. — Ты должен открыть дверь, — несколько сурово сказала Полина.       Рома скорчил очень недовольное лицо, он собирался сказать что-то, только вот Игорь поспешил весьма негуманными движениями увести парня вниз. Пятифан отчего-то очень разозлился. Катя всё стояла и думала - должна ли она уходить. На одной чаше весов Полина, находящаяся под вполне вероятной угрозой, и её собственной любопытство, а с другой стороны... этика. Всё-таки страхи - это личное дело каждого, и Антон не обязан вскрывать их перед кем-то чужим. — Я не могу, — подавленно сказал парень, опуская голову. — Пока тебе есть чего бояться - они будут пользоваться этим. Лучше, если страшных вещей для нас будет меньше... И вспомни, — он осторожно взяла амулет на его шее, — здесь опасности нет. С ним - тем более.       Антон колебался. Он смотрел прямо на эту чёртову дверь. Оттуда не доносилось страшных звуков, что пугали его ещё пару часов назад, стараясь вырваться наружу.       Полина посмотрела на Катю. Кивнула ей, предлагая подойти ближе. Сейчас Морозовой невероятно сильно хотелось обнять девушку. Обнять, сказать, что с ней теперь точно всё совершенно в порядке... — Рано или поздно ты должен будешь её открыть, — ободряющим тоном сказала Катя, подойдя ближе к Петрову.       Антон, осознав неминуемость этого действие понял, что убегать снова и снова бесполезно. Что-то пора оставить в прошлом. Маленькую девочку, которую он должен был защищать, которую едва успел утащить от когтистых лап и громадных челюстей... Эта девочка выросла. Выросла, и в отличие от него смогла выбраться отсюда. За неё не нужно больше бояться.       Он попытался открыть дверь. Навалился со всей силы, ведь понимал, что наверняка она подсохла, петли заржавели. Дверь не поддалась. Он навалился на ручку во второй раз и снова ничего не вышло. На долю секунды он испугался: вдруг это знак, что не стоит туда лезть. Парень быстро отвёл эти мысли. Сзади стоял его друзья. Они поддержат, помогут. Он никогда не будет один. Он не должен больше никого защищать в одиночку.       На третий раз дверь поддалась.       Его взору открылась совершенно обычная комната, из которой, казалось, вышли только пару минут назад. Настоящее положение дел выдавал только запах старости и видимый слой пыли. Здесь никого не было. Слишком давно никого не было. Успела развалиться целая страна и начать строиться новая, но в этом месте дома время замерло.       Антон подумал, что это место выглядит как памятник тому времени. Их ужасному кошмару. Хотя, скорее не памятник, а кладбище. Место, где была похоронена часть их детства, безвозвратно. — Наверно, мне стало легче, — медленно протянул Антон. — В каком-то смысле... Я больше не боюсь этого места, думаю... я только лишь испытываю грусть, — он умолчал о том, что также чувствует и вину. Парень пока не понял, чем вызвано это чувство и насколько оно обосновано.       Ни Катя, ни Полина не ответили, они осторожно приобняли своего друга. Он повернулся к ним, выдавливая улыбку: — Надо навести уборку здесь. Может, легче станет... начну завтра.       Ему было жутко оставлять дверь открытой, словно оттуда кто-то всё ещё мог выйти. Антон старался не думать об этом. Перед тем как лечь спать он позвонил своей сестре. Он давно не делал это: всему виной новые ужасы, происходящие в этом посёлке, с которыми он снова пытается разобраться. Оля ответила. Она всегда быстро брала трубку, особенно, если звонил старший брат.

***

— Ты думаешь, всё так просто решилось? — скептически спросила Катя, забираясь к Полине на диван. — Нет, — пожала плечами Морозова. — И почему тогда ты так просто... позволила Антону вернуться? Не знаю, как лучше это назвать. Уверена, парни бы не выпускали его ещё неделю. Я, конечно, тоже бы открыла, но... не была настолько спокойна. — Я не спокойна, — возразила Полина, немного уступая Кате место. — Просто... я верю ему. Вряд ли звери умеют доверять кому-то, их поклонение Хозяину построено на страхе, голоде и злости. — Резонно, — кивнула девушка. — Я видела кого-то там кроме Хозяина и Антона. Невысокая фигура, так... то ли сгорбившись, толи наклонившись... — Думаешь, это старуха? — моментально спросила Полина. — Да, — слегка неуверенно ответила Катя, укладываясь поудобнее. — Мы разберёмся, — частицу "мы" Полина выделила как-то по особенному, и это "мы" Катя была готова слушать вечность.