Целители и проклятия

I

      В Министерство им надлежало явиться к полудню. Точнее, для нее визит был по желанию, в отличие от Снейпа. Но, разумеется, Гермиона твердо собралась воспользоваться удобным случаем и рассказать Кингсли, что натворил Фицрой.              В отличие от клиники, в Министерстве не желательно было появляться в маггловской одежде. Еще с вечера Гермиона приготовила одну из своих любимых мантий, темно-бордовую, строгого кроя, но с широкими длинными рукавами с прорезями. Разумеется, цвет намекал на ее родной факультет, что в данной ситуации было вполне уместно. Она была убеждена, что уж завтра Снейпу во время визита в Министерство не удастся остаться незамеченным и неузнанным. Даже страшно было представить, как он будет зол…              Ночью Гермиона спала не особенно хорошо — видимо, воспоминания, которыми она поделилась со своим гостем вечером, сыграли с ней злую шутку. Полночи Гермионе виделись неясные образы: они с Роном, какой-то одновременно незнакомый и такой родной рыжий мальчишка, палатка в лесу Дин, мрачное поместье… Проклятая Хижина. Нормально забыться сном получилось только под утро, практически с рассветом. Завтра, точнее, уже сегодня, на работу можно прийти после посещения Министерства — Гримлок была предупреждена, указания медсестрам и стажерам розданы, за Аттикусом вызвался приглядеть Доусон. Гримлок даже предложила им воспользоваться камином в ее кабинете, чтобы добраться без проблем.              Интересно, Кингсли сам придумал заставить Снейпа пройти через половину коридоров Министерства или ему подсказали? Раньше за ним такой театральщины замечено не было, да и вообще Бруствер был хорошо известен своим великодушием.              Из спальни Гермиона выползла около десяти, едва не забыв поплотнее запахнуть халат поверх домашней футболки и шорт. Диван снова собран, и постельные принадлежности аккуратно сложены в одном из кресел. Снейпа нигде не было. Она даже подумала, что он все же сбежал, но его сумка нашлась возле дивана.              Душ занял довольно много времени — организм никак не хотел толком просыпаться, пришлось включить прохладную воду. И определенно с волосами сегодня придется повозиться, обычной заколкой не обойтись.              Услышав, как хлопнула входная дверь, Гермиона просто отметила, что Снейп вернулся, будто бы они жили на одной площади уже сто лет, хотя она отвыкла от чьего-либо продолжительного пребывания в своей квартире. После Рона у нее бывали мужчины, но встречаться предпочтительнее было на их или нейтральной территории, чтобы всегда иметь возможность уйти.              Плотно запахнувшись в халат и намотав на голову полотенце, Гермиона выскочила в гостиную, мимолетом поздоровалась со Снейпом, склонившимся над своей сумкой спиной к ней, и юркнула в спальню. Ответил ей профессор на пожелание доброго утра или нет, она даже не расслышала.              С полчаса ей понадобилось, чтобы более или менее привести голову в порядок: пригладить бешеные кудри и собрать их в простой низкий хвост. Один раз провозившись со сложной прической на Святочный Бал на четвертом курсе, Гермиона зареклась от подобного времяпрепровождения. Закончив с прической, она почувствовала запах кофе. У нее определенно не было кофе дома — видимо, Снейп озаботился во время своей вылазки, спасибо ему за это. Поспешив закончить со своим гардеробом, она вышла в гостиную, надеясь, что хотя бы кофе окончательно поможет прийти в себя.              Снейп опять стоял возле книжных полок, разглядывая корешки, неспешно потягивая кофе из самой большой кружки. Одеваться он еще не закончил, оставаясь в черных брюках и белой рубашке. На спинке дивана аккуратно был разложен хорошо знакомый любому ее ровеснику из Хогвартса черный длиннополый сюртук и черная мантия. У Гермионы холодок пробежал по спине при виде этих вещей — очевидно, сегодня он и не собирался оставаться незаметным.              — Доброе утро, мисс Грейнджер, — изрек ее гость, наконец повернувшись к ней лицом.              — Сегодня будет весело, — пробормотала Гермиона себе под нос при виде него.              Снейп был гладко выбрит, на лице красовались белые шрамы. Оказалось, что еще две параллельных отметины остались на подбородке под нижней губой.              — Кофе ждет вас на столе, — как ни в чем не бывало продолжил он, окинув ее взглядом. — Так значит, вы все же решили составить мне компанию сегодня?              — Обязательно, — проворчала целительница, направляясь к заветной чашке. — Вы же вчера не рассказали мне ничего, да и отпустить вас одного в Министерство после того, как наблюдала вашу стычку с главой Аврората, я не могу.              Она изо всех сил уговаривала себя не пялиться на Снейпа. Чертов слизеринец решил устроить представление, не иначе. Хотя это будет справедливым после того, как ему организовали показательное шествие через Министерство. По всей видимости, Снейп решил играть на своих условиях. И ведь наверняка в Атриуме как обычно будут тереться репортеры из «Ежедневного Пророка».              — Вечерний выпуск «Пророка» будет просто огонь, — озвучила она свои мысли, неотрывно глядя на Снейпа поверх кружки.              Тот паскудно ухмыльнулся. Теперь, когда он снял маскирующие чары, было видно, что мышцы лица справа плохо его слушаются, шрамы значительно искажали мимику.              — Вы же просили меня побриться, мисс Грейнджер. Надеюсь, вы не разочарованы.              — Ни капли.              По пути к раковине он отвесил ей учтивый поклон.              — Должен сказать, видеть вас в мантии непривычно, — хмыкнул Снейп, мимолетно окинув ее взглядом.              Когда он стал одеваться, Гермиона как завороженная смотрела на черный сюртук, под которым постепенно скрывалась кипенно-белая рубашка, пока профессор застегивал пуговицы. Ансамбль ужаса всея Хогвартса довершила огромная черная мантия.              — Я будто бы лет на десять назад вернулась, — проворчала Гермиона, подходя к нему, и неожиданно для себя протянула руку, чтобы расправить складку мантии на плече. — С возвращением, профессор Снейп.              Он выгнул бровь, глядя, как она расправляет ткань, но от комментариев воздержался.              — Мисс Грейнджер, — негромком начал Снейп, пытаясь поймать ее взгляд, — насчет нашего появления в Министерстве. Думаю, вам лучше пройти вперед меня или наоборот задержаться, чтобы… не попасть под удар.              — Думаете, там будут репортеры? — Гермиона на секунду поймала его взгляд, но все же опустила глаза на собственные руки, делая вид, что поправляет длинные рукава.              — Уверен. Но не думаю, что это все по почину Бруствера.              — Фицрой?              — Очевидно. Он знал, что я не хочу привлекать внимание к своей персоне по понятным причинам, и вряд ли упустит случай испортить мне жизнь.              Гермиона недоуменно подняла брови.              — Вы действительно боитесь, что кто-то может попытаться с вами поквитаться?              — Я не боюсь, что мне могут причинить вред, — вздохнул Снейп, потирая лоб. Вид у него был явно как у человека, пролежавшего ночь почти без сна. — Наоборот, опасаюсь, что это я могу кому-нибудь навредить, пусть и обороняясь. А желающие, уверен, найдутся — врагов я успел нажить немало. Думаете, у семей, бывших лояльными Темному Лорду, не осталось наследников? Еще и поэтому я прошу вас хотя бы держаться в стороне от меня.              Гермиона фыркнула.              — Спорить об этом сейчас уже явно не время — мы опаздываем.

II

      До Мунго они добрались без проблем. Хвала Мерлину, кабинет Гримлок был прямо на первом этаже, а посетителей не сильно-то заботили окружающие, так что они быстро просочились в боковой коридор, куда не было входа никому кроме персонала. Чем ближе был момент отправления, тем сильнее Гермиона нервничала. Может, правда стоит воспользоваться предложением Снейпа и пройти через камин без него? Она терпеть не могла внимание к своей персоне. Первая пара месяцев после окончательного падения Волдеморта была для их троицы просто адом. Даже Рон, которому вечно не хватало признания, устал от постоянных попыток взять интервью. Гермиона всерьез подумывала наварить котел оборотного зелья и постоянно ходить в чужом обличье, только бы избавиться от навязчивых репортеров.              Альберт, помощник Гримлок, при виде ее и Снейпа вскочил с места в приемной и без лишних слов распахнул дверь в кабинет. Эвелин на месте не было, но ее предложение воспользоваться камином осталось в силе. Гермиона подумала, что бедолага просто лишний раз не хочет сталкиваться со Снейпом и поэтому подгадала время, чтобы покинуть кабинет.              — Вы уверены? — строго спросил профессор, взяв горсть летучего пороха.              — Уверена, хватит уже спрашивать, — буркнула она, тоже зачерпнув порох. — Идите вперед, я сразу же следом за вами. И не вздумайте убегать без меня.              Если вспомнить, как он носился по Хогвартсу, ей придется постараться, чтобы поспеть за ним в туфлях. Какая жалость, что с ассиметричной юбкой и блузкой, которые она выбрала к мантии, нельзя было напялить любимые кроссовки. Каблук, пусть и небольшой, был не особенно привычен. Хорошо хотя бы, что на юбке был разрез, иначе бы вовсе пришлось семенить следом за профессором.              Снейп нахмурил брови и неодобрительно покачал головой в ответ на ее слова, но спорить не стал.              — Министерство магии!              Он скрылся в зеленых языках пламени, и, тяжело вздохнув, Гермиона шагнула следом.              Знакомое кружение, и она вылетела в длинный широкий коридор с каминами, ведущий к фонтану Атриума. Едва ступив на полированный мраморный пол, целительница почувствовала, что Снейп поддержал ее под локоть. Не то чтобы это было необходимо, но Гермиона благодарно кивнула, и он моментально убрал руку. Вся его фигура выражала неимоверное напряжение. На лице застыла ледяная маска, совсем как в тот вечер, когда они спускались вниз с холма к проклятому дому, глаза стали совершенно пустыми. Убедившись, что его спутница твердо стоит на ногах, Снейп развернулся и быстро зашагал по направлению к фонтану, где их наверняка уже ждали. Гермиона забеспокоилась, что не сможет поспеть за ним — все же она была значительно ниже, да еще эти чертовы туфли, но Северус подстроился под нее, хотя ей и пришлось ускорить шаг до максимально возможного.              Они попали практически в самый час пик. Сотрудники Министерства и посетители заполонили широкий коридор, но в какой-то миг Гермиона поняла, что они идут через толпу, словно Снейп сотворил Partis Temporus. Люди расступались перед его внушительной фигурой в развевающейся черной мантии. Сам Северус ни на кого не смотрел, зато многие вокруг начали шептаться между собой и указывать на бывшего печально известного директора Хогвартса. Гермиона старалась изо всех сил не отстать и тоже упорно избегала смотреть на кого-либо в толпе, держа взгляд на возвышающихся статуях.              Когда наконец они вышли к фонтану, она поняла, что Снейп не ошибся в своих опасениях: в глаза ударили вспышки фотокамер, к ним разом кинулось несколько репортеров с блокнотами наперевес. Гермиона с трудом подавила желание прикрыть глаза ладонью от ярких огней вспышек. За всем этим сумасшедшим мельтешением она заметила высокую фигуру Фицроя, приближающегося к ним вместе с уже знакомыми ей аврорами, бывшими с ним в Нортумберленде. Киаран открыл было рот, чтобы что-то сказать им, но Снейп молча прошел мимо, направляясь к лифтам, — кабинет Министра магии располагался над Атриумом, и со своего места Гермиона могла видеть свет в большом панорамном окне. Кажется, она даже разглядела фигуру Кингсли, наблюдавшего за ними.              Поспешив за молчаливым спутником, она едва не налетела на одного из репортеров, очевидно, решившего, что если ничего не добился от Снейпа, то получится пообщаться с Гермионой.              — Мисс Грейнд!..              Репортер замер на полуслове, когда ему на плечо опустилась костистая ладонь Северуса. Снейп так ничего и не сказал, только смерил журналиста мертвым пустым взглядом, едва заметно сдвинув брови. Целительница почувствовала, как у нее самой от этого по спине пробежал холодок. Живой человек не может — не должен — иметь такой безжизненный взгляд. Репортер же опустил блокнот и так же молча отступил в сторону, давая ей пройти.              Великолепно, это точно будет на первой полосе.              Спиной она чувствовала, как за ней следует Фицрой. Пока они не оказались в зале с лифтами, глава Аврората так и не смог поравняться с ней и Снейпом.              — Мистер Снейп, предъявите палочку для проверки. Мисс Грейнджер, и вы тоже.              Она фыркнула, достала из рукава палочку и отдала ее одному из сопровождающих Фицроя. Боже, боже, пожалуйста, пусть Снейп поведет себя благоразумно. Переведя беспокойный взгляд на профессора, Гермиона не без удивления увидела, как он отпустил волшебную палочку, и она зависла в воздухе. Отличный ход. Этого было более, чем достаточно, чтобы провести проверку, и передавать аврорам в руки не было никакой нужды. У Фицроя заиграли желваки, но все же он просто проверил палочку Снейпа, и тот молча спрятал ее в складках мантии. Гермиона с облегчением выдохнула.              Когда звякнул колокольчик, возвещая о прибытии лифта, профессор уже привычно пропустил ее вперед, заходя следом. Гермионе показалось, что так он снова загородил ее собой от авроров. Едва ли те представляли для нее опасность, зато вот для ее спутника — вполне реальную. Создавалось ощущение, будто Фицрой только и ждет, когда Снейп даст ему малейший повод. Не удержавшись, Гермиона, воспользовавшись преимуществом длинных рукавов и его огромной мантии, незаметно тронула Северуса за пальцы, почувствовав, как тот едва заметно дернулся, но руки не убрал. Возможно, потому что в тесном лифте просто некуда было отступать.       Кингсли ждал их у самого лифта и выглядел виновато. Одарив Министра сердитым взглядом, Гермиона так и не отошла от своего спутника.              — Северус, я… — начал было Бруствер, но Снейп его прервал.              — Давайте быстрее покончим с этим, Бруствер. Обратно мы уйдем через ваш личный камин, — несмотря на свои слова, профессор пожал протянутую Министром руку.              — Какого… — подал голос Фицрой, но Кингсли упреждающе выставил вперед раскрытую ладонь.              — Довольно. Идемте.              Сделав приглашающий жест к дверям приемной, Министр пропустил Гермиону и Снейпа вперед. В приемной их ждал Артур Уизли, и целительница шагнула к нему, чтобы обнять бывшего свекра. Да, они развелись с Роном, но Молли и Артур были в этом не виноваты, и их все еще связывали теплые чувства, тем более что Гермиона старалась проводить в «Норе» хотя бы пару дней во время отпуска или Рождественских каникул.              — Похоже, это будет целое совещание в лучших традициях Министерства? — фыркнула Гермиона, поднимая взгляд на Артура, и слабо ему улыбнулась.              Уизли-старший только виновато вздохнул и кивнул в знак приветствия Снейпу.              — Когда Фицрой разнес по Министерству новости о том, что произошло в Нортумберленде и что артефакт, проклявший Гарри, передан в хранилище, разумеется, это вызвало большой резонанс. В кабинете уже ждет глава Отдела магического правопорядка, она пожелала присутствовать при встрече.              — Джейн Арбогаст? — удивилась Гермиона.              Артур кивнул.              — Я слышал, что у нее не складываются отношения с Фицроем после того, как ее назначили на этот пост. Ну, а меня позвали, думаю, скорее для того, чтобы я рассказал потом все Джинни.              — Как она?              — Держится. Джеймс не дает ей скучать. Да и нам с Молли, признаться, тоже.              Взглянув через плечо на Снейпа, безучастно стоявшего у нее за спиной, Гермиона заметила, что Кингсли о чем-то шепотом горячо спорит с главой Аврората, так и не зайдя в приемную. Наконец Министр решительно оборвал оппонента и прямиком прошел в кабинет. Для остальных это послужило сигналом, и они последовали за ним.              Навстречу им из-за длинного стола поднялась очень красивая женщина: высокая, худощавая, с нарочито небрежной прической, на какую обычно тратят кучу времени. Черноволосая и темноглазая, с тонкими чертами лица, она чем-то напоминала Гермионе Снейпа. Джейн Арбогаст была назначена главой Отдела магического правопорядка несколько месяцев назад. Хогвартс она закончила за пару лет до поступления троицы, а значит, училась у Снейпа. Исходя из того, что приходилось слышать, Арбогаст была законником, никогда не состояла в штате авроров, и Бруствер пригласил ее на этот пост для проведения законодательной реформы — до этого она служила британским послом при МАКУСА. Ничего удивительного, что они с Фицроем не сошлись во взглядах.              — Профессор Снейп, мисс Грейнджер, — приветствовала их Арбогаст, выйдя из-за стола и пожав им руки. — Рада вас видеть. Надеюсь, вы нас порадуете сегодня.              Гермиона обратила внимание, что Снейп не стал заводить свою шарманку о том, что, мол-де, больше не профессор. С другой стороны, он вообще практически не открывал рта.              — Прошу садиться, — Кингсли указал рукой вдоль стола.              Сам Министр сел во главе, Гермиона, Снейп и Артур — по левую руку от него, а Арбогаст с Фицроем — справа.              — Итак, Северус, — Бруствер потер лысину раскрытой ладонью, — что вы нам скажете после поездки в Нортумберленд?              «Что Киаран Фицрой — задница гриндилоу!» — едва не выпалила Гермиона.              Снейп чуть развернулся к Министру, положив широкую сухощавую ладонь на полированную столешницу. Он явно давал понять присутствующим, что вести разговор намерен с Бруствером.              — Проклятие, поразившее Поттера, — авторское изобретение Августуса Руквуда и предназначалось персонально для одного человека, — голос профессора звучал ровно и пока что без хрипоты. — По всей видимости, Темный Лорд дал задание Руквуду изготовить подложные крестражи, когда понял, что мистер Поттер, мистер Уизли и мисс Грейнджер охотятся за ними. Поэтому артефакт и выглядит как диадема Рейвенкло.              — Замечательно, — прервал его Фицрой, нетерпеливо барабаня пальцами, — очень интересно, но нас больше интересует, как обратить проклятие.              — Киаран, — негромко, но твердо оборвала его Арбогаст.              — Проклятие, наложенное на артефакт, — Снейп продолжил свою речь, будто бы не слышал аврора, — очевидно, было призвано еще и на причинение вреда всем, кто окружал Поттера — в частности, мистеру Уизли и мисс Грейнджер. Как мы все помним, Поттер сейчас выбрасывает значительно усиленные заклятия, одно из которых едва не убило главу Аврората. Так что едва ли у двух вчерашних школьников был бы шанс спастись, окажись они тогда рядом.              Ай да Снейп! Гермиона едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, глядя, как краснота залила шею и уши Фицроя, когда Северус упомянул довольно позорный эпизод, особенно если принять во внимание, что сам он сумел провести рядом с Гарри в Камере значительное время. Но справедливости ради стоило признать, что Снейп знал, к чему ему готовиться, в отличие от Фицроя.              — Думаю, я смогу обратить проклятие, но это потребует сил и времени, а также предварительной подготовки. И Поттера как-то потребуется вытащить из Камеры. Колдовать в этой чертовой клетке я больше не намерен.              — Коридоры в подвалах Мунго вас устроят? — мигом спросил Кингсли. — Мы можем просто выпустить Гарри из Камеры.              — Меня это устроит. Другое дело, какое влияние ритуал обращения проклятия может оказать на пациентов и посетителей.              Все вопросительно уставились на Гермиону, напряженно выпрямившуюся на самом краешке кресла.              — Я затрудняюсь ответить вам, профессор, — как можно спокойнее сказала она, — так как не знаю, в чем заключается предполагаемый ритуал и какое колдовство будет применяться. Поэтому мне сначала нужно будет получить от вас расклад ритуала.              Снейп кивнул, соглашаясь с ней.              — Хорошо, мисс Грейнджер. Как только составлю — сразу ознакомлю вас. А Министру предлагаю до поры подумать, что делать, если все же потребуется вывезти Поттера подальше. И в принципе, исходя из своего опыта, советую вытащить Поттера из Камеры.              — Своего опыта? — не поняла Арбогаст.              — Я провел в Камере Беллинджера около месяца, дожидаясь решения Визенгамота после падения Темного Лорда.              Гермиона обратила внимание, что Снейп за все время так ни разу и не назвал Волдеморта по имени.              — И что же случилось? — Арбогаст подалась вперед в своем кресле.              — Ничего хорошего, — мрачно ответил Снейп, впрочем, не уточнив, — но мой ответ вам не поможет. У Поттера может быть совершенно другая реакция.              — А с чего нам вообще верить вам, Снейп, что сможете снять проклятие или намеренно не навредите Поттеру? — снова подал голос Фицрой. Сейчас он хотя бы обращался к своему неприятелю на «вы».              В первый раз за встречу профессор перевел взгляд на ирландца.              — С того, Фицрой, что у вас нет выбора, — спокойно сказал он, — или можете поискать другого темного мага, готового вам помочь.              Уже второй раз он открыто называл себя темным магом. В этот раз в присутствии главы Аврората и начальника Отдела магического правопорядка.              — Профессор Снейп, — Арбогаст подняла брови в явном замешательстве, — вы сейчас признали свою принадлежность к Темным искусствам?              — Глупо отрицать очевидное, — все так же спокойно ответил он, — я разбираюсь в темномагических практиках, но это не значит, что я их применяю в настоящее время. Хотя сейчас к темной магии принято относить весьма странные вещи.              — И после этого он требует снятия Надзора! — Фицрой вскочил на ноги. Складывалось ощущение, будто он готов кинуться на Северуса.              Почему-то Гермионе показалось, что сейчас Снейп нарочно провоцировал несдержанного аврора.              — Киаран, сядь! — рыкнул Кингсли. — Ты не делаешь лучше. К тому же я уже принял решение. Значит, мы договорились. Северус, вы разрабатываете расклад ритуала, позволяющего обратить проклятие, согласовываете его проведение в подвалах Мунго с руководством клиники. В свою очередь мы подумаем, как можно будет максимально безопасно вывести Гарри оттуда в случае, если ритуал потребуется провести в другом месте. Сколько времени вам потребуется?              — Полагаю, не меньше двух недель.              Гермиона глухо застонала. Две недели и никаких гарантий успеха. В конце концов, за этот срок можно просто помереть от безделья и скуки, в прямом смысле сидя в четырех стенах.              — Дайте знать, если вам что-то потребуется, — согласился Бруствер.              — Потребуется, — без промедления ответил Снейп. — Я пришлю список необходимых ингредиентов. И мне необходим доступ к лаборатории Мунго.              На этих словах он попытался подняться со своего места, давая понять, что считает встречу оконченной, однако Арбогаст упреждающим жестом остановила его. Впрочем, это не помешало профессору подняться на ноги.              — Прошу прощения, — мягко начала она, но во взгляде сквозило неприкрытое раздражение неповиновением Снейпа, — но нам бы хотелось знать еще о других артефактах, которые вы обнаружили в хранилище. Судя по описанию произошедших событий, которое я прочла в отчете мистера Фицроя, этот визит дался нелегко даже вам. Сейчас очень важно обезвредить весь тайник.              — Я не подписывался на эту работу, госпожа начальник, — спокойно ответил Снейп. — Что я сделал для того, чтобы разобраться с поддельным крестражем, — только мое дело. Скажу лишь, что столь тяжелая моя реакция на время, проведенное в тайнике Руквуда, была вызвана некоторыми артефактами, чье воздействие опасно для предателей идей Темного Лорда. А вопль принадлежал обычной банши.              — Это такой намек, что вы все время были на правой стороне? — фыркнул Фицрой.              Реплика осталась без ответа. Чтобы как-то разрядить обстановку, Министру также пришлось подняться со своего места, подтверждая, что встреча окончена. Облегченно выдохнув, Гермиона мигом вскочила на ноги и вылезла из-за стола.              — Передай Джинни от меня привет, — шепнула она Артуру напоследок. — Я забегу к вам, как только смогу.              Снейп сегодня вежливостью явно был не обременен, поэтому без лишних предисловий просто прошел к камину Кингсли, воспользовавшись ранее данным согласием. Гермиона бросила на него сердитый взгляд, но все же решила попытаться сгладить хамское поведение спутника. Больше всего ее сейчас волновало, что из-за поспешности Снейпа она лишается возможностью поговорить с Бруствером с глазу на глаз и наябедничать на Фицроя.              — Министр, хорошего вам дня, — кивнула она Кингсли, — госпожа Арбогаст, мистер Фицрой, вам того же.              Профессор ждал ее возле камина, заложив руки за спину. Хотя он ничего не говорил и даже не хмурился, Гермиона поняла, что его раздражают все эти расшаркивания перед министерскими. Когда она наконец подошла, Снейп снял с полки чашку с порохом, зачерпнул горсть и передал емкость целительнице, после чего вернул обратно. Сам он снова прошел вперед нее.              — Клиника Святого Мунго, кабинет управляющего.

III

      Когда она вышла из камина в кабинете Гримлок, то снова напоролась на Снейпа, постаравшегося ее придержать.              — Я в порядке, спасибо, — проворчала Гермиона, отряхивая мантию от пепла.              — Ощущение, что туфли на каблуках для вас непривычны. Побоялся, что сломаете себе что-нибудь, — в тон ей ответил мужчина и принялся стягивать с плеч мантию.              Гримлок по-прежнему в кабинете не было. Впрочем, не удивительно — больница была огромной, и постоянно возникали спорные ситуации. Но Гермиона была убеждена, что управляющая просто ждет отмашки от Альберта, когда они со Снейпом вернутся из Министерства.              — Нам нужно поговорить, мисс Грейнджер, но не здесь, — ледяным тоном изрек Снейп, аккуратно сворачивая мантию. Очевидно, посетителей и пациентов клиники он шокировать не собирался. — Давайте у вас в кабинете.              — Разумеется.              Встреча прошла лучше, чем она думала, хотя многие ее вопросы все еще были без ответа, вот только настроение было где-то на уровне Марианской впадины. Гермиона толком не могла понять, то ли ее что-то подспудно беспокоило, то ли так влияло присутствие мрачного Снейпа.              — Хотя… Знаете, профессор, — негромко сказала она, когда они вышли из кабинета Гримлок, — мы можем сделать это позже? Если честно, мне надо немного побыть одной, чтобы прийти в себя, да и отделение наверняка требует моего внимания.              Мужчина внимательно посмотрел на нее, но только кивнул, не став спорить.              — Тогда вы не против, если я пока что загляну в вашу квартиру буквально на минуту? Подойду в кабинет ближе к вечеру.              Черт, надо было взять с собой нормальные вещи, чтобы переодеться. А ей теперь придется таскаться до самого вечера в этой дурацкой юбке и блузке.              — Как вам будет угодно, профессор.              — До встречи, мисс Грейнджер.              Гермиона оказалась права, когда подумала, что отделение потребует ее внимания. С утра доставили еще одного аврора из группы Гарри, который напоролся в Лютном переулке на, как он выразился, «не вполне благонадежного иностранного волшебника». В руках бедолаги не осталось ни одной кости, и выпитый костерост не помогал. Остановив Аттикуса, который едва не влил в пострадавшего лишнюю порцию, целительница поняла, как чувствовал себя Снейп, когда кто-то из студентов был опасно близок к тому, чтобы устроить апокалипсис локального масштаба.              — Ты хочешь, чтобы у него дополнительные кости выросли или чтобы суставы закостенели? — не сдержавшись, рявкнула она на бедного мистера Престона. Тот удивленно воззрился на наставницу: обычно Гермиона не позволяла себе подобного. — А, прости, Аттикус, я не хотела. Тяжелый день, извини, пожалуйста. Но впредь никогда не давай пациенту больше положенной дозы костероста. Проклятие это не снимет. А вам, мистер, придется у нас задержаться.              — Без проблем, док, — хмыкнул аврор. — Я бы вам руку пожал, но…              Помимо бескостного аврора ее ждала куча историй болезней и отчет по использованным за месяц зельям, плюс заявка на новые. Гермиона с удовольствием бы променяла всю эту волокиту еще на парочку сложных случаев. Как только у Юджина получалось так прекрасно балансировать между бумажной работой и пациентами? По крайней мере, со всеми этими бумагами ей не пришлось трансфигурировать туфли во что-то более подходящее для работы на ногах.              Спасибо Аттикусу — стажер принес ей пару кривоватых сэндвичей и чашку чая. Гермиона почувствовала себя виноватой за недавнюю несдержанность. В конце концов, молодой человек стажировался в Мунго меньше полугода и делал определенные успехи, а его неудачи были и ее неудачами, как наставника. Определенно, общение со Снейпом плохо на нее влияло. Она хотела выкроить немного времени и все же написать письмо для Кингсли насчет Фицроя, но задремала.              Снейп постучал в дверь кабинета, когда она уже решила, что он не придет, и завалилась на диван, скинув туфли и закинув ноги на стенку книжного шкафа — с непривычки после быстрой ходьбы на каблуках отчаянно ныли икры. По крайней мере, он был последователен: постоянно рыча на всех и каждого за привычку вламываться без предупреждения, сам проявил деликатность. Со стоном спустив ноги, Гермиона села на диване, одергивая на себе блузку.              — Войдите.              Он снова переоделся в маггловскую одежду, а в руках держал дорожную сумку.              — Мисс Грейнджер, — кивнул Снейп, опускаясь в свое кресло. — Как себя чувствуете?              — Жить буду, спасибо. Так о чем вы хотели поговорить?              Северус смерил Гермиону внимательным взглядом. Она и сама понимала, что вид у нее не самый жизнерадостный, и не могла взять в толк, почему этот чертов визит в Министерство так ее вымотал. Сунув руку под пальто, он протянул ей свежий выпуск «Пророка». Целительница протяжно застонала.              — Уже? — вымученно, словно надеясь, что газета ей привиделась, спросила она.              Снейп только кивнул и, стянув пальто, бросил его на спинку кресла за собой. Вид у него был мрачнее некуда. Гермиона глянула на передовицу с фотографией, на которой профессор клал руку на плечо назойливого репортера, чтобы тот дал ей дорогу. Сама Гермиона на фото получилась в профиль — хотя бы снимок вышел приличный. «Возвращение в Британию бывшего директора Хогвартса и Пожирателя смерти».              — Ну, не за авторством Скитер — уже хорошо, — угрюмо буркнула она, переложив газету на стол. — С вашего позволения не буду читать.              Снейп задумчиво барабанил пальцами по столу, глядя куда-то мимо нее. Молчание затягивалось.              — Я так понимаю, вы все же предпочли пол в кабинете моему дивану, — не выдержав, сказала Гермиона.              — Нет, я нашел квартиру, — его взгляд так и не сдвинулся с какой-то одной ему заметной точки, — старый дом, над пабом. Владелец был рад ее сдать хотя бы на некоторое время, переночевать вполне хватит.              — Если вы считаете, что так будет лучше… Насколько помню, у вас же был свой дом где-то в центральных графствах.              — Лет пять назад это чудесное место снесли для новой застройки, — хмыкнул он, по-прежнему не смещая взгляд. — Да и уж лучше комната над пабом. Но поговорить я хотел не о статье в «Пророке», разумеется. Мисс Грейнджер, я хочу, чтобы вы были предельно осторожны после, хм, скажем так, нашего выхода в свет.              — Знаете, Живоглот примерно так же смотрит иногда на стенку, как вы сейчас, и мне начинает казаться, что в комнате есть кто-то кроме меня, но на самом деле кот просто заметил муху.              Снейп нахмурился и все же посмотрел прямо на нее. Грейнджер приняла максимально невинный вид.              — Вы что-то там говорили про предельную осторожность? Если бы я не знала, что Грюм мертв, решила бы, что он вас покусал.              — Мисс Грейнджер, прекратите корчить из себя дуру, вам это категорически не идет, — угрюмо протянул Северус и снова откашлялся, когда в голосе появилась хрипота.              Гермиона устало откинулась на спинку дивана, глядя в потолок. Захотелось зажечь одну из папирос Юджина, но пачка лежала в ящике стола, а вставать не было никаких сил. После войны она так и не смогла жить совсем уж беззаботно. Скопления людей ее напрягали, первый год она даже шарахалась в сторону от черноволосых женщин и повсюду таскала за собой ту самую сумочку со всем необходимым. Постепенно призраки войны стали отходить на задний план, и она нашла для себя утешение в помощи другим. А сейчас Снейп заявляет, что ей стоит быть осторожнее.              — Так может, вы объясните, в чем дело?              — А дело в том, что в газетах уже писали, что Поттер угодил в Мунго с неизвестным проклятием и что вы пытались его лечить. В конце концов, вы его близкая подруга, вы поспособствовали падению Темного Лорда. А сейчас еще и явились вместе с предателем в Министерство, чтобы обсудить лечение Поттера, — он постучал длинным пальцем по выпуску «Пророка». — Мне нужно было подумать обо всем этом раньше и отправиться в Министерство одному. Но раз уж моя недальновидность может поставить вас под удар, то прошу вас не расхаживать где попало в одиночку, а по возможности и вовсе пожить у тех же Уизли.              — Вы здесь уже почти неделю, — хмыкнула Гермиона, подбирая под себя ноги, — и много вы видели, чтобы я, как вы выразились, расхаживала где-то, кроме клиники и пары ближайших кафе? У Артура с Молли сейчас живет Джинни с сыном, да и… да и Рон с семьей там поблизости. К тому же, профессор, мне кажется, что вы изрядно приукрасили ситуацию.              — Может быть, это и так, — недовольно проворчал Снейп, глядя на нее исподлобья, — я давно не был в Британии и могу судить только по старым временам. Но лишняя осторожность не помешает. И это еще не все. Нужно обсудить Поттера и что с ним делать. Мне нужен доступ к лаборатории, а раз уж вы сказали, что будете сами общаться с мисс Гримлок, то прошу переговорить с ней на эту тему. Полагаю, по подробному описанию ритуала вы сможете сказать, не навредит ли он пациентам?              Гермиона задумчиво почесала кончик носа, прикидывая свои силы и знания. В теории она могла это все рассчитать — насколько магия повлияла бы на ослабленных людей, как далеко должна была распространиться. С другой стороны, цена ошибки могла быть слишком велика.              — Я попробую, — вздохнула она и склонила голову к плечу, пристально глядя на Снейпа. — Вы такое уже делали? В смысле, я помню, что это проклятие было создано специально для Гарри, но хоть с чем-то вроде сталкивались?              — Мисс Грейнджер, если бы не сталкивался, то не взялся бы за эту работу. Я вообще не могу понять, почему авроров не учат всему этому, а потом удивляются, что они прут напролом и попадают в такие ситуации, как Поттер.              — Да ну, я даже не знаю, — Гермиона закатила глаза, — может, потому что темная магия — не самая лучшая штука и опасна для самого волшебника?              Снейп издал звук, больше всего напоминающий фырканье.              — Вы слышали поговорку, что без тьмы и света нет? И все прекрасно понимают, что темная магия была и будет всегда, только вот как ей противостоять, знает все меньше и меньше людей. Думаете, Дамблдор не практиковал никогда ничего подобного? Я вот, к примеру, многому у него научился.              Не то чтобы Гермиона считала покойного директора Хогвартса святым, особенно после всего, что всплыло после его смерти, но он по-прежнему оставался для нее великим волшебником и человеком. С другой стороны, Волдеморта тоже можно было назвать великим… Может, Снейп и все эти поговорки про то, что тени придают объем, были правы.              — А вы правда относите себя к темным магам? — с любопытством спросила она.              Снейп глянул на нее исподлобья, только вот было непонятно, что его больше раздражало: то, что она в принципе снова стала задавать вопросы, или что эти вопросы были тупыми?              — Мисс Грейнджер, еще в школе я изобрел заклятие, которым без особых проблем можно убить человека, причем достаточно мучительно. Если этим заклятием отсечь конечность, то никакой целитель вам не поможет, даже если вы окажетесь у него через минуту, прихватив эту самую конечность. И как бы я запечатал заклятие кольца в руке Дамблдора, не знай некоторых принципов темной магии? Так что иллюзий на свой счет давно не питаю.              Хотя про Sectumsempra Гермиона знала уже давно, благодаря Гарри и старому учебнику Принца, но только сейчас ей в голову пришла мысль о том, насколько нужно было достать мальчишку, чтобы тот придумал столь зловещее заклятие. В магии важен был умысел, мотивы мага, его намерения… А что если Джеймс Поттер с друзьями не были такими болванами, попал бы Снейп к Пожирателям? Если бы Лили Эванс простила ему одно неосторожное слово, сказанное в запале? Насколько иначе могла повернуться жизнь одного человека, а то и всего магического мира.              — Мисс Грейнджер, даже не нужно быть легилиментом, чтобы понять, о чем вы сейчас думаете, — из мыслей ее выдернул хриплый голос Снейпа. Он уже привычно кашлянул и встал, чтобы налить воды. — Ваше человеколюбие вас когда-нибудь погубит.              «Ну, точно, а вы, профессор, умрете от избытка желчи».              — В Министерстве вы сказали, что нахождение в Камере Беллинджера повлекло для вас какие-то последствия, — сдержавшись и проигнорировав выпад собеседника, продолжила Гермиона.              — Вам домой уже не пора? — Снейп нахмурился еще сильнее и прислонился к подоконнику, скрестив руки на груди.              — Не пора. Мне нужно знать, что это могут быть за последствия, раз уж мой лучший друг заперт там, и как с ними справиться — тоже.              — Я же сказал, что у Поттера может быть иная реакция.              Судя по ледяному тону голоса, Северус совершенно не был настроен делиться с ней этой частью своего прошлого. А, насколько Гермиона успела его узнать, значит, это было что-то, что он счел для себя оскорбительным.              — Вы же понимаете, что это останется между нами? — тихо спросила она, прямо глядя Снейпу в лицо. — Считайте это врачебной тайной. Но вы сами говорили, что долгосрочное влияние Камеры на магов так толком и не изучено. Пожалуйста, профессор. Мне нужно знать, как помочь Гарри, если с ним случится что-то подобное.              Гермиона поднялась на ноги и сделала пару шагов по направлению к мужчине, застывшему темной глыбой на фоне окна. За дни, проведенные в его обществе, она заметила, что добром от него можно добиться гораздо больше, чем если давить и упрашивать. Снейп будто бы на каком-то инстинктивном уровне чувствовал ложь. Разумеется, он владел и легилименцией, но сейчас Гермиона не ощущала в своей голове чужого присутствия, как было, когда Беллатриса пытала ее, попутно грубо шаря в сознании.              — Я вам обещаю, — глядя в глаза Северусу, все так же негромко продолжила она, стоя на расстоянии вытянутой руки от него, — никто не узнает о случившемся, если вы мне расскажете. И я спрашиваю не из праздного любопытства, а чтобы помочь другу.              Снейп смотрел ей в глаза, не отводя взгляда и даже не моргая. Гермиона поняла, что ей не страшно, что она не испытывает никакой неловкости от такого долгого зрительного контакта. После всего случившегося: стычки с аврорами, их бесед по делу и ни о чем, его предупредительности, она поняла, что доверяет этому человеку. И хочет, чтобы и он ей доверял.              — Я чуть не стал сквибом, — наконец разлепив губы, просипел Снейп. — Камера вытянула из меня все силы, я просто не мог колдовать.              Вот дерьмо…              — Мне не было больно или некомфортно, пока находился там, но, выйдя, понял, что не могу сотворить банальные левитирующие чары. Если Поттеру одновременно не повезет и вместе с тем повезет, как и мне, то через какое-то время магия станет возвращаться к нему. Постепенно, не сразу, но все же, — он долгим глотком осушил стакан воды. — Я тогда так боялся вспугнуть удачу, что где-то год обходился без магии.              — И вы жили как маггл? — удивилась Гермиона.              — А у меня был выбор?              — Простите, глупый вопрос, — она сжала переносицу и крепко зажмурилась на пару секунд. — И долго вы ждали, пока силы начнут возвращаться?              — Где-то полгода.              Вроде бы срок не такой ужасный, но каково же человеку, привыкшему во всем полагаться на свои магические силы, было вдруг оказаться совершенно беззащитным? А Гарри? Он же аврор, работа для него значит ненамного меньше, чем Джинни и Джеймс…              — О, боги, да прекратите вы меня жалеть! — рявкнул Снейп, снова выдергивая ее из задумчивости. Видимо, у нее на лице опять было написано все, о чем думала. — А ваш драгоценный Поттер, если все получится, проведет в Камере в общей сложности примерно такой же срок, как и я. Может, у него и вовсе не будет тех же последствий. Прекратите паниковать раньше времени. Честное слово, мисс Грейнджер, я больше не пойду у вас на поводу и не стану что-либо еще рассказывать про себя.              — Не сердитесь, пожалуйста, — мягко улыбнувшись, попросила Гермиона. — Я правда очень это ценю. Спасибо, что все же рассказали, профессор.              На лице Снейпа проскользнуло то, что в случае с нормальным человеком можно было бы назвать смущением. По всей видимости, он правда не привык к подобному отношению к себе и словам благодарности в принципе.              — Кхм, — ему пришлось сделать вид, что в очередной раз закашлялся. — Уже поздно.              Гермиона кивнула. Нужно было наконец написать письмо Кингсли и идти домой. Можно, разумеется, воспользоваться аппарацией, тем более что Снейп, включивший режим Грозного Глаза, просил ее быть осторожнее, но очень хотелось пройтись и проветрить голову. Мантию можно трансфигурировать во что-то потеплее. С туфлями сложнее, но за пятнадцать минут ничего с ней не случится.              — Да, мне нужно написать письмо и пойду домой.              — Пойдете? — мрачно спросил Снейп. — Я же просил…              — Послушайте, профессор, — устало вздохнула Гермиона, — у меня был чертовски тяжелый день. Пожалуйста, хотя бы сегодня не нагнетайте, хорошо? А с завтрашнего дня я буду вести себя в лучших традициях Грюма. Мне необходимо проветрить голову.              — Пишите свое письмо, я вас провожу.              Гермиона вздернула брови, но спорить с ним не стала и села за стол.

IV

      Письмо было готово минут через пятнадцать, и Гермиона запечатала его для отправки с утренней почтой. Разумеется, Снейпу она не собиралась рассказывать о своем доносе на Фицроя. И это еще письмо было написано очень сдержанно — Гермиона просто постаралась изложить факты, без каких-либо оценок, а также просила присмотреть, чтобы к мистеру Шеклтону за его участие и доброту не были применены санкции. Кингсли она тоже просила не распространяться о ее «доносе». Возможно, действовать за спиной Фицроя и Снейпа было не совсем правильно, но была вполне реальная возможность, что в следующий раз встреча этого дуэта закончится дракой, причем хорошо, если только магической.              Теперь Снейп сидел в кресле, недовольно наблюдая, как она пытается трансфигурировать свою мантию во что-то, подходящее для прогулки по ноябрьскому Лондону.              — Давайте вы голову завтра проветрите? — мученически взмолился Снейп после того, как она снова не удовлетворилась результатом.              Гермиона в очередной раз закатила глаза, про себя радуясь, что стоит к нему спиной и он не может этого видеть.              — Все, последний раз. Кажется, у меня идея.              — МакГонагалл бы со стыда сгорела, глядя как ее лучшая ученица мучает несчастную тряпку, — раздалось у нее за спиной.              — Знаете, Рон так же ныл, когда мы ходили в магазин. Помолчите, мне надо сосредоточиться. Я не так часто в последние годы применяю трансфигурацию.              Черт, пусть в этот раз все получится, иначе Снейп ее просто изведет своими комментариями после того, как она запретила ему лезть с помощью. Так, представить, что ей нужно… Изменить материал, заклятия для этого… Гермиона на пару секунд зажмурилась и в очередной раз стала примериваться к мантии.              — Ну вот, другое дело, — довольно изрекла она, глядя на длиннополое бордовое пальто. Не шерстяное, но довольно плотное. Хватит, чтобы быстрым шагом добежать до дома, к тому же где-то в шкафу завалялась кофта.              Судя по взгляду Снейпа, он не сильно-то одобрял ее гардероб, но в этот раз промолчал. Но она скорее выпьет галлон бодроперцового зелья, чем придет завтра в соплях, чтобы дать профессору повод для ехидства.              — Идемте уже, — он вскочил по направлению к выходу.              Хвала Мерлину, хотя бы не было сильных порывов ветра. Когда они уже вышли на улицу, Гермиона подняла воротник импровизированного пальто повыше и сунула руки в карманы. Со стороны Снейпа раздался очередной страдальческий вздох.              — Возьмите.              На шею ей лег грубый вязаный черный шарф, который он носил. Признаться, приняла его Гермиона с благодарностью и не стала спорить — Снейп опять был в своем свитере с высокой горловиной. Стало немного теплее, по крайней мере, постоянный лондонский ветер перестал гулять за шиворотом.              Народу на улице уже почти не было, и они дошли до ее дома в полнейшей тишине — оба уже наговорились сегодня на пару дней вперед. В голове у нее было восхитительно пусто. Последние дни выдались крайне насыщенными, и теперь хотелось просто упасть лицом в свою любимую подушку и уснуть. Она так устала, что в кои-то веки не должны были сниться сны. Гермиона редко помнила, о чем они были, но частенько просыпалась с чувством неясной тревоги.              — Мне ждать вас завтра? — спросила она уже возле дома.              — А почему нет? Говорил же, что мне нужен доступ к лаборатории, — Снейп пожал плечами, — так что в течение дня не планирую появляться, но утром зайду. Сейчас ваша помощь будет мне не нужна, так что сможете передохнуть.              — Знаете, я думала, все будет хуже. Имею в виду ваше общество, — хмыкнула Гермиона, сворачивая к подъезду, и хитро улыбнулась, глядя на Снейпа. — Целоваться будем?              — Что, простите? — он вздернул брови, а глаза как-то беспокойно блеснули в свете фонарей.              — Ну, вы проводили меня до дома, атмосфера располагает, — необидно посмеялась Гермиона. — Не берите в голову, я просто неудачно пошутила.              — Пожалуй, в другой раз, мисс Грейнджер, — прозвучало довольно серьезно. — Ступайте уже. Я подожду, пока в ваших окнах загорится свет. Доброй ночи.