Целители и проклятия

I

24 декабря 2011 года

       В этот раз Гермионе даже не пришлось упрашивать Северуса отправиться с ней в сочельник к Уизли. Все заготовленные аргументы и просто жалобные взгляды не потребовались — к ее вящему изумлению. Хватило просто озвучить приглашение рыжего семейства и добавить «пожалуйста», чтобы Снейп коротко буркнул в ответ: «Хорошо». Он не особо скрывал факт того, что ему этот визит радости не доставит, но она была уверена, что Северус смягчится, оказавшись в гостеприимном доме, и была очень благодарна ему хотя бы за попытку найти общий язык с ее друзьями.       — Там никто не держит на тебя зла, — успокаивала она Северуса, — ни Молли с Артуром, ни Джордж — никто.       Сильнее всего Снейп смог ее поразить, когда за пару дней до сочельника куда-то исчез и вернулся с елкой, за которой пытался спрятаться, скрывая свое хмурое смущение. Сама Гермиона еще ни разу не наряжала елку на Рождество с тех пор, как они с Роном развелись. Северус же старательно делал вид, будто ничего необычного не происходит, и она не стала приставать к нему с расспросами, просто молча обняла, прижавшись к еще холодному после улицы пальто. К их общему удивлению, на чердаке даже нашлись украшения, оставшиеся от предыдущих хозяев дома.       В «Норе» же, пока женщины возились с праздничным ужином, а парни стремились убить друг друга в модифицированной домашней версии квиддича, Северус играл с Артуром в шахматы. Гермиона несколько раз подходила его проведать, но он казался абсолютно спокойным и довольным обществом старшего Уизли. Впрочем, стоило с улицы в дом ввалиться шумной мужской ватаге во главе с Гарри и Роном, как Снейп заметно напрягся. Безухий Джордж только хитро подмигнул ему в ответ.       И хотя взрослых присутствие Снейпа ничуть не беспокоило, дети старались держаться подальше. Стоило ему лишь взглянуть на разошедшуюся мелюзгу, как те мигом стихали и спешили скрыться.       — Джеймс, — подозвал Артур внука, — принеси-ка мне из буфета ту бутылку. Ну, ты знаешь.       Гермиона хитро улыбнулась, глядя как крестник крадется до огромного буфета в углу комнаты, где дед держал свой скромный запас алкоголя. Когда же мальчишка притащил початую бутылку недурного коньяка, Артур призвал пару кружек с ближайшей полки, по которым и разлил алкоголь.       — Родители Флёр прислали из Франции пару лет назад. А я почти не пью, вот и стоит…       Несмотря на все усилия Артура и Гермионы, шумное семейство заставляло Северуса нервничать. Поначалу между ним и Роном повисло ощутимое напряжение, но оба смогли сдержать свои порывы. Бывший муж, убедившись, что Гермиона счастлива рядом с их злобным преподавателем зельеварения, и вовсе успокоился. Что бы ни случилось между ними в прошлом, они по-прежнему оставались старыми друзьями, прошедшими через многое.       Грейнджер все же успела миллион раз пожалеть, что решилась притащить Северуса к Уизли, когда пришло время садиться за стол: он держался слишком учтиво и даже не отвесил за весь вечер ни единого саркастического замечания в своей обычной манере. А когда дело дошло до разделки праздничного гуся, он и вовсе извинился и поднялся из-за стола. Гарри хотел было пойти следом, но Гермиона удержала друга от порыва доказать Снейпу, что он вовсе не лишний в этом доме.       — Я сама, Гарри. Дай ему побыть одному.       Выждав немного, она выбралась из-за стола и последовала за Северусом, который успел выйти в морозную декабрьскую ночь. Накинув на плечи мантию, она выглянула на улицу и нашла Снейпа стоящим рядом с домом в луче света из открытой входной двери. Услышав шаги, он оглянулся через плечо и едва заметно дернул уголком губ в улыбке. Встав рядом, Гермиона слегка пихнула его плечом и тоже улыбнулась в ответ.       — Извини, что уговорила тебя провести сочельник здесь, — вздохнула она.       — Ты не уговаривала, я сам согласился, — спокойно ответил Снейп и приобнял ее за плечо. Одеваться он не стал и был в рубашке и жилете. — И, честно говоря, думал, что все будет намного хуже. Но… это твои друзья и я понимаю, почему мы здесь.       — Если хочешь, мы можем пойти домой…       Северус отрицательно покачал головой и, наклонившись, поцеловал Гермиону в волосы. А она не могла даже высказать, как для нее важно, что он пытается ради нее вылезать из своей раковины и общаться с людьми — да еще и с такими шумными, как Уизли. Прекрасно понимая, как тяжело Северусу было взглянуть в лицо Молли и Артуру, потерявшим сына, Джорджу, оставшемуся без близнеца, — пусть они сами и не винили его, — Гермиона не могла не восхититься его силой духа.       — По крайней мере, Молли готовит куда лучше, чем я, — хмыкнула она, пытаясь хоть немного сгладить неловкость.       — Это правда, — усмехнулся в ответ Северус, за что тут же получил легкий тычок под ребра.       Глухо хмыкнув, он прижал Гермиону к себе, и она, потянувшись, коснулась губами гладко выбритого подбородка. Подхватив полы мантии, она обвила Снейпа руками, пытаясь укрыть его от зимней прохлады, как он сам обычно это делал.       — Артур, наверное, уже разрезал гуся, — тихо проворчал Северус ей в макушку спустя несколько минут, но при этом совершенно не торопился размыкать объятия.       Гермиона как раз хотела было ответить, что можно постоять еще немного, если ему хочется, как из дома раздался задорный голос Джорджа:       — Если не поторопитесь, вам достанутся самые сомнительные части гуся!       — Я отрежу ему второе ухо, — раздалось у нее над головой недовольное ворчание.       Разумеется, угрозам — как Северуса, так и Джорджа — не суждено было сбыться. Несмотря на всю неугомонность рыжего семейства, им достало такта не вовлекать Снейпа в беседу, если он сам не хотел того. Гермиона же вновь не могла не оценить его старания, когда тот все же время от времени вставлял пару реплик в беседу — ненавязчиво и очень к месту. Наверное, не без стараний Гарри, то и дело подливавшего ему виски. Подруга было кинула на него недовольный взгляд, на который Избранный лишь хитро ухмыльнулся. По Северусу никогда не было заметно опьянение, и он определенно умел держать себя в руках, лишь став немного разговорчивее.       А вот проснувшись наутро, он наверняка должен был пожалеть о своей неумеренности в алкоголе.       Ей нечасто удавалось застать Северуса спящим — практически никогда. Сейчас же он непривычно разметался звездой на кровати и, запрокинув голову, тихо храпел. Гермиона проснулась на самом краю, зато все одеяло досталось ей. В окно через неплотно задернутые шторы пробивалось по-зимнему яркое солнце, часы на прикроватной тумбе показывали начало одиннадцатого — небывало поздно для Снейпа, привыкшего просыпаться рано. Завозившись на своем месте, она развернулась к нему лицом. Серые волосы раскинулись по подушке и лицу, громкий сап то и дело сменялся легким храпом. Рот был приоткрыт, что придавало обычно суровому и строгому любовнику по-человечески дурацкий вид. Гермиона не удержалась от теплой улыбки и, вывернувшись из одеяла, накрыла и его, на что Снейп ответил коротким всхрапом. Легкая рука легла ему на грудь и двинулась выше — к лицу, покрытому отросшей за ночь щетиной, пока наконец осторожно не сжала кончик выдающегося носа. Еще раз всхрапнув, Северус резко проснулся и растерянным со сна расфокусированным взглядом уставился на Гермиону.       — Доброе утро, — тихо рассмеялась она, целуя его в плечо.       В ответ он что-то невнятно проворчал и обвалился на подушки, схватившись за голову. Видеть его таким человечным было очень приятно, пусть человечность эта и проявилась в похмелье. Гермиона склонилась над Снейпом и положила на лоб прохладную ладонь. Сердце затапливало теплом при виде того, как он охотно подставлялся ее рукам, сам искал прикосновений, так и не открыв глаза.       — С Рождеством, — прошептала она, целуя колючую щеку.       — С Рождеством, — повторил Северус и, поморщившись, перекатил голову на подушке, наконец взглянув на нее. Гермиона потянулась поцеловать его, но Снейп чуть отстранился. — Не надо, у меня во рту будто стая котов ночевала.       — Коты одиночки, Северус, — посмеялась она, все же поцеловав тонкие губы и устроившись головой у него на плече.       — Скажи это Живоглоту, может, тогда он перестанет оставлять шерсть на моей одежде, — проворчал он в кудрявую макушку.       В комнате воцарилась тишина. Кажется, он снова задремал, однако пальцы медленно блуждали по плечу Гермионы, а она ловила каждое тихое мгновение, слушала мерное дыхание и гладила его старые белесые шрамы.

II

16 июня 2012 года

      Северус никогда бы не признался, но он невероятно волновался. Как и Гермиона, хотя она тоже старалась не подавать вида. Ее родители три недели назад вернулись из Австралии, и пора было лично представиться Джеральду и Джин Грейнджерам.       Гермиона ни о чем не рассказывала родителям пять лет назад, но была вынуждена раскрыть карты во время первого визита в гости после их возвращения. Судя по ее сухому пересказу, отец остался не в восторге от избранника дочери. Миссис Грейнджер вроде бы отреагировала спокойней… Северус же прекрасно их понимал. Если честно, он был уверен, что при виде него Грейнджеры и вовсе решат, будто их дочь околдована или просто сошла с ума. Гермиона показывала ему фото родителей, и следовало признать, что, хотя Джеральд был семью годами старше Снейпа, выглядел едва ли не моложе. Не то чтобы самого Северуса это могло серьезно взволновать, но очков в глазах Джеральда и Джин едва ли могло добавить.       Он знал, что родители не смогут повлиять на мнение Гермионы, но не хотел стать поводом для ссоры или даже простого непонимания. Особенно зная, как непросто им далось восстановление отношений после войны, — и тут руку сумел приложить пресвятой Поттер, но язык не поворачивался ехидничать по этому поводу. Несмотря на то что Гермиона была взрослой женщиной, нетрудно было понять и беспокойство ее родителей. Кажется, так часто бывает в любящих семьях.       Сейчас была очередь Северуса постараться ради ее спокойствия, и он был намерен безропотно вынести самый холодный прием, пусть для этого и потребуется все его самообладание.       — Мне нужно что-нибудь знать перед завтрашней встречей? — как можно спокойнее поинтересовался Снейп, когда они вечером сидели на диване после ужина.       Гермиона закинула ноги ему на колени и теперь пыталась изучать свежую монографию какого-то мексиканского знахаря о применении малых доз сыворотки правды при восстановлении повреждений памяти. Снейп лениво поглаживал тонкие щиколотки и до сих пор по-девичьи острые коленки, осторожно разминал стопы. Иногда она довольно кряхтела после дня, проведенного в беготне, порой же наоборот дергала ногой, стоило задеть особенно чувствительное к щекотке местечко.       Услышав его вопрос, Гермиона вздохнула и все же отложила в сторону статью, вызвавшую у Северуса массу скепсиса.       — Ты же понимаешь, что я еще в школьные годы жаловалась родителям на чертовски несправедливого учителя? — не без ехидцы поинтересовалась она.       — Жаль, у меня не было возможности пожаловаться им на их настырную дочь, считающую, что знает все на свете, — в тон ей ответил Снейп, за что получил легкий тычок пяткой в бедро.       На этом непринужденная часть беседы окончилась. Гермиона села, подобрав под себя ноги, и теперь смотрела на Северуса даже как-то виновато.       — После войны, когда память вернулась к родителям, мне пришлось рассказать им все, абсолютно все. В том числе и про то, что ты убил Дамблдора — величайшего волшебника современности. Тогда я просто пыталась объяснить им свое решение. Они ведь простые магглы и все эти перипетии магического мира им совершенно непонятны. Только когда Гарри рассказал, сколько народу погибло за последний год, родители задумались.       Снейп понимающе кивнул. Для магглов, у которых родились дети-волшебники, действительно их новый мир казался зачастую каким-то несерьезным. А в сказках же все обычно хорошо заканчивается, верно?       — И ты рассказала родителям все, что случилось между нами за эти пять лет? — спокойно спросил он, откинувшись на спинку и глядя на Гермиону из-под полуприкрытых век. Она беспокойно кивнула. Северус усмехнулся: что ж, следовало признать, он бы на месте мистера Грейнджера тоже был настроен весьма недружелюбно. — Понимаю и обещаю держать себя в руках.       — Поначалу я не хотела рассказывать совершенно, но у них появлялись все новые и новые вопросы, вот и… — Гермиона виновато развела руками.       — Это твои родители, не удивительно, что они беспокоятся.       — Нам не обязательно ходить…       — Обязательно. Глупо будет бегать от встречи.       Хотя сам Северус рано остался без родителей, он помнил реакцию матери, когда до нее дошли слухи о том, что сын примкнул к Пожирателям Смерти, — в первый и последний раз он видел Эйлин Принц в таком гневе. Даже когда узнала, какой сын выбрал себе псевдоним, реакция и то была не такой острой. Зато именно тогда Снейп узнал историю семейства матери.       Следующим вечером они стояли перед аккуратным небольшим коттеджем в предместьях Лондона. Памятуя банальные правила приличия, Северус даже захватил букет цветов для миссис Грейнджер. Джеральд, со слов его дочери, практически не пил, так что идея с бутылкой доброго виски для него осталась нереализованной. Гермиона заметно беспокоилась и, когда уже прозвонил дверной звонок, принялась нервно оправлять на спутнике рубашку. Вечер выдался теплым, а Снейп терпеть не мог жару и теперь торопился оказаться в прохладе дома.       После долгих размышлений шрамы ни на лице, ни на горле он решил не скрывать, предпочтя явиться пред очи мистера и миссис Грейнджер сразу во всей своей сомнительной красе.       Дверь им открыла невысокая женщина, очень похожая на Гермиону. Обняв мать, дочь поспешно отступила в сторону.       — Мам, это Северус Снейп. — Он видел, как девчонка нервно теребила в пальцах подол платья.       — Миссис Грейнджер, — учтиво приветствовал хозяйку дома гость, протягивая заготовленный букет, — рад знакомству.       — О, прошу, зовите меня Джин! — женщина тонко улыбнулась ему, и от Снейпа не укрылась тревога, затаившаяся в глубине карих глаз. Не ускользнуло и то, как Джин старалась не пялиться на его шрамы. — Милая, поставь, пожалуйста, букет в вазу в гостиной. Папа сейчас спустится. Могу я звать вас Северусом?       — Разумеется.       — Какое интересное имя…       Бессмысленно было пускаться в рассказ о семейных традициях, а потому Снейп лишь вновь кивнул, пропуская миссис Грейнджер вперед себя в светлую гостиную, где им, очевидно, предстояло ужинать. Стол был сервирован на четверых, Джин даже озаботилась тихой ненавязчивой музыкой, наверняка призванной сгладить предстоящую неловкость.       — Мистер Снейп, — прозвучал у него за спиной мужской голос.       — Папа!       Северус развернулся на месте и почти нос к носу столкнулся с мужчиной чуть ниже себя ростом и с легкой сединой на висках в каштановых волосах. Гермиона обняла отца и тут же встала рядом со Снейпом, взяв его под руку.       — Пап, это…       — Я уже догадался, дорогая.       Мистер Грейнджер в своем легком бежевом пуловере и в песочного цвета брюках выглядел как самый заурядный маггл из пригорода. Весьма решительно настроенный заурядный маггл. Северус и без всякой легилименции видел, что Джеральд боится его. Но он, как отец, был готов грудью встать на защиту дочери, которой, как считал, грозит опасность.       — Мистер Грейнджер, — Снейп протянул руку хозяину дома.       Женская ладонь успокаивающе прошлась по спине, хотя одного присутствия Гермионы рядом было достаточно. По крайней мере, пока.       — Сколько вам лет, мистер Снейп? — не отпуская его руку, спросил Джеральд.       — Папа! — возмутилась было его дочь, но самого Северуса это почему-то только развеселило. В юности он не однажды слышал рассказы о том, как происходили знакомства его «коллег» с отцами невест. Кто же знал, что сам Северус удостоится подобной чести в весьма солидном возрасте.       — Пятьдесят два, мистер Грейнджер. Я на девятнадцать лет старше вашей дочери и на семь лет младше вас. И все, что Гермиона вам обо мне рассказывала, — правда.       Он слышал, как тяжело сглотнул мистер Грейнджер, видел, как миссис Грейнджер замерла, прекратив последние приготовления стола. Гермиона рядом только вздохнула.       — И как в таком случае Гермиона могла выбрать вас? — легкая дрожь в голосе хозяина дома не укрылась от Снейпа.       — И это она тоже вам рассказала, я уверен, — усмехнулся в ответ Северус и наконец перевел взгляд на Гермиону, все еще крепко держащую его под руку. При виде нее кривоватая усмешка сменилась едва заметной теплой улыбкой, а все вокруг на какой-то миг отступило на задний план.       Он не знал, сколько так простоял, едва ли больше нескольких секунд, когда услышал голос миссис Грейнджер:       — Все готово. Давайте ужинать!       Запеченный ягненок оказался на диво хорош. Гермиона даже не упустила шанса пошутить о том, что материнские кулинарные таланты ей не передались. Действительно, готовить она так и не научилась.       — Чем вы зарабатываете на жизнь, мистер Снейп? — пригубив вина, поинтересовался Джеральд.       — Папа, пожалуйста, — устало попросила Гермиона. — Если ты считаешь, что Северус сидит у меня на шее, это совсем не так!       Впервые за весь вечер после этого вопроса Снейп ощутил, как в груди поднимается раздражение. Хотя, казалось бы, интерес был закономерным и логичным. Для него самого деньги никогда не играли важной роли, пусть и отрицать их значимость было глупым.       — Несмотря на все мои прегрешения, я все еще остаюсь лучшим зельеваром Британии, — холодно ответил он, отложив приборы. — Пусть вам это ни о чем и не говорит.       Гермиона, не скрываясь, закатила глаза. Джин с опаской переводила взгляд с одного мужчины на другого.       — Поможешь мне с посудой?       Кивнув матери, Гермиона забрала пустую тарелку из-под носа Снейпа и легонько пихнула его в плечо. Едва ли от нее укрылась реакция Северуса, и это скорее было молчаливой просьбой все же держать себя в руках.       — И что же, вы получаете отчисления за этот титул? — скептически поинтересовался мистер Грейнджер, когда они остались в гостиной вдвоем.       Оставалось порадоваться, что гостиная была по-настоящему светлой, не оставляя теням места, где бы они могли укрыться.       — У меня достаточно накоплений. Сейчас же, если это так важно, берусь за исключительно сложные заказы.       Оставив мать на кухне, Гермиона поспешно вернулась и, поставив перед Северусом тарелочку с пирогом, осталась стоять у него за спиной. Ее ладони легли на плечи, и она уперлась подбородком ему в макушку. Мистер Грейнджер заметно смутился такому жесту со стороны дочери и, кашлянув, отвел взгляд в окно.       — Все в порядке? — шепнула Гермиона.       Снейп только кивнул в ответ и, перехватив ее руку, поднес к губам. Шевельнув пальцами, она привычно прошлась по побелевшим от времени шрамам. Миссис Грейнджер зашла в гостиную, неся на подносе оставшиеся тарелки с пирогом. Усмехнувшись, Северус вопросительно выгнул бровь, глядя на Гермиону, очевидно поспешившую обратно, только бы не оставлять его и отца наедине надолго. Свободная ее ладонь скользнула ему на грудь у сердца, унимая тревоги и раздражение.       — Чай стынет, милая, — окликнула их миссис Грейнджер. — Северус, Гермиона говорит, вы играете на скрипке?       Ну разумеется, лучше перевести разговор на безопасную территорию. Мистер Грейнджер же теперь и вовсе избегал смотреть на него и на дочь, вновь севшую рядом с гостем.       — Немного. Мой отец играл в том числе и на скрипке — научил и меня, — вежливо отозвался Северус.       Постепенно разговор вошел в свое неспешное неловкое русло, порой нарушаемое таким же неловким молчанием. Теперь вопросы задавала Джин, старательно избегая скользких тем, способных обидеть и дочь, и ее избранника. Джеральд же по-прежнему выглядел смущенным, как обычно и бывает с благовоспитанными людьми, когда им вдруг приходится вести себя нетипичным образом. А судя по мистеру Грейнджеру, человеком он был мягким, и подобное обращением с гостем далось ему непросто, пусть и было продиктовано тревогой за дочь. Осуждать его не было решительно никакой возможности.       Северус понимал, что вряд ли произвел и на Джин благоприятное впечатление — его даже с натяжкой нельзя было назвать тем, кого хорошие родители бы хотели видеть рядом со своей дочерью. Благо это никак не могло повлиять на мнение Гермионы. Весь вечер она незаметно касалась его бедра или руки, будто напоминая, что рядом. Не говоря уже об этих объятиях, так смутивших отца. С такой поддержкой, для посторонних наверняка кажущейся незаметной и малозначительной, он чувствовал, что выдержит что угодно.       Джеральд попрощался с ними в коридоре и, извинившись, направился в кабинет, сославшись на необходимость поработать с бумагами. Миссис Грейнджер осталась с гостями и неожиданно строго взглянула на Снейпа, возвышавшегося над ней и дочерью черной стеной.       — Северус, вы же не обидите мою девочку снова? — поинтересовалась Джин, пристально глядя ему в глаза без малейшей тени страха, который он чувствовал в ее супруге.       — Никогда, мэм, — покорно ответил Снейп.       И снова заведомая ложь.

III

8 августа 2014 года

      — Заткнись, Гарри!       Джинни в который уже раз ткнула мужа локтем под ребра, стоило ему завести шарманку с воспоминаниями о чудесной палатке, в которой они разместились летом перед четвертым курсом, когда приехали на финал Чемпионата Мира по квиддичу. В этот раз друг тоже пытался уговорить жену выбраться на несколько дней раньше матча, чтобы провести их с детьми в лагере среди таких же оголтелых болельщиков. Супруга же была категорически против, не собираясь разыскивать по всему палаточному городку, куда делся одуревший от свободы Поттер, прихвативший с собой старшего сына. Гермиона искренне недоумевала, зачем разыскивать взрослого мужчину, да еще и главу Аврората, если можно спокойно отдохнуть.       — Ты не понимаешь, — ворчала в ответ подруга. — Это у тебя Снейп взрослый, даже с перебором. А у меня — имитация. С нами бы еще по-любому поехал Рон, а то и Джордж, и это был бы полный швах. Так что спасибо Арбогаст!       Отказаться от приглашения Министра Магии на финал Чемпионата счел невежливым даже Северус. Несомненным плюсом в его глазах было и отсутствие необходимости торчать в палаточном лагере, так что если Гарри, поднимаясь на трибуны в обществе Джинни и Джеймса, продолжал ворчать, то Снейп был предельно спокоен. И чего уж там, Гермиона была готова спорить, искренне наслаждался недовольством Избранного. Держа его под руку, она сама во всех красках вспоминала матч Слизерин — Гриффиндор восьмилетней давности и то, как Северус ненавязчиво оберегал ее от холодного ветра шотландского нагорья. Сегодня на нем снова красовалась объемная черная мантия. Пусть август в Северной Ирландии и был весьма теплым, сегодня, как по заказу, над полем и стадионом собрались дождевые тучи, так что едва ли игра пройдет в благоприятных условиях. Уже сейчас поднялся ветер, проникавший даже на внутренние лестницы трибун.       В ложе было немногим теплее, но встретившая их Арбогаст казалась весьма воодушевленной, разве что не потирала руки. Министерские гости уже собрались, матч был должен вот-вот начаться — шумели трибуны, озаряемые вспышками искр в поддержку команд-соперниц. Матч Англия — Япония за Кубок обещал быть весьма напряженным и запоминающимся. Оглянувшись на Северуса, возвышавшегося за ее спиной, Гермиона нашла и сжала широкую ладонь, понимая, как ему неуютно в присутствии такого количества людей. Снейп большим пальцем прошелся по ее запястью, однако взгляда так и не опустил, уставившись куда-то вперед.       — Минерва, какая неожиданность.       Глаза почтенной волшебницы лукаво блестели за стеклами очков, когда она подошла к ним, прервав разговор с Министром. Гермиона знала, что Северус встречался с бывшей коллегой не так давно, но в этом году они оба проигнорировали годовщину победы, и своего декана гриффиндорская всезнайка не видела уже больше года.       — Здравствуйте, директор, — улыбнулась она, сердечно обнимая Минерву. — Глупо было думать, будто вы пропустите такое событие.       — Минерва, вы уже втянули в очередной спор директора Махотокоро? — с усмешкой спросил Снейп, очевидно, имея в виду господина в золотой мантии, беседовавшего с Джозефом Арбогастом.       — Господин Симура полностью уверен в победе своих соотечественников, — ответ прозвучал слишком довольно для чересчур серьезного вида, с которым был произнесен. — Никогда не пробовала сакэ, знаете ли.       Гермиона почувствовала, как Снейп за ее спиной тихо рассмеялся. Она по-прежнему держала его за руку, но и этот простой жест был скрыт от окружающих полами черной необъятной мантии.       — На кону всего лишь бутылка сакэ? Не узнаю вас, Минерва.       — О нет, — ухмыльнулась МакГонагалл, — но часть выигрыша я непременно потрачу, чтобы почтить доблесть господина Симуры.       Когда пришло время рассаживаться по местам, Джинни и Гарри снова оказались рядом. Джеймс устроился между родителями, очевидно, чтобы не дать им поубивать друг друга, если вдруг возник бы очередной спор о технике игры или талантах комментатора. Погода к тому моменту успела окончательно испортиться, и теперь по трибунам гуляли злые порывы, приносящие с собой хлесткие капли дождя, — даже навес спасал слабо. Где-то вдалеке собиралась гроза.       — Напоминает матч с Хаффлпаффом на третьем курсе, — заметила Джинни.       — Хорошо, что тут нет Гремучей ивы поблизости, — проворчал Гарри.       — И дементоров, — неожиданно добавил Снейп. Шутка вышла весьма мрачной.       — Кстати, Арбогаст просила вас задержаться после матча, — Поттер хлопнул себя по лбу. — Говорит, есть какой-то разговор.       Северус ничего не ответил, но у Гермионы в душе разом поселилась тревога. Министерство никогда не обращалось к нему просто так. Но об этом они вместе подумают чуть позже.       Она чувствовала, как Снейп сотворил согревающие чары для них обоих, но при этом не преминул вновь укрыть ее колени полами своей мантии. Решив не спорить, она просто обняла его за локоть, придвигаясь ближе.       — Дорогие гости, — разнесся над трибунами усиленный магией голос Арбогаст, когда игроки появились на поле, — я, как Министр Магии, рада приветствовать вас на финале Чемпионата Мира по квиддичу между сборными Англии и Японии! Пусть погода не помешает вам насладиться игрой, а победит сильнейший! Мы начинаем!       — Игра началась, дорогие друзья! — раздался голос Ли Джордана, и троица друзей не удержалась от приветственного вопля, из-за которого на них разом оглянулись все высокие гости, присутствующие на трибуне. Снейп моментально постарался прикинуться ветошью, а Гермиона была готова поклясться, что МакГонагалл подмигнула своим гриффиндорцам. — Маэда сразу же перехватывает мяч, Абернетти и Кьюсак идут наперерез… Неудачный удар Гото — Мойра Абернетти уходит от бладжера, перехватывает квоффл!       Грейнджер затеребила Снейпа за рукав, требуя наклониться.       — Ты помнишь?!       — Что я должен помнить? — недоуменно нахмурился тот.       — Го-ол! — возопил Ли. — Накамура пропускает мяч! Десять — ноль в пользу Англии!       По трибунам прошла волна еще большего восторга. Рядом разве что не прыгали Гарри и Джинни, мало обращая внимания на важных гостей. Джеймс косился на родителей, как на сумасшедших.       — Маэда, Ито, Маэда, Харада! Кьюсак и Харгривз идут наперерез… Какой финт Порскова в исполнении Харады! Ито принимает мяч! Бросок! Арбогаст отбивает!       — Я же сказала, что это племянник Арбогаст! — заорала Джинни, пихая мужа в бок. — А ты «нет» да «нет»! Хватит со мной спорить, Поттер!       — Он же на запасной позиции был в сборной!       — Ты вообще мою колонку не читаешь?! Мур разбился на последней тренировке!       Над головой Гермионы глухо хмыкнул Северус. Она чувствовала, как он постепенно напрягся всем телом и даже подался вперед в нетипичном для него азарте. Приятно было видеть его, обычно настороженного, таким расслабленным и увлеченным чем-то кроме своих котлов или нее самой.       — Абернетти, Кьюсак и Харгривз выстраиваются головой ястреба и идут в атаку! — надрывался Джордан, и Гермиона словно ощутила себя на трибуне Хогвартса. Даже ее порой захватывал безумный дух игры, когда толпа детей бесновалась, глядя, как их одноклассники носятся над полем. Сейчас же она сидела под руку с их ненавистным профессором зельеварения. — Монтегю прикрывает от атаки Ито сверху! Гол! Десять — десять!       Северус расслабленно откинулся на спинку скамьи и перехватил взгляд Гермионы.       — Что такое? — недоуменно поднял он брови.       Она покачала головой, понимая, что по лицу расплылась дурацкая улыбка. Во взгляде темных глаз постепенно тух блеск азарта, уступая место хорошо знакомому ей теплу. Откинув полу мантии, Северус обнял Гермиону за плечо, одновременно укрывая и прижимая к себе. Она охотно приникла к нему, пряча лицо в черных складках и глядя теперь на поле из импровизированного укрытия. Порывы ветра, казалось, порой замедляли игроков. В какой-то момент ливень зарядил с такой силой, что создалось ощущение, что судьи наверняка остановят матч.       — Это был Трансильванский блок в исполнении Монтегю или мне показалось?! — между тем Ли перекрикивал в микрофон стихию. — О-хо-хо, рисково! Что? Нет, судья назначает штрафной бросок в кольца Англии! Мы не будем обсуждать такое решение судьи, хотя рядом со мной в этот раз и нет профессора МакГонагалл. Кто понял, тот понял, да, ребята?       — Джордан! — неожиданно весь стадион услышал строгий голос директора Хогвартса. Английская часть трибун взорвалась одобрительным ревом.       — Простите, профессор! — довольно рассмеялся комментатор. — Бросок… Джон Арбогаст, выступающий за «Селкиркских скитальцев», спасает кольца! Какое исполнение «морской звезды»! Напомню, что кольца нашей сборной в этом матче вместо выбывшего Мура защищает сын бывшего вратаря сборной и по совместительству племянник Министра! Но, кажется, парень заслуженно получил свое место!       — Гони десять галлеонов! — заорала Джинни, двинув Гарри в плечо. — «Не поймает, не поймает»…       Гермиона подавилась от смеха, по-прежнему сидя в своем убежище.       Эта взбалмошная парочка неизменно веселила ее — кажется, за прошедшие годы они не повзрослели ни на день, будто пытаясь отвоевать обратно годы, которые должны были стать самыми беззаботными в их жизни, но были украдены войной. Северус тем временем нашел ее ладонь и мягко сжал пальцы.       — Я бы сейчас с куда большим удовольствием осталась с тобой наедине, — шепнула ему Гермиона, лукаво глядя из-под мантии. Ветер трепал длинные седые пряди, и, подняв свободную руку, она отвела волосы с лица.       — Мы всегда можем уйти, — абсолютно спокойно ответил Северус, но она уже чувствовала, как в нем начинает теплиться пламя, которое никогда не обжигало.       — Чего?! — Поттеры разом повернулись к ним, каким-то чудом расслышав слова Северуса за шумом стихии и трибун.       — Вы не волшебники что ли оба? — округлил глаза Гарри.       — Холодно — согревающие чары к вашим услугам, — закончила за мужем Джинни.       — Да! — подтвердил правоту родителей Джеймс, обычно старавшийся даже не открывать рта в присутствии мрачного спутника своей крестной.       Гермиона хрюкнула от смеха, утыкаясь Снейпу в грудь. Она не видела его лица, но могла поспорить, что Северус готов испепелить ее неугомонных друзей одним взглядом.       — Го-ол! Пятьдесят — семьдесят в пользу Англии! Абернетти приносит своей команде еще десять очков!       — Ты правда не помнишь? — удивилась Грейнджер, глядя теперь на поле одним глазом и натягивая мантию Снейпа на самый нос.       — О чем ты?       Джордан в очередной раз не дал ей закончить мысль.       — Сугавара срывается с места и устремляется к земле! Неужели в такую погоду возможно разглядеть снитч?! Я-то думал, мы тут с вами застряли на долгие часы! Чекли преследует!.. Какой удар! Обратный отбив бладжера в исполнении Гото! Английская команда остается без одного из охотников — Кьюсак падает с метлы! Арбогаст берет очередной мяч, пас Абернетти!       — Интересно, на что Симура употребит свой выигрыш, — хмыкнул Снейп.       — Эй! — раздалось со стороны Поттеров.       — Абернетти уходит от Паркинских клещей! Вот это маневр! Маэда сталкивается с Ито! Какая игра единственной женщины в сборной Англии! Пас Харгривзу! Бросок!.. Накамура отбивает мяч, — в голосе Ли звучало плохо скрываемое разочарование, но он был вынужден оставаться беспристрастным. Японские охотники, оставшиеся на метлах после столкновения, снова включились в игру, хотя метла одного из них начала выписывать малопредсказуемые зигзаги. — Ха! Похоже, Сугавара пытался провести обманку Вронского, но Чекли не поддался на провокацию! Ловцы возвращаются на исходные.       Северус же, кажется, больше был занят тем, что, пользуясь прикрытием собственной мантии, чуть приподнял край кофты Гермионы и теперь самыми кончиками пальцев поглаживал ее поясницу. От неторопливых вдумчивых движений по спине поползли мурашки. Запрокинув голову, она увидела, что Северус кажется полностью поглощенным игрой. А вспомнив, что после матча, который обещал продлиться черт-те сколько, ему еще придется побеседовать с Арбогаст, подумала, что он наверняка обдумывает, что же такое Министру может от него понадобиться.       — Восемьдесят — сто! Бог мой, великий Мерлин, Абернетти и Харгривз даже вдвоем умудряются творить настоящие чудеса, да простят меня японские друзья! Тем более что метла Маэды ведет себя более чем странно… Что это? Ловцы второй раз срываются со своих мест, но на этот раз первый Чекли, Сугавара следует за ним. Эй, ребята! Там гроза вообще-то!       Гермиона даже высунулась из-под мантии Снейпа, во все глаза следя за удаляющимися в небо ловцами. Действительно, совсем как в матче с Хаффлпаффом…       — Еба… — начал было Гарри, но тут же получил локтем от Джинни, сделавшей страшные глаза и указавшей на Джеймса.       — Мам, а что такое…       — Ничего! Это имя японского ловца — Еба Сугавара!       В этот раз от смеха не удержался даже Северус. Правда, в его исполнении это больше было похоже на короткое карканье.       — Думаю, после этого матча Джон Арбогаст-младший займет постоянное место в сборной, как и его отец! Какой рискованный рывок! Маэда все же не справляется с метлой и врезается в кольцо! Давненько на моей памяти не было, чтобы каждая из команд лишилась охотника! Кто-нибудь видит ловцов? Я нет… Арбогаст пасует Харгривзу! Мерлиновы подштанники! И пропускает бладжер от Гото. Сборная Англии остается и без вра… Постойте же, нет! Арбогаст удержался на метле. Только вот его рука выглядит хреново… Простите, профессор. Харада перехватывает квоффл! Еще бросок в кольца Англии. Арбогаст отбивает ногой!       Восторги английской половины трибун мастерством Джона-младшего потонули в ликовании японцев, когда их ловец показался в поле зрения, спустившись из-под низко нависших мрачных туч.       — Что это? Сугавара поймал снитч… Двести тридцать — сто, дорогие соотечественники, — Ли разом сник. — Что ж… Наша сборная играла достойно. Думаю, нынешний состав будет заслуженно вписан в зал славы квиддича. Жаль, что мы не имели возможности наблюдать за ловцами обеих команд.       — Это вы накаркали, — недовольно проворчала Джинни, сверкая глазами в сторону Снейпа. Рыжие волосы развевались вокруг подруги, придавая ей поистине ведьминский видок.       — Не все же МакГонагалл обыгрывать всех в этих дурацких спорах, — ничуть не смутившись, ухмыльнулся Северус.

IV

29 июля 2015 года

      Солнце опустилось за горизонт, чтобы подняться уже через пару часов — полярный день закончился меньше недели назад. Гермиона с дурацкой улыбкой таращилась в бревенчатый потолок, перебирая чуть влажные от пота волосы Северуса, вжавшегося лицом в ее обнаженный живот. Его горячее медленное дыхание опаляло чувствительную кожу, пальцы неторопливо блуждали по груди. Комната была слабо освещена только бледным сиянием луны — свеча погасла несколько минут назад.       В голове пролетали воспоминания о первом визите в Норвегию. Еще давно Северус сказал, что летом здесь очень красиво, и не соврал, пусть они и застали эту красоту, готовящуюся к осени, на излёте. Ручей, спускавшийся с гор, уже не бежал бурным весенним потоком, но в окружении зелени выглядел живым. И поляна лунных тельцов, окруженная изумрудными вековыми великанами, встретила их весьма радушно.       — Полнолуние будет через несколько дней, — сказал тогда Снейп, — вернемся и покажу тебе лунных тельцов.       Это был их первый совместный визит в Норвегию за почти четыре года. До того Северус наведывался домой примерно раз в полгода, чтобы проверить, все ли в порядке. Гермионе никак не удавалось урвать отпуск летом, а после того, как Снейп все же принял предложение Арбогаст обучать авроров окклюменции и легилименции, свободного времени стало не очень много и у него самого. Однако после ухода Живоглота, чтобы хоть как-то отвлечь его хозяйку, он практически в ультимативной форме заявил о том, что она идет в отпуск. Во внимание не принимались ни ее доводы о том, что в отделении сейчас полнейший завал, ни возмущения Поттера о невозможности прерывать обучение очередной партии авроров. Сумки были собраны буквально за час, после чего портал перенес их в тихо шумевший северный лес — в этот раз куда более наполненный жизнью, нежели зимой.       Почти за неделю они успели посетить Тромсе и Осло. Северус устроил ей неспешную прогулку по столице и даже показал окна квартиры, в которой жил до того, как перебрался в Финнмарк. Его напор и тихое присутствие рядом не давали Гермионе задуматься о смерти Живоглота. Они столько лет провели вместе с ворчливым полуниззлом, что он стал для нее настоящей семьей. А начав болеть и потеряв интерес к обычным кошачьим радостям, в один день просто исчез без следа.       Нельзя было не думать о том, что рано или поздно нечто похожее в ее жизни повторится вновь. Что бы по этому поводу ни думал сам Снейп, но Гермиона цеплялась за любую возможность изучить все, что касается целостности души и ее восстановления. Безрезультатно. Стоило ей однажды завести разговор на эту тему, Северус только гневно сверкнул глазами и на том все закончилось.       Но сейчас он был предельно спокоен и чутко реагировал на любую перемену настроения Гермионы, при этом, как обычно, его забота была ненавязчивой и само собой разумеющейся. Впрочем, это не помешало ему ехидно кривиться и прятать чувствительный нос в бокале аквавита, наблюдая за ее реакцией, когда та решила поближе познакомиться с настоящей норвежской кухней. А потом отказываться целовать ее.       Впервые столкнувшись с полярным днем, Грейнджер была несколько ошарашена, начав путать день и ночь. Благо белые ночи уже подходили к концу, и вскоре солнце, пусть и ненадолго, но начало закатываться за горизонт.       Из раздумий о проведенных в Норвегии днях ее выдернул зашевелившийся Северус. Он поднялся выше и лег рядом, прижимаясь к Гермионе всем телом и укрывая их обоих. После близости они редко разговаривали — не было нужды. Но сейчас, развернувшись в руках мужчины, она легонько похлопала его по груди.       — Северус?       — Хм-м? — сонно откликнулся Снейп, нехотя приоткрыв один глаз.       — Я тут подумала… Может, нам завести низзла?       Он что-то недовольно проворчал в ответ и потянулся вновь зажечь свечу на тумбе. Хотя Северус постоянно ругался на шерсть, оставляемую Живоглотом по всему дому, а особенно на его одежде, даже если та была спрятана в шкаф, между этими двумя после памятной ночи, когда кот впустил опального Снейпа в дом, воцарилось молчаливое взаимопонимание. Живоглот никогда не проявлял к нему недоверия, как бывало у низзлов со лжецами, — их противостояние скорее походило на передел территории. И, хотя алхимик никогда бы не признался вслух, он тоже определенно грустил по своему рыжему сопернику.       — На содержание низзлов нужна лицензия, если мне память не изменяет.       — Уверена, с этим проблем не возникнет, — горячо возразила Гермиона, будто упрашивала родителей завести домашнего питомца.       — А то, что в Лощине половина населения — магглы, тебя не смущает? — тяжело вздохнул Северус, попутно натягивая одеяло повыше на ее плечи. — Едва ли ушастый кот-переросток останется без внимания.       — То есть ты против?       Он тяжело вздохнул и опустился на подушках ниже.       — Я не против. Просто прошу тебя подумать, может, есть смысл заводить не низзла, а полукровку. Разница-то небольшая. Подумай.       Потянувшись, Снейп коснулся губами ее лба и притянул к себе ближе. Гермиона же была вынуждена признать его правоту. Лишние вопросы от соседей действительно были нежелательны — в деревне и так заметно повысилось количество перегоревшей техники с появлением Северуса.       — А когда полнолуние? — чтобы сменить тему и действительно взять время на раздумья, Грейнджер решила перевести разговор в иное русло.       — Думаю, послезавтра, — Снейп оглянулся через плечо, силясь разглядеть в небольшое окно луну. — Но ночь короткая, так что придется поспешить, если захотим увидеть тельцов.       — Ты видел их раньше?       — Видел, — в его голосе слышалась улыбка. Рука с плеча переместилась ей на спину, оглаживая лопатки, осторожно разминая основание шеи.       Через день Северус разбудил Гермиону, задремавшую было на диване у камина после ужина. Моргая спросонок, она смотрела на него, опустившегося рядом на корточки.       — Пора вставать, скоро закат, — негромко объяснил Снейп. — Ты же не хочешь все пропустить?       — А если луну не будет видно? — подавив зевок, спросила Грейнджер. Она не особенно хорошо помнила, что рассказывала профессор Граббли-Дерг о лунных тельцах, а вживую и вовсе никогда их не встречала.       — Не важно, тельцы все равно выйдут — они даже в белые ночи появляются, если время полной луны. Давай, пойдем.       Северус осторожно потянул ее за руку, помогая сначала сесть, а потом и встать. Гермиона не отказала себе в удовольствии сонно навалиться на него, пока Снейп с тяжелым вздохом пытался накинуть ей на плечи мантию.       — Эти белые ночи и заход солнца на пару часов меня убивают, — проворчала она ему в плечо.       — Ты же знаешь, что в любой момент можем вернуться в Англию, портал к нашим услугам.       — Ну уж нет, здесь очень красиво и спокойно.       — Определитесь уже, мисс Грейнджер, — фыркнул Снейп, открывая перед ней дверь.       Солнце действительно клонилось к закату и вот-вот должно было полностью скрыться за горизонтом. Пару дней назад во время вечерней прогулки они встретили старого знакомого — джарви. Впрочем, в этот раз хорек был в окружении выводка из трех щенков, пытавшихся тявкать по-человечьи, подражая родителям.       — Прошу заметить, пусть ты не живешь здесь около четырех лет, он все еще ругается по-английски, — ехидно заметила Гермиона.       Северус сохранил непроницаемое выражение лица, лишь едва заметно выгнул бровь, что в сложившихся обстоятельствах могло означать веселье. Не обращая внимания на хвостатое семейство, он поспешил вверх вдоль бурного ручья по уже хорошо знакомой Грейнджер дороге через темный ельник. Она изо всех сил старалась поспевать за размашистыми шагами Снейпа, но как только ей казалось, что вот-вот отстанет и потеряет его за черно-зеленой стеной, он тут же останавливался, дожидаясь, пусть и с изрядной долей нетерпения.       Когда они добрались до поляны, скрытой у подножия гор, совсем стемнело, но никто не торопился воспользоваться Lumos, боясь потревожить ночной покой и вспугнуть обитателей. Приложив палец к губам, Северус коснулся палочкой макушки Гермионы, и она почувствовала, как ее на мгновение окатило прохладной волной. И хотя Снейп наложил дезиллюминационные чары и на себя, она по-прежнему могла его видеть. Стараясь ступать как можно тише, Грейнджер вновь последовала за ним вдоль полянки, скрываясь в тени деревьев. В царящей тиши можно было слышать странные ворчливо-писклявые звуки откуда-то со стороны гор.       Северус вел ее к валуну, с которого так много лет назад она впервые увидела залитое серебром поле с вытоптанными причудливыми узорами. А он стоял позади, уберегая от прохлады, и все казалось удивительно простым, даже несмотря на то, что она уже знала о его расколотой душе. Но никто из них тогда не представлял масштаба произошедшего.       — Вон там, видишь? — Снейп наклонился к ее уху и указал вверх по склону.       Откуда-то из-за кустов, должно быть из неприметной пещеры, не видной с их места, показались пока что плохо различимые существа с огромными глазами, блеск которых можно было различить даже с такого расстояния. По мере того как животные приближались, Гермиона смогла разглядеть короткие лапки, заканчивающиеся странными ступнями с перепонками между пальцами, несуразное тельце и непомерно длинную шею, увенчанную круглой головой с торчащими маленькими ушками и глазами-блюдцами. Признаться, выглядели лунные тельцы довольно нелепо, вполне оправдывая свое иносказательное название, но при этом были очень забавными. Оглянувшись через плечо, Гермиона поняла, что улыбается так, что болят щеки.       — Спасибо, — прошептала она, подняв руку и погладив Северуса по небритой щеке.       Тот опустил взгляд и, едва заметно дернув уголками губ в своем обычном подобии улыбки, наклонился поцеловать ее в волосы. Выпрямившись, Снейп кивнул в сторону поляны, где тельцы начинали свои причудливые танцы, необычайно грациозные для таких нелепых на вид существ. В то время как часть тельцов действительно вытаптывала на траве причудливый сложный узор, другие столпились в стороне, издавая робкое писклявое блеяние, — похоже, это действительно были брачные танцы. Стоило признать, хорошая альтернатива обычным для животных дракам. Хотя даже не получалось представить, как эти коротколапые длинношеи могут начать выяснять отношения.       Сам танец продлился недолго — от силы минут десять, после чего самцы замерли на своих местах, а к ним осторожно стали подходить подруги. Потираясь головой о шеи тельцов, они будто выражали им свою признательность. От представшего зрелища у Гермионы невольно вырвался вздох умиления, заставивший Снейпа у нее за спиной едва слышно хохотнуть.       — Надеюсь, люди со стороны выглядят не так… приторно, — фыркнул он, за что получил тычок локтем под ребра.       — Ты поэтому почти никогда не позволяешь себе ничего лишнего при посторонних?       — В том числе.       Гермиона укоризненно покачала головой, но спорить не стала — бесполезно, это она прекрасно уяснила. Да и сама не была большой любительницей демонстрировать чувства на людях. Честно говоря, было приятно, что только для нее и с ней Северус становился совершенно другим человеком — мягким и даже податливым. Но уже сейчас становились заметны тревожные признаки, что все же понемногу раскол души дает о себе знать. Порой без всякой видимой причины Снейп становился отчужденным, замыкался в себе, избегая даже ее общества. А выйдя из этого состояния, не мог толком объяснить, что случилось. В такие минуты казалось, что он и сам немало напуган, но старается не показывать вида, а Гермиона вновь принималась штудировать всевозможную литературу.       Пока она была погружена в не самые веселые мысли, тельцы, закончив со своим ритуалом, разошлись щипать траву. Северус потянул ее за собой и помог спуститься с каменного лба. Положив ладони ему на плечи, когда подхватил под талию, Гермиона не стала отнимать рук, оказавшись на земле.       — Спасибо, что все же показал, — улыбнулась она.       — От меня тут ничего особенно не зависело, — пожал плечами Снейп, но зная его, было понятно, что он доволен ее реакцией. — Хм, смотри-ка, мы вовремя…       Он кивнул на восток, где начинала заниматься ранняя северная заря.