Мрачное сердце

Главный штаб Легиона Разведки. Кабинет Ханджи Зое

Женщина сидела на своем привычном месте, разбирая документы и подписывая важные из них. Ханджи стала командиром Разведки более 3-х лет назад, но все так же не выносит собрания и поездки в столицу, ибо все это морока, не имеющая смысла. Ей было бы намного легче, если бы Леви взял на себя большую часть документов, однако сейчас он занят перевоспитанием Микасы и не может тратить «счастливые» часы на эти бумаги. По крайней мере, так думала Ханджи. Женщина знала своего товарища, как свои пять пальцев, а потому была уверена — Аккерман сейчас не отдыхает, а морально истощает себя. Из глубоких размышлений женщину вывел стук в дверь. — Войдите, — Ханджи сложила бумаги в одну стопку. — Вы посылали за нами? , — Армин и Райнер зашли в кабинет, садясь напротив женщины. — Да, — Зое села удобнее, — сегодня вечером пришло письмо из дворца… Эрен пропал.

Утро. Полигон Легиона. Стадион

Сегодня Микаса повысила число кругов до 400. После инцидента девушка пыталась избегать Леви, даже на завтрак не пошла лишь бы не пересекаться с ним. Почему то ей было стыдно за свой подарок, за благодарность и навязчивость. Микаса, если дело не доходило до Эрена, всегда держала себя в руках, стараясь подавить сострадание и жалость, ибо поддавшись им солдат подписывает договор со смертью. Но сейчас, когда Эрен находится очень далеко, девушка ощущает внутри себя зарождение чувств, не присущие ее характеру. Сильный удар прошелся прямо по голове манекена, а затем еще один и еще. Капельки пота падали на землю, кровь приливала к мозгу, приводя мысли азиатки в рациональное мышление. — Не проиграю, — говорила она, ударяя беспомощный манекен, — не проиграю… Тем временем за этой «борьбой», из окна столовой, наблюдал капитан Леви. Только сейчас он заметил множество шрамов на теле юной девушки, один из которых ему удалось потрогать. Мужчина корит себя за мгновенную слабость, но, несмотря на это, принял факт того, что Микаса начала доверять ему, а это значит, что восстановление душевного здоровья в скором времени подойдет к концу. Решив доложить о своих успехах Ханджи, капитан направился в свой кабинет, но топот копыт на улице остановил его на половине пути. Армин и Райнер остановились на стадионе, точнее почти рядом с Микасой. Глаза юношей были поникшие, и девушка, конечно же, сразу заметила это. — Давно не виделись, выглядишь куда лучше, — Армин пытался скрыть свою тревогу за маской радости, — вы с капитаном пока не убили друг друга? — Пока что нет, — Микаса обняла друга, — а зачем вы здесь? Что-то случилось? — Ханджи попросила нас одолжить у тебя капитана на какое то время, — Райнер прошел мимо азиатки и направился в сторону входа. Девушка покосилась на него, хмурясь. Они явно что то скрывали. Капитан Леви встретил гостей у входа в конюшни. Мужчина уже был одет в солдатскую форму, наличие которой очень удивила Микасу, ведь по утрам капитан всегда пропадал в своем кабинете, выходя из него только под вечер. Райнер подошел к мужчине, передавая тому сверток бумаги. Девушка напряглась, но сильная рука Армина на мгновение успокоила нарастающую злость. — Аккерман, ты остаешься здесь, — Леви быстрым движением оказался на лошади, — уберись, пока меня не будет. Я все проверю, учти. — Что то случилось? , — Микаса остановила лошадь за вожжи, — что то с Эреном? Успокойся, — мужчина взял подчиненную за плечо, — ты узнаешь, но позже. Азиатка покраснела, уткнувшись в шарф. Тревога, смешенная со злостью, начала нарастать, но несмотря на это, Микасе ничего не оставалось — лишь ждать возвращения капитана.

Столица. Дворец королевы Хистории

Девушка не находила себе место, читая строчки из письма, который оставил Эрен. Несмотря на разницу в их статусе, Хистория любила юношу, желая бросить все королевские обязанности и убежать с Йегером. Однако Эрен исчез вскоре после отъезда Микасы, оставив девушке лишь письмо. Этот грязный обрывок бумаги. В дверь постучали. Хистория вытерла глаза от слез, выкинув негромкое «входите». Ханджи, Жан, Леви, Конни и Райнер стояли перед рабочим местом королевы, не решаясь входить. Однако Ханджи взяла себя в руки и наконец то села напротив девушки, смотря на нее хмурым взглядом. — Микаса не с вами? , — Хистория оглядела своих товарищей. — Мы подумали, что ей необязательно пока знать о Эрене, — Жан прикусил губу, — она только начала приходить в себя. — Да, конечно, — королева улыбнулась, — очень рада за нее. Воцарилось молчание, пока Ханджи не заметила сверток бумаги на пустом столе ее величества. Женщина вопросительно посмотрела на Хисторию. — Я нашла это письмо под моей дверью рано утром, — девушка громко выдохнула, — одна часть посвящена мне, а другая Микасе. Передайте ей, пожалуйста. — Эрен не вел себя странно? Может говорил о каком то месте или желал сбежать с острова, — Леви отобрал сверток у Ханджи. — Ничего такого, он всегда был бодр и весел, — Хистория сжала юбку платья, — сама не знаю что на него нашло. Леви сел на свое место. И все же Эрен не изменился, остался таким же юнцом, который даже нормально попрощаться не может. А как отреагирует Микаса? Ведь Йегер был для нее всем, она ценила его больше всех остальных. Сможет ли Леви спасти ее на этот раз? Или же душа юной девушки все же обречена?

Вечер. Полигон Легиона Разведки

Отмыв все этажи, полки, мебель, стены и даже подвал — Микаса решила присесть перед кабинетом капитана Леви. Сил совсем не оставалось, зато вся тревога улетучилась, а время прошло очень быстро, что очень радовало азиатку. Убрав с лица челку, девушка открыла дверь. В нос ударил запах свежести и того самого чая, а это значит, что мужчина уже успел попробовать его. Девушка немного засмущалась, благо никто не мог видеть ее красные щеки, а потому Микаса продолжила уборку. Старые книги, набор хорошего мыла, пачки с чаем и куча бумаги — все это наводило мысли об одиночестве, жертвой которого капитану пришлось стать. Девушка читала о том, как Леви тяжело оставаться одному в кромешной тьме, он как будто оставался наедине со своими мертвыми товарищами. — Понимаю вас, сэр… — сказала Микаса вслух, когда взяла упавшую книгу, в которой лежал портрет его бывшего отряда, — мне тоже страшно оставаться одной… — И все же советую тебе провериться, — внезапный грубый голос послышался прямо над головой. Микаса резко вскочила с места, тем самым книга падает на пол. Леви хмуро смотрит ей в глаза, а после наклоняется и кладет вещь на среднюю полку. Девушка сжимала штаны, ногти врезались в ее ладони, но боли не было, было лишь чувство стыда. Мужчина осмотрелся, подметив про себя, что Микаса знает толк в уборке, хотя раньше даже пыль нормально не могла вытереть. — Извините, я хотела прибраться, — азиатка отдала честь, — у меня не было в мыслях трогать ваши… — Заткнись, Аккерман, голова раскалывается, — Леви сел на свой кожаный диван, — как же достало… — Я тогда пойду. Не буду мешать, — но как только девушка хотела выйти, мужчина схватил ту за руку и приказал сесть рядом с ним. Он протянул тот самый сверток бумаги Микасе. Она взяла его, но раскрывать не спешила, так как в глубине души подозревала, что это письмо написал Эрен. Леви покорно ждал, всматриваясь в серые глаза девушки, которые при свете свечи обретали некую загадочность. Набравшись смелости, Аккерман все же развернула письмо и начала бегать по строчкам, а вскоре по щеке скатилась горячая слеза. «Надеюсь, что мой побег никак не отразиться на твоем моральном состоянии, однако я тебя знаю, все равно начнешь переживать. Микаса, я не буду жалеть об этом выборе. Моя душа всегда хотела быть свободной, поэтому мне необходимо уехать в другие страны, посмотреть на других людей… Когда-нибудь мы обязательно встретимся, а пока живи и будь счастлива.» Неожиданно для Леви, Микаса улыбнулась, развязывая на своей шее шарф. Красная ткань упала на диван, а девушка лишь выдохнула полной грудью, как будто с ее плеч упал огромный камень. — Я знала, что Эрен сбежит, ведь его путь всегда лежал вне острова, — азиатка прикусила нижнюю губу, — теперь я готова отпустить его. Леви не посмел ответить, лишь вглядывался в холодные глаза подчиненной, стараясь отыскать в них нечто драгоценное. За окном давно начался проливной дождь, а комната наполнилось запахом шампуня, которым пахли волосы Микасы. Капитан осознавал, что стена девушки начала трескаться, а за ней и маска хладнокровного воина. Теперь перед ним сидела не Микаса Аккерман — сильнейший солдат, а Микаса Аккерман — обычный человек, с поломанной душой. Поддавшись порыву слабости, или все же понимания, Леви прижал к своему мощному телу девушку, плечи которой безжалостно тряслись от холода. — Сэр, что вы… — мужчина прижал подчиненную еще ближе, что очень сильно смущало Микасу. — Замолчи хоть раз в жизни, Аккерман, — Леви вдохнул запах ее волос, — теперь я вижу настоящую тебя… Несмотря на неожиданную близость, Микаса почувствовала подступающие слезы, которые она не успела выплакать, которые она держала в себе на протяжении долгого времени. Ее тихие всхлипы возбуждали в Леви желание защитить и оберегать. Через несколько минут мужчина все же отпустил девушку, немного опешив от своих действий. Ему казалось, что Микаса сейчас накричит на него, а может даже и ударит, но азиатка лишь старательно вытирала свое лицо от слез, стараясь не смотреть на своего капитана. — Извините, сэр, я пойду, — вновь этот холод в голове, вновь эта маска равнодушия оказалась на лице девушки, — спасибо, что передали письмо. — Ты забыла шарф, — Леви взял в руки багровую ткань. — Можете выбросить, теперь он мне не пригодится, — Микаса открыла дверь и скрылась в темноте коридора. Аккерман выдохнул. Все же ему удалось приоткрыть истинную сущность хладнокровной азиатки…