Я ненастоящий

💧

«Больше никаких поспешных выводов. Сначала спросить, потом загоняться» стучит в мозгах у Чона. Он старается дышать ровнее, не выдавать того факта, что сон с него слетел моментально. Но до него и нет тут особого дела никому. -Ты больше не поднимаешь эту тему, понял? — шипит Юнги. -Но, хён, я теперь не смогу его контролировать! Он опасен. -Да ты, блин, сам для себя более опасен! Мы как-нибудь уладим этот момент. Побудешь на транквилизаторах, в конце-концов, я не знаю… -Мы могли бы хотя бы попробовать! -Ты меня слышал, Ким. Ли в тюрьме и считай, что это знак, что пора остановиться. Ты можешь начать жизнь заново, просто подумай об этом. Спокойная, обычная, скучная жизнь, как мы всегда мечтали, Тэ! -Я понял. — Техён снова аккуратно подтягивает к себе Чона и невесомо касается губами его макушки. Тяжело вздыхает и продолжает задумчиво перебирать тёмные пряди, возвращая вторую руку в область травмированных рёбер. Чонгук теряется в ощущениях: так не касаются того, от кого хотят избавиться. Никто больше не произносит ни слова и Чон пытается дышать глубоко и ровно, дабы не спалиться. В лёгкие невольно проникает еле уловимый вишнёвый аромат. Им пахнет спортивный костюм, понимает Чонгук. Это тот запах, что его раньше так раздражал? Сейчас — ничего. Только лёгкая ностальгия. Жёлтый спортивный костюм смотрелся на Тэхёне чем-то инородным. Наверно потому, что Гук обычно видел его в чёрном, либо в одежде мягких пастельных тонов. В спортивках он сразу перестал напоминать знаменитость. Особенно, когда на злосчастной парковке полицейского управления с фонариком под машиной искал свои разлетевшиеся браслеты, не веря, что ползающие рядом на коленях альфы сами в состоянии справиться с этой задачей. Когда нашли последний, он все пересчитал и убрал было в карман. Но потом передумал, нанизал обратно на запястье. Выглядел при этом ужасно довольным, хоть и смахивал на цыганского барона. -Как там его рёбра? — через некоторое время интересуется Юнги. -Почти в норме. Осталось чуть-чуть. -Ты бы собой лучше занялся, бестолочь. У тебя самого-то шрам останется, если так и будешь на нём только концентрироваться. -Шрамом больше, шрамом меньше. Какая разница? Не больно и ладно. -Большая разница. Как ты Хосоку объяснишь? В пижаме сниматься будешь? -Я вообще не буду. — бурчит обиженно Тэхён. -Ну да, конечно. — Мин затихает ненадолго, а потом рявкает так, что Гука аж подбрасывает, — Эй, Мелкий, просыпайся! Приехали. Чонгук открывает глаза. За окном знакомый и практически родной уже дом. Фонарики на подъездной дорожке светятся всё так же уютно. Эта неделя вымотала и физически и морально. Остаться бы здесь. Никуда не хочется, ни в какой Тайланд, чёрт бы его побрал. Чон на несколько секунд обнимает Тэхёна крепче, прежде чем отлепиться. -Ты как? — Тэхён не торопится выходить из машины. Аккуратно обхватывает ладонями его скулы, заглядывая в глаза. -Я в порядке и всё помню, — на всякий случай сразу ставит в известность Чон. — Как твой бок? -Там царапина. Уже не больно. -Выглядело кошмарно, Тэ. Я чуть кони не двинул от ужаса. -Пока ты рядом, со мной ничего не случится, Гук-а. Видишь? — Тэхён приподнимает край жёлтой толстовки. Салон машины освещён лишь тусклыми лампочками, но рубец на гладкой коже выделяется прилично, — Всё затянулось. Шрам тоже рассосётся быстро. Как рёбра? -Тоже уже не болят. -Ну, вот и славно! — и быстро целует в нос. В нос, блин! -Тэ, пошевеливайся! Тебе, в отличие от нас, ещё шмотьё собирать. В самолёте наобнимаетесь. — в своей привычной ворчливой манере раздаёт указания Мин. — Мы на такси завтра едем или как? Гук-а, доставай свой чемодан. Пока Чонгук лез в багажник за чемоданом, Тэхён уже прошмыгнул в дом. -Хён, — Гук ловит за локоть замешкавшегося у машины Юнги, — пара вопросов. -Нет, нет и ещё раз нет, Мелкий. С тебя на сегодня достаточно. К Тэхёну тоже не лезь. Дай человеку отдохнуть. Прям запер бы вас обоих по разным комнатам. Выбесили. — Юнги раздражённо вышагивает по дорожке, ведущей к дому, — А у меня даже ужин не готов. И доставка в эту жопу мира хрен приедет сейчас. -Я помогу. — Чонгук семенит следом, волоча многострадальный чемодан. -Тебе нужно отдохнуть. -И тебе нужно отдохнуть, хён. А мне нужно мозги перезагрузить. Иначе я буду всю ночь в стенку втыкать и загоняться. *** Юнги прибеднялся: в морозилке оказалось продуктов достаточно, чтобы пережить зомби-апокалипсис. Так что в четыре руки ужин они приготовили довольно быстро. Юнги сменил гнев на милость и даже шутил иногда, по-прежнему бойкотируя все вопросы. Но как только за столом появился Тэхён, сразу воцарилось молчание. Мин пресекал любые попытки открыть рот обеим сторонам. -Разговорчики в строю! — по-армейски рявкал он периодически, — Отставить смехуёчки! Вас по углам расставить, что ли? Ким, жуй давай. Тэхён сидел, подперев щёку, и лениво ковырялся палочками в тарелке, улыбаясь каким-то своим мыслям, изредка кидая взгляды на Чона. И очевидно это и выводило Юнги из себя. -Не хочешь есть — шуруй в свою комнату, Тэ! Нечего мне тут. -Я тебе не Сонми. -А пререкаешься так же. Как будто пятилетка. И ума ненамного больше. -Хён. Прекрати. — вступается за Тэхёна Чонгук и Юнги, надувшись, затыкается до конца ужина. Тэхён уходит первым. Молча, проронив одно единственное «спасибо». Но не выглядит обиженно. Всё так же улыбается чему-то своему. -Мелкий, телефон на базу. — Юнги выжидающе протягивает ладонь. -Что? — Чонгук перестаёт жевать и непонимающе хлопает ресницами. -Что слышал. Телефон изымаю до завтрашнего утра. Думаешь, я не понимаю, что ты кинешься Чимину звонить? Его же продюсера грохнули. -Ну, блииииин! — Чонгук нехотя вытаскивает из кармана телефон. Естественно он собирался звонить Чимину. И не только ему одному. А как иначе? -Не «ну блин». Ты, где не надо, больно умный, я смотрю. Мне Хон рассказал, какие теории ты задвигал сегодня. Так что валенком хорош прикидываться. Я не поведусь больше. Всё, что тебе нужно знать, это то, что Тэхён к убийствам не причастен. И никого он не подставлял — у Ли крыша поехала на почве ревности, вот и всё. У Чимина ты тоже никакой особой информации не получишь. Он слишком давно работал с Соном, чтобы хоть что-то знать. Я с ним уже разговаривал, нечего его дёргать. -Меня не только эти вопросы интересуют. На допросе и другие темы затрагивались. -Вот завтра по этим темам Тэхёна и погоняешь, — Мин по-отечески похлопывает Чонгука по плечу, — Уверен, он будет безумно рад с тобой наконец-то всё обсудить. А на сегодня лимит исчерпан. Твоему мозгу нужен отдых. И не вздумай сунуться к Тэхёну ночью — у меня всё предусмотрено. Выбирай, кто с кем спит в одной комнате: ты со мной, — он делает драматическую паузу, играя бровями, — или я с Тэхёном. Три секунды на ответ. -Да что за детский сад, хён! -Время вышло — теперь моя очередь выбирать. -Хён!!! -За меня не переживай, Мелкий. Тэхён, конечно, храпит, как трактор, но я справлюсь. Всё ради тебя. — Мин собирает со стола тарелки, сгружает в посудомойку, всем видом демонстрируя, что разговор окончен. Но Чон уже закусил удила. -Что-то раньше ты не особо стремился нас разводить. Может нормально объяснишь, что случилось? -А я должен? Мне казалось, ты уже привык к тому, что никто ничего не объясняет. Что, не устраивает больше, да? -Угадал. Не устраивает. Я прекрасно слышал ваши перешёптывания в машине. Он сказал, что хочет от меня избавиться. -Ну… Там не в прямом смысле и …не совсем от тебя, но… Ладно. Скажем так, у Тэхёна есть одна давняя навязчивая идея. — заговорщически тихо проговаривает он, — Она, возможно, действительно гениальная и, скорее всего, даже лучшим образом скажется на твоей кукухе, Мелкий. И я не сомневаюсь, что если он предложит, то ты согласишься. Но вот ему самому она грозит очень большими проблемами. -Нормально можешь сказать? Не своими этими ебучими загадками! — шипит в ответ Чон, — Как они меня задрали, ты бы знал! -Да я не знаю, как тебе объяснить! Я, возможно, вообще плохо понимаю суть. Но если он прав и у тебя слетел блок, то события, как я предполагаю, могут развиваться в двух направлениях. Первый вариант: к тебе медленно и постепенно возвращаются воспоминания и мы все живём долго и счастливо. А может, конечно, и не возвращаются. Но не суть — ты от этого не помрёшь. Главное, что ты не будешь больше «рыбкой Дори». Второй вариант: Тэхён форсирует этот процесс своими грёбаными экспериментами. И тогда все тоже живут долго и счастливо, но, возможно, без него. Просто запомни: что бы Тэхён тебе не предлагал в ближайшие дни — откажись. Он хочет сделать лучше для тебя, но сам окажется в жопе. Через пару дней он перебесится, трезво оценит ситуацию и успокоится. И все мы наконец-то сможем свободно выдохнуть. -С какого хрена я вообще должен тебе верить? Ты оракул, что-ли? -Можешь не верить. Мне похрен. Я бы сказал, у него спроси, но ему башку тебе задурить, как нефиг делать. Дотронулся пару раз и твоё сознание уже в другой вселенной. -Дотронулся?.. — не въезжает Чон. -А ты не понял? Это тот же самый трюк, что и с феромонами, зато другим неочевиден. Очень удобно, когда действовать нужно выборочно и беспалевно. А чего, ты думаешь, он тебя лапает постоянно? Недотрога наш. От огромной любви? Я не исключаю и этот вариант, но манипуляции — это по его части. -С чего вдруг такие откровения? За что ты на него взъелся? -С того, что он хочет всё переиграть. И мне это не нравится. И тебе не понравится тоже, поверь мне. Я не хочу чтобы он рисковал собой ради тебя. Между Тэхёном и тобой я выберу Тэхёна. Надеюсь, ты тоже. Но знаешь, я и так наговорил тебе тут лишнего дофига. -Этого слишком мало. -Не волнуйся. Если ты завтра проснёшься в своём уме, то Тэхёна будет не заткнуть. *** Уснуть не получилось. Возможно, просто от нервного перенапряжения. Но было и ещё кое что: ему словно физически необходимо было находиться рядом с Тэхёном. Чон прокрутился в кровати около 2х часов, но в результате сейчас мнётся у двери в чужую комнату, всё никак не решаясь постучаться. И застывает, когда дверь распахивается сама. -Я слышу, как ты топчешься. — Тэхён чуть отходит в сторону, приглашая войти, — Чего хотел? -Да ничего особенного. Просто пожелать спокойной ночи и… Тут Юнги-хён пошутил неудачно и я… -Юнги-хён серьёзен, как никогда, Мелкий. — Мин в очередной своей смешной пижаме дефилирует из ванной комнаты с деловым видом, — Ты всё думаешь, что я шутки шучу? Зря. Я давал тебе выбор, но ты предпочёл не меня. И теперь я вынужден утешаться в объятьях другого. — он бесцеремонно усаживается на чужую постель, легонько похлопывает по подушке рядом с собой, приглашая Тэхёна занять вторую половину кровати. Тэ пытается спрятать улыбку. А Чонгук багровеет: -Ты охренел, хён?! — рычит он. -Отнюдь. Я сказал, чтобы ты даже не думал соваться сюда. И что я вижу? -Ты не будешь здесь спать! — начинает закипать Чонгук. Мин же, напротив, само спокойствие. -Это почему же? Мой дом — где хочу, там и сплю. -Выметайся, хён!!! -И не подумаю. — Юнги ставит свой телефон на зарядку, а затем берёт с прикроватной тумбочки какой-то крем, аккуратно макает в него пальчик и любовно растирает по щёчкам, выбешивая Чонгука окончательно. -Чонгукки, иди спать. — Тэхён, перехватывает разъярённого Чона на полпути к Юнги. -И оставить тебя с ним?! Ну уж нет. -Я всегда сплю здесь, не волнуйся. — кивает Ким на небольшой диван под окном, на котором действительно лежат подушка и одеяло. Просто Чонгук был слишком сосредоточен на Юнги, чтобы это заметить. Ким, поймав недоуменный взгляд, принимается пояснять, — Мне на нём удобнее. Я могу начать задыхаться во сне и поэтому последнее время сплю практически сидя. Здесь подлокотники высокие, мне нравится. Юнги специально для меня его выбирал. А кровать — так, на всякий случай. -На случай, если нам захочется поразвлечься, — деловито добавляет Мин, похлопывая себя по намазюканным толстым слоем крема щекам, — Так что не волнуйся, Чонгук-а. Спи спокойно. -Почему задыхаешься? — ошарашено тянет Гук. -Не знаю, — ведёт плечиком Тэхён, — Наверно моему организму кажется, что так прикольней. — Он поэтому здесь? Чтобы не дать тебе задохнуться? — указывает Чонгук на Юнги. -Это же не приступ эпилепсии. Да всё и не так серьёзно, как ты подумал. Просто немного дискомфортно. Приступы участились в последнее время и Юнги меня будит, если необходимо. Вот и всё. Но обычно этого не требуется. -Так ты не уйдёшь? — обращается к Мину Чонгук, чуть сбавив обороты. -Нет, я не уйду, Чонгуки. — кивает тот и залезает под одеяло, укрывшись до самого носа. Тэхён тоже усаживается на свой диван и с интересом наблюдает за Гуком в ожидании дальнейших действий. -Ну, тогда спокойной ночи. — Чонгук щёлкает выключателем, пару секунд стоит у двери, а затем, стремительно обогнув кровать, забирается под одеяло к Юнги. -Я счастлив, что в итоге ты выбрал меня. — Юнги гадко хихикает в темноте. Тэхён вторит ему с дивана. Одному Чонгуку не смешно. ***

🩸

«Неужели это твои самые любимые цветы? Не могу поверить! — смеётся Гук, глядя, на Тэхёна, завороженно касающегося кончиками пальцев жёлтых лепестков. -Они пахнут счастьем, разве ты не чувствуешь? — удивляется Тэхён. -Но ведь они даже не красивые! Лотосы хоть на что-то похожи, а эти — недоразумение. -Разве? Посмотри, как они всё преображают! — Тэхён обводит рукой заводь и Чонгук видит. Видит ярко синюю гладь реки с жёлто — зелёными пятнами кубышек. Видит причудливых разноцветных стрекоз, на которых раньше не обращал внимания. Видит упирающиеся в небо сосны. Видит солнце, запутавшееся в каштановых с медным отливом волосах. Видит как тонкие пальцы беззастенчиво поглаживают спину наглого толстого пятнистого карпа. Как краснопёрки из воды наблюдают за причудливым созданием, что кидает им маленькие кусочки чего-то вкусного. «Кувшинки пахнут счастьем» — константой укладывается у Чонгука в голове. Тэхён с Чонгуком в Пусане всего второй день и альфе жизненно важно показать ему все свои самые любимые места. Вчера успели только по городу немного пробежаться. Остальным временем безраздельно завладел дедушка: ещё бы — внук привёз омегу. Пусть и называет его «лучшим другом», но он-то не слепой. «В отличие от Чонгука, которому хоть и шестнадцать, но детё» — так дед сказал. Сегодня собираются на реку, что бежит недалеко от родительского дома — одно из самых любимых мест. Дед Чонгука снабдил их лодкой, удочками и смесью для прикорма. Хотя, удочки можно было и не давать. По одному лицу Тэхёна, который позеленел от вида опарышей, было понятно, что рыбалки у них не выйдет. Пришлось ещё и жилет надувной искать в сарае среди старых Чонгуковых игрушек — «фифа сеульская» (не потому, что противный — просто слишком уж смазливый) плавать не умеет, видите ли. Дед повздыхал, но отпустил: не тащиться же с ними. Как-нибудь уж не утопнут, дай Бог. Тэхён в лодке жилет снял — неудобно. На вопрос Чонгука, не боится ли он, что лодка перевернётся, только отмахнулся. -Должен же я кому-то в этой жизни доверять. Мне с тобой не страшно. — и снова вернулся к созерцанию рыбёшек. А Гук полез за бумагой и карандашами. -Что ты всё рисуешь? Я же фотик взял. — Тэхён, заслышав характерное чиркание карандаша по бумаге, полез в рюкзак, выуживать свою драгоценность. -Я уж как — нибудь по старинке, — хихикает Чонгук, чтобы скрыть неловкость от того, что его застукали. -Жаль, что я не умею, как ты. Сейчас не двигайся. Свет хорошо лёг. — командует Тэхён, щёлкая затвором. Потом валялись на песке на расстеленных криво полотенцах. Нежились в солнечных лучах. -Просто немыслимо красиво, правда, Гук-а? — шепчет Тэхён, завороженно разглядывая, как солнце пробивается сквозь верхушки сосен на том берегу. -Да… Красиво немыслимо… — соглашается Гук, облизывая взглядом медовую кожу. Хочется не взглядом, но это как-то сильно не по-дружески. А они всё-таки друзья. -Я хочу мальков ещё посмотреть, — Тэхён отряхивается от песка и возвращается к воде. -Погрелся бы ещё чуть-чуть! Губы, вон, совсем синие. — Чонгуку хочется, чтобы омега ещё немного просто полежал рядом, но это же Тэхён — у него шило в одном месте. Приходится тащиться за ним в воду, а то мало ли что. Но Тэхён заходит всего лишь по щиколотку. Чонгук повторяет за ним, становясь рядом. Через минуту их ступни уже вовсю изучают крошечные мальки. -Они удивительные, правда? Такие малыши любознательные! А ведь иная форма жизни, обитающая в совершенно другой среде, по сути. Разве это не странно? — Тэхён тихонько присаживается на корточки, чтобы не спугнуть рыбёшек, и опускает в воду руку. Вокруг неё тут же собирается новая стайка. — Вода — это, наверно, самое прекрасное, что есть в этой жизни. Как думаешь, Чонгукки? Посмотри, она совершенная, да? -Угу, — кивает Гук, но не на воду смотрит, — Я думал, ты боишься воды. -Не знаю, — пожимает плечами Ким, — Эта река выглядит вполне безопасно. Так, словно можно легко доплыть до другого берега. -Я много раз переплывал, — хвастается Чон и Тэ восхищённо вскидывает на него глаза, — Может всё-таки позволишь мне тебя научить? -Нет-нет-нет, — мотает головой Ким, — Я морально пока не готов. Мама говорит, что надо просто расслабиться, довериться и ты не утонешь, но я не могу. У меня с доверием, видимо проблемы, — хихикает, — Как можно довериться, если уже побывал на дне? Побывал на дне… Побывал на дне… Картинку словно смывает бурлящий поток. Тело швыряет в пространстве: непонятно где верх, где низ. Паника накрывает с головой. Лёгкие жжёт от нехватки кислорода. Невозможно сделать вдох. ***

💧

Чон распахивает глаза, приподнимаясь на локтях. Пытается угомонить вознамерившееся пробить грудную клетку сердце. И тут же следом, задыхаясь, подскакивает на диване Тэхён. Он, на удивление быстро приходит в себя, в отличие от Гука, который всё не может стряхнуть с себя остатки липкого кошмара. Тэхён пересаживается на кровать напротив Чона. Просто смотрит сосредоточенно и молчит. Как в ужастиках. И от этого мороз по коже. Через пару секунд к нему присоединяется Юнги. -П-привет… — мямлит растерянно Гук, переводя взгляд с одного на другого. -Привет! — кивает Тэхён, продолжая смотреть напряжённо. Пауза затягивается, а уголки губ Тэхёна медленно, но верно ползут вниз. -Я Ким Тэхён. — наконец произносит он как-то обречённо и протягивает ладонь для рукопожатия. -Блин, вы напугали, — выдыхает с облегчением Чонгук, — Сидите с такими рожами, словно у нас вчера реально чё-то было. -Ты придурок, что ли, Чон Чонгук?! — практически запрыгивает на него Тэхён, повалив обратно на подушки и видимо намереваясь задушить в объятьях. -Не знаю… — мурлычет Юнги, — Мне лично всё понравилось.