2
3 февраля 2023 г., 01:00
***
— Слушай, никогда не замечал в тебе склонностей к садизму, — хохотнул Хосок, толкнув Тэ под ребра локтем. — Я, вообще-то, тоже, — опершись о капот своей машины, ответил Тэхён. — Тогда чего над парнем издеваешься? — Хоби вопросил в том же тоне с ехидной ухмылкой на губах. А ведь Хосок и сам прошел уже через то состояние, когда в глазах огонь, а в венах расплавленное олово вместо крови. Хоби не раздумывал много после встречи с Юнги, обхаживал того красиво и настырно. Омега немного поломался для проформы, но сдался довольно быстро. В общем, уже спустя месяц они стали парой, а еще через один — провели вместе течку Юнги. Тэхёна же Хосок не понимал совсем. Один только бог знает, что у этого ненормального в голове. Уже даже Хоби понял, что рано или поздно эти двое будут вместе, потому что Чонгук этот странный у Тэ в глазах отражался, а при одном только взгляде на парня (Хоби хоть и проиграл спор, но омегой все равно язык не поворачивался назвать) у друга челюсти ходуном ходили от желания вонзиться зубами в тонкую шею. И это у Ким Тэхёна, всегда безразличного к омежьим чарам, словно иммунитетом каким-то природа его наделила. Который свободно прыгал от одного к другому, не привязываясь, не ограничивая себя метками и прочими условностями. — Хочу, чтобы он сам ко мне пришел, — загадочно улыбаясь, проговорил Тэхён, все еще не отводя взгляда с черноволосого затылка. Чонгук будто чувствовал этот настырный взор, потому что нетерпеливо ерзал задницей по жесткой лавочке и недовольно озирался по сторонам в поисках источника запаха, будоражившего кровь. — Думаешь, придет? — недоверчиво прищурился Хосок. — Уверен, — кивнул Тэхён. Старался он изо всех сил, подтверждая свою уверенность делом. Он настолько серьезно взял Чонгука в оборот, что и сам порой жалел омегу. Тот все еще старательно забивал свой странный, но такой интересный запах, вел себя довольно нагло даже для беты. И да, если бы не этот тонкий аромат, заметный лишь когда Тэхён оказывался совсем уж рядом, парня вполне можно было бы принять даже за юного альфу, которому просто не повезло родиться мелким да тощим. Тот прицельный удар в нос стал уже притчей во языцех среди студентов. И все как один уверяли, что этот бета даст еще жару. Вокруг Чонгука крутилось довольно много народу. Еще бы, красивый, самоуверенный, гоняющий на крутом байке и при этом уверенно занявший лидирующую позицию среди студентов. И только Тэхён видел в нем нежного и притягательного омегу, будто созданного для него. Тэ играл и откровенно наслаждался забавой. То, как Чонгука заметно потряхивало, стоило выпустить феромоны вблизи него, то, как пот начинал струиться по шее, теряясь в горловине футболки, и Гук начинал нервно вытирать его салфеткой, дабы не дай бог запах возбужденного тела не свел на нет все старания по маскировке. С каждым днем альфе самому становилось все сложнее сдерживаться, но предвкушение того стоило. Тэхён будто испытывал на прочность собственный самоконтроль. Интересно, на сколько его хватит, прежде чем он сорвется? — Уж не знаю, на кой ему это нужно, вот только он усиленно продолжает маскироваться под бету, — констатировал Хосок, стоило им усесться за столик у окна в столовой. — Да что тут непонятного, глупенький, — снисходительно проговорил Юнги и посмотрел на своего альфу так, словно тот действительно по умственному развитию задержался в глубоком детстве. А когда Хоби вздернул брови в невысказанном вопросе, пояснил: — Я вот тоже, может, хотел хирургом стать, а не каким-то там психологом, но меня бы даже на порог не пустили. А тут машиностроение. — Думаешь, это все ради учебы? — недоверчиво поинтересовался Хосок, при этом Тэхён, казалось, вообще не слушал их. Он внимательно следил за происходящим на парковке через стеклянную стену. — Что скажешь, Тэ? — бросил Хоби, обратившись к другу, но тот весь напрягся, даже шею вытянул. Вокруг омеги (ЕГО омеги!) собралась нехилая толпа, все о чем-то спорили, отчаянно жестикулировали, смеялись, а Чонгук размахивал руками, смешно морща нос. — Конечно, ради учебы! — поддерживал беседу Юнги. — Представь, что тебе нельзя было бы стать твоим этим специалистом в вопросах искусственного интеллекта или как там правильно, — Юнги поморщился, пытаясь выговорить будущую профессию своего альфы, — только из-за того, что у тебя не гон, а течка. Хосок громко рассмеялся такому пояснению, но тут же отвлекся на Тэхёна, прошипевшего: — Что он удумал? Хоби обернулся и внимательно посмотрел на происходящее за стеклом, а когда Тэ подорвался с места и ринулся к выходу, побежал за ним. — Вот придурок, — рыкнул Ким, замирая рядом с толпой студентов и с ужасом наблюдая, как Чонгук на байке заходит на второй круг, набирая скорость, и вдруг запрыгивает ногами на сиденье, все еще держась обеими руками за руль. Желание прекратить это сумасшествие отчаянно забилось в груди вместе с еще одним, необъяснимым ощущением. Тэхёну трудно было его идентифицировать, но на фоне тревоги за Чона, который уже отпустил руль и начал медленно выпрямляться, удерживая баланс, чувство это казалось противоположным. Такое Тэ испытывал, получая высшие баллы или похвалу от профессоров. — Он точно псих, — выдохнул Хосок, раскрыв рот следя за действиями лжебеты. А тот уже вытянулся во весь рост и расставил руки в стороны, отчего полы распахнутой джинсовой куртки трепал ветер, бьющий в лицо байкеру. — Прибью, — пообещал Тэхён не менее восхищенным, нежели Хоби, голосом, когда Чонгук, заводя мотоцикл на третий круг, наклонился вперед, вновь ухватился за руль и, поставив правую ногу на платформу для крепления багажника позади сиденья, резко поднял байк. Толпа взорвалась восторженными криками и аплодисментами, а у Кима лишь сильнее сжались кулаки да стиснулись зубы до скрипа. Проехав целый круг на заднем колесе, Чонгук опустил мотоцикл, но скорость сбавлять и не собирался. Напротив, набрал еще немного, после чего ловко закинул стройные конечности, устроив задницу на фальшбаке, и расслабленно откинулся назад. Он так бы и выписывал пируэты, если бы, проезжая мимо Тэхёна, не наткнулся на жесткий взгляд. Когда Гук понял, что байк теряет равновесие, было уже поздно что-то делать. Единственное, на что хватило его фантазии, — направить мотоцикл в сторону газона. Перескочив через невысокий бордюр, «сузуки» тяжело повалился на бок, сбрасывая с себя растерянного наездника. Тэхён рванул с места так рьяно, словно только и ждал, что позер таки навернется. Хосок — за ним, да и Юнги не отставал, как, впрочем, и вся остальная толпа. — Убери всех нахрен! — рыкнул Тэхён Хосоку, понимая, что если Чонгук поранился, пока падал, то разоблачения не избежать. Можно «спрятать» запах на теле, но кровь мгновенно выдаст омегу. Тэхён уже чуял этот специфический оттенок кайенского перца, примешанный к нежному запаху лилии. Хоби тут же встал в оборону. Выставив руки вперед, он выпустил феромоны, мгновенно подействовавшие на омег и младших альф, заставив их послушно остановиться. Тэхён воспользовался возможностью, подбежал к уже сидевшему Чонгуку и, схватив парня за руку, дернул наверх. — Шевелись! — прошипел он и потянул в сторону припаркованной машины. — А байк? — Хосок заберет, — процедил сквозь зубы альфа, не поворачиваясь к глупому Гуку, которого хотелось прикончить. Но прежде — убедиться, что тот ничего себе не сломал.***
— Какого черта ты решил выпендриться? — рыкнул Ким, когда автомобиль уже мчался по оживленной трассе по направлению к дому. Его, Тэхёна, дому. — Я не выпендривался, — огрызнулся паршивец, но тут же виновато втянул голову в плечи. Судя по тому, как ходили желваки на скулах старшего, кое-кому стоило заткнуться! До особняка ехали молча. И только злобное сопение Тэхёна нарушало тишину. Даже музыку Тэ не включил, не до того ему было. Все его внимание сосредоточилось на комочке, сжавшемся на пассажирском сиденье. Тэ прислушивался к неровному дыханию, жадно втягивал сладкий аромат лилии, смешанный с острым, дразнящим рецепторы до щекотки. Вот что с этим чертовым омегой не так? Ему бы как Юнги — психологию изучать, ходить по магазинам и салонам красоты, в крайнем случае посиделки с другими омегами устраивать. Но нет же, вечно его задницу куда-то несет! То на факультет машиностроения, то на мотоцикл! — Куда мы едем? — осознав, что они выезжают за город, все же не сдержался Чонгук. Не хватало еще, чтобы этот бешеный альфа завез его в лес, изнасиловал и бросил там. Однако собственное тело предательски полыхнуло возбуждением от этой пошлой мысли. Тэхён лишь фыркнул что-то неразборчиво и сильнее вцепился в руль. Голос омеги, кроткий, даже немного испуганный, произвел вполне определенное впечатление. Хотелось тут же остановить машину и прижать того к себе, успокаивая. Он-то, небось, падая, пересрал до ужаса, а тут еще его затолкали в машину и куда-то везут. Но Тэ решил, что давно пора уже Чонгуку немного обломать рога. Хотя какие там рога? Так, малюсенькие рожки. Загнав машину в гараж, Тэхён заглушил движок и, ничего не говоря, вылез из салона, а когда понял, что омега следовать его примеру не собирается, обошел «мустанг» и распахнул дверцу. — Ну? Чего расселся? — буркнул он, зыркнув на Гука. А тот еще сильнее вжался в спинку сиденья, еще и обеими руками вцепился в ремень безопасности. В общем, вылезать не планировал. — Вот черт! — фыркнул Тэ, заметив на светлой обивке сиденья кровь, что сочилась через дыру на джинсах на бедре Чонгука. Теперь понятно, почему омежий запах буквально просачивался ему под кожу. Тэхён еще раз мысленно похвалил себя за сообразительность. — Вылезай, я сказал! — рявкнул он, стараясь не сильно повышать голос, хотя злость на Чона и его беспечность буквально просилась наружу. Омега, видимо, понял, что с Тэ лучше не шутить, отстегнул ремень, нехотя вылез из салона и послушно потопал за старшим. Чонгука буквально затолкали в огромную комнату с косым потолком, что расположилась под самой крышей. Дверь за ним захлопнулась, еще и замок провернули на два оборота. Видимо, для верности, чтобы он не выбрался. Но Гуку и не хотелось никуда уходить. Приятный аромат альфы, которым пропитался каждый сантиметр помещения, успокаивал. Хотелось остаться здесь надолго или даже навсегда. Хотелось вжаться носом в висевшую на спинке стула рубашку и дышать, пока воздух не начнет застревать в легких. Однако Чонгук сдержался и принялся рассматривать обстановку. Ничего сверхъестественного в комнате он не нашел. Обычное помещение, немного разбросанных вещей, на столе — творческий беспорядок из тетрадей, учебников и письменных принадлежностей. Компьютер, игровая клавиатура и удобное кресло говорили о том, что Тэхён не прочь сразиться в паре битв в какой-нибудь стрелялке, и почему-то Чона это не удивило. Он и не думал, что альфа — приверженец порядка и беспросветной учебы, хотя экономический факультет обязывал в какой-то мере. Сам он львиную долю времени тратил на грызение гранита науки, по крайней мере, именно это входило в его планы на ближайшие несколько месяцев. Как говорится, сначала ты работаешь на имя, потом имя работает на тебя. Да и не интересовали его никогда компьютерные игры, уж лучше поковыряться с железками или отработать какой-нибудь трюк. — Снимай штаны. Строгий голос за спиной заставил Чонгука дернуться и повернуться. Тэхён подошел к столу и со стуком опустил пластиковую коробку с нарисованным на боку красным крестом. — В смысле снимать штаны? — проблеял Чон, понимая, что если до этого момента его и не раскрыли, то вот прямо сейчас вся его конспирация полетит к чертям. — В прямом, — рыкнул альфа. — Или предлагаешь порвать джинсы, чтобы я мог добраться до раны? Нет, мне, в принципе, все равно… — Не надо! — пискнул Чонгук и принялся неловко расстегивать ремень и ширинку онемевшими вмиг пальцами. Он только сейчас понял, что бедро поранено. Видимо, сработал болевой шок, а общая нервозность помешала выделить боль из общей массы нахлынувших чувств. Теперь же пульсация отдавалась по всей ноге. Стащив джинсы, Чонгук попытался одернуть футболку, чтобы прикрыть свои причиндалы, но она оказалась слишком короткой. К тому же рана была достаточно высоко, все равно Тэхёну пришлось бы ее задрать. — Ложись, — альфа кивнул на кровать, и вот тут Чонгук окончательно распрощался со своей учебой. Сейчас чертов Ким коснется его, и омежья сущность взбунтуется окончательно. Чонгук и так едва сдерживал накатывавшее волнами возбуждение. Запах альфы ощущался все сильнее, настолько, что забивал его собственный. Гук даже не осознавал, что он прорвался сквозь блокаторы и расползался вокруг него густым облаком. Зато это чувствовал Тэхён и уже не представлял, что будет делать следующие пару недель, пока не удастся наконец выветрить эту смесь. Однако продолжал упорно настаивать на том, чтобы омега еще и на кровать улегся, подставив бедро его***
Новогоднюю вечеринку решили провести в том самом доме братства, где проходило посвящение. Тем более что Тэхён туда перебрался уже как пару недель, в очередной раз повздорив с отцом и решив, что домой вернется только под руку с омегой, дабы больше не выслушивать нотации и сетования по этому поводу. Папа, правда, поначалу был против, но двое альф достали его своими выбрыками настолько, что Джин вздохнул с облегчением, когда Тэхён вылетел из дома с чемоданом наперевес, из которого в разные стороны торчали не очень аккуратно запакованные шмотки. Хосок долго и громко смеялся до слез из глаз, пока Тэ отвоевывал себе отдельную комнату в доме братства, что оказалось задачей не из легких. В конце концов, первый семестр подходил к своему логическому завершению и места уже давным-давно разобрали. Студенты ютились по двое, а то и по трое в комнатах, куда там одиночку отхватить. Нонсенс! Но для Тэхёна, в общем-то, не существовало ничего невозможного. Его девиз по жизни: трудные заказы выполняем сразу, чуда надо немного подождать. Вот спустя несколько часов уговоров и немного отощавший на пару десятков банкнот кошелек альфа уже раскладывал свои вещи на чердаке, откуда выселил трех особо податливых студентов. Обстановка, правда, была спартанской. Ни тебе большой кровати, ни отдельной ванной. Зато просторное помещение с большими окнами в скошенной крыше, через которые прямо сейчас в комнату глядели огромная луна и мириады звезд, рассыпанные по темно-синему бархату вокруг нее. Снизу уже доносились голоса и громкая музыка. Шутка ли — пара сотен студентов, решивших отпраздновать Новый год. Только вот настроение у Тэхёна оставляло желать лучшего. Всю неделю он срывался на всех, кто попадался под руку. Кроме Чонгука, разумеется. Его он просто избегал, потому как стоило втянуть носом чертов перечный запах, и кровь будто закипала в венах, в ушах начинало шуметь, а слюна катилась градом. Хорошо еще, что в универе начались рождественские каникулы, а потому и утренние поездки в кафе удалось удачно поставить на паузу до лучших времен. Пережить бы гон, а там и дальше можно играть в прятки с Чонгуком, который все так же успешно изображал бету. Тэхён спустился на первый этаж и уже обводил взглядом присутствующих в поисках подходящего объекта на ближайшие три дня, как вдруг все тело будто огнем заполыхало изнутри. Он почувствовал присутствие Чона даже раньше, чем увидел его. Черт! Неужели кроме него никто больше не чует этот острый запах?! Это же просто невозможно! Особенно в доме, набитом до отказа студентами, добрая половина которых являлась альфами (все же факультеты соответствующие). Некоторые парни, конечно, привели свои пары. Да и беты присутствовали. Но Тэхёну от этого легче не становилось. Стоило запаху Чонгука распространиться по помещению, инстинкты взяли свое. Тэ, едва не рыча, бросился к источнику аромата, нетерпеливо расталкивая на ходу присутствующих. Когда же выхватил взглядом из толпы Гука, то замер как вкопанный, пялясь с тупой улыбкой на губах. Таким омегу он не видел еще ни разу. И дело было не только в умело нанесенном макияже и соблазнительно обтягивающих бедра белых джинсах. И даже не в полупрозрачной черной рубашке, сквозь которую отчетливо проглядывали темные ареолы сосков. И даже не в чертовом кожаном чокере, опоясывающем шею. И тем более не в сережках-цепочках, свисавших почти до самых плеч. Нечто изменилось в самом Чонгуке. В его взгляде, в его походке, в том, как он игриво улыбался проходящим мимо него парням, перекидывался с ними парой слов и опускал ресницы, пряча взгляд. Тэхён с трудом подавил приступ, сделав несколько глубоких вдохов, стараясь при этом не зацикливаться на перечно-лилейном аромате, уже настолько сильно ощущавшемся, что голова шла кругом. Подойдя к бару, стараясь при этом оставаться незамеченным Чонгуком, Тэ выхватил у доморощенного бармена-второкурсника бутылку водки и плеснул в стакан. Опрокинул, залпом выпив содержимое, закусил долькой лимона, скривившись от резкого вкуса, и принялся ждать прихода. Алкоголь всегда снижал реакцию на присутствующих омег. Может, и сейчас сработает? Однако становилось только хуже. Ким забился в самый дальний угол со стаканом, наполненным водкой и соком три к одному, в руке и неторопливо потягивал коктейль, наблюдая за Гуком. А тому было очень даже весело. Парнишка выпил «Секс на пляже», «Пина Коладу» и уже допивал «Космополитан». Его заметно вело, но это не мешало выплясывать в толпе таких же, как он. А Тэхён все громче скрежетал зубами, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не взвалить его на плечо и не утащить в свое новое жилище. Благо недалеко. — И долго будешь испытывать собственное терпение? — с усмешкой поинтересовался Хосок. — Я же чую, что ты уже на грани. От тебя несет за километр. — А от него? — прищурился Тэ, глянув на Хоби. — По-прежнему ничего, — покачал головой тот, поведя носом. — Уж не знаю, что за убойные препараты он принимает. Или же действительно бета… — Да какой к черту бета?! — прорычал Тэ. — Посмотри только на него! От него же за версту прет омежьей натурой! Но Хоби лишь пожал плечами. Оглядев уже в который раз Чонгука, он не заметил никакого отличия от того же Бэкхёна, например, — беты с третьего курса, который играл с ним в одной команде. Зато видел Тэхён. Его просто вело от одного вида задницы, плотно обтянутой джинсовой тканью. А уж чокер и вовсе вызывал самые низменные инстинкты. — Ну все! Довольно! — взревел вдруг альфа, подорвался с места и, сунув Хосоку опустевший уже стакан, ломанулся сквозь толпу танцующих. Подобраться к Чону оказалось вовсе не таким простым заданием. Народу набилось столько, что яблоку негде было упасть, а что уж говорить про здоровенного альфу! Зато сработал эффект неожиданности, когда Чонгук развернулся и буквально впечатался в широкую грудь Тэхёна, тут же оглушенный его едким запахом, усилившимся в разы. Ему и прежде с трудом удавалось справляться с собственными инстинктами в присутствии этого альфы, а теперь, когда возбуждающая горечь ощущалась настолько сильно, что туманила разум, Гук едва удержался, чтобы не повиснуть у Тэхёна на шее. Зато Тэ мгновенно распознал состояние омеги по поплывшему взгляду и зрачкам, расширившимся настолько, что практически полностью скрыли радужку, оставив лишь тоненькую бронзовую окантовку. — По-моему, тебе уже хватит, — чуть слышно, но довольно убедительно рыкнул Тэхён, обхватывая Чонгука за талию и дергая на себя, буквально впечатывая бедрами в свои. — А по-моему, я сам вправе решать, что и когда мне хватит, — с вызовом в поплывшем взгляде огрызнулся омега. — Поверь, это ненадолго. С этими словами Тэ подхватил мальчишку и легко забросил его себе на плечо. Уже пьяная толпа даже не заметила похищения, кроме Хосока, одобрительно кивнувшего и крепче прижавшего к себе Юнги.
