Целители и проклятия

I

      Не то чтобы Гермиона не верила, будто ей в самом деле может что-то грозить, — их поколение давно растеряло всякую наивность. Просто, на ее вкус, Снейп чересчур уж перегибал палку, постоянно стращая. К тому же она вполне справедливо считала себя способной дать отпор. Они с Гарри как-то раз устроили небольшой магический спарринг, и даже он признал, что боевая подруга не растеряла своей изобретательности и дуэльных навыков. Сама же Гермиона даже тогда не была настроена так же оптимистично, как лучший друг, прекрасно понимая, что сражение в полевых условиях — далеко не то же самое, что дружеская дуэль.       И хотя Северус честно признался ей, что после убийства Дамблдора стал кем-то вроде палача при Темном Лорде, наблюдать людей, которых она пусть и смутно, но все же помнила по Хогвартсу, и осознавать, что они лишились родителей благодаря их общему учителю, — было совершенно иным. Нет, Гермиона не винила Снейпа, по-прежнему оставаясь при своем мнении, просто эта случайная встреча в Косом переулке сделала его слова реальностью.       Встреченная троица явно не была настроена доброжелательно, несмотря на учтивое поведение Ламента. Провожая ее до дома, Северус рассказал, что Ламенты, хоть и не носили Темную Метку, были среди активно сочувствующих делу Тома Риддла. Ровно до того момента, как Ламент-старший не отправил единственного наследника, Абеля, на континент, когда Темный Лорд потребовал у отца, чтобы парень принес ему присягу и принял печально известный знак.       И хотя Снейп, рассказывая о случившемся, был внешне спокоен, Гермиона никак не могла поверить, что убийство родителей, заботившихся о единственном сыне, прошло для него бесследно. Она уже достаточно хорошо изучила Северуса и теперь про себя сравнивала его с айсбергом, который показывал над водой лишь малую свою часть.       Сегодня, несмотря на то что она заверила Снейпа в своем намерении добраться до дома при помощи аппарации, он настоял на том, чтобы сопроводить ее, а после категорически отказался заходить на чай, попрощавшись до утра.       Признаться, Гермиона совершенно не рассчитывала, что он действительно отправится на матч, понимая, что у Северуса есть куда более актуальные проблемы, чем очередная стычка между Гриффиндором и Слизерином. Но все же не смогла сдержать подступивших эмоций, осознавая, что услышит прямой отказ, возможно, не отличавшийся деликатностью. Но он ее удивил, согласившись и, очевидно, поменяв решение в последний момент. Гермиона планировала, что им с Гарри удастся хотя бы немного побеседовать и Снейп, несмотря на свою неприязнь к сыну Джеймса Поттера, все же поделится с ним своим опытом — едва ли кто-то еще мог это сделать.       А еще ей просто хотелось провести с ним как можно больше времени до того, как он снова сбежит в свою Норвегию. Гермионе хватило смелости признаться самой себе, что она находит Северуса Снейпа… интересным. Было глупо отрицать, что он был единственным в своем роде, — человек, сочетавший в себе абсолютные противоположности и вобравший в себя что-то и от Дамблдора, и от Волдеморта. И что бы он сам там про себя ни говорил, Гермиона была уверена, что чутье ее не обманывает.       Снейп был добрым и даже благородным человеком. Пусть и старательно загонял все самое светлое, что в нем было, как можно глубже.       А то, что извинился перед ней сегодня, только укрепило ее уверенность. Гермиона видела, что слова дались ему нелегко, и ей хотелось поблагодарить его в ответ, но Кингсли все испортил.       Оставалось надеяться, что завтра у них будет возможность поговорить.

II

      В назначенное время в дверь постучали. Гермиона была готова и встретила Северуса уже полностью одетой. При виде мрачного профессора, у которого уже сейчас на лбу было написано, что он жалеет о своем согласии, она заулыбалась.       — Доброе утро! — возвестила Грейнджер, выходя в подъезд, закрывая дверь и накладывая защитные чары на квартиру.       — Не уверен, — вместо приветствия проворчал Снейп. — Аппарируем в «Котел»?       Гермиона кивнула и, сделав последний пасс палочкой, крутанулась на месте, через мгновение оказавшись на заднем дворе бара. Практически одновременно рядом с ней появился и Снейп, не утративший дурного расположения духа.       — Вот уж не подумал бы, что вы такая фанатка квиддича, — мрачно хмыкнул он, проходя в помещение.       — Я и не фанатка, в школе, особенно на старших курсах, шумиха вокруг квиддича меня бесила. Но потом Джинни стала играть профессионально, а Гарри таскал меня на все матчи, какие мог, и… ну, в общем, это не так плохо.       До открытия камина Минервы оставалось еще пятнадцать минут, а в зале было пусто, и Снейп заказал у Тома черный кофе для себя, а Гермионе по ее просьбе взял чай. Когда же она попыталась всучить ему стоимость заказа, только глянул на нее, как Живоглот на сухой корм.       — А вы играли в школе в квиддич? — устроившись за барной стойкой на высоком стуле, Гермиона едва дотягивалась мысками до приступки и теперь позволила себе пару раз поболтать ногами в воздухе. Слишком уж хорошим было настроение — даже вчерашняя встреча в Косом переулке не омрачала ее радости.       — Мисс Грейнджер, я был тощим долговязым ботаником, как вы думаете? — Снейп почесал кончик внушительного носа. — Но это не значит, что игра мне не нравилась.       — Но вы же судили иногда матчи в школе? Да и летать вы умеете.       — Правила квиддича — далеко не высшая трансфигурация, — пренебрежительно фыркнул он. — А нормально летать я научился уже после Хогвартса. — Взглянув на настенные часы, Северус на прощание кивнул Тому и подал руку Гермионе, помогая ей слезть с высокого стула. — Пора, мисс Грейнджер.       Не без удивления Гермиона ухватилась за жесткую ладонь Снейпа и спрыгнула на пол. Он пропустил ее вперед к камину, и вскоре они уже отряхивали мантии от пепла, стоя в кабинете директора Хогвартса. Минерва встретила их, будто виделись только вчера вечером.       — Удивлена, что вам удалось уговорить Северуса посетить игру, — Минерва хитро глянула на Снейпа, топчущегося возле камина. Чтобы отряхнуть его объемную зимнюю мантию, потребовалось гораздо больше времени.       — Я сама потрясена не меньше вашего, — улыбнулась Гермиона, наблюдая за спутником.       — Ну, разумеется, — процедил тот. — Идемте уже. Как погода, директор?       — Солнечно, но ветрено. И предлагаю дождаться Поттеров.       Грейнджер услышала, как застонал Снейп, очевидно, забыв, что Гарри и Джинни присоединятся к ним. После вспышки гнева Северуса она поговорила с Джиневрой, завуалированно попытавшись объяснить, что его грубость была вызвана не столько желанием уязвить, сколько волнением по поводу неисполнения Министерством их части сделки. Подруге пояснения показались вполне правдоподобными, тем более что она до чертиков была благодарна Снейпу за спасение мужа, пусть тот пока и не мог колдовать. Жив — уже хорошо.       Стоило МакГонагалл договорить, как высокий камин снова полыхнул зеленым пламенем, и оттуда одновременно вышли Поттеры. Гермиона, стоявшая ближе всех, сразу же обняла друзей, чем вызвала особенно тяжелый приступ закатившихся глаз у Северуса. Кажется, он снова начинал раздражаться, что могло вскоре плохо обернуться, как она уже знала по собственному опыту.       — Приятно вас видеть, директор, — широко улыбнулся Гарри и обнял почтенную волшебницу. Та, в свою очередь, на секунду замерев, все же совсем по-матерински похлопала Поттера по спине.       С Джинни повторилось то же самое. Гермиона видела, что Гарри собирается протянуть руку и Снейпу, но, натолкнувшись на ледяной взгляд последнего, ограничился учтивым кивком.       — Сегодня в замке много гостей, — вещала МакГонагалл по пути к стадиону, где уже виднелись фигурки игроков, разминающихся перед игрой, — кроме вас будет еще госпожа Арбогаст и мистер Фицрой.       — Что?! — в один голос выпалили Гарри и Гермиона.       — Какого хера?! — вместе с ними высказался и Снейп.       — Северус, держи себя в руках, — поморщилась Минерва. — Его сын, Патрик, играет за сборную Гриффиндора на позиции охотника. А племянник Арбогаст — вратарь Слизерина. Можешь не переживать, видеться вам не обязательно. Они будут наблюдать за игрой с трибун факультетов, а доберутся через Хогсмид.       Гермиона едва удержалась от стона разочарования. Она планировала приятный день, рассчитывая, что Северус сможет поговорить с Гарри, а теперь невольно стала виновницей воистину опасной ситуации. Оставалось надеяться, что ни Снейп, ни Фицрой не станут устраивать сцену в присутствии детей и преподавателей. Может, Минерва права и они даже не встретятся. Или, на крайний случай, смогут вмешаться Арбогаст и МакГонагалл…       — Северус, — Гермиона тронула Снейпа за локоть и остановилась на месте, пропуская мимо себя Джинни и Гарри, кинувшего на нее обеспокоенный взгляд, — простите, я не знала, правда… Но мы все еще можем просто посмотреть игру.       Снейп выглядел мрачнее прежнего, избегая смотреть на Гермиону. Она уже подумала о том, чтобы предложить вернуться в Лондон, как он наконец опустил на нее взгляд и тяжело вздохнул.       — Вы не знали, — глухо и хрипло сказал Северус, — и не могли знать. Постараюсь избегать Фицроя. Просто… последите, чтобы я не сорвался, хорошо? Если вдруг не получится с ним разминуться?       — Конечно, — мягко улыбнулась ему Грейнджер, неожиданно для себя погладив ткань мантии у него на плече. — Всегда хотела спросить, зачем вам такие большие мантии?       Они пошли дальше по тропинке, догоняя директора и Поттеров. Основная масса учеников еще была на завтраке в Главном зале замка, и они имели возможность добраться до стадиона без лишних глаз.       Снейп хмыкнул в ответ на вопрос.       — Я думал, это очевидно.       — Чтобы пугать учеников? Но сейчас-то вам это не требуется.       — Ответ отчасти верный, мисс Грейнджер. Но, во-первых, в большой мантии удобно что-то прятать. А во-вторых, я не обновлял свой гардероб со времен увольнения из Хогвартса. А это и вовсе та же мантия, которую вы подожгли на первом курсе.       — Серьезно? — вскинула брови Гермиона. — У меня ни одна вещь не прожила пятнадцать лет.       Снейп пожал плечами. Гермиона же теперь шла, осматриваясь по сторонам, чтобы избежать неприятной встречи. Внизу, около башни-трибуны, отведенной для преподавателей, их беспокойно ждали Гарри и МакГонагалл.       — Все в порядке? — спросил Поттер.       — Да, — кивнула Гермиона, поглядывая на Снейпа и прикидывая, удобно ли сейчас будет попросить этих двоих поговорить.       Ее размышления прервала Минерва.       — Северус, ты не против, если перед матчем я объявлю о твоем присутствии? — при таком заявлении его брови поползли к переносице, но директор поспешила пояснить: — Ты будешь удивлен, но нынешнее поколение слизеринцев тебя, скажем так, уважает, если не больше. Многие выросли на рассказах о декане Снейпе, для них ты живая история; да и нынешние ученики в массе своей — это не выходцы из семей, оказавших когда-то поддержку Риддлу. К тому же тебя все равно увидят, как и мистера Поттера. И я подумала, что лучше объявить о вашем присутствии, — для игроков это станет приятным сюрпризом, тем более ни для кого уже не секрет, что ты вернулся в Британию. Клянусь, нас ждет потрясающий матч!       Гермиона всегда догадывалась, что их декан невероятно азартна и просто обожает квиддич. Но теперь, видя практически лихорадочный блеск в ее глазах, уверилась в своих догадках. Грейнджер знала, что Минерва и сама когда-то играла за сборную своего факультета, пока не получила травму в матче со Слизерином.       — Вы просто хотите зрелищный матч, — проворчал Снейп. По его лицу было понятно, что он уже смирился с тем, что сегодня попал в болото социальной жизни. — Не боитесь, директор, что детишки друг друга поубивают?       — Уверена, мадам Помфри и мисс Грейнджер со всем справятся, — серьезно ответила МакГонагалл, но в глазах ее блеснул веселый огонек.       От входа на преподавательскую трибуну было видно, что от ворот замка потянулась вереница студентов и преподавателей, спешащих на матч. Гермиона подняла взгляд на Снейпа и ободряюще ему улыбнулась.       — Думаю, ваш факультет будет рад вас видеть, профессор. Да и коллеги тоже.       Снейп вряд ли разделял ее надежды, но спорить с Минервой было бесполезно. Гарри и Северус пропустили женщин вперед себя и стали подниматься следом за ними. Оказавшись на трибуне, Гермиона увидела, что Джинни беседует с зависшими рядом с ней в воздухе охотниками Гриффиндора и что-то им объясняет. Увидев остальных собравшихся, игроки, два парня и девушка, взволнованно зашептались между собой. Оглянувшись через плечо, Джиневра подмигнула мужу и сделала ребятам знак вернуться к своей команде.       — Будем спорить? — Гермиона услышала вопрос, заданный директором Снейпу.       — Нет уж, — отмахнулся тот. — Эти споры и так влетели мне в солидную сумму в последние годы в Хогвартсе. Да и не знаю нынешние команды.       — А кто действующий чемпион школы? — спросил Гарри, глядя на разминку команд.       — Рейвенкло.       Гарри, Джинни и Снейп хором неодобрительно хмыкнули, на что Грейнджер закатила глаза. Она уже стала забывать, какими невыносимыми были ее друзья в школьные года, когда речь заходила о Кубке по квиддичу. Они вечно жаловались, что она постоянно трещала об уроках и библиотеке, но сами были ничуть не лучше со своими метлами и мячами.       — Северус! — раздался за их спинами возглас Слизнорта.       Гермиона заметила, как по лицу Снейпа на секунду пробежала гримаса раздражения, но он все же повернулся к своему декану и пожал протянутую руку. Гораций не отпускал ладонь Северуса, похлопывая того по запястью.       — Как я рад тебя видеть! Что же не заглянул в среду?       — Был занят, Гораций, — сдержанно ответил Снейп, все же выдернув руку. — Добрый день.       — Жизнь вдали от забот Британии явно пошла тебе на пользу, — добродушно заметил толстяк, обратив свое внимание на мисс Грейнджер и чету Поттеров.       Приветствие с прибывающими преподавателями затягивалось. Особенно долго Гарри и Джинни тискал Хагрид, который ко всему умудрился еще и разрыдаться. Гермиона отметила, что все бывшие коллеги приветствовали Снейпа тепло. Похоже, время действительно было лучшим целителем. Ну и то, что Гарри сначала выболтал всем присутствующим тайну Северуса, а после отчаянно защищал его перед Визенгамотом, тоже сыграло свою роль. Но наконец пришло время рассаживаться по местам — начинался матч. Гермиона и Джинни устроились в середине на ряд ниже директора, Гарри сел рядом с супругой, а Снейп — с противоположной стороны. На высоте трибун особенно хорошо ощущались порывы ветра, но даже через слои одежды она чувствовала тепло, исходившее от Северуса, — сидеть им приходилось совсем рядом, трибуны были забиты под завязку.

III

       Вступительное слово директора не было традиционной частью матча, но, когда Минерва поднялась со своего места и над стадионом разнесся ее голос, усиленный при помощи Sonorus, прочий шум стих.       — Сегодня не совсем обычная игра — Хогвартс посетили достопочтенные гости, как некоторые из вас уже могли заметить.       Пока не начался матч, но все уже заняли свои места, Гермиона принялась осматривать ряды в поисках министерских визитеров. Фицрой действительно нашелся на трибуне Гриффиндора в обществе белокурой женщины несколько помладше него самого — очевидно, жены. Глава Аврората выглядел непривычно расслабленным и даже веселым. Арбогаст же сидела со слизеринцами, как и говорила МакГонагалл, рядом с мужчиной, которого Гермиона посчитала ее старшим братом.       Ей также пришло на ум, что на трибунах стало больше взрослых, чем в годы, когда они учились в школе. Арбогаст и Фицрой были далеко не единственными.       — Мистер Гарри Поттер, миссис Джиневра Поттер и мисс Гермиона Грейнджер! — тем временем продолжала вещать Минерва. На этих словах она указала на троицу своих бывших студентов.       Друзья переглянулись между собой, но вставать не стали, лишь приветственно подняли руки. Гермиона поняла, что и Гарри, и Джинни знали, что если они сейчас встанут, то подниматься придется и Северусу, который совершенно точно не хотел бы этого. Для нее вообще оставалось вопросом, как он не стал протестовать против предложения директора упомянуть его в своей речи. Наверное, знал, что спорить с МакГонагалл бесполезно.       При упоминании их имен над стадионом разнесся многоголосый вопль приветствия и одобрения. Трибуны Гриффиндора ощетинились символикой факультета, Гермиона заметила даже импровизированную голову льва, чем-то похожую на поделку Луны, только вот эта голова издала весьма правдопободный львиный рык.       — Также в Хогвартсе сегодня присутствует мой коллега и предшественник, — можно было спорить, Минерва намеренно признала сейчас перед всей школой Снейпа легитимным директором, деликатно опустив слово «бывший». Тем не менее, Гермиона чувствовала, как он напрягся, сидя рядом с ней, — профессор Северус Снейп.       Слизерин взорвался воплями одобрения, остальные факультеты отозвались скромнее. Студенты зеленого факультета — почти все — вскочили на ноги. Гермиона с удивлением поняла, что стали подниматься и преподаватели, аплодируя Северусу. Время действительно расставило все по своим местам.       Впервые на ее памяти Снейп выглядел растерянным. Он резко обернулся на МакГонагалл, хмуря брови, но Гермиона уже хорошо его знала, чтобы понять, что крылось за внешней злостью.       На ноги поднялись Гарри и Джинни, и она сама. Минерва строго смотрела на бывшего декана Слизерина, но в этом взгляде почудилась настоящая теплота и благодарность. Повернувшись к Северусу, она на пару секунд прервала свои аплодисменты, чтобы тронуть его за плечо. Снейп от ее прикосновения будто бы вышел из оцепенения, потерянно глядя на нее снизу вверх, — это было очень непривычно. Гермиона ободряюще ему кивнула, и Снейп словно в один миг вернул себе обычное самообладание, взгляд приобрел привычную жесткость, и одним плавным движением он поднялся на ноги, заложив руки за спину. Слизеринцы зааплодировали еще яростнее, а игроки на метлах хлопали друг друга по плечам, подбадривая перед предстоящей игрой.       А когда Снейп слегка наклонился корпусом вперед и на секунду опустил голову, пришел черед Гермионы удивляться. Пусть говорит, что хочет, но он был тронут оказанным ему приветствием.       — Кажется, Гриффиндору придется несладко, — хмыкнула Джинни, когда наконец приветственные аплодисменты стихли и они расселись по своим местам.       Северус смотрел в одну точку перед собой, и Гермиона, не сдержавшись, слегка пихнула его плечом.       — Вас многие вспоминают добром, — тихонько сказала она, когда он повернулся к ней, вскинув бровь в немом вопросе. — И не думайте сейчас возражать. Игра начинается!       Мадам Хуч как раз подбросила квоффл, и игроки сорвались со своих мест.       Ожидания МакГонагалл оправдались — матч получился зрелищным. Первыми мячом завладели гриффиндорцы, но ворота так и остались нераспечатанными первые десять минут, несмотря на несколько весьма лихих атак на кольца Слизерина. Высокий стройный парень, по виду старшекурсник, приходившийся, очевидно, племянником Арбогаст, успешно провел защиту, однажды даже крутанувшись в «бочке», чтобы поймать квоффл буквально кончиками пальцев.       — А он хорош! — что было мочи заорал Гарри, возбужденно подавшись вперед.       Гермионе было приятно видеть друга в таком приподнятом настроении. Он все еще выглядел изможденным после проклятия и не сбрил бороду, хотя жена и заставила привести растительность в порядок. Поттера ждали впереди долгие месяцы неизвестности и ожидания, так пусть хотя бы на часок-другой забудется и вернется в счастливые школьные дни, занятые любимой игрой.       — Арбогаст пасует Шарпу! — надрывался комментатор, облаченный в цвета Хаффлпаффа. — Шарп обходит Моррисона!.. Черт, какое столкновение! Этим двоим бы лучше быть загонщиками, а не охотниками — информация капитанам к размышлению!       — Абернетти! — привычно рявкнула МакГонагалл, и троица «почетных гостей» совершенно неприлично разразилась хохотом, вспомнив, как их декан постоянно одергивала Ли Джордана.       Гермиона чувствовала себя совершенно счастливой. С проклятием покончено, она с друзьями снова в Хогвартсе, Северуса очень тепло встретили… Стоило подумать про него, как она повернулась к профессору, собираясь напомнить о забавных комментариях Джордана, но обнаружила, что Снейп смотрит на нее, а не на происходящее в воздухе. Она собиралась было спросить что-то незначащее и даже взяла его под локоть, чтобы он наклонился и не пришлось кричать, как над стадионом разнесся усиленный голос Абернетти:       — Гол! Лоэлот забивает Гриффиндору! Десять — ноль в пользу Слизерина!       — Поздравляю, профессор, — улыбнулась мисс Грейнджер, осторожно сжав его руку.       — Благодарю, — сухо кивнул тот.       — Профессор! — крикнул Гарри, перекрывая шум матча. — Не передумали насчет спора? Ваши ребята отлично играют.       Снейп покачал головой, не удосужившись повысить голос, чтобы дать Поттеру ответ.       — Лоэлот, Шарп, Лоэлот!.. — надрывался комментатор. — Подштанники Мерлина!..       — Абернетти!       — Прошу прощения, директор, но это был чертовски меткий удар от Кинга! Лоэлот теряет квоффл, Фицрой подхватывает! Пас О’Лири! Эй, Мойра, так я не понял, ты пойдешь со мной на свидание или нет?       — Последнее предупреждение, Абернетти!       — Простите, директор! Но вы только посмотрите на нее!.. Все, все… Рывок к воротам Слизерина… О, в этот раз Джон Арбогаст не спасает кольцо своей команды, гол! Десять — десять! Мойра, ты прекрасна, как гиппогриф на закате! Ай, директор!       — В кои-то веки у Джордана появилась достойная смена, — хмыкнул Снейп.       Гермиона только сейчас поняла, что так и сидит, сунув руку ему под локоть, а он ничего не возразил и даже не сделал попытки отстраниться или поменять позу.       — Не думала, что вам нравились комментарии Ли, — удивилась она, свободной рукой отводя с лица взметнувшиеся от очередного порыва ветра волосы.       — Парень был весьма остроумен, должен признать. И, что более ценно, просто виртуозно выводил из себя Минерву, — усмехнулся Снейп.       На секунду Гермионе показалось, что он дернулся, чтобы помочь ей с волосами, но Северус просто поправил собственную мантию, откинув широкую полу ей на колени, прикрывая от ветра, — его мантии хватило бы укрыть еще пару человек.       — Никогда бы в школьные годы не подумала, что МакГонагалл так азартна, — призналась она.       — О, еще как. За последние годы я проиграл ей в общей сумме три месячных жалования. Не говоря уже о других преподавателях.       — Так вы тоже азартны, профессор? — Грейнджер вскинула брови.       — Не особо, просто Минерва отлично знает подход к своим коллегам.       — Вуд срывается с места, за ней устремляется Гринвелл — ловцы заметили снитч! — их снова прервал голос хаффлпаффца.       Над полем раздался львиный рык, издаваемый чудной поделкой Гриффиндора. На трибунах противоборствующих факультетов разразилась настоящая буря.       — Эй, еще слишком рано! — заорала Джинни, подпрыгнув на своем месте. — Такой матч, слишком рано!       — Вуд?! — Гермиона услышала, как Гарри обращался к Флитвику, сидящему за ним. — Это дочь Оливера Вуда?       Маленький профессор только интенсивно закивал, наблюдая за развернувшейся в воздухе гонкой. Подняв голову, Гермиона следила, как крошечная девочка, по виду не старше второго курса, устремилась к крышам трибун и тут же ухнула вниз, одновременно уходя от летевшего в нее бладжера и уворачиваясь от слизеринского ловца.       — Гол! Снова Лоэлот приносит очки своей команде, сорок — двадцать!       Кажется, она умудрилась прозевать пару голов.       — Ловцов не видно! Напоминаю, что это вторая игра Бетти Вуд!.. Гол! Да что же это Лоэлот творит сегодня?! Ланселот, дай кому-нибудь шанс, эй!       — Ланселот Лоэлот, серьезно?! — заржала Джинни, едва не навернувшись со скамьи.       — Появляются ловцы обеих команд. Снитч снова потерян!       — Ну хвала Мерлину! — с облегчением выдохнула почтенная миссис Поттер, наконец перестав хихикать.       — Кажется, команда сегодня старается для тебя, Северус, — раздался у них за спиной голос Горация. — Они и так хорошо играют, но сегодня это просто что-то уникальное!       — Я польщен, — буркнул Снейп, неотрывно глядя, как Джон Арбогаст снова защищает вверенные ему кольца. По трибунам Гриффиндора пронесся вздох разочарования, Слизерин же скандировал фамилию своего вратаря.       — А его тетя играла в квиддич? — спросила Гермиона, подергав Снейпа за рукав, чтобы привлечь внимание.       Северус наклонился ниже, чтобы лучше ее слышать.       — Джейн? Да, она была охотником последние три года. А ее старший брат Джон тоже был вратарем.       — Это с ним она рядом?       Она видела, как Снейп сощурился, глядя на расположенные напротив них трибуны. То ли ему мешал ветер, то ли уже начало подводить зрение. Через пару секунд он кивнул. Гермиона поймала себя на мысли, что Северус действительно расслабился — ушло его недавнее напряжение и настороженность, кажется, он правда наслаждался игрой.       — Вы планируете сразу вернуться в Лондон после игры? — Грейнджер снова сжала его локоть, понуждая посмотреть на нее.       — В идеале, да. Хватит с меня внимания на пару лет вперед, — хотя он говорил, совсем не повышая голоса, из-за низкого тембра его было хорошо слышно на фоне общих ликующих криков.       — А по-моему, это было здорово, — возразила Грейнджер, для чего пришлось поднять губы к его уху.       — Гол! Гол Слизерину! — возопил Абернетти, подскакивая на своем месте. — Мойра, красотка! Извините, профессор, но это будущая мать моих детей!       Гермиона услышала над ухом глухой смешок и с удивлением уставилась на Снейпа, задрав голову.       — Парня явно ошибочно определили в Хаффлпафф, — пояснил он свою реакцию.       — Шарп забивает гол! Семьдесят — сорок в пользу Слизерина!       — Кажется, мы с вами пропускаем половину, пока разговариваем, — со смешком заметила Гермиона, пряча свободную руку в складках мантии. Ветер постепенно крепчал, а с севера приближались снежные тучи.       — Меня все устраивает, — совершенно бесстрастно возразил Снейп, неотрывно глядя за рванувшим куда-то ловцом своего факультета.       — Гринвелл устремляется за снитчем, Вуд идет ему наперерез! Дамблдоровы очки! Бладжер выбивает метлу из-под Гринвелла, а он только неделю назад хвастался новой моделью «Нимбуса»! Какая потеря для Слизерина!       Северус рядом с Гермионой взволнованно привстал со своего места, глядя, как на песке, пропахав широкую борозду, лицом распластался долговязый светло-русый парень. Нога в колене оказалась неестественно вывернута, но юноша трясущейся рукой поднял вверх блестящий крошечный мячик.       — Бог ты мой! — Абернетти заорал так, что у слушателей должна была кровь пойти. — Бог! Ты! Мой! Мойра, ты проспорила мне пять галлеонов и свидание за теплицами! Двести двадцать — сорок, Слизерин победил! Спасибо, спасибо, Гринвелл, я принесу тебе в Больничное крыло пирог с патокой и галлон сливочного пива!       На стадионе царило невообразимое — подобное ликование и воодушевление не всегда можно было встретить на профессиональных матчах. Эта игра определенно окажется вписанной в золотой фонд Хогвартса, а студенты будут пересказывать ее друг другу еще пару недель, хотя и все видели своими глазами.       — Поздравляю, профессор! — Гарри встал со своего места и подал Снейпу руку.       Тот, помешкав, все же поднялся со своего места и пожал протянутую ладонь Поттера на глазах всей школы.       Гермиона не без сожаления была вынуждена отпустить его локоть, чтобы позволить встать.       — Благодарю, Поттер. Красивая игра.       — Не жалеете, что не стали спорить?       — Нисколько. С моим везением тогда Слизерин бы точно проиграл.

IV

      Гринвелла ликующая команда унесла с поля на носилках в сопровождении мадам Помфри. Снейп хотел удрать незамеченным, но его окружили преподаватели и троица друзей, принося поздравления ему и Слизнорту, раздувшемуся от гордости настолько, что, казалось, вот-вот лопнет. Мало было Снейпу пожать руку Поттеру на виду у всей школы…       Преподаватели спустились вниз, когда толпа учеников схлынула, и неспешно поплелись в замок, обсуждая увиденное. Снейп, постаравшись отстать от всех, все равно не смог отделаться от общества мисс Грейнджер, хотя, признаться, и не сильно-то старался. Тем более в этот раз она хранила молчание — по всей видимости, хватило возможности поорать во время матча. Северус невольно вспомнил, как залюбовался ею в самом начале, когда началась игра. До сих пор ему не приходилось видеть Гермиону в таком воодушевлении, и он был вынужден признаться самому себе, что очарован живостью ее реакции, ее смехом и искренностью. Буйные волосы, порой, казалось, живущие своей жизнью, разметались по ветру, щеки раскраснелись, и без того живые глаза радостно блестели… Когда Гермиона взглянула на него, он был готов проклясть всех вокруг, сожалея и одновременно радуясь тому, что они не одни, иначе бы точно совершил абсолютно опрометчивый поступок.       Свою горячность Снейп с охотой списал на последствия ритуала, но невольно вспоминал, как она почти всю игру держала его под локоть.       — Отличная игра, не правда ли? — услышал он за спиной голос Джейн Арбогаст.       Оглянувшись через плечо, Северус остановился, а с ним и Гермиона. Целительница приветливо кивнула Арбогаст, и та улыбнулась в ответ.       — Рада вас видеть, мисс Грейнджер.       — Добрый день, — Снейп учтиво кивнул бывшей студентке. — Ваш племянник прекрасно играет.       — Как и Джон-старший в свое время, — усмехнулась Джейн. — Мисс Грейнджер, я прошу прощения, но могу переговорить с профессором наедине?       У Снейпа по спине пробежал неприятный холодок.       — Разумеется, меня ждут друзья, — его спутница, впрочем, совершенно не удивилась просьбе Арбогаст.       Поттеры действительно стояли чуть дальше на тропинке, ожидая отставших Снейпа и Гермиону.       — Увидимся в замке, мисс Грейнджер, — проворчал Снейп и повернулся к Джейн, наблюдая краем глаза, как Гермиона следует к замку в сопровождении друзей.       Они с Арбогаст тоже неспешно двинулись следом.       — Чудесная девушка, — как бы между прочим заметила она, поправляя серебряную цепочку, скрепляющую мантию. Северус ничего не ответил, чувствуя неясное нарастающее беспокойство. — Смотрю, вы неплохо поладили…       — Вы, кажется, что-то хотели мне сказать, мисс Арбогаст? — Снейп намеренно обратился к ней как в школьные годы, а не в соответствии с нынешним статусом Джейн.       — Да, в общем-то, только порадоваться за вас, что после стольких лет и потерь вы наконец снова нашли человека, который становится вам дорог, — пожала та плечами. — Вы ведь еще помните, каково это, когда кого-то близкого у тебя отнимают?       Снейпу стоило великого труда не сбиться с размеренного шага и не выдать собственных эмоций. А еще не вцепиться в горло этой холеной и нарочито небрежной волшебнице и не выдавить из нее все, что хотела сказать, напрямую. Этих игр ему хватило еще во время Темного Лорда и хитросплетенных планов Дамблдора.       И он совершенно точно был уверен, что среди последователей безумца не было ни самой Джейн, ни кого-либо из ее семьи. Джозеф, ее отец, и вовсе был одним из самых принципиальных судей Визенгамота во время первого пришествия Волдеморта.       — И кого же отняли у вас, мисс Арбогаст? — ничего не выражающим тоном спросил Северус.       — О, это очень старая история, уже мхом поросшая, — отмахнулась она. — Вообще-то, я хотела поговорить о вашем дальнейшем сотрудничестве с Министерством. Слышала, что ваша встреча с Кингсли прошла вчера не слишком успешно?       — Не заинтересован в подобном предложении, — покачал головой Северус, упорно глядя строго перед собой, — в этом плане я не изменю своего решения. Деньги меня не интересуют, и не представляю, что еще Министерство может предложить.       — Что ж, жаль, профессор, — вздохнула госпожа начальница, — я совершенно искренне думаю, ваши таланты гораздо сильнее пригодятся сейчас на родине.       — Да, — хмыкнул Снейп, — что-то подобное Бруствер и озвучивал, когда говорил, что журналисты в атриуме во время моего визита были вашей идеей.       — Так значит, вы все же нас покинете?       Осторожно, Северус, вероятно, от твоего ответа зависит очень многое. Ощутив, как в груди сворачивается тугой комок злобы, Снейп снова с силой надавил на ноготь и уставился прямо перед собой, сосредоточившись на боли. Поттеры и Грейнджер уже ждали их у ворот замка, и профессор сосредоточил взгляд на взъерошенной фигурке Гермионы, чувствуя, как ярость постепенно унимается.       — Рано или поздно. Но не в ближайшее время — по крайней мере, пока Поттер не вернет себе силы, чтобы приступить к работе.       Кажется, благодаря мисс Грейнджер и этой лощеной стерве он застрял в Британии на неопределенно долгий срок. Снейп отлично умел читать между строк. А Арбогаст сейчас даже не особо утруждала себя — по слизеринским меркам он получил прямую угрозу. Причем даже не в свой адрес. Только вот за что? Грейнджер не смогла спасти кого-то из людей, близких Арбогастам?       — Тогда все же подумайте над моим предложением, ладно? Тайник Руквуда по-прежнему является серьезной проблемой.       — Может, и так, но эта проблема совершенно точно меня не касается. А теперь прошу простить, меня ждет стайка чертовых гриффиндорцев. Передавайте привет брату.