Целители и проклятия

I

      Они аппарировали в квартиру Гермионы, едва не приземлившись прямиком на мирно умывающегося Живоглота. Снейп тяжело покачнулся, чуть не свалив их обоих, но Гермиона смогла направить его падение на диван. Профессору хватило сил, чтобы одарить ее сердитым взглядом — хороший знак.              — Извините, — она решила сразу повиниться в надежде хоть немного сгладить будущую бурную реакцию Северуса. — Через портал мы бы перенеслись обратно в клинику, а вы сами говорили, что не выносите больничные палаты. И там бы обязательно начали вокруг вас суетиться — почему-то мне показалось, что вы это не оцените. Да и вам просто требуется отдохнуть, все не так плохо… Я хотела как лучше…              — Эта фраза должна быть девизом вашего факультета, — злобно просипел Снейп, заваливаясь на подлокотник дивана и закрывая глаза.              Очень хотелось расспросить его обо всем, что произошло за закрытой дверью. Что это был за душераздирающий вопль, какая магия так его истощила? А самое главное, что он смог узнать о проклятии? Но сейчас было не время.              — Просто переночуете, вот и все. Я бы предложила вам лечь на кровать, но вы снова откажетесь. Диван тоже удобный, его можно разложить, — Гермиона поймала себя на мысли, что объяснения перерастают в оправдания, а оправдываться ей не за что. Ну, почти. В конце концов, она правда действовала из благих побуждений, а не чтобы ему досадить.              Тихонько поднявшись, она удалилась в спальню.       Квартира была небольшой, но очень нравилась Гермионе. Потолок мансардного этажа оказался достаточно высоким, так что относительно небольшая площадь компенсировалась объемом помещения. Кухня-гостиная была самой просторной комнатой, выполняя одновременно роль кабинета. Центральное место занимал тот самый диван, на котором сейчас полулежал Северус, по бокам разместилась пара кресел. Телевизор Гермиона никогда не жаловала, так что обошлась без него, отдав предпочтение книжным полкам. В дальнем углу стояло фортепиано. Небольшие окна находились почти под потолком, так что естественного света было немного, что Гермиону совершенно не расстраивало — пара торшеров прекрасно спасали ситуацию. К тому же приходила она сюда в последнее время только спать.              Кухонная техника, плита и холодильник, досталась от домовладельцев. Сейчас хозяйка судорожно прикидывала, выдержат ли они соседство со странной особенностью Снейпа влиять на электроприборы. Плита была газовой, а холодильник — довольно допотопным… Ладно, в конце концов, можно будет купить новый. Кроме этого были небольшой проигрыватель и ноутбук, но их просто можно не включать.              В спальне из мебели была только кровать, тумбочка и шкаф. Где-то в этом шкафу должны были остаться старые домашние вещи Рона. Роста со Снейпом они были примерного одного, оставалось надеяться, что гость не изойдет на желчь, если она предложит ему переодеться в вещи младшего Уизли. В самом деле, не может же он спать опять одетым, тем более что после подвала его одежда не отличалась чистотой.              На поиски ушло минут десять. Наконец, в дальнем ящике были обнаружены полосатые сине-красные штаны и футболка с гербом «Пушек Педдл». Когда-то вещи были постираны и убраны подальше. Выкинуть их или вернуть Рональду руки у нее так и не дошли. Не удержавшись, Гермиона тихонько посмеялась перспективе увидеть грозного декана Слизерина в таком виде. Что ж, лучше посмеяться сейчас, чем когда — если — она увидит его в довольно нелепых вещах бывшего мужа. Она так и не сумела донести до Рона, что рыжим лучше не носить одежду красного цвета.              Прихватив с собой еще большое полотенце и комплект свежего постельного белья, Гермиона вернулась в гостиную. Макушка Снейпа теперь возвышалась над спинкой дивана. Прекрасно, у него хватило сил сесть.              — Профессор, я принесла вам вещи и постель.              Обойдя диван, она села в кресло, стоявшее ближе к гостю. Выглядел он все еще паршиво, но хотя бы открыл глаза и теперь сердито смотрел на нее, сведя брови на переносице.              — В Академии нас учили, что после продолжительного взаимодействия с темной магией лучше всего вымыться под проточной водой — это должно помочь снять остаточные эффекты. Я… вот, нашла кое-какие вещи Рона, — она положила рядом с ним футболку и штаны, опасливо поглядывая на мрачного Снейпа, — думаю, по размеру они должны вам подойти. Вид, конечно, не очень, но они чистые… Если хотите, я могу изменить цвет. Переоденетесь после душа, а я пока что постелю вам.              Молчание затягивалось. Снейп перевел взгляд на стопку цветастой одежды и тяжело вздохнул.              — Я никому не скажу, честное слово! — выпалила Гермиона. — Завтра, когда вам станет легче, выскажете мне все, что думаете.              — Спасибо, мисс Грейнджер, — наконец хрипло проворчал Снейп, подняв на нее глаза.              Второй раз за вечер она слышала от него эти слова. Наверное, это был мировой рекорд по получению благодарностей от Северуса Снейпа, тем более за столь короткий промежуток времени. Слова эти явно давались ему тяжело и совершенно не вязались с интонацией и выражением лица.              Когда Снейп вцепился в спинку дивана и стал медленно подниматься, Гермиона потянулась помочь, но он упреждающе выставил руку. Настаивать она не решилась, поэтому просто подошла к двери в ванную, взяв с собой стопку вещей. Уборная тоже была небольшой, только душевая кабина, никакой ванны. Вещи хозяйка сложила на этажерку и пустила воду в душе.              — Не закрывайте дверь на всякий случай. Если не выйдете через полчаса, мне придется вас проверить, договорились? Мыло и шампунь на полке в душе.              Невольно вспомнилось хогвартское поверье о боязни Снейпом мыла. Хотя, если торчать целый день в кабинете с дымящимися котлами, немудрено так паршиво выглядеть. Стоило признать, одежда профессора всегда была в порядке. Памятуя их недолгую с Роном семейную жизнь, Гермиона могла сказать, что и супруга тоже приходилось порой загонять в душ едва ли не пинками. Джинни иногда в сердцах жаловалась на те же проблемы с Гарри. Парни, в свою очередь, ворчали на жен, забивавших ванную разными субстанциями, назначение которых им было решительно непонятно.              Гермиона быстро разложила диван и застелила принесенное постельное белье. Неплохо было бы еще найти что-нибудь поесть — и себе, и нежданному гостю… В шкафах нашлась только овсянка. Больше годится на завтрак, но на крайний случай сойдет. В конце концов, скажет, что это не потому что у нее мышь в холодильнике повесилась, а потому что полезно. На счастье, кроме мыши в холодильнике нашлась банка вишневого варенья от миссис Уизли и плитка шоколада — то, что сейчас нужно.              Когда условленные полчаса уже подходили к концу и Грейнджер начала поглядывать на дверь ванной с опаской, шум воды наконец стих, а через несколько минут появился и Снейп. Упрямый идиот все же сам изменил цвет выданной ему броской красно-оранжевой футболки на нейтральный серый. Выглядел он и вправду лучше, но движения все еще были заторможенными. Теперь, когда Фицрой снял с него чары маскировки, Гермиона заметила на левом предплечье побледневшую Метку и чуть было не начала рассматривать самого мужчину, но поспешно отвела взгляд, не желая смущать гостя.              — С легким паром, — кивнула она. — Постель я вам приготовила, а еще там рядом на столике каша с вареньем, шоколад и чай. Попробуйте поесть, ладно? А мне тоже нужно принять душ.

II

      В душе впервые за этот дурацкий вечер Гермиона почувствовала, как в груди наконец развязывается узел тревоги. Она никогда не умела плакать громко и навзрыд. Вот и сейчас слезы просто тихо катились по щекам, а она вытирала их, не осознавая, что вода все и так смоет.              Подумать только, ведь все едва не кончилось куда как хуже. Снейп вполне мог не справиться с собой, поддаться Фицрою, и тогда крови было бы не избежать. Он мог не выйти из проклятого подвала. После сердце могло не выдержать нагрузки… И только сейчас Гермиона поняла, что этот злобный язвительный человек успел подумать и о ней, когда заслонил собой от авроров. Конечно, они бы не стали нападать на нее нарочно, но нервы у кого-нибудь могли сдать, а шальное заклятие способно натворить не меньше бед, чем злонамеренно брошенное.              И зачем он постоянно хочет казаться хуже, чем есть на самом деле? В школьные годы профессор защищал их просто за компанию, потому что постоянно таскались с Гарри и выбора у него особо не было. Но сейчас в этом не было необходимости. Или он просто не хотел остаться без целителя?..              В итоге в душе Гермиона проторчала не меньше своего гостя. Когда, наконец, она тихонько вышла в гостиную, Снейп уже спал, упав лицом в подушку. На всякий случай целительница убедилась, что он дышит. А вот каша так и осталась стоять на столе, зато исчезла половина плитки шоколада, чайная кружка стояла пустая.

III

      Утром мисс Грейнджер проснулась довольно рано — часы показывали начало восьмого. Она опасалась, что так и не сможет уснуть ночью, но отключилась, едва голова коснулась подушки.              Первым же делом она осторожно выглянула в гостиную, чтобы проведать Снейпа. Тот спал на спине, откинув в сторону одну руку, грудь его мерно вздымалась. Услышав посапывание с присвистом, Гермиона едва удержалась, чтобы не хихикнуть. Хотя бы не храпит, уже хорошо.              Сегодня ей нужно было на работу. Вчера в отделении все было спокойно, но стоило убедиться, что не поступило тяжелых пациентов. Ее гость должен был проспать долго. Как дойти до Мунго от ее квартиры, он вряд ли знает, на крайний случай сможет аппарировать, если восстановил силы, но, разумеется, лучше ему сегодня взять тайм-аут.              Удалившись обратно в спальню, целительница быстро собралась и набросала записку для Снейпа.       С добрым утром.       Я ушла на работу, но вечером обязательно вернусь, около 19 часов. Как целитель прошу вас сегодня остаться у меня и хорошенько отдохнуть — вечером сможете высказать мне все, что думаете о моем поведении и умственных способностях. С едой не густо, но в шкафу еще осталась овсянка. В холодильнике банка варенья.       С уважением, Г.       P.S.: кот царапается.       Уходя, записку она оставила на столике около тарелки с засохшей овсянкой. Снейп, кажется, даже не пошевелился с того момента, как она вышла из спальни.       День выдался спокойным, новые пациенты поступили, но случаи были рядовые: двое молодых подчиненных Артура Уизли попали под, как это называл Гарри, «кривые чары» одного из нелицензированных оберегов. Зато ее ждали истории болезней, и нужно было написать подробный отчет о смерти мистера Пиблби.              В обед Гермиона с едой из кафе по традиции спустилась к Гарри в подвал. Друг заметно разнервничался, когда ее увидел, и подошел поближе к стеклу, чтобы самолично убедиться, что все в порядке. О поведении Фицроя целительница решила не рассказывать, зато передала Гарри привет от Шеклтона.              Из-за того, что пришлось умолчать о поведении начальника Аврората, рассказ вышел весьма сумбурный и обрывочный. Гарри хмурился, понимая, что она что-то недоговаривает, но расспрашивать не стал. Ему даже разговоры давались тяжело. Подруге показалось, что выбрасывать заклятия Поттер начал как будто чаще.              — А что Снейп сказал про артефакт? Он понял, что делать? — с плохо скрываемой надеждой спросил спаситель магического мира.              — Я не знаю, Гарри, — вздохнула Гермиона. — Он едва на ногах стоял, я же говорю. Эту дрянь забрал Фицрой, Снейп только упомянул, что ни для кого, кроме тебя, она не опасна. Так что, думаю, он что-то понял. Сегодня постараюсь его расспросить.       Поттер усмехнулся, хитро поглядывая на нее.              — И что, Снейп правда остался спать у тебя на диване?              — Ага. Спал и свистел носом.       В конце концов, она обещала не рассказывать только про одежду Рона. Хвала Мерлину, Гарри не стал докапываться, как это она пустила их бывшего профессора спать на своем любимом диване в грязной одежде.       — Что ж, Гермиона, — друг поплелся обратно к своей кровати, — я был рад знать тебя и называть подругой, но Снейп сегодня тебя убьет. Мы с Джинни позаботимся о Живоглоте.       Последней фразой он пытался подбодрить себя и ее. Гарри Поттер усвоил за свои двадцать шесть лет, что надежду терять нельзя даже в самые темные времена. Кому, как не ему, человеку, рожденному погибнуть ради общего блага, было это знать?

IV

      Домой получилось вырваться чуть раньше, чем Гермиона рассчитывала, и около половины седьмого она уже открывала дверь квартиры. С собой у нее был пакет еды. Ничего особенного, разные йогурты да пара пачек полуфабрикатов, которые можно быстро приготовить. Также из кабинета на всякий случай она решила захватить дорожную сумку профессора. На работе ей передали письмо от Кингсли с приглашением прибыть завтра вместе со Снейпом в Министерство, и она полагала, что ему пришло такое же, так что вещи могут потребоваться.              Открыв дверь, она ощутила запах еды. Кажется, мясо. К ней в прихожую выбежал Живоглот и принялся орать, будто бы жаловался.              — Что такое, Глот? — сняв пальто, Гермиона одной рукой подхватила кота под толстое пузо. — Где наш гость?              — Я здесь, — раздалось из комнаты.       Пройдя в гостиную, хозяйка увидела, что диван собран и на подушках аккуратной стопкой лежит свернутое постельное белье, а сверху одежда Рона. Футболке Снейп вернул исконную расцветку. Сам он высунулся из-за двери холодильника, держа в руках банку пива.              — Добрый вечер, мисс Грейнджер.              — Добрый вечер. Смотрю, вам лучше?              Одежду он наверняка почистил заклинаниями, предпочтя ее выданным вещам. Не сказать, что выглядел профессор прекрасно, это вообще было не про него, особенно с этой ужасной бородой, но не в пример лучше. Ни шрамов, ни Метки снова не было видно.              — Да, определенно. Но проспал я часов до трех, — Снейп досадливо поморщился. — Давно такого не было.              — Расскажете, что случилось в подвале?              — Я так и знал, что вы спросите, — он отошел к шкафу с посудой, откуда по-хозяйски достал тарелки. — Давайте так: сейчас я просто скажу, что знаю, как помочь Поттеру, а завтра на встрече с Бруствером расскажу все остальное. Не обижайтесь, мисс Грейнджер, но просто это все довольно долго, и не хочу рассказывать дважды.              — Хорошо, хорошо, — Гермиона следила, как он раскладывал тушеное мясо и вареную картошку по тарелкам. Сдержаться от дальнейших расспросов она смогла нечеловеческим усилием воли. — Просто скажите, что это был за вопль?              — Банши, — пожал плечами гость, вручив ей тарелку. — Садитесь есть. Все подробности будут завтра.              Непонятно, что больше удивляло: банши в подвале или что их нелюбимый профессор хозяйничал у нее на кухне. Как и многие студенты, она никогда не представляла своих преподавателей в обычной жизни за стенами Хогвартса. Разумеется, ничего в готовке не было странного, просто… Просто это был Снейп, что уж там!              Дождавшись, пока он сядет напротив за обеденный стол, Гермиона оглядела содержимое.              — От мастера Алхимии можно было ожидать чего-то более изощренного, чем тушеное мясо и картошка, — не удержавшись, съехидничала хозяйка квартиры.              Северус поднял на нее хорошо знакомый ничего не выражающий взгляд, однако в этот раз ей почудилось затаенное веселье, какое уже наблюдала вчера утром в кабинете.              — Я вам не домашний эльф, мисс Грейнджер, — проворчал он, протягивая ей банку «Guinness». — Ешьте, что дали. Думаю, вы с вашим пустым холодильником и привычкой питаться в затрапезных забегаловках не должны сильно привередничать.              — Не обижайтесь, я пошутила. Просто это очень неожиданно, спасибо. Но я не пью… Хотя ладно, полбанки, не больше, — сдалась она. — Получается, вы ходили в магазин?              — Да дело ваше, просто предложил, — Снейп пожал плечами и сноровисто открыл пиво. — Очевидно. У вас шаром покати. Оставшееся мясо можете убрать в морозилку, потом тоже будет вкусно.              Стоило признать, приготовлено было хорошо. Простое блюдо, его трудно испортить, но и сделать по-настоящему вкусным — тоже. Гермиона заметила, что гость украдкой поглядывает на нее, наблюдая за реакцией. Сам он ел неторопливо, но весьма охотно. Только сейчас целительница обратила внимание, что по сравнению с их школьными годами Снейп набрал вес — все еще оставался худым, но скорее жилистым и поджарым, чем тощим. Предплечья были перевиты венами, а когда мужчина двигал запястьем, было хорошо заметно, как под кожей движутся сухие мышцы.              — Профессор? — кажется, пара глотков пива придали ей наглости.              — Хм?              — Я понимаю, что лезу не в свое дело, но мы с Гарри правда эти восемь лет периодически думали, как и где вы устроились после отъезда из Англии. И не нужна ли вам помощь… Может, расскажете, как вы сейчас живете? — прозвучало глупо, но говорила Гермиона от всего сердца. Они даже думали разыскать Снейпа, только вот это оказалось не так просто. Даже просили помочь Кингсли, но тот прикинулся флоббер-червем и сказал, что не в курсе.              Было бы странно, начни Снейп сейчас без вопросов рассказ о своей жизни после войны. Он поднял на Гермиону мрачный взгляд.              — Мисс Грейнджер, вы переходите черту. Снова.              — Я же не прошу всех подробностей, но хотя бы в общих словах. Можете тоже спросить что угодно.              — И зачем бы мне это? — выгнул бровь Снейп. — У меня совершенно нет желания слушать. Лучше уберите пиво подальше, пока вам еще какая глупость в голову не пришла.              — Мерлинова борода, ну как, как можно быть таким закрытым человеком?! — не выдержала Грейнджер. — Зачем вы постоянно стараетесь казаться хуже, чем есть на самом деле? Вчера вы совершенно не обязаны были прикрывать меня от авроров, но сделали это. Не обязаны были сидеть со мной, пока пыталась успокоиться. Но и это сделали. Ужин этот вы не обязаны были готовить, ходить за продуктами. Платить тогда в кафе, давать мне подсказки о мистере Пиблби!              Гарри был прав: Снейп ее убьет. Но сейчас она хотя бы будет знать, что сама виновата.              У профессора дернулся левый глаз — верный признак того, что он в бешенстве. Положив руки перед собой на стол, он сцепил пальцы в замок до побелевших костяшек и не мигая уставился женщине в глаза. Гермиона судорожно сглотнула вставший в горле ком, но решила во что бы то ни стало не отводить взгляда от ледяных черных омутов, смотревших ей в самую душу.              — Если вы не умеете принимать человеческое отношение и при этом не вмешиваться в чужие дела, то охотно вернусь к более понятному вам стилю общения, мисс Грейнджер, — прошипел Снейп, так и не отведя взгляда. — Ваша беспардонность просто поражает. Вы лезете с подобными расспросами ко всем вашим коллегам?              — Я не видела, как мои коллеги умирают на полу заброшенного дома! — выпалила Гермиона. — Мои коллеги хорошие люди, но не они столько лет молча рисковали собой, чтобы…              — Мисс Грейнджер! — вкрадчивый шепот перешел в угрожающее рычание. — Остановитесь! Если после рассказа Поттера о полученных им воспоминаниях вы считаете меня великим романтиком, то сильно заблуждаетесь. Чего вы добиваетесь этим разговором?              А действительно, чего?              — Вам недостаточно, что люди просто могут за вас переживать и желать вам чего-то хорошего?              Снейп неожиданно тихо и горько рассмеялся, но ничего не ответил. Взяв свою тарелку, он сунул ее под воду, а пустую банку из-под пива смял и выкинул в мусор. Гермиона молча наблюдала за его напряженной спиной, пытаясь понять, что этот смех значил. Внезапно вспомнилось начало первого курса: тогда она чувствовала себя одинокой, как никогда. До этого она ходила в частную школу для таких же способных детей, кого в простой школе обозвали бы заучками, и никогда не чувствовала себя одной, у нее даже были друзья. А оказавшись в Хогвартсе, вдали от родителей, от своей прежней жизни, пускай и в новом потрясающем мире, Гермиона поняла, каково это быть белой вороной. Если верить рассказам Гарри о воспоминаниях Снейпа, тот никогда не был душой компании и даже среди слизеринцев друзей особо не завел. Скорее уж попал не в самую лучшую компанию. Еще давно ей стало интересно, как из забитого мальчишки и неуклюжего юноши он вырос в настолько гордого и самоуверенного мужчину. Даже болезненно независимого. Обжегшись на молоке, стал дуть на воду и решил уже никого не пускать в свою жизнь?              — Просто скажите, вы счастливы, профессор? — она встала и подошла к нему, легко тронула за плечо.              — Мисс Грейнджер… просто оставьте меня в покое, прошу вас, — устало ответил он и убрал чистую тарелку обратно в шкафчик. — Я пойду.              — Пойдете? — до нее не сразу дошло, что мужчина имеет в виду.              — Спасибо за гостеприимство и вещи мистера Уизли.              Снейп коротко кивнул ей — видимо, это должно было подкрепить слова благодарности — и быстрым шагом направился к выходу. Не хватало только черной мантии, развевающейся за плечами.              — Мы с Роном развелись, потому что у меня случилось два выкидыша за три года.              Снейп как вкопанный остановился рядом с диваном. Гермиона сама не знала, почему вдруг призналась ему в столь личном. Наверное, решила быть честной: раз уж она сама просила его хоть немного открыться, стоило начать с себя. Скорее всего, ему действительно неинтересно, но он наверняка не мог оставить без ответа такую откровенность.              Осторожно, будто боясь вспугнуть, она подошла к Снейпу. Тот замер и по-прежнему не смотрел на свою бывшую ученицу, но и уходить не торопился. Гермиона опустилась в кресло и подобрала под себя ноги. Свое признание она выпалила почти неосознанно, но теперь понимала, что хочет рассказать своему мрачному гостю то, о чем не говорила ни с кем кроме Гарри и Джинни.              — Мы должны были пожениться после того, как я закончу обучение в Академии, — начала она, тоже не глядя на Снейпа, так и замершего темным изваянием в шаге от нее.              — После второго года обучения, когда вернулась в Англию на лето, поняла, что беременна. Рон приезжал ко мне весной, ну и… Он был очень рад, когда я ему сказала. А я думала, как буду учиться, хотела даже бросить, но не пришлось.              Она замолчала и горько усмехнулась. Снейп наконец отмер и медленно опустился на диван. На Гермиону он так и не взглянул, только хмурил брови, вперив взгляд в собственные переплетенные в замок пальцы.              — Было тяжело, — после паузы негромко продолжила целительница, — но мы справились. В конце концов, нас столько связывало, хотя почти никто из окружающих и не понимал, как мы можем быть вместе, говорили, что у нас нет совершенно ничего общего. Но Рон, хоть и раздолбай, всегда обо мне заботился, а я старалась поддерживать его, пусть и на расстоянии. Сначала курсы авроров, потом магазин… В итоге, мы поженились, когда я закончила досрочно учебу.              Слез не было — все выплаканы по их нерожденным детям и самому Рону, которого смогла отпустить. Они все еще часто виделись, но былой дружбы, конечно, не было. Рональд женился на Сьюзан Боунс, племяннице почти легендарной Амелии Боунс. У них родилась дочь, и Гермиона действительно была рада за бывшего мужа и Сьюзи, а сама с головой ушла в работу.              — Год мы пытались снова зачать, — наконец после паузы она продолжила свой откровенный рассказ, — но ничего не получалось. Зато когда получилось… Знаете, профессор, я до сих пор жалею, что рассказала все Рону, как только поняла. Если бы он не знал, ему не было бы больно, когда случился второй выкидыш.              — Мне жаль, мисс Грейнджер, что так вышло, — его хриплый голос прозвучал неожиданно, в нем не было издевки или ехидства. Было что-то в его интонации и выражении лица, глаз, что она поняла: чертов гордец не лукавит, и сказано это было не из пустой вежливости. Он сидел, подавшись вперед, и внимательно смотрел Гермионе в глаза. Сцепленных пальцев профессор так и не разжал.       Гермиона слабо улыбнулась и кивнула ему.              — Рон хотел попробовать еще раз, но результаты моего обследования были неутешительными. О, не смотрите так, профессор, это не он меня бросил, а я потребовала развода.              В комнате снова повисла практически осязаемая тишина. Только на книжной полке тикали часы. Гермиона откинулась на спинку кресла, а на колени к ней запрыгнул Живоглот и боднул огромной головой в подбородок. Потрепав кота за ушами, женщина взглянула на Снейпа, так и сидевшего в одной позе. Что творилось в этот момент у него в голове, оставалось только гадать. Решив не трогать его и дать переварить услышанное, она расслабленно прикрыла глаза.              Когда Гермиона начала свой рассказ, ей было страшно. Казалось, что Северус в очередной раз на нее рявкнет, заявит, что ему совершенно нет дела до ее женских переживаний и страданий по мистеру Уизли, потребует оставить его в покое. Но реакция была, мягко говоря, неожиданной.              — Почему вы мне это рассказали? — из задумчивости ее выдернул тихий голос Снейпа. Едва ли они оба молчали дольше минуты, но казалось, будто прошло гораздо больше времени.              Открыв глаза, Гермиона пожала плечами, прямо глядя на него. Снейп все еще хмурился, но в его лице не было злости или чего-то похожего, скорее искреннее недоумение.              — Я просила вас рассказать о своей жизни и решила подать пример. Подумала, что настолько закрытый человек оценит чужую честность. Не то чтобы обсуждаю эту тему с любым встречным, просто… Не знаю. Наверное, вчера увидела вас с другой стороны. До этого только слышала от Гарри… Ну, вы понимаете, о чем я.              Он поднялся, и Гермиона было подумала, что он все же уйдет, но Снейп просто отошел к книжным полкам. Книги его не заинтересовали, он просто остался стоять, отвернувшись от нее и заложив руки за спину.              — Что вы хотели знать? — наконец спросил алхимик.              — Только то, что вы готовы сами рассказать, профессор.              Гермиона подавила желание встать и подойти к нему, чтобы видеть лицо, — все же говорить со спиной было не особенно удобно.              — Мне будет легче, если вы зададите вопросы. Я не очень-то люблю говорить о себе, как вы могли заметить. И не умею это делать.              — А если вы не захотите отвечать?              — Обещаю спокойно вам об этом сказать, мисс Грейнджер.

V

      Снейп сам не понял, почему его так проняло откровение бывшей ученицы. Наверное, ему казалось, что уж у кого-кого, а у этой троицы после войны не должно возникать никаких проблем. Еще бы, дети, победившие Темного Лорда. Перед ними были открыты все двери. Поттера и Уизли приняли на курсы подготовки авроров, несмотря на несданные Ж.А.Б.А. — когда такое еще было?              А еще Северус не так часто удостаивался честных ответов, чтобы не оценить один из них. Пусть вопрос он и не задавал.              Вчера, когда она неожиданно притащила его домой, Северус думал, что убьет наглую гриффиндорскую зазнайку за такое самоуправство и внезапную аппарацию. И если бы мог нормально стоять на ногах, наверняка бы не удержался и наговорил много лишнего. Сейчас Снейпу невольно вспомнилось ощущение ее тонкой ладони, легшей ему на лоб там, в доме с тайником. Легкие пальцы, теплая мягкая кожа… Он сам выбрал оставаться одному, но подчас это было непросто. Если снова решиться пустить кого-то в свою жизнь, то ничем хорошим это не кончится — как обычно.              Грейнджер молчала, видимо, обдумывая свой вопрос, и Северус наконец оторвал невидящий взгляд от книжных полок, развернулся к ней и в ожидании поднял бровь. Дьявол, она опять заколола волосы наверх. При виде точеной шеи и мягкой впадинки над ключицами просто дыхание перехватывало. У него не было иллюзий о том, что с мисс Грейнджер — про себя он старался называть ее только так — могло бы что-то получиться. Но стоило признать, что девчонка выросла в очень красивую женщину. Невысокая, очень естественная, и внешне, и в поведении, без малейшего намека на вульгарность, не растерявшая живости ума. Ничего удивительного, что с ее тягой помогать любому, пусть этот любой и отчаянно отбивался от помощи, она стала целителем.              — Мне просто хочется знать, что у вас все хорошо, профессор, — наконец его мучительница заговорила. — Можете не рассказывать, где обосновались, но хотя бы чем занимаетесь?              — В Норвегии, мисс Грейнджер, — вздохнув, ответил Северус. — Я живу в Норвегии, в Финнмарке, перебрался туда пару лет назад из Осло. А занимаюсь примерно тем же, чем и в данный момент: даю консультации во всяких сомнительных ситуациях местным аврорам и частным лицам. У меня весьма обширная клиентура по изготовлению сложных зелий.              Он следил, как она потянулась за пледом и укрыла ноги, забравшись в кресло. Рукава простой белой рубашки были подвернуты.              — Ну, еще бы, — она улыбнулась. — Вам нравится в Норвегии?              — Вполне. Там не принято лезть в частную жизнь, меня это устраивает, — Северус не удержался от кривой усмешки.              Подумав, он снова вернулся на свое прежнее место на диване и привалился к спинке, глядя в потолок. Время было не позднее, около восьми вечера, но казалось, будто много больше. К полудню их пригласили в Министерство, чтобы он озвучил свои идеи, как помочь Поттеру. Прибыть надлежало через общий камин. Снейп поморщился. Вряд ли это будет приятная встреча, да еще и решили устроить ему прогулку через Атриум и коридоры Министерства на виду у толп народа. И сомнительно, что такая идея принадлежала Кингсли — они никогда особо не ладили, но Бруствер не был злобным мстительным ублюдком. А вот один хренов ирландец — был.              — А, кхм… я не могла не заметить, что вы с мистером Фицроем… ну…              — Терпеть друг друга не можем? — фыркнул Северус, впервые за долгое время напрямую взглянув Гермионе в лицо. — Да, это так. Раз уж вы стали свидетелем и едва не стали жертвой наших разногласий, полагаю, действительно имеете право знать. — Он задумчиво пригладил бороду, обдумывая, с чего начать свой рассказ. — Киаран учился на два года старше меня, Рейвенкло. А его брат, Донал, — на год младше. Ему тоже были интересны зелья и Алхимия, так что мы легко нашли общий язык. Не сказать, что дружили, но неплохо общались. Он говорил, что родители вечно ставят в пример старшего брата. Киаран играет в квиддич, Киаран не такой неуклюжий, Киарану легко даются чары… И как вы думаете, куда привели парня в итоге его комплексы, амбиции и злость, накопленная на старшего брата и родителей?              Мисс Грейнджер во время его рассказа задумчиво теребила краешек пледа и в ответ на вопрос тяжело вздохнула.              — К Волдеморту, — это было утверждение, а не предположение.              — Десять баллов Гриффиндору за догадливость, — от Северуса не ускользнуло удивление собеседницы и ее слабая улыбка. — Совершенно верно. Только вот парень настолько уверовал в свою исключительность, не без помощи Темного Лорда, разумеется, что нагрянул в родительский дом с несколькими из нас и учинил там побоище во время какого-то семейного торжества. Фицрой-старший в то время занимал высокий пост в Аврорате, так что получилось поразить две мишени.              Заметил он и то, как мисс Грейнджер дернулась, когда он открыто причислил себя к Пожирателям Смерти. Бегать от прошлого смысла уже не было. Да и сегодня у них явно был вечер откровений.              — Вы были с ним? — хрипло спросила Гермиона, продолжая перебирать бахрому на пледе.              — Нет, — Снейп покачал головой. — Я был ценен Лорду не своими навыками убийцы, да и Донал к тому времени нашел себе более подходящих для его целей друзей. Зато его брат решил, что младшенький попал в ряды Пожирателей из-за общения со мной. Киаран же сопровождал меня в Азкабан после первого падения Темного Лорда, когда стала известна моя причастность, чему был весьма рад.              — Вы были в Азкабане?! — мисс Грейнджер уставилась на него широко открытыми глазами, в которых Снейп легко прочитал ужас и жалость.              — Вот не надо этого, ваша жалость ни к чему, — поморщился он. — Конечно был, мисс Грейнджер. Даже Дамблдор не был настолько всемогущим, чтобы мне разрешили гулять на свободе до вынесения Визенгамотом решения. И это было справедливо, признаться.              Помедлив, он немного оттянул ворот футболки справа, демонстрируя под ключицей руны, какими в Азкабане клеймили заключенных.              — Поэтому вы так спокойно дали себя арестовать? — тихо спросила мисс Грейнджер, пораженно глядя ему в лицо. — Тогда, после Битвы? Тогда вы тоже считали это справедливым.              Он кивнул.              — Да и сопротивляться я все равно не смог бы. И нет, я не знаю, что или кто меня спас. Но, думаю, повторно не умереть мне помогло кровотворящее зелье, которое вы пытались влить мне в рот.              И снова молчание. Снейп сжал переносицу и зажмурился на пару секунд. Все-таки он еще не вполне оправился от вчерашнего истощения, а завтра предстоял день немногим лучше. Следовало вернуться в Мунго и что-то придумать со спальным местом. Может, сдвинуть столы в сторону или трансфигурировать один из них в раскладушку. Хотя спать на такой будет немногим лучше, чем на полу.              — Что ж, мисс Грейнджер, хватит с меня откровений на сегодня, да и еще лет на пятьдесят вперед. Думаю, вам сегодня пришло письмо от Министра с приглашением на завтрашнюю встречу? — Северус встал, теперь уже совершенно точно намереваясь уйти.              Она поднялась следом, недоуменно глядя на своего гостя.              — Вы уходите?              — Очевидно, мне пора, мисс Грейнджер, — кивнул Снейп. — Еще раз спасибо за помощь и что пустили на свой диван. И… я прошу прощения, если перегнул палку.       Женщина грустно смотрела на него, склонив голову к плечу. Потянувшись, она едва ощутимо коснулась его локтя.              — Оставайтесь, профессор. Можете переночевать здесь, уходить на ночь глядя не обязательно. Я бы предложила вам и вовсе пожить, но знаю, что вы откажетесь.              Опустив взгляд на ее руку, Снейп нахмурился, приметив на предплечье шрам, побелевший, но все еще хорошо заметный. Мисс Грейнджер, перехватив его взгляд, поспешно отдернула руку и раскатала рукав рубашки.              — Я…              Северус ощутил, как в груди нарастает злость, а одновременно с ней и беспомощность. Беллатриса, бешенная сука Волдеморта. Он слышал историю, как троица попала к ней в лапы в поместье Малфоев, слышал, что мисс Грейнджер тогда досталось больше всех. Crucio, которому ее подвергала Лестрейндж, большая мастерица Пыточного проклятия, вполне могло быть причиной выкидышей и дальнейшей неспособности иметь детей.              — Не надо стесняться, мисс Грейнджер, — проворчал Снейп в своей обычной манере, пытаясь не выдать своих истинных эмоций, — мои шрамы вы видели. И ваше предложение совершенно лишнее.              — Профессор, — Гермиона тяжело вздохнула, она тоже выглядела уставшей, — вы заставляете себя уговаривать, а я это очень не люблю. Просто оставайтесь и все. Вашу сумку я захватила сегодня из Мунго, так что вам будет во что переодеться для Министерства. Соседи у меня есть только на первом этаже, не думаю, что их техника пострадает.              — Вы уверены?              — Более чем, — хозяйка квартиры уже явно начинала раздражаться, — если бы не была уверена, то и не стала предлагать. Сумка в коридоре, где душ — вы знаете. И можете объяснить, почему Живоглот так истошно орал, когда я пришла?              Снейп самодовольно ухмыльнулся.              — Ваш кот пытался стащить купленный кусок мяса, а я эту кражу предотвратил.              Женщина укоризненно взглянула на Живоглота, который вины за собой явно не признавал и сидел на кресле, довольно щурясь.              — Итак, мы договорились? — мисс Грейнджер склонила голову набок и протянула ему руку, чтобы скрепить уговор.              Северус пару секунд задумчиво глядел на нее, но все же осторожно пожал, практически спрятав узкую ладонь в своей костистой ручище.