Целители и проклятия

I

      Обратный путь до дома мисс Грейнджер они проделали в полной тишине. Молчание не было тягостным или натянутым, скорее, каждый думал о своем. Людской поток схлынул, и, когда они повернули на прямую длинную улицу, продуваемую декабрьскими ветрами, Северус пропустил свою спутницу вперед, а сам пошел на шаг позади, прикрывая ее от порывов. Гермиона оглянулась через плечо и явно хотела что-то сказать по этому поводу, но он только мягко подтолкнул ее вперед, понуждая не стоять на месте.       Внутри разгорался адский пожар, и Снейп проклинал на чем свет стоит свою несговорчивость и упертость. Кто же знал, что «обычная» острота будет похожа на кулинарный эквивалент яда проклятой змеи?! Нормальный человек бы на его месте просто убрал убийственное блюдо в сторону, но нет, слизеринцы ведь не признают своих ошибок. По крайней мере, не перед кем-то. Грейнджер хватило ума никак не комментировать развернувшуюся перед ней идиотскую картину.       А еще Северус до сих пор чувствовал на колючем небритом подбородке прикосновение мягких женских губ. Девчонка решила найти другой способ выразить свою признательность, раз уж он начал возражать против ее бесконечных благодарностей по любому поводу. Это было… приятно и неожиданно. Снейп, разумеется, успел бы оттолкнуть мисс Грейнджер, пока она пыталась уцепиться за него, чтобы не потерять равновесие, но он не стал.       И Северус искренне надеялся, что проигрыватель на кухне, изрыгавший эту жуткую индийскую музыку, все же перегорел.       — Напоминаю вам зажечь свет, когда подниметесь домой, мисс Грейнджер, — в своей излюбленной ворчливой манере сказал Снейп, когда они остановились у подъезда.       — Вернетесь в Мунго? — с тяжелым вздохом спросила Гермиона, натягивая шарф повыше на нос.       — Да, у меня есть дела в лаборатории, так что не могу упустить возможность поработать, пока там никого нет.       — Неужели подопечные Адамса настолько плохи? — со смехом спросила она, хитро глядя на Снейпа.       — Не лучше самого Адамса, — раздраженно цыкнул зубом Северус. — Доброй ночи, мисс Грейнджер.       Он развернулся, чтобы перейти на другую сторону улицы, откуда лучше было видно ее окна, но Гермиона ухватила его за локоть. Снейп оглянулся и вопросительно выгнул бровь.       — Профессор, — голос ее звучал смущенно, — вы все же подумайте про Рождество, хорошо? Вам правда будут рады.       — Мисс Грейнджер, с меня достаточно посещения матча в компании ваших друзей. Уговорить меня на Рождество в обществе семейства Уизли не хватит даже вашего… красноречия. Идите уже.       Девчонка грустно улыбнулась ему, но руку все же отпустила, поспешив в подъезд. Через несколько минут в квартире под крышей зажегся свет, и Северус удовлетворенно кивнул. По дороге в Мунго он пытался представить, каково ей являться к Уизли на праздники, где обязательно столкнется с бывшим мужем, его женой и ребенком… Снейп был уверен, что мисс Грейнджер умеет держать лицо и ни за что не подаст вида, что ее что-то тревожит, но едва ли подобные встречи проходили для нее просто так. Он, конечно, не знал, хотела ли она детей в принципе или просто пыталась осуществить мечту младшего Уизли, но едва ли две неудавшиеся беременности прошли для нее бесследно.       Беллатриса Лестрейндж, бешеная сука поехавшего психопата, продолжала портить людям жизнь даже после смерти. Зато, стоило признать, Белла оказалась куда прозорливей и умнее своего хозяина, не доверяя Снейпу.       Лаборатория Мунго встретила Северуса блаженной тишиной и вонью сгоревшего Бодроперцового зелья. Вселенная решила сегодня доконать его нос. На рабочем месте, подготовленном для него, лежали два конверта с письмами: одно из Министерства Магии, а при виде второго Северус выругался сквозь зубы. Люциус Малфой.       Взяв оба письма, он взмахом руки открыл дверь, ведущую на крышу, чтобы хоть как-то проветрить помещение, а сам устроился на диване напротив, дожидаясь, пока закипит чайник.       Северусу Снейпу,       Больница магических болезней и травм Святого Мунго.       По всей видимости, Бруствер решил, что здесь его будет найти проще всего. В конверте обнаружился свернутый контракт на очистку тайника Руквуда, уже подписанный Министром, а еще письмо от него самого и пара снимков.       Северус,       пишу касательно твоего третьего требования. Я не стал включать его в контракт, решив, что ты не захочешь посвящать в это дело клерков, и просто попросил узнать о доме твоего деда своего помощника, не сообщая ему подробностей.       Ты был прав, дом до сих пор в казне Министерства и находится под чарами стазиса и отвода глаз. Галлоуэй, на отшибе городка Ардуэлл, что недалеко от Гервана. Место живописное, надо сказать, прямо на берегу залива. Прилагаю к письму фотографии, а также ключ-печать для доступа в дом (потом вернешь). Из дома ничего выносить не разрешается.       Приятного визита.       К. Бруствер       Прекрасно. Снейп достал из конверта снимки родового гнезда семейства Принцев. Старинный двухэтажный дом, состоящий из центральной части и двух боковых крыльев, не очень большой и изрядно обшарпанный, стоило признать. Было у здания что-то общее с руинами, где Руквуд обустроил свой тайник, — та же мрачная атмосфера, создаваемая запущенным садом, темными окнами, некоторые из которых были заколочены досками, каменная кладка местами тоже выглядела не самым лучшим образом. Бруствер писал, что дом находится под чарами стазиса, а значит, в подобное запустение жилье пришло еще при жизни последних Принцев. Неудивительно, что у матери был не самый жизнерадостный характер… Не то чтобы Северус ожидал увидеть шикарное поместье, но реальность оказалась весьма удручающей даже по сравнению с его невысокими ожиданиями.       Кстати говоря, о шикарных поместьях. Сломав печать Люциуса, Снейп развернул письмо старшего Малфоя. Почерк старого приятеля был таким же вычурным, как и его многочисленные наряды.       Северус, мой старый друг…       Уже на первой строке письма Снейп поморщился, как от приступа сильной зубной боли.       …еще с публикации в «Пророке» жду, когда же ты удостоишь мой дом своим визитом или хотя бы напишешь пару строк. Но, видимо, ты слишком занят новым совместным с Министерством предприятием. Слышал, ты все же вытащил Поттера из очередной передряги и теперь намерен продолжить работу с тайником Августуса.       Ах ты, скользкий белобрысый дрянной ящер!       Снейп до сих пор поражался, что Малфоям удалось отделаться гораздо легче, чем ему самому. Они не получили настойчивых советов покинуть страну, все ограничилось недолгим пребыванием главы семейства в Азкабане, из которого убрали дементоров. И вот теперь «старый друг» обзавелся новыми связями в Министерстве, раз ему так быстро донесли о том, что бывший «коллега» все же решил взяться за наследие Руквуда.       Думаю, я мог бы предоставить тебе некоторую интересную информацию относительно возможно находящихся там артефактов.       Надеюсь, ты сможешь почтить мой дом своим присутствием. Нарцисса и Драко были бы рады с тобой повидаться. Если решишь навестить нас, охрана дома тебя по-прежнему пропустит, будем ждать в любое время.       Рад, что ты находишься в добром здравии.       Люциус А. Малфой       Поток ругательств утонул в свисте закипевшего чайника.       Нужно при встрече будет сообщить Брустверу, что Люциус снова раскинул свои сети в Министерстве. Деньги есть деньги. Северус столько лет был вынужден терпеть этого напыщенного индюка, которого поначалу действительно принял за своего друга. Хотя какая дружба может быть между полукровным оборванцем и единственным наследником блистательного рода Малфоев, когда между ними еще и шесть лет разницы? Сейчас возраст не играл роли, но в школьные годы Снейп по своей неискушенности и даже некоторой восторженной наивности с благодарностью принял покровительство старосты школы. «Добро пожаловать, теперь ты один из нас», — в голове до сих пор стояли слова Люциуса, адресованные первокурснику, который пытался осознать, что его с единственной подругой распределили на исконно враждующие факультеты.       Вспоминая себя сразу после выпуска из Хогвартса, Северус не мог испытывать что-то кроме презрения. Амбиций было через край, способностей ему действительно было не занимать, но вот уверенности в себе не хватало катастрофически. Сейчас оправдывать себя он не собирался, проклиная на чем свет стоит свою болезненную гордость, одиночество и потребность в одобрении хоть от кого-нибудь.       Тряхнув головой, Снейп налил себе чашку крепкого чая, размышляя над тем, что Люциус может потребовать с него в обмен на информацию о тайнике. Он был уверен в своих силах, по крайней мере в том, что сможет выжить, встретившись с сюрпризами невыразимца, но информация лишней не бывает. К тому же, если уж Малфой снова распустил щупальца, то, может, даст наводку, за что Арбогаст так на него взъелась.       — Дерьмо, — выругался Северус, мрачно глядя на ночной Лондон.

II

      Половину ночи он провел за приготовлением зелий для своих давних клиентов. Антиликантропное и сердечное. Совой такое не отправишь, но у Северуса с покупателями давно была отработанная схема доставки при помощи каминов. Осталось найти камин… Наверное, нужно зайти к Тому в «Котел» либо ловить все еще до одури опасающуюся его Гримлок.       Утро было посвящено приведению себя в порядок, а именно перевоплощению в того Северуса Снейпа, которого знал Люциус Малфой, — традиционные черные одежды, непроницаемое выражение лица, сдержанность в речах.       Аппарировав к поместью Малфоев, Северус приблизился к защитному барьеру и почувствовал, что магия действительно готова пропустить его на территорию. Уже шествуя по парку, он в очередной раз задал себе вопрос: как умудрился когда-то вляпаться в некое подобие дружбы с человеком, содержащим павлинов? Когда высокие двери поместья были уже совсем рядом, Снейп воздвиг окклюментные щиты вокруг сознания. Разумеется, Люциус не владел легилименцией, но так было гораздо легче вернуться к своему прежнему облику и поведению.       Несмотря на светлый зимний день, по-прежнему казалось, словно это место опутано мраком Темного Лорда, как было раньше даже в самый солнечный день с тех пор, как тот обосновался в Малфой-мэноре. Северус непроизвольно передернул плечами под тяжелой мантией.       Ему даже не потребовалось воспользоваться дверным молотком — двери распахнулись, а на пороге его ждал знакомый старый домашний эльф.       — Хозяин ожидает вас в библиотеке, мистер Снейп, — проскрипел домовик, указывая сухой рукой вглубь дома.       Северус бывал в поместье и во время первого пришествия их господина, и в мирные годы без Лорда, когда Драко был совсем маленьким. Нарцисса даже просила его когда-то стать крестным отцом единственного сына, но Снейп отказался, мотивируя тем, что не хочет, чтобы у отпрыска древнего семейства был крестный-полукровка. Кажется, для мужа Цисси подобный аргумент показался весьма подходящим. А с учетом, что крестной матерью должна была стать чокнутая сестрица Лестрейндж…       — Северус! — Малфой поднялся со старинного кресла ему навстречу и протянул руку.       — Люциус, — кивнул гость, не снимая бесстрастной маски, и пожал поданную ладонь.       — А ты совсем не изменился, друг мой, — хозяин дома расплылся в одной из своих елейных улыбок, — будто виделись вчера.       Снейп снова кивнул и опустился в предложенное кресло, укрывая ноги полами огромной мантии. Оглядевшись, он понял, что дом постарались сделать светлее. Раньше, когда доводилось бывать здесь даже в лучшие дни, тяжелые портьеры постоянно были задернуты, создавая атмосферу, схожую со слизеринскими подземельями. Сейчас же шторы были прибраны при помощи подхватов и через высокие окна в библиотеку проникал яркий солнечный свет. По всей видимости, хозяева до сих пор пытались всеми способами вытравить из дома тяжелый дух Темного Лорда и сотворенных под крышей зверств. Северус был готов спорить, что в зале, где проходили их собрания, стоит новый стол.       — Нарцисса сейчас спустится, — возвестил Люциус, выдергивая Снейпа из раздумий. — Она так надеялась, что ты все же напишешь нам, — мы ведь так и не успели поблагодарить тебя за все…       Разумеется, озвучить в те времена даже без посторонних ушей, что Дамблдора по просьбе Нарциссы убил не Драко, было чревато. Особенно памятуя, в какую ярость пришел Темный Лорд, когда Северус явился к нему с этой новостью… От одного воспоминания спину нещадно засаднило, а суставы начало выворачивать.       Но это все не значило, что Снейп действительно будет рад выслушивать многословные благодарности Малфоев.       — Люциус, будет вполне достаточно, если ты расскажешь то, о чем упомянул в письме относительно артефактов Руквуда. Возможно, мне бы это действительно помогло, — сдержанно ответил он.       — И не поделишься, что сподвигло тебя снова спасать мальчишку? — подняв брови, поинтересовался «старый друг».       — Все просто. Скука.       — Северус!       Снейп встал навстречу Нарциссе и учтиво поклонился. Признаться, супруга Малфоя вызывала у него гораздо больше уважения, нежели сам Люциус. Северус был наслышан о том, как эта женщина бесстрашно врала в глаза Темному Лорду, заботясь лишь о благополучии сына. А безумец в очередной раз недооценил силу материнской любви, посчитав, что уж запуганная на протяжении нескольких лет Цисси точно не станет ему лгать, когда победа так близка.       — Нарцисса, рад тебя видеть.       Женщина порывисто обняла гостя, устроив голову у него на плече. О, как бы хотелось в этот момент видеть лицо Люциуса.       — Спасибо, Северус, спасибо за Драко. Ты не представляешь…       — Достаточно, прошу, — без эмоций ответил Снейп, мягко отстраняя Нарциссу от себя. — Не ставь меня в неловкое положение, тем более, это было давно.       Но твой чертов муж расскажет мне все, что знает о тайнике Августуса Руквуда.       — В малой столовой накрыли обед. Пожалуйста, Северус, останься, я настаиваю.       — Мы уже выяснили, что я не могу тебе отказать, — Снейп слегка приподнял уголки губ в холодном подобии улыбки. — Но, боюсь, сегодня время у меня очень ограничено, а твой муж, кажется, собирался поделиться со мной кое-какой информацией…       — Про тайник Августуса, который он сделал по указанию Темного Лорда? — фыркнула Нарцисса. — Вам нет нужды секретничать без меня. Идемте, господа, обед стынет.

III

      — Итак, Северус, — заговорила Нарцисса, когда они расселись в столовой, выходящей огромными французскими окнами в сад, — значит, ты все же решил вернуться из своего добровольного изгнания, чтобы в очередной раз помочь Поттеру?       Снейп позволил себе раздраженно раздуть ноздри. Эти однообразные вопросы начинали его злить.       — Совершенно верно. И, как уже сказал твоему мужу, виной тому скука. Восемь лет без Темного Лорда и Альбуса Дамблдора во многом пошли мне на пользу, но на события моя жизнь теперь не особенно богата.       Он совершенно не собирался распространяться, что на нем висит Надзор. Заседание по его делу было закрытым, и приговор нигде в полном виде не публиковался — было лишь оговорено, что Визенгамот признал бывшего директора Снейпа невиновным по всем статьям, в том числе и по вопросу убийства своего предшественника. Оставалось надеяться, что новые друзья Люциуса в Министерстве не разболтали этот небольшой, но в общем-то, безобидный, хоть и оскорбительный секрет.       — На снимке в «Пророке» мисс Грейнджер получилась весьма недурно рядом с тобой, — хохотнул Малфой, ловко разделывая рыбу при помощи ножа и вилки.       Северус поднял на него взгляд, недобро сощурившись. Весь этот разговор решительно переставал ему нравиться.       — Люциус, хочу тебе напомнить, что повестка нашей встречи была несколько иной. Если вы намерены допрашивать меня о том, как живу и что делаю для Министерства, то, пожалуй, буду вынужден откланяться. Как и сказал, у меня слишком мало времени, и явился я сюда просто засвидетельствовать уважение, раз уж, к сожалению, не успел сделать этого раньше.       — О, Северус, прошу, не злись, — примирительно улыбнулась Цисси, накрыв его ладонь своей, — мы просто столько лет ничего о тебе не слышали, и все это оказалось слишком неожиданным. Ты снова в Британии, помогаешь Поттеру… Люциус, пожалуйста, поведай нашему другу, что тебе известно.       Малфой отложил приборы и откинулся на спинку кресла, пристально глядя на Снейпа. Во взгляде приятеля Северус увидел хорошо знакомое выражение — белобрысый паршивец никогда ничего не делал без выгоды для себя.       — Ты ведь помнишь, что под конец Темный Лорд озаботился созданием поддельных крестражей?       — Я в курсе, но не думал, что тебе в принципе было известно о частицах его души, — делано удивился Северус, тоже откладывая нож и вилку в сторону. Рыбу он все равно терпеть не мог, вдоволь наевшись ее в голодном детстве.       Люциус, разумеется, уловил намек на немилость Волдеморта по отношению к нему после проваленного задания с пророчеством, и серые ледяные глаза едва заметно блеснули, появился опасный прищур. Северус продолжал смотреть на хозяина поместья с ничего не выражающим лицом, ожидая ответа и дальнейшего рассказа.       — Я знал о них еще до падения Темного Лорда, — с приторной улыбкой ответил Малфой, справившись с собой. — Так вот, в то время Руквуду было дано поручение изготовить поддельные реликвии основателей Хогвартса. Ну, кроме меча. И Августус справился с задачей, зачаровав артефакты…       Снейп отчаянно боролся с желанием попросить Люциуса перейти к сути, а не пересказывать то, что он и так знал. Но пришлось сдержаться, зная мстительный нрав Малфоя. Не хватало еще этого.       — … так, чтобы они могли причинить вред только Поттеру. Уж не знаю, в чем именно заключалось само проклятие…       — Люциус, — Северус все же не сдержался, — мальчишка как раз попал под проклятие одного из лже-крестражей. Остальные подобные артефакты также в том тайнике?       — Насколько знаю, да, — недовольно буркнул собеседник, сложив пальцы домиком перед лицом. — Полагаю, про охранные чары, направленные на тех, кто предал идеи Темного Лорда, ты уже тоже знаешь?       Снейп кивнул в ответ, не вдаваясь в подробности о том, какие неудобства выдумки Руквуда ему доставили, да и вообще о том, что уже побывал в тайнике.       — Да, их авроры смогли обнаружить, — соврал он, не моргнув и глазом, — уж на это их скудных талантов хватило. Что ж, мне всегда было интересно, кто из нас с Августусом более… предусмотрителен. Еще что-нибудь?       — На самом деле, я хотел попросить тебя разузнать об одном артефакте, который принадлежал моей семье…       Ну разумеется. Северус прекрасно умел читать между строк.       — Послушай, — он как можно спокойнее прервал Малфоя, — у меня есть определенные условия работы, и я не буду рисковать, пытаясь достать для тебя одну из реликвий, хранящихся в тайнике. Мое положение не так хорошо, как тебе кажется, Люциус. Бруствер мне доверяет ровно настолько, чтобы каждый раз при выходе меня тщательно обыскивали. На хвосте сидит Фицрой, с которым, как ты, наверное, помнишь, у меня всегда были весьма тяжелые отношения. Так что мой ответ — нет.       Нарцисса, все это время наблюдавшая за мужчинами, успокаивающе положила ладонь на руку мужа. Сам Малфой же старательно пытался сдержать подступающую злость за учтивой улыбкой. Но Снейп знал, что возразить ему Люциус не посмеет — не после всего, что он сделал для его сына.       — Кстати, а где Драко?       — О, ты ведь не знаешь, — Нарцисса с охотой переключилась на другую тему разговора. — Драко женился, на Астории Гринграсс, у них родился сын, этим летом. Они сейчас гостят у ее родителей.       — Мои поздравления вам обоим и молодым родителям, — вот это действительно было неожиданно. — Жаль, что не знал раньше и не поздравил вовремя. Обязательно напишу Драко. И как назвали наследника?       — Скорпиус Гиперион, — ответил счастливый дед, лучась гордостью.       Дальше разговор потек на нейтральные светские темы, не особо интересовавшие Северуса. Зато когда речь зашла о новой прогрессивной политике Министерства, сторонниками которой Малфои по-прежнему не были, пусть и высказывали теперь свое недовольство гораздо тише, Снейп постарался увести разговор в нужное ему русло.       — Зато новый начальник Отдела магического правопорядка наконец-то из Слизерина, — не без некоторого напускного самодовольства заметил он.       — Джейн Арбогаст? — презрительно фыркнул Люциус. — От нее-то и идет значительная масса этих дурацких законопроектов. На посту без году неделя, а уже притащила в Британию либеральные американские замашки.       — Арбогасты — старинный род, ты знаешь это не хуже моего.       — Может и так, но они всегда выступали за интеграцию с обществом магглов. По крайней мере, начиная с ее отца. Вообще не понимаю, как он допустил ее шашни с Кассием…       — Кассием? — нахмурился Снейп. Он почувствовал, как в голове начал складываться пазл, и теперь судорожно сцепил пальцы в замок под столом, стараясь никак не выдать себя.       — Мальсибер, Кассий. Младший брат твоего школьного друга, — небрежно заметил Малфой и приложился к бокалу вина. — Ты же помнишь?..       — Помню, Люциус, — процедил Северус. — Я всех помню.

IV

      Уже в своей небольшой квартирке над пабом Снейп со всей силы зарядил кулаком в стену и тут же зарычал, принявшись ожесточенно трясти разбитой рукой.       Кассий Мальсибер, младший брат Бенедикта, его школьного — за неимением лучшего слова — друга. Если Бен имел весьма жестокое чувство юмора и непоколебимое мнение о превосходстве магической крови, то Кассий был просто неуправляемым. Когда Северус заканчивал Хогвартс, мелкий ублюдок поступил на первый курс и сразу стал головной болью Слизнорта, МакГонагалл и Дамблдора. Жестокостью и ненавистью к магглам мальчишка мог дать сто очков вперед любому Пожирателю. Насколько Снейп помнил, МакГонагалл легла грудью, чтобы не дать Мальсиберу-младшему играть в квиддич, не без оснований опасаясь за здоровье остальных игроков. Учился он тоже не блестяще, хотя и закончил все семь курсов — в то время уже Северус стал во главе Слизерина и сумел найти на парня укорот, задействовав свой авторитет как Пожиратель смерти и друг старшего брата Кассия.       И что у такого отморозка могло быть общего с Джейн Арбогаст, старостой факультета, а позже и школы, которую ждало блестящее будущее? Джейн в свое время, конечно, тоже подарила Снейпу, как декану, несколько вечеров головной боли, и он был уверен, что в других случаях она просто не попалась, но она не была ни жестокой, ни магглоненавистницей. Если подумать… с Кассием они учились вместе сколько? Два года? Он старше ее на пять лет. Но у Северуса никак не получалось вспомнить, чтобы даже видел этих двоих сидящих рядом за столом Слизерина в Большом Зале.       Каким чудом Мальсибер-младший не угодил в Азкабан с Бенедиктом и их отцом, бывшим одним из первых последователей Темного Лорда, для Снейпа до сих пор оставалось загадкой. Кажется, он тогда успел сбежать из страны… Люциус сказал, будто бы как раз куда-то в Америку.       А потом безумец вернулся. Во второе его пришествие Кассий проявил себя во всей красе… Кроме как бешенным псом Темного Лорда его не называли. Все самые кровавые налеты были его рук делом. Мальсибер не чурался самых жестоких пыток, вызывавших отвращение даже у некоторых Пожирателей. Бен по старой памяти признался как-то раз Северусу, что побаивается брата, — если тот не убивал хотя бы пару дней, становился совершенно неуправляемым.       Но и у самых преданных слуг не было гарантированной защиты от безумия Волдеморта. Так и Мальсиберы в один далеко не прекрасный день попали в его черный список. Лорду показалось, будто именно из-за братьев Поттер и Хагрид смогли уйти от него во время операции Ордена, — по крайней мере, так сообщил Волдеморт своему палачу, выдавая очередное задание.       Не то чтобы Северус до сих пор считал Бенедикта своим другом — да хотя бы кого-то из Пожирателей — но когда Лорд отправил его в дом Мальсиберов… Он по сей день задавался вопросом, для кого это должно было стать наказанием на самом деле: для братьев или для него самого. Застать Кассия и Бенедикта врасплох не получилось, и битва вышла весьма тяжелой. Бен умер первым, а вот его младший брат едва не прикончил Снейпа, когда увидел гибель старшего.       Темный Лорд, разумеется, похвалил его за совершенную казнь, но Северуса не оставляло ощущение, будто повелитель разочарован. Возможно, Белле все же удалось в то время на какой-то период поколебать уверенность Волдеморта в преданности своего слуги. Сейчас гадать уже было бесполезно.       А теперь Джейн Арбогаст взъелась на него за то, что убил ее любовника, и хочет отплатить тем же, причинив вред гриффиндорской девчонке, которая вроде как стала ему дорога?       Стоило признать, в проницательности Арбогаст никогда нельзя было отказать.       А у Снейпа по-прежнему не было никаких доказательств ее угроз в адрес мисс Грейнджер.