Bloody Tango

      ***

             Поляну к ритуалу подготовили быстро.              Пентаграмма было большой и ровной — идеальной. Кроваво алая кровь зловеще сияла на припорошенной первым снегом земле. Метель обрушилась на Форкс стремительно и неожиданно, накрыв всё белоснежной вуалью и ароматом приближающей зимы. И так же быстро эта самая метель закончилась, оставляя после себя холодное и неприятное ощущения чего-то опасного, даже зловещего.              Толстые свечи из бледно-желтого воска были расставлены в нужных точках, а именно в четыре угла пентаграммы. Вообще в мире магии цифра четыре имеет очень важное значение. Она олицетворяет четыре стороны света, четыре основные стихии и четыре столпа, удерживающих само мироздание от вечного хаоса.              — Положите тело в центр, а потом уходите ближе к лесу, не то вас может задеть, — распорядился Дамиан, краем глаза наблюдая за тем, как вампиры рассредоточиваются по периметру поляны, напряженные и готовые к любым неожиданным сюрпризам.              Дамиан видел обеспокоенный взгляд Кайя, чувствовал чужое напряжение каждой клеточкой своего тела, как своё собственное, но он ничего не мог сделать. Не мог просто подойти к своему любимому и сказать такое банальное и, в то же время, успокаивающее для каждого человека: «Всё будет хорошо. Мы справимся! Верь мне!». Язык не поворачивался врать столь явно и фальшиво, да и было уже слишком поздно. Он слишком долго избегал своего прошлого, слишком долго бегал от призраков, которые давно стали лишь безликими фантомами некогда потерянной жизни. Раздражающими голосами, вызванными его одиночеством. Но ведь он больше не один?! У него появилась семья, которую он должен защитить от заигравшегося божества. Было ли ему страшно? Нет. Он давно забыл, что такое страх. Вот только сейчас это неприятное чувство будто феникс, восставший из пепла, загнанной птицей билось о ребра, понукая его прекратить всё и просто сдаться. Но нет, он не мог позволить себе такую роскошь, такую дешёвую… слабость.              Поэтому, собрав все свои силы в кулак, он отмахнулся от призраков, что почти постоянно были его вечными спутниками — старого директора и бывшей подруги, которые даже в своём посмертии умудрялись капать ему на мозги бессмысленными нотациями о добре и зле. Раздраженно махнув рукой, тем самым заткнув рты призракам, Дамиан смело встал возле пентаграммы со стороны ног Беллы и, не мешкая, начал читать древний катерн. Заученные слова слетали с его искусанных губ легко и чётко. Голос был твердым, пропитанным силой и непоколебимой уверенностью в собственном решении.              Дамиан полностью был поглощён ритуалом, поэтому не обращал внимания на то, что происходит вокруг. Не замечал, как с каждым произнесенным словом усиливался ветер, начиная клонить могучие деревья к земле, блеклое небо затягивали тяжелые черные тучи, и те громоздкими плитами нависли над головой. Погода портилась все сильнее, а холод становился таким свирепым, что его начинали ощущать даже вампиры, которые не чувствовали перепадов температуры в принципе.              Но самое жуткое было ещё впереди, ведь это лишь первый этап ритуала.              В тот момент, когда тело Беллы начало биться в судорогах, из леса послышались громкие пугающие завывания и топот сотен ног.              — Они идут, — в миг охрипшим голосом сказал Деметрий, переглядываясь с напряженными, будто натянутая струна, Феликсом и Алеком.              — Приготовиться, — холодно начал отдавать приказы Кай. — Не подпускать этих тварей к Дамиану и кругу.              — Убивайте их всех, — добавил такой же хмурый Аро, скидывая накидку, чтобы та не мешала ему двигаться. Его примеру последовали многие вампиры, оставаясь в удобной одежде, чем-то похожей на одежду для верховой езды, что позволяла двигаться свободно и не стесняла движения.              Когда голодные твари начали выходить из леса с перекошенными лицами, оскаленными ртами, из которых стекала вязкая слюна, и сверкающими безумием дикими глазами, вампиры были относительно готовы. Они почти сразу бросились в бой, не желая давать тварям еще больше времени на то, чтобы добраться до их принца. Несмотря на то, что монстры чем-то походили на зомби, они были достаточно быстрыми, чтобы стать достойными противниками для вампиров.              Бой завязался стремительный и жестокий. Никто не собирался проявлять человеколюбие и жалость, поэтому вампиры без лишних эмоций, со всей безжалостью расправлялись с одичавшими жителями Форкса, и не важно, кто был перед Вольтури — молодая женщина, вчерашний школьник или безвинная старушка — они убивали всех до единого.              Тройка королей пока не вмешивалась в бой. Кайус физически не мог уйти далеко от Дамиана. Мужчине казалось, что если он хотя бы на миг упустит возлюбленного из поля своего зрения, то больше никогда того не увидит. Чем сильнее выгибалась Свон в центре пентаграммы, тем сильнее он нервничал, пусть и старался ни одним мускулом не показывать своего волнения. Аро и Маркус были рядом с ним. Они пока не видели смысла вмешиваться в бой: их птенцы были сильными бойцами, умелыми воинами и безжалостными убийцами, они могли справиться с кучей безмозглых тварей, среди которых, увы, затесалась пара оборотней.              Внутренний круг нерушимой стеной стоял рядом, они готовы были пожертвовать своей жизнью ради защиты своих правителей, тогда как Гаррет был ближе к Дамиану, охраняя его. Мужчина никогда бы в этом не признался (по крайней мере, не сказал бы такого вслух), но у него было плохое предчувствие, которое раздражающе свербело на подкорке мозга. Он лишь мог уповать на то, что Джаспер, которого с трудом удалось прогнать с поляны, уже встретился с остальными Калленами и находится в безопасности.              Но достаточно ли этого?              Ритуал приближался к своему завершающему этапу, а тварей меньше не становилось, но при этом вампиры чувствовали уверенность в собственной победе. И всё почти было хорошо, если бы не одно маленькое и ощутимое «но» …              Они появились, словно сотканные из мрачных теней и морозного воздуха. Появились неожиданно. Они не несли ничего, кроме ощущения смерти и воли своего хозяина. Они ступили на поле импровизированного боя с необычайной легкостью. Будто так и нужно. Лицо одного было спокойным, даже безразличным, а глаза за тонкой оправой очков -пустыми, тогда как красные глаза второго горели ярким огнем ненависти. Улыбка третьего была похожа на оскал дикого зверя, настоящего садиста, который невероятно наслаждался открывшимся видом.              Что они увидели, выйдя на поляну?              Жестоких демонов с прекрасным ликом, сейчас запачканным алой кровью? Рычащих монстров, которые совсем недавно были простыми людьми, их распростертые тела, валяющиеся на холодной, сырой земле в изломленных позах? Или же они видели лишь своего собрата, что стоял возле кровавой пентаграммы, читал строки древнего заклинания и напряженно следил за тем, как тело мертвой девушки в центре круга выламывается и бьётся в жутких конвульсиях, а после постепенно затихает, снова принимая вид просто мертвого трупа. Пустая оболочка, вокруг которой незаметно для человеческого глаза начинал клубиться агрессивный зеленый туман, что очень медленно обволакивал труп и впитывался в приоткрытый рот, нос и даже уши. Поэтому неудивительно, что Дамиана совершенно не волновало то, что происходило вокруг. Конечно, он почувствовал появление своих собратьев, но он прекрасно знал, что на данный момент ничего не сможет сделать, как-то помочь. Ритуал уже нельзя было прервать, а потом, как ни в чём не, бывало, начать сначала. Увы, это так не работает. У них была только одна попытка.              Тройка королей тоже заметила появление новых игроков, поэтому уже не могли оставаться в стороне от всего происходящего. Братья переглянулись, прекрасно понимая друг друга без слов.              — Маркус, ты что-то видишь? — звенящим от напряжения голосом спросил Аро, не отрывая взгляда от идущей в их сторону троицы, что медленно двигались подобно тому, как нож проходит сквозь масло, при этом они умудрялись убивать тех, кто вставал у них на пути.              — Кажется, нам пора выбирать цвет гробов.              — Не смешно, — качнул головой Аро, бросая на брата укоризненный взгляд.              — Ты забыл, брат? Я не умею шутить, — хмыкнул Маркус в ответ.              — Что ж, кажется, мы проворонили своего пленника, — бросила Джейн недовольно, — Как он вообще сбежал?              — Скорее всего, ему помогли, — спокойно ответил Деметрий.              — Хватит болтать! Соберитесь, — бросил Кай, посмотрев на членов внутреннего круга, после чего кивнул, будто сам себе, начал раздавать указания, — Гаррет, Алек и Джейн, на вас тот, что с красными волосами. Аро и Деметрий, на вас тип в очках. Я возьму на себя третьего. Маркус, не вмешивайся. Ты, Челси и Феликс, охраняете Дамиана.              Кайус хорошо знал военную тактику и стратегию, но, наверное, впервые плохо понимал, как ему нужно действовать. Он мало что знал о противнике, не знал всей их силы и способностей. Дамиан почти ничего не рассказывал о своих собратьях, лишь констатировал, как факт, что они у него есть. Всё это ужасно мешало разработать рабочую схему, где они бы вышли с минимальными потерями. Но, к сожалению, без потерь не обойтись, он видел это так же четко и ясно, как и то, что солнце встает на западе, а садится на востоке.              Члены внутреннего круга были хорошими бойцами. Чаще всего они могли справиться с любым противником. Вот только сейчас их атаки оказывались абсолютно бесполезными. Но они не сдавались и пробовали снова и снова, прекрасно осознавая то, что поставлено на кон.              Жнец с красными волосами и плещущим подобно шторму безумием в глазах слишком просто, слишком легко отклонялся от вампирских ударов, которые способны были расколоть гранит. Он будто танцевал танец, в котором были его собственные правила. Дикий и первобытный, но такой же грациозный, как и смертоносный, ведь попадающие под его руку вампиры быстро умирали. Членам внутреннего круга пока удавалось избегать этого.              Жнецы были достаточно быстры, отчего Джейн не могла поймать ни одного взглядом, тем самым заключая в клетку боли, а тени Алека значительно уступали в скорости. Тени наступали на пятки, следуя за красноволосым неустанно. Но жнец только смеялся. Его смех звучал подобно тому жуткому звуку, когда гвозди вбивают в крышку гроба, на его фоне второй жнец был оплотом спокойствия. Его лицо оставалось скучающим, даже когда он продолжал уворачиваться от сильных кулаков Феликса и быстрых атак Аро и Деметрия.              Однако Кайуса тревожило не это. Беспокойство вызывал тот, кого в последний раз он видел закованным в цепи под собственным замком. Внутреннее чутье никогда не подводило Кайя. Остальные забавлялись со жнецами, при этом в процессе, естественно, пытаясь не сдохнуть и не лишиться жизненно важных конечностей, как это произошло с Деметрием, которому оторвало руку, а Джейн была разрублена пополам. Хорошо, что у вампиров была хорошая регенерация, и единственный способ убить их — оторвать голову и сжечь. Кай решил выбрать себе другого противника.              Несмотря на то, что Кай был бессмертным созданием, идеальным во всем и прекрасным, как божество, он всегда стремился быть ещё лучше. Поэтому, пока Аро пополнял свою коллекцию талантливых и одаренных, при этом занимаясь делами клана, а Маркус просиживал дни, а то и недели в библиотеки, Кай тренировался почти постоянно. Он оттачивал свои боевые навыки и магические способности, которые после заключения магического брака с Дамианом лишь возросли, отчего их стало сложнее контролировать. Из-за этого приходилось почти постоянно работать над собой. Он был правителем, к тому же, отвечал за безопасность всего клана и должен был быть сильнее всех. Превосходить всех!              Лицо старого знакомого было спокойным, тогда как в глазах пылала чистая ненависть, направленная сугубо на него. Должно быть, он должен гордиться, раз ему оказана такая честь.              — Давно не виделись, как тебя там? — Кай сделал вид, что задумался, даже пощёлкав пальцами, будто и правда пытаясь вспомнить, тем самым стараясь вывести своего противника из равновесия. — Ах, да! Аггей? Нет, постой, Феодул? Точно, Арес, верно? Как тебе наше гостеприимство? Понравилось?              — Было незабываемо. Как только убью тебя, то займусь твоим вонючим кланом, — оскалившись, проговорил Арес, бешено сверкая красными глазами, — Выпотрошу их как свиней, а головы твоих братьев надену на пики и выставлю на всеобщее обозрение, чтобы они сгнили. Ну, а твоя драгоценная пара… М-м, я превращу его в свою шлюху и буду трахать, пока он не начнет умолять меня. Разумеется, если он останется жив после того, как мой хозяин закончит с ним.              — Думаешь, хватит силенок? — с рыком спросил Кай, уже мечтая о том, как разорвет на части стоящего перед ним ублюдка.              — Давай это проверим.              И, отбросив любую мнимую вежливость, они бросились друг на друга, как два разъярённых зверя.              Арес, к огромному удивлению, Кайя, не пойми откуда достал косу. Она не была такой же изящной, как коса Дамиана — более блеклая и простая — но, тем не менее, это было оружие, от которого нужно было защищаться соответствующе. Видя то, как противник не особо мастерски маневрирует своим оружием, Кай был готов почти рассмеяться тому в лицо, но слова этой падали продолжали звучать у него в ушах. Если вначале он хотел поиграть, то после данных слов ему уже было не до игр. Кай хотел создать своё оружие, но это бы затянуло данный бой, а вампир этого не хотел. Хотелось как можно скорее покончить со всем. По собственному опыту он прекрасно знал, что такие сражения нельзя затягивать, ведь могут вылезти неожиданные сюрпризы, которые могут перевесить чашу весов совсем в противоположную сторону, и не факт, что в его. К тому же, вампир не мог не думать о супруге и стремился как можно скорее вернуться к нему, чтобы убедиться в его безопасности.              Без лишних разговоров — ни один из них не любил сотрясать воздух пустыми разговорами — мужчины снова бросились в бой. Оба были достаточно быстрыми и ловкими, чтобы сражаться на одном уровне скорости, которая во многом была за гранью человеческих возможностей, однако Кайус был старше и опытней. Он во многом превосходил другого вампира, чей разум был затуманен ненавистью и желанием отомстить за века плена. Так наивно. И так глупо. Кай, не мешкая, решил воспользоваться чужой слабостью. Сосредоточившись на своей силе, он сразу же ощутил, как чужая кровь взывает к нему. Как она, будто живая и разумная, бежит по венам противника — похоже, перед боем Арес хорошо поел, из-за чего зов его крови необычайно ленив и послушен — всего миг, и не успевшего ничего понять Ареса просто разрывает на куски. Кровь и куски плоти разлетаются в разные стороны, на них в тот же момент кидаются оголодавшие зомби, не обращая никакого внимания на заляпанного кровью Кайя, который с презрением смотрит на остатки вампира.              — Ничтожество. Туда тебе и дорога, — молвил он, мосле чего поспешил на помощь Аро, чей противник был немного сильнее.              И тем временем, пока Кайус помогал Аро, остальные сражались с красноволосым жнецом, и успехи их были менее радужными.              Гаррет никогда не видел столь хаотичной техники боя. Создавалось ощущение, что они сражались с настоящим безумцем, чьи действия было очень сложно предвидеть, от чего данный бой делался ещё сложнее. Однако Гаррет не привык сдаваться столь быстро, даже если противник значительно превосходил его по силе.              — Алек, ослепи его, Джейн, лиши его возможности двигаться, — отдал он очередной приказ и бросился в атаку. Вот только и она была встречена слишком громким смехом и ударом громоздкой косы. Джейн от удара косы отлетела в сторону. Из её живота вывалились кишки, и девушка пыталась запихнуть их обратно, чтобы запустить регенерацию. Озверевший от увиденного Алек попал под простой удар, который лишил его сознания.              Остался только Гаррет, который был ранен в правый бок, но упрямо продолжал стоять на ногах и нагло ухмыляться.              — А ты сильный противник. Люблю играть с такими упрямцами, их всегда так интересно ломать, — хихикнул жнец, сверкая безумными глазами. — Скажешь своё имя?              — Тебе не удастся меня сломать, — лениво бросил вампир, не чувствуя ни грамма страха. Возможно, тот и мог одолевать его, если бы рядом был Джаспер, но сейчас Гаррет отвечал только за свою жизнь, что значительно упрощало дело, — И зачем, позволь узнать, тебе знать моё имя? Мне же на твоё плевать.              — Чтобы знать, что написать на твоей могиле, конечно, — хмыкнул жнец, а после красиво крутанул косу вокруг себя, перекинув ту в другую руку, и добавил перед тем, как стремительно броситься на противника: — Можешь звать меня Рэд.              И бой между ними снова завязался, причем с ещё большей отдачей, чем раньше. Что значит «сражаться, не боясь смерти»? Как это — чувствовать холодное дыхание неизбежного конца, от чего волосы встают дыбом? Азарт бурлил в крови причудливым коктейлем, адреналин зашкаливал, и весь окружающий мир становился смазанным пятном, неважным и неинтересным, был только враг, которого хотелось одолеть любой ценой.              Рэд был сильным и безбашенным, он дрался подобно необузданному тайфуну, сносящему всё на своём пути. Однако Гаррет прошел немало войн, он умел сражаться, умел убивать. Он прекрасно видел, что жнеца полностью поглощает жажда убийства, из-за чего его действия становятся более предсказуемыми, и Гаррет начал этим пользоваться, начал наносить более точные удары. Первое, что он делает — это старается лишить противника его оружия. Вот только это не так просто, ибо жнец и его коса словно один единый организм, неразрывно связаны. Их было невероятно сложно разъединить. И, наверное, они бы еще долго продолжали кружиться в таком диком танце, где непонятно, кто ведет, если бы не одно маленькое и неожиданное «но»…               Когда Рэд повалил Гаррета на землю и занес над ним свою смертоносную косу, что легко могла убить даже вампира, сзади на него прыгнула смазанная тень, которая парой ударов выбила косу из рук жнеца и отправила того в небольшой полёт.              — Кажется, я вовремя.              — Черт! Джаспер, я велел тебе убраться отсюда, а не бежать навстречу с распростёртыми объятиями, — Гаррет вскочил на ноги и гневно уставился на невозмутимого Хейла, который еще смел так самодовольно улыбаться.              — Я и убрался, и даже не планировал возвращаться, честно, — Джаспер пожал плечами, полностью проигнорировав скептический взгляд другого вампира. Хотя, будем честны, Джаспер планировал проверить членов своего клана, убедиться в том, что они в порядке и вернуться к Гаррету, но планы немного изменились, — Я прибыл в больницу, где полным ходом шла эвакуация людей. При этом по городу Вольтури уже начали проводить свою зачистку, так что времени у людей не много. Я сообщил об этом Карлайлу, а он поведал мне о том, что Эдвард пропал, как и шериф Свон. Отправившись по следу, я обнаружил бессознательного шерифа в его доме, Эдварда там не было, но был его след. Он был свежим, поэтому я последовал за ним, и он привел меня сюда.              — Как я понимаю, ты его не поймал, — Гаррет не спрашивал, он констатировал простой факт.              — Он быстрый, — пожал плечами Джаспер, следя за идущим в их сторону жнецом, уже без своей косы, ибо её в своей руке сжимал сам вампир, — Самый быстрый, если точнее, я гнался за ним по лесу несколько километров. Кажется, мы успели оббежать весь город и лес несколько раз, но внезапно моё чутье взвыло. Оно меня никогда не подводило, и, как видишь, я тут, и спас твою шикарную задницу.              Гаррет только усмехнулся. Ему хотелось обнять Джаспера, но время было не подходящим, поэтому он лишь обласкал его взглядом и уже более серьезно посмотрел на жнеца, чей потрепанный вид просто кричал о том, что он уже мечтает о том, как будет убивать их медленно и мучительно.              — Надеюсь, твой брат не совершит глупости, нам и без того проблем хватает.              — Я тоже, но давай сначала разберемся с этим типом, а потом найдем Эдварда. Боюсь, он и правда может совершить ошибку, которая приведет к беде.              Когда Рэд подошел, вампиры были готовы к новой драке. Их тандем был сильным, идеально созданным друг для друга, чтобы сражаться. Они теснили красноволоссого жнеца, а уж когда к ним подтянулся наконец-то оклемавшиеся Алек, который, убедившись, что сестра регенерирует, поспешил на помощь. Общими усилиями они всё же смогли убить жнеца, после чего разорвали того на части. При этом Гаррет от греха сломал чужую косу, боясь, что та каким-то образом может излечить Рэда и вернуть того к жизни. Но этого не случилось. Жнец был мертв, окончательно и бесповоротно. За это время Аро, Деметрий и подоспевший им на помощь Кайус тоже смогли значительно потрепать своего противника, но не убить. Когда жнец понял, что он в меньшинстве, то просто стал черным туманом и исчез.              Вот только радоваться было рано.              Сильнейшая энергетическая волна просто сбила всех вампиров с ног, протягивая по земле, дезориентируя. Давящая тяжесть упала вампирам на плечи, когда неизвестная сила окружила их. Пугающая мощь начала разрушать лес, вырывая вековые деревья с корнями, ломая толстые стволы с пугающей легкостью — не все вампиры так могли. Никто не понимал, что происходит, вот только Кай знал, он прекрасно видел, как его находящиеся близко к Дамиану Маркус, Челси и Феликс пытаются пробиться за сероватый купол, что окружал место приводящегося ритуала, но ничего не получалось.              Похоже, первый этап ритуала был завершен. В тело Изабеллы Свон вселилась сущность самой Бледной невесты, и теперь пришел черед второго этапа. Кай непроизвольно сжал кулаки, когда подумал об этом, но иного выхода не было. Он ничего не мог сделать в данной ситуации, оставалось лишь ждать, быть невольными свидетелем и верить в Дамиана, в которого, несмотря ни на что, вампир верил всем сердцем, полностью отданным лишь ему одному.              Стрелки часов отбивали последние минуты.