Целители и проклятия

I

      Джинни с Гарри всю дорогу до замка горячо спорили о прошедшем матче, обсуждая уловки и финты игроков, тактику игры. Гарри был особенно в восторге от вратаря Слизерина, а вот Джинни взахлеб говорила о дочери Вуда. Оливеру, ставшему отцом еще до двадцати лет, на одной из встреч пришлось выслушать от гриффиндорцев кучу шуточек разной степени похабности о вратаре, забившем гол в начале матча. Гермиона же, слушая сейчас привычную перебранку друзей вполуха, больше наблюдала за Снейпом и Арбогаст, остановившимися от них в паре десятков шагов. По крайней мере, Фицрой так и не появился после матча, что уже не могло не радовать, иначе школа действительно снова могла превратиться в поле боя.       — Иногда мне хочется его убить, — проворчала Джинни, когда они дошли до замка, а Гарри угодил в руки Слизнорту. — Я же с ним не спорю про методы ведения расследования и все такое.       — Тебе ведь это нравится, — посмеялась Гермиона, глядя на якобы раздраженную подругу, — вы, по-моему, без этого уже не сможете.       — Ага, но убить все равно хочется. А у тебя как с Кормаком? Видела его недавно на конференции.       — Ну, — Гермиона принялась собирать разметавшиеся волосы в хвост при помощи резинки, — мы виделись в Мунго, но я тогда была слишком занята, и, хм, встретиться не получилось.       Джинни сощурилась, внимательно глядя на нее. Когда миссис Поттер смотрела так, люди обычно начинали нервничать, но Гермиона давно приспособилась изображать святую невинность в подобных случаях.       — Слишком занята, говоришь? Помнится, ты сбежала с маминого дня рождения, когда Кормак объявился в прошлый раз. И чем же это таким ты была занята?       — Во-первых, у меня было дежурство…       — Ага, все пять дней.       — А во-вторых, напомню, твой муж сидел в подвале, а профессор Снейп тогда как раз стал варить для него зелье. Потом были другие заботы. В общем, не до Кормака в этот раз.       — Ну разумеется, — протянула Джиневра, странно на нее косясь.       Заметив, что Гарри отделался от Слизнорта, Гермиона ткнула подругу локтем в бок, чтобы та наконец заткнулась. Если себе Гермиона могла признаться, что испытывает к Снейпу некий интерес, то вот сказать подобное друзьям сил у нее уже не хватало. Да и вряд ли сам он ответит ей взаимностью, и не важно, что там Джинни показалось. В конце концов, это же Снейп, человек, любивший всю жизнь одну женщину, а теперь и вовсе отрешившийся от мира.       — А вон и твой друг возвращается, — Гарри кивнул подбородком в сторону бредущего к ним Снейпа. — Нам, кстати, предложили остаться на весь день. Ты с нами?       Джинни прыснула в кулак и снова получила тычок под ребра. Гермиона в очередной раз напомнила себе, что весь этот поход на квиддич в основном затевался для того, чтобы Северус поговорил с Гарри относительно потерянных способностей к магии. Но, судя по мрачному лицу приближающегося к ним профессора, едва ли он согласится вести подобные разговоры с бывшим учеником.       — Вы остаетесь в Хогвартсе? — с места в карьер спросил он, обводя троицу пустым взглядом.       — Вообще, мы с Джинни думали остаться, — пожал плечами Гарри. — А Арбогаст, наверное, уговаривала вас продолжить работу на Министерство? Невилл говорил, что тайник Руквуда так и не смогли разобрать.       — Мисс Грейнджер? — проигнорировав Поттера, Снейп обратился уже к ней индивидуально.       — Можно вас на секунду? — с тяжелым вздохом ответила Гермиона, отходя на несколько шагов в сторону, и Северус с явным раздражением последовал за ней. — Профессор, я понимаю, что это странно, но… вы не могли бы поговорить с Гарри о последствиях пребывания в Камере Беллинджера?       — И что вы хотите, чтобы я ему сказал? — Снейп раздраженно раздул ноздри. — То, что он и так знает? Просто объясните ему, что это все, вероятно, не навсегда.       — Вероятно?       — Именно. Мне повезло, силы ко мне вернулись. Ваш наставник, кстати, утверждал, что эта реакция на Камеру обратима, — уж не знаю, был ли он тогда честен. Так что скажите то же самое Поттеру. Поверьте, говорить с ним должен не я. Надеюсь, вы еще не разболтали ему, что я был в подобной ситуации?       — Что?! Нет! Конечно нет! — оскорбленно выпалила Гермиона.       — Эй, у вас там все в порядке? — обеспокоенно спросил Гарри, настороженно косясь на Снейпа.       — Да, Гарри, дай нам еще минутку!       — Если останетесь здесь на целый день, попросите ваших друзей проводить вас или давайте встретимся в «Котле» в условленный час, если так уж не хотите аппарировать из Хогвартса, — тихо продолжил Северус, одарив Поттера злобным взглядом.       — О, нет, нет, спасибо! И вы опять начинаете?       — Я и не заканчивал, мисс Грейнджер, — в его голосе слышалось уже плохо сдерживаемое раздражение. — Так что?       Гермиона задумалась. Ей хотелось провести в школе еще один день, тем более в обществе Гарри и Джинни — такой шанс выпал им впервые за все прошедшие годы, и неизвестно, когда это могло повториться. День выдался слишком хорошим, чтобы его портить, да и рассказывать друзьям о вчерашней встрече в Косом переулке она совершенно не хотела — Гарри изведется от беспомощности, а Джинни начнет настаивать, чтобы она пожила у них.       — А вы разве не останетесь? — с надеждой спросила она, подняв на Снейпа глаза. — Вас ведь так тепло приняли сегодня.       — Мисс Грейнджер, вам удалось затащить меня на эту чертову игру, но оставаться в школе дольше необходимого я не намерен, — холодно ответил Снейп, отведя от нее взгляд и уставившись на кромку Запретного леса. — Попрощаюсь с директором, и на этом все.       — Я не хочу втягивать во все это Гарри и Джинни, — проворчала Гермиона. — «Дырявый котел», скажем, в восемь вас устроит?       — Просто фантастическое предложение, — деланно серьезным тоном ответил он. — Тогда до вечера, мисс Грейнджер.       Проходя мимо к воротам замка, Снейп едва не задел ее плечом, и Гермиона сердито посмотрела ему вслед. Взгляд ее при этом наткнулся на широко улыбающуюся Джинни.       — Ты чего? — озадаченно спросил у нее муж.       — Ничего, ничего, — довольно ответила миссис Поттер.

II

      День получился отличным. С Гарри и Джинни они бродили по замку, постоянно натыкаясь на детей, старавшихся глазеть на них со стороны, но не досаждать расспросами. Гермиона не могла избавиться от мысли, что если бы с ними был Рон, то не удержался бы от красочного описания их приключений в замке и похождений за крестражами. Один раз лишь к ним подошли два слизеринца, парень и девушка, вежливо поинтересовавшись, не остался ли в замке профессор Снейп, но троица была вынуждена разочаровать студентов. Старшекурсники казались несколько расстроенными, но просили передать профессору при встрече их почтение. Гермиона сама не без удивления отметила в этой парочке полное отсутствие хорошо знакомой слизеринской надменности и презрения к магглорожденным.       Прошло всего восемь лет, но их мир сильно изменился. Только исключительно ли в лучшую сторону?       Преподаватели были счастливы пообщаться с выпускниками, а Слизнорт и вовсе взял Джинни в осаду, расспрашивая про карьеру в квиддиче. Гарри все больше беседовал с МакГонагалл и Флитвиком, охотно рассказал профессору Стебль, как дела у ее любимого Невилла. Все деликатно воздерживались от расспросов насчет его проклятья. Гермиона, недавно встречавшаяся с преподавателями, сейчас ходила по кабинету МакГонагалл, разглядывая книжные полки и некоторые диковинные штуки, оставшиеся от Альбуса.       — Мисс Грейнджер, — приветствовал ее портрет покойного директора, — нам не удалось побеседовать в прошлый ваш визит.       — Здравствуйте, директор, — вежливо поздоровалась она, хотя и испытывала к Дамблдору весьма двойственные чувства, — вы, кажется, спали.       — Простите старику эту слабость, — улыбнулся портрет. — Минерва говорила, вы весьма сблизились с Северусом…       — Мы работали вместе, вот и все, — Гермиона пожала плечами, поглядывая на часы. Приближалась минута их со Снейпом встречи, которую, признаться, она очень ждала. — Кажется, у него все хорошо, если вы хотели спросить об этом.       — Я рад, — вздохнул Дамблдор, протирая очки и водружая их обратно на крючковатый нос, — Северус правда это заслужил.       — Да уж, — фыркнула она.       С одной стороны, Гермиона понимала, что во многом Дамблдор действовал вынуждено и без его скрытности и хитросплетений они все могли пострадать гораздо сильнее. Только вот смириться со всем этим полностью так до сих пор и не смогла, несмотря на слова Гарри и Снейпа.       Без десяти восемь она тепло попрощалась с профессорами и друзьями, сославшись на усталость, и шагнула в камин, через мгновение оказавшись в «Дырявом Котле».       Снейп ждал ее за стойкой. Он уже успел переодеться в маггловскую одежду и теперь цедил пиво из высокой глиняной кружки. Увидев Гермиону, вывалившуюся из камина, он одним махом опрокинул в себя остатки и, расплатившись с Томом, двинулся к ней навстречу.       — Вы вовремя, — Северус вскинул бровь.       — Вы как будто удивлены, — Гермиона раздраженно цыкнула.       — Думал, вы забудете о времени в такой день.       Говорили они уже по пути ко внутреннему двору бара. Гермиона была бы не прочь аппарировать куда-нибудь в темный переулок и пройтись до дома, но мантия была не лучшей одеждой для прогулок по маггловской части Лондона.       — Мы же договорились с вами, — немного обиженно проворчала она. — Я ведь знала, что вы будете меня ждать, так что не опоздала бы.       Снейп бросил на нее короткий странный взгляд, но ничего не сказал. Гермиона в принципе не очень понимала, к чему он сегодня взялся ее провожать, если из «Котла» она могла аппарировать прямиком в квартиру, не привлекая лишнего внимания. Едва бы за пару минут кто-то смог бы ей навредить. Она уже собиралась крутануться в вихре аппарации, как Северус упреждающе положил руку ей на плечо.       — Вы сможете уделить мне некоторое время? Нам надо поговорить.       Грейнджер задумчиво почесала нос, прикидывая, что он может сказать. Скорее всего, что на днях вернется в Норвегию, и о том, как лучше дать ему знать, что к Гарри наконец вернулись магические способности. Это было бы вполне закономерно.       — В моей квартире вам будет удобно? — как можно спокойней спросила она.       — Вполне, мисс Грейнджер. Я аппарирую в подъезд, просто откроете мне дверь.       Вздохнув, Гермиона протянула ему руку, приглашая тем самым перенестись сразу в квартиру, минуя защитные чары. Она видела, что Снейп почему-то колеблется, но через пару секунд он все же осторожно принял ее ладонь, аккуратно сжав в своей. Позволив себе помедлить, чтобы чуть продлить столь простое прикосновение, Грейнджер перенесла их в свою небольшую квартирку.       Очутившись в прихожей, она все еще крепко сжимала жилистую и удивительно широкую ладонь Северуса, хотя в том уже не было нужды, и на какую-то секунду ощутила, как его большой палец прошелся по ее запястью. Снейп коротко взглянул ей в глаза в полумраке коридора и тут же отступил на шаг назад, чтобы скинуть пальто на вешалку в углу.       — Чаю, профессор? — спросила Гермиона, передав ему свою мантию.       — Было бы неплохо, — коротко буркнул он, проходя следом за ней на кухню.       Тут же откуда ни возьмись материализовался Живоглот и принялся тереться об ноги хозяйки. Вот уж кому в Хогвартсе жилось привольно, так это полуниззлу. Уходи когда хочешь, приходи когда хочешь, вдоволь птичек и мышей… Эх, а ведь если бы он тогда действительно сожрал крысу Рона, все могло пройти иначе, и рыжий котяра мог стать спасителем магического мира вместо Гарри, пусть про это никто бы и не узнал.       Гермиона поставила чайник и принялась возиться с заваркой, не торопя Снейпа с разговором. Профессор привалился к кухонной стойке позади нее и будто чего-то ждал. В помещении повисла тишина, но не напряженная и гнетущая, а какая-то спокойная, будто они оба вернулись домой после тяжелого дня, и теперь обоим нужно было время, чтобы завести обыденный разговор обо всем и ни о чем. Но наконец засвистел чайник, и Гермиона залила кипятком заварку.       — Так когда вы возвращаетесь в Норвегию? — все же не удержавшись, спросила она, подав ему кружку.       — Не раньше, чем к Поттеру вернется магия, полагаю, — хрипло ответил он, осторожно принимая из ее рук чай.       Грейнджер пораженно уставилась на него, не зная даже, что сказать. Она была уверена, что Снейп слиняет из Британии при первой же возможности, но он снова сумел ее удивить — все же пребывание на родине грозило ему определенными неудобствами. Да и весь прошедшей месяц он только и ждал, что возможности смотаться обратно на север.       — И что же заставило вас передумать?       Северус устало зажмурился и потер лоб, не спеша отвечать. Гермиона не торопила, но все же пристально наблюдала за ним, крепко обхватив руками кружку с подостывшим чаем.       — Разговор с Арбогаст, — после паузы хрипло ответил Снейп, глядя в пол. — Скажите, мисс Грейнджер, вы раньше не сталкивались с ней или кем-то из этой семьи? Может быть, по работе? Может, лечили кого-то из Арбогастов?       Гермиона глубоко задумалась. Она была более чем уверена, что не слышала ничего о Джейн Арбогаст до новости в «Пророке» о назначении ее на должность начальника Отдела магического правопорядка. В той же статье давался краткий биографический очерк: блестящая выпускница Хогвартса, быстрая карьера в Отделе международного сотрудничества, помощник посла Министерства при МАКУСА, вскоре сама заняла место посла. Умна, решительно отстаивала интересы Британии, придерживается весьма либеральных взглядов… Не замужем, детей нет. Едва бы Кингсли назначил на эту должность человека, к которому не испытывал доверия.       — Совершенно точно уверена, что ни с кем из Арбогастов не сталкивалась раньше, — ответила Гермиона после раздумий. — Ни по работе, ни вне ее. А в чем, собственно, дело, профессор?       — А в том, что моя дорогая ученица не просто так нагнала тогда полный Атриум журналистов в своем желании привлечь внимание к моему возвращению в Британию, — прорычал Снейп, но было понятно, что сердится он не на нее. — И сегодня я получил прямую угрозу в свой адрес, но касалась, по всей видимости, она вас.       Грейнджер подавилась чаем и закашлялась, отставив чашку в сторону. Она еще даже толком не поняла, о чем Северус сейчас говорит, но звучало как-то бредово. С чего бы Арбогаст угрожать своему бывшему декану и практически незнакомой ей женщине? Снейп говорил раньше, что Арбогасты не поддерживали Темного Лорда, в отличие от родителей той же встреченной ими троицы.       Снейп шагнул к ней, осторожно и легко похлопывая по спине.       — О чем вы?! — просипела она, откашлявшись.       — Хотел бы я знать, — проворчал Северус, поспешно убрав руку. На лицо его набежала тень, а голос стал еще более хриплым. — Но… госпожа Арбогаст выразила свою радость по поводу того, что мы с вами хорошо поладили, и…       Он замолчал, сердито раздувая ноздри. Гермиона же поняла, что стоит с открытым ртом. «Хорошо поладили»? Что это вообще может значить? И какое Арбогаст до этого дело?       — Я не понимаю, профессор… — тихо начала она, глядя на начинающего закипать Снейпа. В черных глазах затеплился уже знакомый ей опасный огонек, Гермионе даже показалось, будто его зрачок при этом стал отливать краснотой. Северус упреждающе поднял руку, перебив ее.       — Дайте мне договорить, и без того тяжело подбирать слова, — со сдерживаемой злостью продолжил он. Гермиона понимала, что в этот раз не она стала причиной его дурного настроения. — Я не просто так спросил вас о прежних встречах с этой семьей. И да, я услышал ваш ответ, — он снова не дал ей заговорить. — Так вот, моя достопочтенная ученица высказала в ваш адрес угрозу практически прямым текстом. А насколько я ее знаю, Джейн просто так слов на ветер не бросает.       Гермиона неверяще уставилась на Снейпа. О чем он, черт возьми, говорит? Где она могла перейти дорогу госпоже Арбогаст? Они учились в разное время, никогда не встречались. Да и вообще, последние годы она вела до ужаса скучную и размеренную жизнь. Мысли лихорадочно метались, никак не желая складываться в единую картину.       — Наверное, мне стоит встретиться и поговорить с ней? — уже вовсе едва слышно предложила она.       — Нет, — Снейп крепко сжал переносицу, — раз вы утверждаете, что не встречались, то дело, очевидно, все же во мне.       — А чем вы успели так разозлить Арбогаст?       — Мисс Грейнджер, я ведь упоминал, что успел… досадить многим людям. И едва ли это такой топорный способ заставить меня работать на Министерство. К тому же ваш любезный Бруствер не одобрил бы подобных методов.       — Но если ей досадили вы, то зачем высказывать угрозы в мой адрес?! — не выдержала Гермиона. — Я не понимаю!       Она чувствовала, что где-то глубоко начинает зарождаться тревога. Едва бы возникшее чувство можно было назвать страхом — настолько сильных эмоций не приходилось испытывать с самого окончания войны. На фоне той жизни в постоянном напряжении, происходящее сейчас выглядело довольно бледно. Просто Гермиона не любила, когда что-то оставалось неясным и тем более абсурдным. А угрозы Арбогаст именно таковыми сейчас и выглядели.       — Если ей насолили вы, то при чем здесь я?! — возмутилась она. — То есть я не хочу сказать, что пусть с вами тогда и разбирается, просто… Просто это не логично!       Снейп наконец опустил на нее тяжелый взгляд, искрящийся затаенной яростью. Гермиона не выдержала и отступила от него на полшага. Она так привыкла, что Северус оставался холодным и сдержанным даже во время вспышек своего обычного недовольства и раздражения, что этот светящийся нездоровым огнем взгляд по-настоящему ее пугал. Казалось, малейшее неверное слово, и ему сорвет предохранители.       — О, наша подруга считает, что я привязался к вам, — опасно вкрадчиво сказал Снейп, что разительно не вязалось с бешеным взглядом, — и что ваше… исчезновение может причинить мне боль.       Она уставилась на Северуса во все глаза, не зная, что больше ее шокировало: его слова или то, что он вообще сумел их озвучить. До сих пор Снейп не произвел на нее впечатление человека, настолько спокойно говорящего о собственных эмоциях. Да, он рассказывал о своем прошлом, о семье, но при этом никогда не говорил, что испытывал по тому или иному поводу, просто отмахиваясь и запрещая ей выказывать хоть малейшее сочувствие в его адрес. Гермионе и вовсе казалось, что после смерти Лили Поттер и всего пережитого едва ли что-то еще может задеть их бывшего профессора за живое. Он ведь даже честно признавался, что бросил бы Гарри на произвол судьбы, не пообещай ему Кингсли снятие Надзора. Пусть она и не хотела верить в эти его слова, но была вынуждена признать, что Снейп правда мог пойти на подобное.       — О чем вы говорите? — пробормотала Гермиона, пытаясь разглядеть в его лице хотя бы намек.       — Не заставляйте меня повторять, мисс Грейнджер! — рявкнул он.       Щека, иссеченная шрамами, нервно дернулась, и Северус быстро отвернулся, вцепившись пальцами в столешницу. Гермионе только и оставалось, что смотреть в его напряженную спину, обтянутую хорошо знакомой черной рубашкой. Не удержавшись, она протянула руку, едва ощутимо коснувшись его чуть пониже лопаток, и Снейп резко повернулся к ней.       — Не надо, — прошипел он.       Гермиона поняла, чем был вызван его протест, — даже через ткань она почувствовала пару бугристых рубцов. Целительница опустила глаза, вперившись в пол.       — Я… это… — она попыталась оправдаться, но слова не шли.       — Конечно.       В голосе его прозвучала такая горечь, неожиданно сменившая прежний яростный рокот, что Гермиона с опаской опять подняла на него взгляд. Снейп стоял, тяжело привалившись к стойке, опираясь руками позади себя, — выглядел он очень уставшим, а вся его злоба будто в одночасье куда-то улетучилась. Его реакция на простое прикосновение к спине оказалась очень болезненной, и Гермиона даже думать не хотела, что произошло, раз Северус так остро отреагировал и последствия ритуала отступили на задний план.       — Мне нужно подумать про все это, мисс Грейнджер, — нарушив тишину, низким хриплым голосом заговорил Снейп. — Пожалуйста, доберитесь завтра на работу при помощи аппарации, хорошо? И я не шучу. Очень прошу вас.       Северус смотрел поверх ее головы, как бывало, когда не хотел поддерживать прямой зрительный контакт, но старательно делал видимость. Он выпрямился, отлипнув от столешницы, сцепил руки за спиной и вздернул подбородок, из-за чего казался еще выше, старательно отгораживаясь от нее. Выглядел Снейп сейчас показательно собранным.       Гермиона не выдержала. Быстро шагнув к Снейпу, она одной рукой осторожно прикоснулась к его запястью, а другой потянулась вверх. Он замер, словно изваяние, стоило ей приблизиться. Легонько тронув упрямый подбородок, она едва слышно позвала его:       — Северус, посмотрите на меня. Пожалуйста.       Снейп отреагировал не сразу, но все же медленно опустил голову, отчего ее пальцы соскользнули, и тонкая ладонь на пару секунд задержалась на его груди. Гермиона почувствовала, как бешено колотится его сердце, хотя внешне Северус сейчас больше напоминал глыбу камня, принявшую облик человека, — черты лица будто бы заострились еще сильнее, на челюсти заходили желваки, а глаза снова превратились в пустые черные колодцы. Щетина отросла за день, и пальцы до сих пор покалывало. Ей показалось, что Снейп спрятался за окклюментными щитами, чтобы совладать со своей недавней вспышкой, но теперь она подумала, что он вполне мог отгородиться от нее.       Опомнившись, Гермиона не спеша сняла руку с его груди, но все еще едва ощутимо придерживала жесткие пальцы мужчины. Ей вдруг показалось, что он по-своему красив, пусть и не в привычном смысле. От Снейпа всегда исходила спокойная уверенность, какие бы бури ни терзали его изнутри. Теперь, когда Гермиона узнала его получше, ей казалось, что грозная сила этого мрачного человека создана, чтобы защищать.       — Северус, — повторила она, неотрывно глядя в черные глаза, — я давно хотела сказать… спасибо вам. За все спасибо. За Гарри, за вашу жертву, за вашу… заботу. Не думайте, будто ничего этого не замечаю. И за вашу откровенность спасибо. Не думаю, что вы много кому рассказывали то, что рассказали мне, — о своей семье, о детстве. Я правда это ценю. И спасибо, что извинились за то, что случилось в кабинете.       Мерлин, какой же он высоченный. Почему почти все вокруг выше нее?       — Я никому не открою все то, что вы мне доверили, — все так же негромко заверила его Гермиона.       Снейп молчал, не отводя взгляд. Широкие брови почти сошлись на переносице, но он не выглядел злым, скорее несколько озадаченным. С черных омутов постепенно сходил ледяной щит окклюменции, и Гермионе почудился живой огонек в глубине глаз. Спокойный теплый огонек, не отдававший красным отливом на зрачок, как было, когда он начал злиться на Арбогаст этим вечером. Слегка улыбнувшись, Гермиона склонила голову к плечу и почувствовала, как шевельнулась его рука, бережно перехватывая ее пальцы. Она уже знала, какой сильной могла быть хватка Северуса, а потому невольно замерла на секунду в напряжении, но Северус был очень осторожен.       — Спасибо, мисс Грейнджер, — все так же хрипло выдохнул Снейп, не пытаясь даже прочистить горло. — Это не то, что я обычно ожидаю услышать.       Не торопясь он поднял ее руку и, чуть наклонившись, мягко прикоснулся губами к запястью, тут же отстранившись. Гермионе показалось, что сердце пропустило пару ударов от такого невинного и одновременно очень интимного жеста со стороны Снейпа. В последний раз руку ей целовал Виктор Крам на свадьбе Билла и Флер. Ни Рон, ни Кормак, ни кто-то другой не делал ничего настолько… старомодного. Да, именно, старомодного. Она поняла, что уши и щеки пылают, как маков цвет, но постаралась справиться с собой.       Стоило признать, подобная бурная реакция была вызвана именно тем, кто сейчас поцеловал ей руку.       Снейп не спеша отпустил ее и разжал пальцы. По горлу резко перекатился кадык, и он отступил в сторону, чтобы не наткнуться на кухонную стойку.       — Мне нужно подумать, — повторил он, — что делать в сложившейся ситуации. И еще раз прошу вас, воспользуйтесь завтра аппарацией.       — Завтра воскресенье, у меня выходной, — покачала головой Гермиона.       — Тогда проведите его с друзьями, только не разгуливайте по улицам, — проворчал Снейп, одним махом допивая совершенно остывший чай.       И будто бы не было этого странного, переполненного откровениями разговора. Северус ответил ей двумя фразами, но даже эти несколько слов позволили ей еще чуть лучше понять его.       Не задерживаясь, будто бы даже торопясь, Снейп прошел в прихожую. Гермиона пошла за ним, провожая гостя. И тут же вспомнила, что не поблагодарила еще кое за что.       — Профессор, — позвала она, когда он уже надел пальто и наматывал на шею грубой вязки шарф, и тут же исправилась:— Северус. Еще кое-что…       Он вопросительно поднял бровь, искоса поглядывая на хозяйку квартиры.       — Спасибо за то, что остаетесь. Хотя бы пока.       Ей показалось, что Снейп что-нибудь ответит, — он даже остановился, уже толкнув входную дверь. Но, помедлив, просто кивнул и вышел в коридор.       Как только дверь квартиры захлопнулась и восстановился защитный контур, Гермиона тяжело осела на низкую скамеечку.