Biolands

      Скорее всего, этой экспедиции пришёл конец. Несмотря на то, что этому журналу вряд ли уже суждено быть кем-то ещё прочитанным, я всё же делаю эту последнюю запись в слабой надежде, что судьба экипажа "Оркама" станет однажды известна миру.       После пропажи в морских глубинах юных Тоа Марки, Амайи и Маку экипаж разбился на два неравных лагеря. Правой стороны в этом споре не было: нельзя было как оставить пропавших товарищей, так и оставаться на месте, рискуя подвергнуться новым нападениям неизвестной угрозы.       Вспоминая времена, когда Раага были наставниками для нас, особенно тяжело было видеть Гааки потерянной и нуждающейся в совете, которого мы дать не могли.       — Если мы не решаемся рискнуть ни тем, ни другим... тогда остаётся только... Рискнуть сразу всем! — решение в итоге предложила её старый товарищ.       Тоа Юникс, мне кажется, до сего дня только номинально считалась одной из руководительниц экспедиции, первой после Гааки маской на "Оркаме". На деле же практически все решения принимались либо капитаном, либо квартирмейстером... (Либо одной Тоа Света, обладающей сверхъестественной способностью красть инициативу... хотя, может, для Тоа Света она не так уж и сверхъестественна?) Но сегодня, когда капитан отсутствовал, а квартирмейстер была в растерянных чувствах, её помощница решилась взять ответственность на себя.       И я, несмотря на все обстоятельства, не могу винить её в том, чем это обернулось. Да, решение оказалось, конечно, в итоге ошибкой, но лучшего у нас не было. И я сам на её месте предпочёл бы принять решение и ошибиться, чем не делать вовсеничего.       Решение, предложенное Юникс, горячо поддержали, конечно, лучшие подруги пропавших Тоа — Каи, Коту и Шаса; а также Нирета с Никси (видеть этих двух солидарными друг с другом — это отдельное дивозрелище... на которое я сейчас не буду отвлекаться). Остальные... возражений не имели. Единственным, кто продолжал настаивать против, обосновывая мнение "бессмысленностью дальнейшего риска оставшимся экипажем", был Пало.              — Если бы только я был Тоа, — посетовал Сансо. Наши музыканты вместе с нами провожали отряд Тоа Воды в путь. — Я бы мог... создать воздух прямо им в лёгкие прямо на месте...       — Это было бы опрометчиво, — возразил я. — Воздух, попавший в лёгкие не через естественный процесс дыхания, может вызвать разнообразные неприятные рефлексы и усугубить положение пострадавших.       — Не говоря уже о том, что создавая воздух в и так наполненных водой лёгких, ты бы рисковал попросту разорвать им грудные клетки, — добавила моя... коллега мрачно.       — Тогда... помог бы наладить вентиляцию, после того, как их бы вытащили и выгнали воду из лёгких, — пробормотал Сансо, съёжившись.       — Вот это уже более разумное предложение, — она посветлела и улыбнулась маторану. Тот, однако, не расслабился.       — Если когда-нибудь стану Тоа, обязательно заведу себе Маску Дыхания под водой, — заявил тем временем Макани.       — А вот это — самое разумное предложение из всех на сегодня, — мой новый друг-Турага хохотнул отрывисто, вопреки атмосфере, к смеху совершенно не располагавшей.       Итак, все оставшиеся на борту Тоа Воды разом спустились в глубины, чтобы бросить все силы на поиски, спасение и устранение — похищенных товарищей и неизвестной угрозы. Действовать нужно было незамедлительно — оставалась от силы пара часов, прежде чем кислородное голодание сделало бы своё дело с пропавшей тройкой.       ...       И ни одна из них не вернулась.       ...       Мы, собрав все свои ничтожные силы, дали тщетный бой тому, кто поднялся на борт вместо них.       Этот бой закончился донельзя быстро. Дольше всех на ногах продержались мой коллега и Пало, но и их сразил самопровозглашённый император моря.       – Отныне этот корабль является частью флота императора Мантакса, – заявила морская тварь, рассматривая механизмы, управляющие парусами. Ему потребовалось совсемнемного времени, чтобы разобраться в них и повести корабль прочь от...       – Что ты сделал с нашими Тоа!? – потребовал я, разрываясь от отчаянного бессильного гнева.       Нокама молча взяла меня за плечо и показала за борт. Вдали, и становясь всёдальше и дальше, виднелись показавшиеся над водой знакомые маски.       Одна Тоа, покрупнее (явно Юникс), рьяно трясла другую, кажется, Гааки. Никси, видимо, выдавливала воду из лёгких пострадавших. Коих было много. Мы вгляделись, чтобы пересчитать их.       – Они все живы, – прошептала она. – По крайней мере, они все живы.       Мантакс издал краткий, бездушный смешок.       – Только не говорите, что надеетесь на спасение, – произнёс наш захватчик чуть ли не добродушно. Настроение, видимо, у него было отменное. – Это ведь сами ваши Тоа уступили мне корабль.       – Что ты... – стремительно садящимся голосом выдавил я.       – Им пришлось пойти на это, иначе они бы не смогли спасти Маку, Марку и Амайу... и других пострадавших, – поняла Нокама.       – Так и было. Мы произвели обмен, – сказал Мантакс весело. – Вы уж не обессудьте их за то, что про вас забыли. Ну, поболтали и хватит. Мне, хотя бы первое время, пригодятся заложники, мало ли ваши Тоа ещё объявятся. Хотя конечно, нагишом в океане они долго не протянут. А, да, на капитана вашего и остальных тоже, само собой, не надейтесь, – он говорил самые ужасные вещи абсолютно нейтральным тоном, с абсолютно нейтральным лицом. – В любом случае, сразу я вас не убью, но мне тут ваши кислые морды не нужны, так что...       Так, нас семерых согнали в каюту потеснее.       – Дозволь хотя бы за судовым журналом сходить, – произнёс мой друг. – Мы должны сделать запись о том, чем закончилась наша экспедиция.       – Почему нет, – сказал Барраки. – Ты, который из всех наиболее жалко выглядит. Можешь сходить туда, где вы храните свои записи. Я запру тебя там, и пиши сколько влезет. Надеюсь, ты понимаешь, что как только попытаешься что-то выкинуть, твои "почтенные" друзья здесь немедленно отправятся ко мне в гости. То есть, на дно. То же самое случится с тобой, если твои друзья что-то попробуют. Понятно объясняю?       Стиснув зубы до хруста, я кивнул.       И вот, я подвожу итоги нашего путешествия.       Нет, я всё же не думаю, что оно было совсем бессмысленным. По крайней мере, мы победили одного Барраки и спасли одну маторанку.       Я зря говорю "мы", ведь сам в этих событиях не принимал никакого участия. Сейчас, в момент полного бессилия, моя нынешняя слабая форма особенно тяготит меня. Нет, я не жалею, что пожертвовал силой Тоа, но всё же... Всё же, сейчас мне особенно сильно кажется, что я успел побыть Тоа слишком, слишком недолгое время.       Действительно ли Гааки и остальные Тоа Воды пожертвовали нами вместе с кораблём?       Конечно нет, я ни на секунду не поверил в это. Они могли уступить Мантаксу корабль, да, но не нас. Коварный Барраки попросту обманул их, чтобы не остаться без заложников на случай, если его попытаются преследовать.       Может быть, надежда ещё не потеряна. Они живы. Да и что с капитаном и его подводным отрядом случилось, я не знаю (пусть это и простопотому, что не решаюсь спросить нашего пленителя). Дорогу тоже никто не нашёл...       ...       Если вдруг, каким-то чудом, эти записи всё же окажутся в руках того, кому они были изначально адресованы...       Прости нас, Тоа Лива. Мы совсем не хотели, чтобы ты читал повествование, обрывающееся настолько мрачно.       Я всегда славился среди прочих Тураг своим чувством юмора. Кто, как не я, должен быть хранителем надежды, особенно в такой тёмный час? Особенно перед лицом этого существа, что насыщается нашим отчаянием? Поэтому...       Поэтому, я ещё не ставлю точку. Поэтому, пока я продолжаю дышать, я буду сохранять надежду вновь увидеться с тобой. Есть ещё шанс, что нам с тобой доведётся вновь посмеяться вместе.

Твой друг, Турага Матау.