Кофе и сигареты

Тебе не нужно никуда бежать

Много на себя брать

Под своё крыло взял тебя

Ведь я могу излечить твою душу

Я могу тебя любую полюбить

Твоя улыбка может обезаружить

В моих объятьях обо всём можешь забыть

      — Тшш, — шепчет мужчина, когда ты со стоном пропускаешь его внутрь себя. Руками опираешься на его торс, чтобы снова приподнять бёдра. То, как он ощущается внутри, сводит тебя с ума. Руки любимого гладят тебя по коленкам, одна нежно ведёт по талии, опускается к месту, где вы соприкасаетесь. Когда ты снова приподнимаешься, касается возбуждённого клитора, заставляя тебя простонать. Ты чувствуешь, как мышцы от наслаждения обхватывают член, заставляя хриплому вздоху вырваться из горла мужчины. Заглядываешь в любимые глаза и снова двигаешь бёдрами, насаживаясь на возбуждённый член. Ладонями проводишь по красивому прессу, наслаждаясь, как мышцы под твоими пальцами перекатываются, — такая хорошая девочка, — почти шепчет, а сердце от этих слов ёкает и ты закусываешь губы, чтобы не застонать. Этот мужчина выучил каждую твою частичку тела, каждое слово, которое подводит тебя до грани, — ты такая молодец, — касается твоей талии, заставляя немного наклониться к нему, чтобы поцеловать в губы. От частых стонов они пересохли, но сейчас это так не важно. Ведь на минуту взяв на себя контроль, воспользовавшись новым углом проникновения, мужчина начал входить в тебя более грубо и сильнее. Выбивая из твоих лёгких воздух окончательно, — так хорошо принимаешь меня, — запрёщенные приёмы, запрёщенные. Нельзя говорить это таким хриплым голосом, заглядывая этими безумными глазами тебе в душу, — такая отзывчивая и такая узкая, — из горла вырывается всхлип, от слов и от действий его рук, ты снова поднимаешься над ним и он пальцами сжимает твою грудь, слегка сжимая между ними возбужденные соски. Блять, — ты всё та же, как и в первый раз. Я так люблю свою маленькую девочку, — дыхание захватывает от его слов, а ритм, с которым ты двигалась, сбивается. Чувствуешь, что ещё вот-вот и тебя снесет лавиной от всех этих слов, движений пальцев, толчков, заставляющих закрыть глаза от наслаждения, — хочешь кончить, милая? — произносит он, делая более сильный толчок внутри тебя, заставляя лишь закивать головой, как болванчик, потому что голос подводит. Облизываешь губы, наблюдая, как темнеют его глаза, становятся темнее, чем они вообще могут быть, — попроси. Ты же умная девочка, знаешь, как, — он изводит, доводит тебя своими словами. Позволяет наслаждаться его хриплым голосом, окутывает похвалой, которой тебе так не хватает периодически. Рядом с ним ты ощущаешь его маленькой девочкой, которой лишь за одно слово могут подарить замок со слугами. Но в данный момент тебе могут дать раствориться в самом лучшем чувстве.       — Можно мне, — ты всё ещё не можешь привыкнуть к тому, что все эти разговоры нравятся тебе. Вы узнали об этом случайно. Когда любимый лишь похвалил тебя во время очередного занятия любовью, о том, что ты так хорошо сжимаешь его внутри себя в преддверии оргазма. Тогда ты кончила с криком, а сам оргазм был безумно ярким и сильным. Кинк на похвалу и грязные словечки, не переходящие грань — вот что тебе оказывается нравится. Любимый давал тебе это, когда ты просила об этом, но вот в такие моменты, когда он начинал это делать без твоей просьбы, просто замечая твоё состояние, заставляло сердце замирать от количества любви к этому человеку, — можно мне кончить?       — Для тебя всё что угодно, моя девочка, — ты вскрикнула, когда тебя резко перевернули на спину, склоняясь над тобой. Толчки стали более резкими и сильными и ты, чтобы хоть немного остаться в сознании, схватилась за ткань простыни, сжимая её с силой пальцами, — твой начальник всё ещё достает тебя? — от резкого изменения темы ты даже и не поняла, о чём говорит любимый.       — Тебе сейчас так обязательно послушать о нем? — ты задохнулась воздухом, когда палец мужчины лёг на твой клитор, вырисовывая замысловатые круги.       — А может я ревную? — любимый накрыл горячими губами кожу груди, слегка посасывая, заставляя тебя простонать.       — Ты же знаешь, мне никто не нужен кроме тебя. А он периодически ведёт себя как мудак, только треплет мне нервы, — вскрик вырвался из горла, когда по ягодице несильно, но неожиданно, ударили ладонью. Блять.       — Напомни, чья ты, милая? — он склоняется над твоим лицом, заглядывая почти чёрными глазами в самую душу. Толчки мужчины доводят тебя до безумства.       — Твоя. Только твоя, — ты стонешь, когда ощущаешь чуть более сильные движения его пальцев на клиторе и то, как резко он входит в тебя. Перед глазами пляшут белые пятна от того, что ты с силой зажмурилась и, громко простонав, кончила. Грудь ходит ходуном, облизываешь пересохшие губы, стараясь прийти в себя.       — Моя хорошая девочка, — чувствуешь, как любимый касается твоей щеки, медленно гладя тебя. Шепчет тебе на ухо, заставляя воздух покинуть лёгкие, — ты так хорошо сжимаешь меня, что я готов вот-вот кончить, — он снова двигается внутри тебя, заставляя всхлипнуть, всё ещё отходя от пережитого оргазма. Нежно проводит носом по шее, слегка прикусывая кожу. Чуть шире разводит твои бёдра, его большой палец вырисовывает рисунки на тазовой косточке. Сильнее толкается в тебя, вызывая из горла новый всхлип, ты чувствуешь, что все мышцы снова начинают сильнее сжимать его член, — вот так, — чувствуя твой приближающейся оргазм, произносит мужчина. Ты закусываешь губы, в преддверии ещё одного освобождения, — кончишь вместе со мной, милая? — вырывает из твоего горла новый стон, сильнее толкаясь в тебя.       — Да, папочка, — шепчешь ты, чувствуя лёгкое прикосновение к клитору, которое заставляет всё твое тело сжаться, вырывая при этом хриплый стон из горла мужчины. Толчки сильные и размашистые, и ты чувствуешь, как он, шепча твоё имя в основание шеи, кончает.

Тебя не вытравить из моей головы

Ты въелась в кровь, как будто самый дешёвый дым

Ты, моя девочка, красивей всяких фотографий

Насилуй мою душу, не закапай кафель

      — Он знает про нас. Я переживаю, что он может добраться до тебя, — произнесла ты. Вы с любимым сидели на кухне, ты пила чай, подогнув одну ногу, сидя на стуле. Мужчина хмыкнул, оторвался от кухонного стола и подошёл к тебе, садясь на корточки перед тобой, заглядывая в глаза.       — Лиз, я уже тебе сказал. Ты важнее, — он легонько коснулся твоей ноги, погладив, — я не боюсь этого человека. Мне будет намного спокойнее, если ты будешь рядом со мной. Я до сих пор не могу понять, почему твоё начальство подвергает тебя опасности.       — Ты же знаешь, это же требование…       — И сколько вы ещё будете ходить на его поводу? Если завтра он потребует прыгнуть с крыши? Ты спрыгнешь? — ты оставила чашку с чаем на стол.       — Если это спасет жизни других, да, — рука, лежащая на твоей ноге дрогнула, сильно сжимая кожу.       — Глупая дурочка, — он положил тебе на колени голову и ты зарылась пальцами в его волосы, перебирая их, — ты не представляешь о чём говоришь, — от его обречённого голоса к горлу подступили слёзы, — я не могу тебя потерять, любимая, — ты наклонилась ближе к своему мужчине, стараясь обнять его.       — Ты меня не потеряешь, — ты поцеловала его в волосы, стараясь сдержать слёзы, — я тебя никогда не покину. Только не я, — прошептала ты, пытаясь сделать хоть маленький вздох, — мы почти нашли его. Последнее убийство было более спонтанным чем ранее, спецы говорят, что он нервничает, значит понимает, что времени у него осталось мало.       — Но опасность твоей жизни всё ещё существует, — мужчина снова провёл ладонью по твоей ноге, вызывая смешок от щекотки. Одна лишь футболка на твоём теле, которая была длинновата, скрывала за собой обнажённое тело до ягодиц.       — Я буду аккуратна. Честно. Ты можешь не переживать, — ты провела рукой по волосам любимого. Он кивнул, показывая, что верит твоим словам и принимает их, — пойдем спать. Мне завтра предстоит тяжёлый день.       — Напомни, почему я ещё не поговорил с твоим начальством? — мужчина подхватил тебя на руки, по пути выключая на кухне свет, понёс в спальню.       — Потому что ты доверяешь мне, — ты пожала плечами, когда тебя положили на кровать, — и я не хочу, чтобы по отделению пошли слухи, они сейчас совсем не нужны, — на лице расцвела улыбка, замечая, как мужчина сбрасывает с себя домашнюю одежду, чтобы присоединиться к тебе в кровати. Ты откинула одеяло и залезла под него, ожидая, когда матрас прогнется под весом любимого и он ляжет рядом, чтобы ты смогла положить голову ему на грудь.       — Я тебя очень люблю и переживаю, — мужчина лёг рядом с тобой, притягивая тебя к себе, зарываясь в волосы пальцами, невесомо целуя тебя в макушку. Ты слушала, как быстро стучит его сердце у тебя под ухом. Этот человек для тебя всё в этой жизни, точно так же, как и ты для него.       — И я тебя люблю. Всё будет хорошо, — ты поцеловала оголённую грудь любимого, удобнее устраиваясь рядом, перекидывая ногу через него, обнимая его за талию. Ты слушала его биение сердца, с улыбкой вспоминая, как этот прекрасный человек ворвался в твою жизнь.       Вы познакомились с любимым во время твоего обучения в университете. Но история ваших отношений, как пары, началась писаться чуть позже, после твоего окончания, ведь до этого вам пришлось пройти долгий путь. Да, было нелегко. Вы оба были сложными людьми, но пройдя через все ситуации, проработав все свои травмы и ошибки, менялись ради друг друга, становясь лучше.       Ему было сложно впускать тебя в свою жизнь, слишком много раз предавали и бросали. Он не любил рассказывать о прошлом, которое было до тебя. Но ради тебя любимый начал меняться, потихоньку рассказывая о своём прошлом, позволяя тебе помочь ему проработать все давние травмы. Вечно холодный и сдержанный мужчина стал быть более приветливым, услышав как-то его смех, когда решила заехать к нему на работу, сердце забилось от радости, ведь это ты, твоя любовь стала причиной этих изменений.       Во время твоего обучения он поддерживал тебя, помогая советами по некоторым вопросам, которые ты не понимала. Ваши отношения поначалу были сугубо платоническими, тебе нравилось осознавать то, что это была душевная связь, более крепкая, чем физические контакты. А потом ты поняла, что тебя к этому мужчине тянет и физически, осознание этого немного испугало тебя. Да, были поцелуи в щёку при встрече, легкие касания рук во время прогулок, но тебе захотелось иного. Ты понимала, что он, старше тебя на несколько лет мужчина, у которого, естественно были женщины. Ты боялась оплошать, а ещё было страшнее это сказать ему.       Сердце до сих пор делает кульбит, когда ты вспоминаешь ваш тогдашний разговор. На тебя не хотели давить ни коим случаем, ожидали, когда ты будешь сама к этому готова, а не чтобы ты шла на поводу каких-то рамок, которые впихнули в ваш социум, что отношения — это равно секс. Тогда ты еле сдерживала слезы, осознавая, какой же чуткий человек находится рядом с тобой. Ты в ответ на его слова лишь подошла к нему и крепко обняла, прошептав, что это исключительно твоё желание, а не потому, что ты смотришь на своих подружек, которые меняют парней каждую неделю.       Тебя крепко обняли в ответ, целуя в макушку, разница в росте была достаточно заметной, но для вас это не было проблемой. Ваши отношения были самым комфортным, насколько они могли быть в вашем мире. Любимый показывал тебе, как это без опаски принимать комплименты, да, школьные времена из-за буллинга о внешности были тем ещё испытанием, показывал, как правильно любить себя. Он окружил тебя той заботой и любовью, которую когда-то так хотел получить от покойных родителей, но не смог.       Ты любила этого человека всеми фибрами своей души. Ты отдала этому человеку всю себя, как и сердце, так и тело с душой. Он был единственным обладателем всего этого добра, а ты, аккуратно, как тебя учили ранее, держала в руках его сердце, стараясь укутать как можно теплее своей любовью этот орган. С начала ваших отношений прошло уже два года, а ты всё так же не можешь поверить в то, что этот такой прекрасный, но когда-то сломанный, человек рядом с тобой, и он любит и оберегает тебя. Наверное, единение душ всё же существует.

***

Who do you want babe

You fight

You hope

You hide

Who do you want babe

      Просыпаешься оттого, что тебя невесомо целуют в висок, легонько прижимая к себе. Улыбка расцветает на твоём лице, открываешь глаза, встречаясь с таким любимым цветом глаз.       — Доброе утро, — голос после сна ещё немного хрипловат, — давно проснулся? — мужчина зарывается пальцами в твои волосы, приближая твоё лицо к своему.       — У меня было достаточно времени, чтобы полюбоваться тобой, — его губы легонько касаются твоих в приветственном поцелуе. Чувствуешь, как любимый нежно гладит тебя по обнаженной ноге, слегка задирая ткань футболки, в которой ты спала. Приятная нега распространяется по телу, разжигая внизу живота желание. Тихонько всхлипываешь в губы мужчины, прижимаешься ближе к его горячему телу, — что-то случилось, дорогая? — со смешком спрашивает любимый, позволяя перекинуть через него ногу, устраиваясь сверху.       — Не знаю даже, — поудобнее устраиваешься на нём, наблюдая, как темнеют глаза напротив. Он обхватывает руками твои ноги, нежно гладит по коже. Нависаешь над ним, опираясь на руки по обе стороны от его лица. Ткань твоей домашней футболки задирается до талии, полностью оголяя ягодицы. Руки мужчины поглаживают обнажённую кожу, опускаются на внутреннюю сторону бёдер, периодически, словно невзначай, касаясь уже возбужденного клитора, пальцы проходятся по влажным складочкам, вырывая из твоего горла всхлипы. Ты поддаёшься бёдрами назад, чтобы получить ещё больше прикосновений. Тебе сейчас так хорошо, что ты закрываешь глаза, закусывая губу, наслаждаясь этими ласками.       — Сними футболку, — чуть хрипловато шепчет мужчина, а ты открываешь глаза и, смотря в застеленные дымкой похоти глаза, отсаживаешься чуть дальше, сбрасывая с себя единственный элемент гардероба, который был на тебе. Его восхищённый взгляд никогда не надоест тебе, наоборот, он с каждым днём вселяет в тебя всё больше уверенности и силы.       — Какие-то ещё пожелания? — улыбаешься, сидя у него в коленях, наблюдая, как тяжело вздымается грудь мужчины, а почти чёрные глаза осматривают твою наготу. Смешок вырывается из горла, когда мужчина на секунду чертыхнувшись, прикрывает глаза, чтобы взять себя в руки. Чтобы довести его ещё больше до сумасшествия, нежно касаешься ткани боксеров, накрывая ладонью его возбуждение. Тебе нравится, когда ты слышишь хриплый стон, и решаешь продолжить свое исследование. Поддеваешь пальцами ткань и тянешь её вниз, к коленям, оголяя уже возбуждённый член. Слегка облизнув ладонь, медленно проводишь по возбуждённой плоти. Несколько раз проводишь ею по всей длине, ощущая, как член, благодаря твоим манипуляциям, твердеет. Заглядываешь в глаза мужчине, наслаждаясь эмоциями на его лице, перед тем как языком провести по стоящему члену.       — Блять, — долетает до тебя, когда ты обхватываешь губами его член, впуская внутрь. Проводишь языком по всем выступающим венкам, когда чувствуешь, как рука мужчины зарывается в твои волосы, стараясь то-ли оттолкнуть тебя, то-ли притянуть ближе. Ты делаешь глубокий вдох, расслабляясь, чтобы пропустить его чуть дальше в себя. На несколько минут ты оторвалась от мужчины, выпуская член изо рта, чтобы сделать вдох и снова впустить его в себя, слегка посасывая. В какой-то момент ты услышала, как любимый хрипло простонал, чуть сильнее сжимая твои волосы в ладони, тянет их назад, шепча, — солнышко, остановись, — ты удивленно посмотрела на мужчину, — иди сюда, — рука в волосах слегка потянула за них, вызывая из твоего горла всхлип. Ты нависла над мужчиной, перед тем, как он втянул тебя в безумный поцелуй, перекатывая тебя на спину, оказываясь сверху над тобой. Перед тем, как начать осыпать шею и ключицы поцелуями, проговорил, — ещё немного и я бы кончил. Ты даже не представляешь, что со мной делаешь.       — Догадываюсь, — шепчешь ты, наслаждаясь ласками мужских рук. Из горла вырывается вздох, когда любимый губами обхватывает возбуждённый сосок, слегка прикусывая его. Рука ведёт по твоему телу вниз, медленно поглаживает впалый живот, пальцы накрывают клитор, медленно выводят на нём круги. Чуть шире раздвигаешь ноги, чтобы дать мужчине больше доступа к твоему телу. Тихонько стонешь, когда он на несколько секунд отвлекается от твоего клитора и касается входа, — пожалуйста, — уже чуть не умоляешь любимого, двигаешь бедрами, чтобы хоть как-то унять волну желания, — хватит меня мучить, — стон вырывается из горла, когда на мгновение один палец мужчины входит в тебя, медленно двигаясь внутри.       — И что же хочет моя любимая девочка? — любимый склоняется над твоим лицом, продолжая ласкать твоё тело, чуть ли не вдыхает стоны, вырывающиеся из твоего рта, — пальцы, язык, — он снова касается возбуждённого клитора, отчего спина выгибается, — или, может, член?       — Член, — тихонько вздыхаешь, когда пальцы любимого снова проникают внутрь, медленно двигаются, доводят до безумства. Зарываешься в волосы мужчины, приближая его лицо к своему, чтобы втянуть в медленный поцелуй, который не хуже мужских ласк подводит тебя до грани, заставляет тело пылать. Любимый отрывается от твоих губ, слегка улыбается, смотря в глаза.       — Вот так, — шепчет мужчина, переворачивая тебя на живот, приподнимая бёдра вверх. Поза настолько развратная, что дыхание захватывает, а уши заставляет краснеть. Ты понимаешь, что ему видно всё-всё, — очень красивый вид, — произносит он, а ты стонешь в матрас, когда горячий язык проводит по возбужденной плоти, а два пальца проникают внутрь, — ты у меня такая вкусная, — его дыхание всё ещё опаляет твою промежность, он снова проводит языком по ней, слизывая твоё возбуждение, — так хорошо сжимаешь мои пальцы, — снова двигает ими внутри, — интересно, мой член ты будешь сжимать также? — язык снова проходится по промежности, касаясь клитора, а пальцы покидают твое тело.       — Да, папочка, — стонешь ты, стоит мужчине провести членом по складочкам, собирая возбуждение и толкнуться внутрь. От проникновения перед глазами плывет, и ты, сжимая в руках ткань подушки, понимаешь, что только что кончила. Блять.       — Какая у меня послушная девочка, — шепчет, почти хрипит мужчина, склоняясь над тобой, целуя тебя в район лопаток, делает ещё один толчок. Поцелуи опаляют кожу спины, губы любимого касаются плеча, на котором россыпью чёрной краски парят птицы, уже начинаешь ненавидеть их. Ты слегка дёргаешь им, на что слышишь хриплый рык. Мужские руки запутываются в твоих волосах, тянут несильно на себя, заставляя выгнуть спину, — не смей, — злобно шипит мужчина, его толчки становятся более глубокими и сильными, — не, — ещё один сильный толчок, — смей, — от силы, с которой он входит захватывает дыхание, — себя, — скорее всего ты бы уже упала, но его рука перехватывает тебя за талию, почти обездвиживая, — в этом винить, — ты лишь хватаешь воздух, задыхаясь от всех этих ощущений. Он касается клитора, проводя несколько раз по нему, вместе с сильными и размашистыми толчками доводит тебя до безумства. Ты уже сама двигаешь бёдрами навстречу его движениям, когда одной рукой он касается твоего лица, поворачивает лицо к себе, накрывая твои губы своими. За пару толчков доводит и себя до освобождения, слегка кусая тебя за нижнюю губу. Отрывается от твоих губ, снова заглядывает тебе в глаза, ища хоть каплю недовольства или дискомфорта, но не найдя этого, улыбается, гладит тебя по щеке, — доброе утро, моя любимая невеста, — шепчет он, на что на твоем лице расцветает улыбка.       — Доброе утро, мой любимый жених, — он сделал тебе предложение три месяца назад. Три месяца назад ты собиралась поделиться этой радостной новостью с родными и близкими. Но уже как эти грёбаных три месяца тебе приходится это скрывать, ради всеобщей безопасности. Когда же это закончится.

***

«Ты где?» «В управление только приехала»

      Ты, отослав смс, бросила телефон в карман худи, сделав ещё одну затяжку, выдохнула дым из лёгких. Перед работой ты решила съездить на место последнего преступления, осмотреть его ещё раз, вдруг вы что-то упустили. К сожалению, сильный дождь, который вчера лил почти всю ночь, смыл все следы, что безумно расстраивало.       — Так-так, а кто это у нас курит? — произнес мужской голос, во время того, как из твоих рук вырвали сигарету. Ты злобно посмотрела на мужчину.       — Иван Францевич, — прошипела ты, — отдайте.       — Курение вредно, мелкая, — сигарета была выброшена в урну. Мужчина поправил манжеты на чёрном пиджаке, подошёл снова к тебе, — что же говорит твой мужчина на эту твою вредную привычку?       — Я пообещала ему, что брошу, как закрою это дело. У меня сдают нервы, окей? Мне нужно приводить мозг в порядок, иначе я сойду с ума. Лица этих девочек до сих пор у меня перед глазами, — честно призналась ты, — если бы не я, они могли бы быть живы.       — Демичева, — Бриллинг схватил тебя за локоть, разворачивая тебя лицом к себе, — сколько тебе повторять? Не смей винить себя в этом. Ты в этом не виновата, он бы нашел и другой способ оправдать свои преступления. Ты лишь предлог, — он всё ещё сжимал тебя за локоть, смотрел тебе в глаза, ожидая ответа.       — Я просто уже не могу. Я понимаю, но с каждым днём мне становится хуже, — как же хотелось утонуть в этих глазах, ты никогда не замечала насколько сильно они были насыщены серым цветом.       — Осталось немного. Опера сейчас как раз прочесывают местность, приближённую к парку. Шпагин сказал, что есть и результаты по видео с камер наблюдения на трассе. Не вешай нос, мелкая. Мы скоро этого гада поймаем, — ты лишь улыбнулась, пожав плечами.       — Верю, Иван Францевич, — мужчина издал недовольный вздох.       — Ну сколько раз я просил называть меня по имени и на ты?       — Вы мой начальник, не могу. Простите, — ответила ты, на что Бриллинг лишь закатил глаза.       — Ладно, иди, недоразумение моё. Шпагин тебя искал, — он отпустил твой локоть и ты, кивнув, пошла в здание управления.

***

      — Ну, и какие у нас новости? — спросила ты, садясь на стул рядом со столом Лёши. Он надел на глаза очки, посмотрел на тебя, тяжело вздохнув, — что такое?       — Спецы проверили камеры наблюдения на трассе, которая ведет в парку…       — И?       — Пять машин сотрудников нашего управления там проезжало. В том числе наш Влад, — ты удивленно посмотрела на Лешу.       — Этому скорее всего есть объяснение. Ты же не думаешь, что это он? — не хотелось верить в то, что именно ваш друг является убийцей. Лёша откинулся на спинку стула.       — Мы сообщили всё Бриллингу, он дал указание проверить всех этих людей.       — Он мне утром об этом ничего не сказал, лишь то, что ты меня ищешь, — наверное, как-то обиженно прозвучало. Иван же мог сказать об этом тебе утром, но не сделал этого.       — А когда это вы уже успели увидеться? — с улыбкой на губах спросил Лёша.       — В курилке меня подкараулил, — ты пожала плечами, — выслушала лекцию о вреде курения.       — Ну хоть кто-то тебе сказал об этом прямо, — ты посмотрела на Лёшу взглядом «ты сейчас серьёзно?», — а за информацию, мы решили, что я тебе это скажу.       — Вы когда успели спеться, а? — удивлению не было границ.       — Когда опасность подошла к тебе слишком близко, — серьёзно ответил Лёша, в его голосе больше не звучало веселье.       — Я не знаю, что и сказать. С одной стороны, я даже рада, что вы спелись, но то, что причина этого серийный маньяк меня вообще не радует.       — Мы спелись лишь потому, что ты дорога нам. И, — Лёша вздохнул, — я в это очень сильно верю, ты наконец-то поймешь, что дорога Бриллингу точно так же, как и мне, как и Владу, — ты закусила губу, обдумывая слова друга, — и, зная вашу историю, мне кажется, что ты ему небезразлична.       — Лёш…       — Да, я знаю. Он тоже знает. Иван не хочет рушить твоё счастье, поэтому всё, что ему остается, это заботиться о тебе на расстоянии.       — Это он тебе сказал? — спросила ты, закусив губу.       — Лиз, я не слепой. Это видно.       — И многие видят?       — Только те, кто хорошо знает вас обоих.       — Спасибо, успокоил, — ну хоть не будешь так сильно переживать за Бриллинга, — кофе хочешь?       — Решила уйти с темы? — Лёша улыбнулся на твой кивок, — да, давай, — ты встала с кресла и направилась к выходу из кабинета.       — Я скоро, не скучай.       Ты обдумывала слова Лёши, стоя рядом с кофемашиной, которая находилась в холле управления, ожидая, пока живительный напиток будет готов. Да, ты знала, что нравишься Бриллингу ещё с университета, но старалась делать вид, что не замечаешь этого, думая, что так будет лучше для вас обоих. Шум, издаваемый вокруг, отвлёк тебя от раздумий.       — Говорят Влада нашего арестовали, — пронесся шепот от одного из сотрудников, который говорил это напарнику. Рука, в которой ты держала кофе, дрогнула, но ты смогла обуздать дрожь и, поставив чашку на стол, направилась к кабинету Лёши.       — Лёш, — ты залетаешь в кабинет друга. Он сидит за столом, устало трёт глаза, — это… — тебе даже тяжело это произносить, — это правда?       — Его задержали до выяснения обстоятельств, — обречённо произнёс мужчина. Они с Владом дружили со времен полицейской академии, и ты представить не могла, что он сейчас ощущает. Его лучшего друга задержали по обвинению в убийствах, — это приказ Ивана.       — И он не обсуждается, — ты обречённо рухнула на стоящий рядом со столом Лёши стул. Послышался стук в дверь, и вы вместе с другом обернулись на него. В кабинет зашел один из сержантов, сидящих на дежурстве.        — Прошу прощения, майор Шпагин, — пробормотал парень, — но у нас убийство, — отчего-то плечо снова зачесалось. Ты безумно хотела, чтобы сейчас это была какая-то бытовая драка алкоголиков, выросшая в поножовщину, а не то, что снова выбьет тебя из колеи.