Экватор

Печальную неделю спустя Чонгук немного остыл. Жизнь как будто вернулась в прежнее русло, разве что больше не было никаких провокационных записок. Могли бы появиться какие-нибудь действия, способные вызвать вопросы. Иногда Чонгуку, как говорил Ким, хотелось поймать Тэхёна где-нибудь после пары или перед ней, запереться с ним в туалете — лишь для поцелуя, честно, — или пойти к нему на кафедру, когда там никого не будет, и сделать что-нибудь… Горячее. Но всё это были порывы похоти, а к ней Чонгук редко прислушивался. Вместо этого он размышлял о том, как бы ему хотелось всё вернуть. Избавиться от тягостного чувства в груди, иметь возможность позвать Тэхёна в столовую, чтобы послушать какие-нибудь байки или истории из детства Чимина. Даже если он попробует организовать уютный университетский вечер, он либо пройдёт напряжённо настолько, что даже Чимин, хорошо чувствовавший отца, поймёт, что что-то не так, либо Ким просто откажется. Чонгук скучал по Тэхёну и винил себя в несдержанности. Не стоило оставаться, когда они с Кимом, посетовав, что Чимин так напился, уложили его спать. Нужно было уйти сразу же. Но этот же Чонгук говорил, что он не жалеет. Говорил он, правда, только Тэхёну, а себе — уверенности уже не хватало. Если не жалеешь, почему думаешь о том, что всё плохо, ты всё испортил и жизнь не станет прежней? Не похоже, что ты не раскаиваешься, как раз наоборот — тебе очень жаль, что так вышло. Мысли утомили Чона настолько, что он едва не явился к Тэхёну, когда Чимин сказал, что весь вечер пятницы будет занят. — Не смейся и не дразнись, но я пригласил Хёну на свидание. — Ммм, наш мальчик созрел, — пошутил Чонгук, хотя это была не первая девушка Пака. — Я ведь просил, — насупился Чимин. — И куда пойдёте? — В кино, потом в кафе. Но вряд ли она согласится даже на поцелуй. Она мне так и сказала, — Чимин сел прямее и сделал голос выше, пародируя Хёну. — «Если ты рассчитываешь на быстрый секс, то это не со мной!» Ну и ладно. Мне и так… знаешь, я и так доволен. Хочу просто с ней побыть. Чонгук понимающе кивнул. Ему бы тоже хотелось просто побыть с Тэхёном. Следующие дни не происходило ничего занимательного. Обычная учёба, внезапные тесты. Чонгук и Тэхён почти не пересекались, только иногда многозначительно переглядывались, как будто каждый хочет что-то сказать, но опасается, что второй не одобрит то, что ему скажет. Или нет? Чонгук просто тосковал. Особенно по двузначным намёкам. Их не хватало больше всего. И ещё, пожалуй, небрежных прикосновений, которые Ким иногда позволял себе даже при Чимине. Ничего из ряда вон: просто врученная чашка, коснувшиеся руки пальцы. Или в пылу спора опущенная на колено рука. Внешне они не придавали этим жестам никакого значения — даже не смотрели на то, как это выглядит, — но внутренне каждый понимал, что эти допущения ведут их к чему-то особенному. Теперь же были только лекции и семинары, а ещё пара визитов в гости, но всё тихо и без флирта. Что осталось у Тэхёна и Чонгука? Со стороны как будто ничего не изменилось, они всё ещё общались, правда, реже, чем раньше, но это ничего не значит. Со стороны. Но для них самих то, что они перестали проводить время вместе, значило всё. Тэхён убеждался в том, что это всё-таки была ошибка — Чонгук невольно убеждал его в этом, потому что застрял между признанием в любви отцу своего лучшего друга и этим самым другом. «Мы ещё можем всё исправить». Ничего, кроме реакции Чимина, они не исправят. Память не стереть, желания так просто не унять. Чонгук ходил в этих размышлениях по кругу, спотыкался о трепетное «я люблю», но вставал и продолжал идти, избегая и этого слова, и этого чувства. До пятницы, случившейся три недели спустя. Роман Чимина, о котором Пак сообщал во всех подробностях — во что она была одета, чем пахла, куда они ходили и что делали, — набирал обороты. — Она так целуется, — мечтательно глядя в потолок, говорил Чимин. Чонгук смотрел на него с улыбкой влюблённого, который тоже знает о том, как целуется предмет его обожания. Правда, были некоторые «но», но в тот день Чон не слушал никакие отговорки своего разума. Он влюблён, это, кажется, даже взаимно. И хотя бы сегодня он будет получать удовольствие от всего, что напомнит ему о Тэхёне. Видимо, Чон начал забывать их греховную ночь, и теперь ему уже было чуть менее стыдно за неё. — А как на счёт остального? — подзадоривал Чонгук, но Чимин был серьёзен. Он впервые по-настоящему был заинтересован в ком-то. — Думаю, всё случится сегодня: она предложила переночевать у неё. Мол соседка куда-то уйдёт на всю ночь, не хотел бы я составить ей компанию. — Прям всё случится? — посмеялся Чонгук. Чимин толкнул его в плечо. — Ну эй, можно немного уважения! У меня последний раз такое волнение было ещё в школе, с моей первой девчонкой. А у тебя? — Чимин, закусив губы, посмотрел на Чонгука доверчиво. Вся его фигура умоляла рассказать какую-нибудь важную тайну. Можно было бы обойтись первым гетеросексуальным сексом — как раз в тему разговора. Но там не было ничего интересного. Не было и волнений: Чонгук переспал с Юной, потому что они встречались, её тело казалось ему достаточно привлекательным и гормоны были очень «за» такой досуг. Но волнение было в другой раз. Самый жаркий из всех, что были у Чонгука. Чон сделал глубокий вдох и на несколько секунд закрыл глаза. Момент показать, что он доверит Чимину любой секрет, идеальный, но вдруг Пак станет допытываться? Вдруг Чон случайно подскажет, с кем именно был его первый раз? — Я… — Чон открыл глаза и сделал ещё один вдох. — Был близок с человеком своего пола. С мужчиной. Он старше. «Это можно было не уточнять, идиот». Но Чимин не уловил в этой информации ничего лишнего. Он лишь лучезарно улыбнулся и сильно, с чувством, хлопнул Чонгука по спине. Чон поперхнулся и, улыбнувшись, опустил глаза. Было чудовищно неловко из-за этого признания — оно же об отце Пака. Но вместе с тем получить такую поддержку оказалось приятно, ведь в его собственной семье его вряд ли примут. — А я знал, я знал! Не в упрёк, но я чувствовал, что в тебе это есть — влечение к кому-то из парней. И кто это? — Чимин придвинулся ближе. — Вы встречаетесь? Или просто кто-то из гейского тиндера? Или из бара? Вот ты скрытный! — возмутился Пак, хлопнул Чона по спине снова. — Ты отобьёшь мне спину, — пожаловался Чонгук. Ему так хотелось рассказать всё, но пока было рано. — Не могу ответить пока, ведь в этом замешан не только я. Не хочу, чтобы у кого-то были проблемы. — Ла-а-адно, — согласился Пак. — Но я очень рад, что ты поделился, очень! Вместо удара он крепко обнял Чона, и это вызвало новый виток размышлений: а может, всё это не настолько ужасно? Может, стоит признаться? Сначала надо обсудить это с Тэхёном. А попутно можно сделать что-нибудь ещё. Раз уж он всё равно идёт в гости. Чонгук нашёл в своём гардеробе самую соблазнительную одежду. Брюки, подчёркивающие формы, и бордовую рубашку, в которой он, по отзывам всех, кто видел его в ней, выглядел очень эффектно. То что надо. Если Тэхён попробует отказать ему, Чонгук сразит его своим внешним видом, который, как отметил и сам Чон, был весьма, весьма неплох. Он бы точно не устоял, если бы увидел Кима в чём-то таком. Впрочем, пока Чонгук не устаивал и даже перед растрёпанным Тэхёном в трусах. — Кажется, Чимина сегодня нет дома, — начал Чонгук, едва Тэхён впустил его. Выглядело так, как будто он даже его ждал: отложил все дела, оделся в удобную одежду, которую будет легко и быстро снимать. Или нет, погодите, речь всё ещё о Чоне? В любом случае, недовольным Тэхён не казался. — Да, он написал, что останется ночевать у девушки. Чонгук разулся и медленно обошёл Тэхёна, чувствуя на себе его взгляд. Взгляд, полный желания. — Я подумал, может, тебе тоже нужна компания. — Может, — не стал спорить Ким. — Ты откуда такой? Чонгук подошёл к Киму. Близко. Явная провокация, но им обоим нравилось то, как всё идёт. Не слишком настойчиво и всё-таки очевидно. Сценарий один, но прийти к нему можно по-разному. — Какой? — спросил Чон, отходя на пару шагов и давая Тэхёну разглядеть себя. Киму понадобилось на это больше минуты — не потому что он действительно что-то не видел. Видел всё, особенно то, что так Чонгук выглядит для него. Просто любовался. — Головокружительный, — негромко проговорил Ким, становясь рядом и беря Чона за плечо. — Сногсшибательный, — продолжил он тише, а затем повёл руку к воротнику рубашки, касаясь пальцем кожи. Чонгук задержал дыхание, но терпеливо ждал, не шевелясь. — Потрясающий, — шепнул Тэхён, заменяя пальцы губами. Чон закрыл глаза и откинул голову, подставляя кожу поцелуям. — Рад, что ты оценил, ведь я так нарядился только для тебя. — Очень жаль, что придётся всё это с тебя снять, — с неискренним сожалением усмехнулся Тэхён, приводя свою угрозу в исполнение и расстёгивая пуговицы на рубашке. Чонгук потянулся руками к ширинке Тэхёна, но в замке вдруг послышался звук ключа, и он в панике отпрянул. Что делать?! Он выглядит слишком вызывающе, чтобы соврать что-то убедительное даже доверчивому Чимину. — Успокойся, — Тэхён глянул в глазок и вернулся к Чонгуку. — Это соседка. Она старенькая и постоянно путает двери. Что взять со старого человека. Чимин однажды что-то сказал ей — без претензии, просто констатировал факт, что она шуршит, и он боится, что это воры, а она так извинялась, что у меня сердце чуть не разбилось. Бедняга переживает больше нас, — Ким покачал головой, но сердце в то мгновение разбилось у Чонгука. Обычный жест, который давно перестал иметь на Чонгука влияние. Но в ту секунду это была не просто жалость к случайному человеку. Это был окончательный выбор, который Чонгук сделал и принял. Он любит Тэхёна и будет бороться за эту любовь, как бы сложно это ни было.