Прозерпина

Прямо в прыжке фигура вдруг взорвалась снопом искр как фейерверк и превратилась в горящую красную волну. Стиан заорал и ринулся назад. Из отсека был ещё один выход. Она догоняла. Стиан молотил ногами по полу и видел собственную тень, мечущуюся по стенам в красных сполохах. Алый свет не отставал. Он расплёскивался по стенам и потолку, преследовал и неумолимо настигал. Как тупо, неужели он всерьёз решил что убежит от Неё? Но бежал. Бежал и не оборачивался. Чувствовал жар за спиной, хватался за готовую взорваться голову, шарил ошалелым взглядом по сторонам. Ноги плохо слушались и тело мотало из стороны в сторону как при низкой гравитации, но за спиной бесшумно катилась волна, заливая всё красным. И откуда-то он понимал, что к ней нельзя прикасаться. Он выскочил из отсека и помчался по коридорам куда-то вперёд. Отовсюду слышался писк приборов, грохот захлопывающихся дверей, шипение и треск проводки. Казалось корабль боится не меньше него самого. Деметра скрежетала и вопила, чувствуя в себе что-то чужеродное и опасное. Стиан бежал. Красные отблески вспыхивали по стенам и проводам коридора позади. Вспыхивали и приближались. На какой-то миг он всё-таки обернулся и сердце кануло куда-то вниз. Кроваво-красная лава катилась за ним, разбрызгиваясь по стенам и прожигая их до дыр и балок остова. Она кипела и бурлила, принимая безумные формы. Стиану показалось что волна превратилась в толпу красных людей в комбинезонах, а впереди них несётся собака… Но больше он ничего не увидел потому что отвернулся и побежал не оборачиваясь. Стиан несся вперёд. Быстрее, быстрее! Надо найти укрытие, она убьёт его! Она убьёт его. Как убила всех остальных. И будет убивать. Дыхание срывалось. В обожженном горле запершило от бега, перед глазами метались мутные пятна. Бежать… Бежать, ну же!.. Как во сне он споткнулся, на секунду застыл в осознании, что падает и грохнулся на гладкий пол, прокатившись кубарем ещё несколько метров. Стиан сейчас же вскочил, дёрнулся вперёд и остолбенел: там, впереди, тоже загорелось что-то красное. А через секунду по коридору впереди пошли рубиновые трещины и оттуда тоже хлынула алая лава. «Она заполняет собой весь корабль!» — пронеслось в голове. А в следующий миг он уже сворачивал в боковое ответвление. Стиан бежал. В стене впереди блеснула круглая кнопка на щитке и он опрометью кинулся к ней. Заорав ударил по кнопке кулаком и увидел как за ним с грохотом закрываются переборки. Волна приближалась. Она неслась, поднявшись до половины высоты коридора, её свет бил в глаза и отпечатывался на сетчатке, но Стиан продолжал смотреть. Переборки задвига́лись, ещё чуть-чуть, ещё немного… В последний момент он сорвался с места и побежал дальше. Но успел увидеть как переборки сомкнулись, перегородив коридор. И как, раскалившись докрасна, прорвались в центре большой оплавленной дырой, из которой хлынул алый поток. «Не помогло!» — успел подумать Стиан, но в ту же секунду сверху впереди красное свечение вспыхнуло на потолке. Он из последних сил рванулся и пробежал под ним, и через секунду из новой бреши хлынула лава. Прозерпина настигала. Стиан несся по чёрным коридорам, а спереди, сзади, с боков — отовсюду стены прорывало. Лава уже била не из всех. Где-то металл просто отрывался кусками и за поломанными рёбрами остова, за обрывками кабелей и кусками обшивки Стиан видел только кровавое свечение и тысячи холодных звёздных глаз. Они наблюдали за ним. Они ждали когда его поймают. Стиан уже почти ничего не понимал. Дыхание еле держалось, ноги и руки стягивала тупая боль, а он бежал и бежал, уворачивался от падающих кусков корабля, осколков, горящих ламп… Красный свет прибывал. Он прорывался отовсюду, чувствуя как растёт его мощь. Одна за другой вспыхивали раны и Деметра отзывалась на них отчаянным воем сирен. Всё рушилось — что впереди, что сзади, а ему оставалось орать до хрипоты и бросаться в сторону от опасности. Бежать и прятаться лишь чтобы бежать и прятаться снова. В последний миг он увернулся от упавшей балки и увидел перед собой прозрачную шахту лифта. Не помня себя Стиан ринулся туда, ударил по кнопке, впрыгнул в светлую кабину и ткнул самую верхнюю позицию на панели управления. Лифт помчался вверх, а лава захлестнула всю площадку перед ним и забурлила, поднимаясь следом. — Быстрее, быстрее! — почти умолял Стиан, — спаси меня! Деметра трещала и искрила. На разные голоса на всех этажах кричала тревога и мигал свет. «Внимание! Возникли серьёзные повреждения на первом, втором, третьем, четвёртом, пятом, шестом, седьмом, восьмом, девятом, десятом, одиннадцатом и двеннадцатом ярусах. Просьба немедленно покинуть космическое судно через аварийные выходы, расположенные…» Дальше он не слушал. Лифт выехал на мостик. Какие-то экраны пестрели красными сообщениями о поломках, какие-то сбоили, какие-то и вовсе почернели. Стиан отбежал за столы с компьютерами, прижался спиной к черному стеклу иллюминатора — самой отдалённой от лифта части мостика — и загнанно замер. Белый свет Деметры дрожал и часто мигал, её электронный голос продолжал раздавать указания пассажирам, которых она хотела спасти несмотря на то, что никого из них уже не было… Никого кроме Стиана. И корабль, захлёбываясь ошибками системы, шипя вентиляцией, лязгая переборками и аварийной сигнализацией, всё ещё спасал человека, хотя сам нуждался в спасении больше. Гул и грохот нарастали. Очень скоро лава доберётся сюда, прожжет шахту, хлынет через неё на мостик, захлёстывая волнами столы, сбивая компьютеры, ударяя в стены… И в конце концов убьёт последнего человека, которого все эти годы, дни, часы и минуты защищал измученный корабль… Тогда всё кончится. Стиан закрыл глаза. Гудение в ушах нарастало. Оно поднималось, охватывало этаж за этажём, давило на барабанные перепонки сильнее, смешивалось с треском и воем Деметры. Экраны разрывались от сообщений и помех — «Ошибка. Ошибка. Ошибка. Ошибка… Просьба квалифицированному персоналу решить данную проблему… Покинуть корабль через аварийные выходы, обозначенные на планах эвакуации… Бреши на первом, втором, третьем…» Всё трещало и дрожало. Она близко. Она уже здесь. — Нет! Нет, пожалуйста… хватит… ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ! И вдруг всё стихло. Совсем стихло. Стиан приоткрыл глаза, проморгался, прищурился. Всё было в порядке. Компьютеры горели ровным голубым свечением, полутёмный зал не дрожал, не было никаких аварийных объявлений. Он осторожно подошёл к одному из столов, проверил всё. Нет, никаких брешей или поломок. Подошёл к другому. То же самое. Деметра молчала. Стиан поднял глаза на чёрный купол иллюминатора. Красное размытое пятнышко за ним мерцало слабо. — Галлюцинация, — хрипло пробормотал он и устало упал в ближайшее кресло. Взгляд задержался на экране. Все имена членов экипажа горели голубым с пометкой «Анабиоз» вверху. Все спали. Стиан беззвучно вздохнул и отвернулся. В голове его всё ещё стоял шум.