Глава ||: Светлейший.
– Очнись, путник! Что занесло тебя в эти края?– Саймона кто-то легонько бил по щекам. От данного воздействия парень сонно открыл глаза, но тут же зажмурился из-за яркого солнечного света.
–Угх...– Саймон закрыл глаза рукой, защищая тем самым очи от опаляющего Солнца.
– Ты ранен, о Светлейший. Прошу, дай я осмотрю твои раны и окажу помощь.– чьи-то холодные пальцы коснулись ладони на лице Саймона, осторожно убирая руку.
– Сколько сейчас времени?– парень сам не понял, зачем это спросил. Быть может просто автоматически, как всегда задавал вопрос сам себе после пробуждения без надежды на ответ.
– В районе полудня, сударь.– женский ласковый голос продолжал убаюкивающе и словно на распев говорить с Саймоном. Тот сел на траве, наконец открыл глаза.
– Как?! Уже пол-л-день?– Парень заикнулся, увидев, кто был рядом с ним. Прекрасная девушка. Высокая, стройная, с белоснежной кожей и ярким румянцем. Васильковые глаза окинули взглядом ошарашенного "путника". А в заостренных ушках множество серёжек с небольшими сверкающими кристаллами. И волосы: длинные, прямые, сияющие от лучей солнца. И длинный черный плащ с синим отливом. И всё это сливалось в прекрасное создание, какое Саймон ещё никогда за свою жизнь не встречал.
– Нельзя так резко подскакивать, о Светлейший. И волноваться незачем. Все в полном порядке. Прошу прощения, ежели напугала. Тебе нужна помощь, путник. Ты можешь встать, или же мне стоит попросить помощи у собратьев своих, чтобы отнести тебя к лекарю?
В ответ на вопрос Саймон постарался подняться, что у него получилось. Хоть и с болью, но получилось.
Парень немного огляделся вокруг. Только сейчас он заметил, что все ещё в руках держит лиру. А вокруг него были пейзажи. Красивые, каких не было в краях, где родился и жил Саймон. Здесь все было радостным, живым и здоровым. Не то что в городе, отравленном дымом заводов и выхлопами машин. Здесь все пылало красками.
Саймон и эльфийка находились на поляне, прямо среди цветов и травы. На ростках ползали удивительные жучки, каких ранее не выдел ни один из членов семейства Лэй, а над головами в облаках порхали птицы, радостно чирикая. И дышалось в этом поле хорошо, хотелось сделать вдох до боли в груди, до треска рёбер и сохранить внутри себя этот воздух на веки вечные.
Вдалеке в синеватой дымке виднелся лес. И с другой стороны лес. И с третьей тоже виднелись сотни деревьев. А за лесами Саймон смог разглядеть горы, а где-то ему даже чудились башни.
–"Куда я попал? Неужели это — жизнь после смерти? Быть такого не может!"– думал парень, когда уже держа девушку за руку шел в сторону одного из лесов. И в правду, странно всё это. И место для восставания из мертвых было странным — поляна меж трёх лесов. И удивительно это было не меньше, чем странно. А ещё больше этого было красиво.
– Прошу меня простить, не могли бы Вы пред-д-дставиться?– спросил Саймон у своей спасительницы. Он только сейчас осознал, что не знал ее имени, а расспросить о происходящем было не менее важно, чем подлечиться. Ведь любопытство и неуверенность сейчас пожирали Саймона не меньше, чем у него болело все тело при попытках резко шевелиться.
– Моё имя — ветер, о Светлейший. И лунная ночь у воды — это тоже я. Прошу понять меня, путник, и простить за мою речь загадками, но у меня нет и никогда не было имени. Ни у одного эльфа не будет имени до того, как он станет гордой скалой, породив маленькое чудное дитя. То есть, я хотела сказать пока не станет родителем и не докажет свою отвагу в защите своего чада от адского пепла пожарища. Вы можете звать меня как Вам угодно, Светлейший, но обыденно меня зовут звёздным небом или затмением солнца. Любое угодное Вам прозвище для меня станет позывным.
– П-понятно... Я буду звать тебя...– здесь Саймон немного задумался. Так странно было слушать речи юной леди, так странно клонило в сон от этого мелодичного перезвона колокольчиков, капель дождя и шелеста страниц любимой книги в одном звуке — в голосе неземного, удивительного создания. Нужно было придумать что-то, что никто ранее не слышал. Самое ласковое слово, которое могло обозначать эту прекрасную особу...– Я буду звать тебя Кармилла.– Саймон не помнил, откуда узнал это имя. Всё, что он помнил — это что в книге, где упоминалось это имя, Кармилла была прекрасной, очаровательной девушкой. И это созвучие слогов ему казалось очень мелодичным, под стать такой волшебной особе.
– И что же значит это волшебное слово — Кармилла? Никто ранее меня так не называл, Светлейший.– Девушка задала вопрос, стоя уже среди деревьев леса. А Саймон ещё стоял в траве на поляне, и думал что же ему сказать дальше.
– Это... Я не знаю. Просто я где-то это слышал. И-и-и не могли бы Вы не называть меня "Светлейший"? Мне это, конечно, безумно льстит, но все же я предпочитаю когда ко мне обращаются по имени... Или хотя-бы по фамилии.
– И как же твоё имя, путник?– она казалась удивлённой. В своих мыслях она задалась вопросом:– "Неужели этот юноша считает себя недостойным звания "Светлейший?".– Кармилле было не известно о том, что в культуре людей даже самых уважаемых персон не величают таким титулом.
– Саймон. Саймон Лэй. Очень приятно..– парень все же шагнул в гущу деревьев за юной нимфой.– Не мог бы я задать ещё пару вопросов?
– Конечно, Лэй. Задавай сколько угодно.
– Где я, сколько я здесь, что я тут делаю и куда мы идём? Для начала хотя-бы это...
– Ох, и засыпал ты меня вопросами, о Лэй.– Кармилла вздохнула, но начала отвечать.– В данный момент мы держим путь в великий город, пристанище эльфийских душ. Имя этого града — Элайлон, а отца этого места и властителя именуют господином Элаем. В помощниках у Элая числится великий маг, похитивший силы свои у убитого им в схватке дракона Гордеона. Имя этого мага — Джон Белокурый. Он, кажется, из твоего же рода. И много о неком Саймоне Лэе твердил... Но это не суть.– Кармилла перевела дух и продолжила:– Сколько времени ты здесь мне неизвестно. А что делаешь — я лишь имею догадки. Боги послали нам волшебника, уничтожившего начало великого Зла, а теперь послали воина света и тьмы, чтобы с магом уничтожить продолжение Зла. И, кажется, ты и есть часть баллад и песен, о Лэй.
–Вздор! Глупости! Я? И пророчества? Пфф... Не смешите меня, я никакой не воин и никогда им не был.– Саймон хмыкнул, в ответ на что получил сердитый взгляд девушки.
– Нельзя отказываться от судьбы своей, сударь. Джон Белокурый никогда от своего предназначения не отказывался, а наоборот, принял звание мага с уважением к предкам своим и к самому себе.
– Ладно, ладно... Просто я войнах я не опытен совершенно, и первую же битву я проиграю ещё даже ее не начав...– Саймон поднял глаза вперёд, куда по дорожке стремилась Кармилла. И от изумления он мог только ахнуть и застыть на месте как вкопанный.
Перед глазами его царило ни что иное как чудо света. Дорожка, по которой он шел со спутницей своей вела к белоснежным дворцам, башни которых скрывались в кроне величественных дубов. Город строился словно конусом, в окраинах находились небольшие беседки с колоннами, несущими полукруглые крыши. По стволам колоннады вился плющ. Чуть поодаль — первый ярус, из бесконечного ряда колонн, следом второй ярус с белыми стенами и витражными окнами, и так бесконечно вверх, к самым башням, на крышах которых развивались голубые знамёна с листом плюща золотого цвета.
– Лэй! Ты идёшь?– окликнула Саймона Кармилла.– Нас ждут!
–Ждут?... Да, бегу!– парень вернулся в реальность и быстро пошагал вслед за девушкой.
На улицах, куда бы Саймон не посмотрел, царило веселье. Эльфы самых разных сословий плясали, играли на свирелях, водили хороводы и пели песни. Парень не понимал ни слова из их песен, но по какой-то причине он чувствовал, что поют они о чём-то родном, теплом, счастливом...
И куда бы не кинул свой взор Саймон Лэй везде ему кланялись и махали ладонью, выкрикивая:– Приветствую, о Светлейший!– И это немного смущало парня. Даже не немного, скорее очень-очень много.
–" И откуда все эти эльфы знают про моё прозвище от Кармиллы?.."– не понимал Саймон, продолжая покорно следовать по улицам меж беседок ко дворцу.
У самого подхода к колоннаде первого яруса стояло два человека. Точнее один эльф и маг, но Саймону сейчас это было неизвестно. Когда он доковылял за Кармиллой к этим двоим его взору предстали высокие мужчины.
Эльф на вид был молод и прекрасен, как и все эльфы, мужчина был бледен и румян, а его черные волосы были заплетены в три косы. В каждой косе была лента своего цвета. В одной — синяя, как небо летней ночью, в другой — бронзовая, как металл, и в третьей — изумрудная, как листья на деревьях. Глаза сверкали как гранёные алмазы. На нем была надета полупрозрачная белая рубаха, а талию утягивал расшитый золотыми письменами и драгоценными камнями корсет. А брюки изумрудного цвета дополняли образ. Эльф был бос, как в общем-то и большинство эльфов в этом городе. Здесь, среди трав и цветов, в ботинках нет особой надобности, не то что гномам, вечно ползающим по горам и подземельям или каким-нибудь людишкам из окрестных городов. Но это не так важно.
Рядом с ним стоящий больше привлек внимание Саймона. Ниже эльфа, но все ещё довольно высокий парень в пыльно-фиолетовой мантии, с накинутым на голову капюшоном. В тени капюшона блестели два карих глаза. А из темноты было видно лишь нижнюю половину лица и длинную, бледно-бледно голубую косу. В руках волшебник держал посох, слабый зелёный свет которого сиял в грядущих сумерках. И кисти рук незнакомца были в шрамах, как последствии активного детства...
– Джон?...– Саймон вцепился в рукав высокого парня. Тот, кажется, только заметил подошедшего раненого и очень на вид жалкого человечка с лирой в руках. И словно по щелчку пальцев оба все поняли. Легендарный дуэт Джона Мофа и Саймона Лэя воссоединился спустя долгие годы разлуки. Спустя пережитое расставание.
И они стояли крепко обнимая друг-друга. А Кармилла и мужчина стояли и неловко улыбались, глядя на немую трогательную сцену воссоединения.
– Друг мой! Будь знаком с моим старым, очень добрым и замечательным другом. Будьте знакомы.– промолвил Джон, отпуская товарища.
– Я Саймон Лэй, очень приятно.
– Я Элай Третий. Безумно рад знакомству, о Светлейший!– в этот момент Саймон нервно оглянулся через плечо эльфа на Кармиллу, словно пытаясь осознать, норма ли здесь так обращаться.
– Прошу, господин Элай, не называйте так Лэя. Ему не очень удобно.
– Удивительно! Скромность украшает человека, а великого воина красит как бабочку крылья. Безумно рад иметь дело с такими людьми. Низкий поклон и моё уважением.– черноволосый эльф поклонился и улыбнулся низкому юноше.– И рад, что вскоре зло в наших краях померкнет перед вашим жёстким взором. Добро пожаловать в Элайлон.
– Благодарю Вас за гостеприимство!– лишь в этот момент Саймон ощутил боль. Сильную, жгучую, какую ещё никогда доселе не чувствовал.– Н-не могли бы Вы оказать м-мне помощь, о господин?... – парень опустился на колени, но тут же был подхвачен другом на руки и унесен в неизвестном Саймону направлении. Но его это уже не волновало, ведь все чего он хотел — это чтобы боль прекратилась. И ему повезло: глубокий сон окутал его и он больше ничего не помнил и не чувствовал до своего пробуждения.
Очнулся Саймон в светлой комнате. Он лежал на полу, под его головой была довольно мягкая подушка, а тело его укрывало тонкое одеяло. Повернув голову влево он увидел колоннаду с плющом. Кажется, это был второй ярус удивительного дворца.
– Неужели здесь везде растет плющ?– спросил сам себя Саймон, на что к его испугу сзади, словно в паре сантиметров от его затылка, повернутого к виду наружу, прозвучало:
– Вы как всегда правы, о Лэй. Как твое самочувствие?
Саймон вскрикнул. Подпрыгнув на месте и развернувшись в воздухе он увидел, что рядом с ним все ещё была Кармилла. Вот только было кое-что, что весьма смутило юношу и тот отвернулся обратно к улице.
– Что... Ты тут делаешь? Тем более в таком виде...– Саймон, обыденно бледный как смерть, покрылся настолько ярким румянцем, что больше походил на обварившегося цыплёнка. И было от чего смущаться: Кармилла сидела в полупрозрачном халатике. И тело ее было отчётливо видно.
– Ох, должно быть тебе нездоровится...– девушка стянула одеяло с Саймона. Тот заметил, что и сам одет в прозрачную одежду. От этого ему стало только хуже.
– Кармилла... Можешь выйти, пожалуйста? И будь добра, позови-ка мне Джона... Я хотел бы с ним поговорить с глазу на глаз без лишних свидетелей.
– Да, Лэй, конечно!– девушка покинула комнату, а вместо нее через пару минут вошёл парень с длинной бледной косой.
– И тебя в это переодели... Где моя одежда?– пробурчал Саймон, когда его друг присел рядом на каменный пол. Только сейчас Лэй заметил, что судя по всему он находится в купальне. Большой бассейн, от которого струился горячий пар давал сделать некие умозаключения.
– Не беспокойся об этом. Тебя здесь лечат.– Джон по дружески толкнул его в плечо.– И здесь не принято скрывать своё тело, каким-бы оно ни было. Это эльфы, а их культура помешана на развлечении. Ты и сам уже все видел. Хороводы, танцы, праздники... Мда, этим эльфам одни пирушки да оргии подавай, а я здесь застрял. Но, к моему и твоему счастью, вскоре мы уедем отсюда.
– Отсюда это куда?– без радости в голосе сказал Саймон. Он так не хотел покидать Кармиллу. И он готов был терпеть любые унижения.
– Нас ждут приключения: Меня — свершение пророчеств, а тебя — дорога домой, в реальный мир. Мы с тобой вообще оказались здесь случайно, понимаешь? Но у меня выхода нет, ведь я умер. Давным-давно умер.
– Я не покину тебя снова! Либо ты выбираешься из этого мира, либо мы вместе тут остаёмся. Третьего варианта не дано.
– Пойми, ты не умер. Даже мне тут не место, а тебе-то тем более. Я и сам рад вернуться домой, но ты понимаешь, что мне дороги назад не...– Джона прервал удар по затылку от Саймона.
– Я все сказал.
– Хорошо... Значит вершим подвиги вместе? Как в детстве мечтали?
– Да. Ты меня понял.– Саймон улыбнулся. Он наконец чувствовал себя счастливым. Теперь он не одинокий и жалкий неудачник.
Друзья сидели о болтали, свесив ноги в воду. Вскоре в комнату вошли и другие эльфы и эльфийки, среди них были и Кармилла и Элай. И начался пир и веселье, большую часть из которого Саймон пил и веселился с Джоном. Давно в его жизни не было больших праздников. А если быть чётче никогда, поскольку Саймон сам по себе был затворником, а на любой вечеринке исчезал в первые тридцать минут, пока ещё даже все гости не собрались.
И помнил Саймон мало чего с того вечера, помнил что вина много выпил, помнил что с Элаем болтал о всякой чепухе, помнил как стоял рядом с Кармиллой и...
Уже было поздно. Саймон проснулся в синей ночи. Открыв глаза он осознал, что лежит в кровати, и лежал он там не один. Рядом была и Кармилла. И тогда он всё вспомнил.
И в лунном свете нечеловеческих рук творение выглядело ещё прекрасней, чем в солнечных лучах. И от этого Саймону стало спокойней. Он вновь погрузился в царство Морфея, ещё не осознавая, каких дел он натворил.
