Неплохой парень

      Они были вынуждены остановиться в недавно отремонтированном Гранд Отеле Морио. Почему? Потому что перекошенное от гнева лицо Джотаро напугало не только всех пассажиров, но и стюардесс с пилотами.       Говоря откровенно, если бы Хол Хорс был чуть более отдохнувшим, он бы заявил, что все эти взрослые были идиотами, раз боялись ребёнка, и что им следовало бы взять себя в руки и преодолеть свой страх. Но он был слишком уставшим и, к тому же, не мог лицемерить настолько явно. Так что он позволил авиакомпании разместить их в отдельном номере, пока не появится новый самолёт, который и довезёт их до пункта назначения.       По убийственному взгляду, который он получал от сидящего напротив Джотаро, Хол Хорс знал, что мальчик был не шибко доволен таким решением. Но, хотя Джотаро и пугал его до смерти, по большей части это всё же была вина Хол Хорс. Так что он просто держался подальше от ребёнка в течение следующих нескольких часов и, к счастью, смог урвать достаточно сна, чтобы наконец нормально функционировать. Очевидно, в ближайшее время ему не удастся толком поспать, так что Хол Хорс пытался вдоволь использовать нынешнюю возможность.       — Поехали в музей!       Руки Какёина и Польнареффа были заполнены всеми видами брошюр, которые дети подобрали возле ресепшена. Безвкусно-красочные бумажки рассказывали о всех достопримечательностях Морио и так и кричали: «Нам нужны деньги! Пожалуйста, придите к нам!». Хол Хорс не мог поверить, что это то, во что превратилась его жизнь.       — Нет, нет, нет, давайте отправимся на конное ранчо! Ты сможешь покататься на маленьком пони, Какёин!       — Пони? Да, поехали на рачно!       Хол Хорс мог только с унынием смотреть, как эти двое, взявшись за руки, голосят о том, как сильно они хотят на ранчо, где можно кататься на пони, кормить свинок и покупать леденцы…       О Боже, чем он заслужил это.

***

      Путь до выделенной им комнаты был наполнен восторженной болтовнёй младших детей. Они говорили друг другу о том, что сделают, когда приедут на ранчо, и как весело будет вскочить на лошадь и прыгать через препятствия. Какёин даже начал размышлять над именем пони, с которым он обязательно подружится.       Джозеф и Абдул отпускали разного рода комментарии, когда Какёину с Польнареффом нужно было время перевести дух, но все они сводились скорее к «Это звучит многообещающе», чем к «Просто дайте Хол Хорсу — то есть Хэлу Ховарду — отдохнуть», на которое Хол Хорс так рассчитывал.       Джотаро же продолжал сверлить Хол Хорса сердитым взглядом, и нет, ковбой не хотел даже задумываться над тем, что творится у мальчика в голове. Вероятно, это был план убийства, но Хол Хорс старался не верить в такую возможность. В конце концов, его собственный инстинкт самосохранения твердил ему, что стоит сбежать подальше и оставить детей самих по себе, так что все его силы уходили на то, чтобы заглушать этот порыв.       С новомодным устройством, известным как ключ-карта, Хол Хорс двигался к их, предположительно огромному, номеру.       Эта ключ-карта была полным бредом. Одно дело нормальные ключи или даже перфокарты, которые вводили большие и дорогие отели. Но эти магнитные штуки, что магическим образом открывали те двери, к которым были подключены… Ну, подобные футуристичные новинки всегда обходили Хол Хорса стороной.       Если честно, он действительно скучал по старым-добрым металлическим ключам, которыми пользовался всю свою жизнь.       — Если хочешь, отец, я могу сам открыть дверь.       Хол Хорс со смущением взглянул на Абдула.       — Почему ты думаешь, что это будет необходимо, сынок?       Разве не странно, как легко они вошли в роли отца и сыновей? То, что никто из них случайно не назвал его настоящим именем заместо «папа» или «отец», и что он обращался к ним «сын», а не более нейтральной формой «ребёнок»?       — Ты смотришь на ключ-карту так, будто она сейчас съест твою руку, — прямо ответил он, прежде чем мягко улыбнуться, словно не желал, чтобы это прозвучало грубо. — На твоём месте я бы не хотел открывать дверь.       Если честно, Хол Хорс был уверен, что в словах ребёнка подразумевалась какая-то грубость, но не желал тратить клетки своего мозга на игру в шарады. Так что он просто вздохнул и кивнул, передавая ключ-карту из рук в руки. Как только кусок пластика перешёл в руки Абдула, его улыбка стала чуточку шире.       Решив эту проблему, Хол Хорс сосредоточился на своей сумке и сумках двух младших детей, которые нёс сам. Эти двое были слишком заняты, прыгая по стенам, чтобы тащить свои вещи. Было бы лучше, если бы эти рюкзаки прожили подольше, и доверить их неспособным устоять на месте детям в этом случае было бы плохим решением.       К счастью, эти поклажи были не сильно тяжёлыми, а в его собственной сумке была только одежда, которая помогла бы ему выглядеть как среднестатистическому офисному планктону, а не как ковбою. До сих пор он так и не сменил своего привычного костюма и ходил по тонкому льду, рискуя быть опознанным прислужниками Дио.       — Стоп.       Хол Хорс застыл в ту же секунду, как будто Джотаро какой-то магической силой мог контролировать его тело.       Дети были в этом плане куда менее послушными. Но когда Джотаро схватил Джозефа за плечо и с силой дёрнул назад, Абдул, Какёин и Польнарефф остановились и попятились в сторону Хол Хорса, подальше от этой задумчивой черноволосой машины убийств.       — Да что с тобой не так? — зашипел Джозеф, оборачиваясь к схватившему его парню. — Можно быть и не таким грубым, знаешь ли!       — Заткнись, — скомандовал Джотаро, глядя прямо вперёд, на номер, в который они должны были заселиться. — Хол Хорс. Наша дверь открыта.       По спине ковбоя побежали мурашки.       Их номер был уже открыт? Невозможно…       Доказательства, однако, были прямо перед ним. Комната номер 250. Комната в самом конце коридора. Комната, дверь которой не была полностью закрыта. Маленькая полоска света показывала, что кто-то, войдя внутрь, оставил её слегка приоткрытой.       Невозможно.       Но голос разума заметил, что его неверие нелепо. Конечно кто-то мог ворваться в их комнату. Различные подручные Дио буквально вели охоту за их головами. Это было только вопросом времени, когда кто-то наконец выследит их, чтобы воздать по заслугам.       А даже если это не был сподвижник Дио, то это мог быть кто-то, пришедший сюда из-за Хол Хорса. Кто-то, кто наконец выследил его, чтобы отомстить за события прошлого. Да уж, врагов за свою жизнь он завёл намного больше, чем друзей. Чёрт, да он сомневался, что хотя бы парочка из них была в его жизни.       Ему следовало бежать. Что бы ни происходило, он всегда использовал именно этот способ. Бежать, пока что-либо, что преследовало тебе, не устанет даже думать о тебе. Но в то же время что-то внутри толкало его выяснить, кто именно проник в их номер, не дав им даже заселиться. Если эти враги смогли так эффективно выследить свою цель, то их следовало опасаться.       Всё внутри Хол Хорс кричало о том, чтобы он бежал прочь, но ему нужно было узнать врага… и, если это будет возможно, устранить.       — Возвращайтесь назад, вызовите лифт и ждите меня внутри, держа двери открытыми, — он наспех проинструктировал детей, хватая Какёина за плечо и толкая в указанном направлении. — Я выясню, кто к нам вломился, а затем уберусь прочь.       Конечно, он не собирался оповещать их, что планирует совершить убийство. Хол Хорс не собирался сталкиваться с последствиями того, что дети выяснят, что он был куда более успешен в роли охотника за головами, чем воспитателя.       — Если я не вернусь ровно через полторы минуту, спускайтесь одни.       — Но…       Первым не согласился Какёин. Но Хол Хорс не собирался подвергать их большей опасности, чем та, что и так возникала при путешествии с ним.       — Не спорь, — перебил он, а затем взглянул на Джотаро. Мальчик смотрел на него, прищурившись, и впервые в его глазах не было ни гнева и ненависти, ни презрения и отвращения. Теперь там был только непонимание. — Джотаро, пока не вернусь, ты за главного. Если не вернусь, отправитесь на ранчо, о котором трещали мальчишки, и я встречусь с вами там.       — Почему ты говоришь так, будто собираешся погибнуть? — Абдул держал Польнареффа за руку, не давая тому убежать. Несмотря на то что он был недоволен, он всё равно готов был бежать в сторону лифтов. Хороший парень.       Хол Хорс попытался послать детям уверенную улыбку. Он действительно выглядеть так, словно был на сто процентов уверен в том, что делает. Надо было сделать это до того, как его руки начнут дрожать, словно листья на ветру.       — Просто думайте об этом, как об игре в Саймон говорит. Идеально выполняйте всё, что я говорю, и в конце получите большой приз.       Никто не стал спрашивать, что произойдёт, если они проиграют. Хол Хорс был за это благодарен.       — А теперь побежали!       Казалось, прошла вечность, прежде чем дети начали двигаться. А через несколько секунд Хол Хорс уже рассматривал мистически открывшуюся дверь.       Глубокий вздох: необходимо было собраться с нервами и успокоить трясущееся сердце.       Кажется, он глупел на глазах.       Люди, которые пытаются стать героями, обычно умирают самыми первыми, разве не так? В конце концов, разве так необходимо знать, кто за ними охотиться? Нужно ведь только расширить расстояние между ними.       Но что даст лучшую передышку от постоянных врагов, если не убийство ближайшего и доступнейшего?       Нет, всё-таки он был конченым идиот. Хол Хорс знал это так же хорошо, как и то, что это было лучшим решением для них всех.       Стоило бежать к лифтам. Он бы обязательно побежал в любой другой ситуации.       Emperor появился в его руке, демонстрируя стенд Хол Хорса. Да, он был конченым идиотом.

***

      Джотаро надел на него и Какёина наушники, шедшие в комплекте с плеерами Джозефа и его собственным. Польнарефф не понимал, зачем, ведь он не был большим фанатом музыки, которую слушал Джотаро. А ещё меньше он понимал, почему она играла настолько громко.       Это звучало так, словно гитары и барабаны грохотали прямо в его бедном маленьком мозге.       Но если что Польнарефф и знал, так это то, что спорить с решением Джотаро он не хочет. Творилось что-то неправильное — это читалось даже в воздухе. И это что-то прямо затрагивало их.       Полторы минуты, которые они должны были ждать, не успели закончиться, когда Хол Хорс вернулся обратно. Польнарефф сразу же понял, что что-то произошло. Его лицо было бледным, глаза были широко раскрыты, а всё тело била лёгкая дрожь.       Он опустился на колени прямо напротив него, и Польнарефф в шоке застыл, когда мужчина обвёл свои руки вокруг него и с силой прижал к себе ребёнка.       Польнарефф не знал, как реагировать. Он никогда не видел, чтобы Хол Хорс вёл себя так странно, так что попытался встретиться глазами с Абдулом, который подсказал бы ему, как себя вести.       Однако лицо Абдула походило на каменную маску, а всё внимание сконцентрировано на Хол Хорсе. Польнарефф, запутавшись ещё сильнее, так и не смог понять, что ему делать.       И вдруг он почувствовал, как кто-то медленно снимает его правый наушник. Его ухо тут же ощутило неожиданный холод, а вскоре послышался и едва различимый шёпот Хол Хорса:       — Используй Silver Chariot чтобы уничтожить камеры. Они над моим левым плечом.       Хол Хорс сидел так, что Польнарефф был практически полностью скрыт. Однако когда он поднял взгляд, тот тут же увидел камеры, о которых и шла речь.       Его лучший друг без промедления уничтожил всю связку камер. Их хрупкий металл не имел ни малейшего шанса против поразительной силы Silver Chariot.       Как только раздалось электрическое шипение, обозначающее разрушение камер, Хол Хорс немедленно поднялся. Ну… теперь Польнарефф мог сказать, что мужчина выглядит как обычно. Разве что в глазах горели отблески ярости.       — Отлично, детишки. Кто готов отправиться на ранчо?

***

      Когда они достигли ресепшена, Хол Хорс отправил детей на улицу ловить такси. У него осталось одно незавершённое дело.       — Что ты собираешся делать? — допытывался до него Польнарефф, чьё любопытство по поводу произошедших странностей достигло высшей точки. Он и так молчал достаточно долго! И он хотел знать, что происходит!       — Просто собираюсь немного поболтать о ситуации, с которой мы столкнулись, чтобы пояснить, почему мы не останемся в этом отеле, — улыбка у Хол Хорса вышла чересчур широкой и счастливой. Его взгляд рвал и метал.       — Но…       — Ну же, Польнарефф, — рука Абдула схватила его и потащила к выходу. — Забыл, что мы играем в Саймон говорит? Мы всё ещё может выиграть приз, если будем делать то, что говорит отец.       Но теперь Польнарефф уже не верил в это. Все вели себя как-то странно, даже Абдул. Они говорили, что всё в порядке, но Польнарефф мог сказать, что они были взволнованы, а может даже напуганы. Но он не понимал, почему!       Его силой оттащили от взрослых, и Польнарефф проклял свой возраст. Абдул, Джозеф и Джотаро, казалось, прекрасно понимали, что творится, и только они с Какёином остались в неведении!       Кстати о Какёине. Он не выглядел довольным тем, что его тащил за собой решительный Джотаро, и теперь со злостью смотрел на второго японского мальчика. Его взгляд ужаснул Польнареффа. Как у кого-то вроде Какёина мог быть взгляд как у Джотаро?!       Это было страшно.       К тому времени, когда Хол Хорс вернулся, они успешно справились с поимкой такси. Объяснять таксисту, куда они собираются отправиться, почему нужно дождаться их отца и что они не собираются ехать зайцами, пришлось Джозефу.       — Какие-то проблема? — окликнул их Хол Хорс, приближаясь. — До этого ранчо что, так сложно доехать?       Таксист нахмурился; его лицо было красным после долгого спора с Джозефом. Сам же Джозеф чувствовал себя оскорблённым в лучших чувствах.       — Он не поверил, что мы ждём тебя! Он думал, что мы пытаемся сбежать, или типа того!       — Это происходит чаще, чем ты думаешь, пацан! — огрызнулся водитель, и, ооо, лицо Джозефа теперь было таким же красным. Эти парни были забавными. — Я не какой-то лох, чтобы меня ловили на такие трюки, — он перевёл дыхание и заговорил с Хол Хорсом тем же возмущённым тоном. — Дети должны выучиться манерам.       — С чего вдруг!       — Итак, я их отец, — Хол Хорс встал между этими двумя, останавливая Джозефа, готового вновь броситься в атаку. — Мне нужно было уладить некоторые дела, но сейчас я здесь. Отвезёшь нас?       Пушистые усы таксиста сморщились параллельно с тем, как сщурились его глаза. Джозеф в то же время негодовал по поводу глупых взрослых, ничего не понимающих в этой жизни.       — А, ладно. Только пусть этот пацан замолчит.       Хол Хорс вздохнул. Потом посмотрел на совершенно взбешённого Джозефа, ещё раз вздохнул и покачал головой.       — Нет уж. Мы дождёмся другого такси.       Польнарефф с восхищением наблюдал за тем, как лицо таксиста становится всё больше похожим на зрелую сливу. Так ему и надо! Нечего было оскорблять Джозефа и звать их всех кучкой лжецов.       Правильный выбор.       Гнев Джозефа испарился так же, как и самодовольство водителя. Но когда таксист умчался зализывать свои раны, мальчик коснулся Хол Хорса за плечо.       — Мы прождём следующего такси целую вечность.       Польнарефф чувствовал, как рука Абдула ещё крепче сдавила его собственную. Но когда обернулся, понял, что тот совсем не пытался привлекать его внимание и сделал это случайно. Потому что вместо того чтобы говорить с ним, Абдул с улыбкой смотрел на Хол Хорс.       — Ну и ладно. Никто не будет оскорблять моих мальчиков.       Если честно, вся эта поездка ошеломляла. Польнарефф не пытался выяснить хоть что-то. Хол Хорс выглядел достаточно милым и, кажется, хотел с ними поладить, несмотря на все свои секреты. Ну и ладно. Польнарефф знал, что и так многого не понимает в своей жизни.       Но одно он понимал точно. Хол Хорс был довольно хорошим парнем.