Ритм времени/ Предыстория

475 год Августинского календаря, племя Юстиарон, престольный город Осгорн

Что таят в себе морские воды? Великое берет начало из малого, подобно бескрайним морям, рожденным из множества мелких притоков. В крохотном истоке, капля за каплей ручеек набирает силу, чтобы пройти всю землю и стать частью чего-то большего. Именно здесь в глубинах морей зарождается жизнь и возвращается на исходе своего часа. Словно из царства мрака холодные тени поднимают свои руки вверх к зеленому солнцу искрящегося изумрудами. Словно сама жизнь посетила эти воды, увлекая видами и сказочной мелодией. Но не каждого они принимают здесь. Нефритовое солнце быстро угасает, а глаза невольно закрываются, не сумев она совладать с морским царством. Но среди этого мрака протягивается свет чей-то руки. Аирхарт нес пятилетнюю девочку на своих руках, вырываясь из прозрачного моря. Гортензия дрожала от холода и испуга, цепляясь из последних сил в своего спасителя. Как она была рада оказаться в его теплых объятьях. Быть может страхи и рождаются тогда, когда не можешь с ними совладать. У берега вместе со служанкой стояла няня малой княжны – Фаиза. Няня поморщилась при виде Аирхарта. Исора же кинулась к нему, чтобы забрать Гортензию, но юноша прошел мимо, не желая более отдавать свою драгоценную куклу. Вместо того чтобы научить девочку плавать, ее кинули в глубину и смотрели, как она тонет. Столкнувшись с няней, Аирхарт бы мог произнести тысячу слов, так и оставшись, в итоге, не услышанным. Ничего, кроме холодного и темнеющего от злости взгляда Фаиза не встретила в его образе. Она не желала ни слышать, ни слушать его, ощущая с каждым разом большую неприязнь ко всему, что делает и говорит он. Фаизу совершенно не интересовало его мнение, а вот этот дерзкий взгляд пережить она не могла. - Не смей мешать мне. Княжна должна научиться выживать, она не имеет право на слабость, - заносчиво ответила она, считая, что лучше других знает, как стоит воспитывать, - верни ее обратно. Няня была из тех людей, которые видели либо только белое, либо только черное. Она отличалась чрезмерным идеализмом и педантизмом: всегда требовала от других только лучших результатов, но даже если был незначительным промах, в этом она видела неприемлемый дилетантизм. Аирхарт усмехнулся, не сумев сдержать своего презрения. Вся надменность характера сыграла на его лике: поднятый подбородок и безмятежность взгляда, дающего осознание, что он говорит лишь единожды. - В следующий раз там откажитесь вы. - Как смеешь, грязнородный, - Фаиза повысила голос под конец, - не забывай, твое скверное присутствие здесь теперь не вечно, - няня была довольна, произнося это, - госпожа более не защитит тебя. Для нее он был всего лишь грязным выскочкой из низов. Вместо ответа Аирхарт только одернул полотенце, которое держала служанка, чтобы завернуть им девочку. Все дальше он уходил от моря, подтягивая ее к себе

***

Осгорн – престольный город Юстиарона. После низложения жены вождя - Великой княгини Софии, юная княжна была отлучена в портовый город Дорс. Он находился на юге племени и мог похвастаться хорошим и теплым климатом. Зелёные склоны города словно были усеяны темными горошками, оставленными небесными облаками. Умиротворенные, как и сам город, они плыли дальше по своей неведомой тропе. Годы взросления княжны были обречены пройти здесь. - Просыпайся, ну просыпайся… - едва солнце взошло, Гортензия энергично толкала Аирхарта за плечо. Он лежал на боку и делал вид, что спит, надеясь до самого конца, что это сработает. Но это было бесполезно: остатки сна исчезли. Шторы были разведены к стенам, давая возможность утренним лучам проникнуть в комнату и прогнать ночные потемки - финальный удар. - Еще рано, – проговорил он сонным голосом, от чего Гортензия недовольно нахмурилась, словно говоря: «Как это рано!» Она упрямо тянулась через плечо, пытаясь коснуться носом его лица. - Ах, - проворчал Аирхарт. Открыв глаза, он не ожидал увидеть прямо у своих ресниц два больших сапфировых глаза. Словно завораживающие драгоценности, не имеющие глубины, они утыкались в его лицо. А золотые волосы, полностью закрыли возможный кругозор, – сейчас защекочу. Как испуганный котенок, Гортензия мгновенно соскочила с кровати, а жертва ее прихоти, наконец, приподнялась. Аирхарт осмотрел комнату, посреди которой с босыми ногами стояла нарушительница его покоя. Так происходило всегда, когда он позволял спать с ним рядом. Одеяло было скомкано и свисало на пол, пока окончательно не упало, в то время как подушки находились в разбросанном состоянии. Медленность его движений характеризовала все то нежелание, с которым он был вынужден встать так рано. - Давай играть, - предложила княжна. Порой по привычке она хваталась за ногу мужчины, повиснув на ней, пока он продолжал идти. Поднималась и опускалась нога уже вместе с девочкой. - С самого детства ты такая неугомонная. Подойдя к комоду, он налил из кувшина воду в глубокую чашу, чтобы умыться. Пока девочка ждала его ответа, взобравшись рядом на стул. - Поиграем, как только закончишь занятия, - ответил он, на что Гортензия сильнее надула щеку и промычала – учиться она тоже не любила. - Подойди - я тебя умою. Последние слова не понравилось княжне, ибо вода была холодная, от того и неприятная. Лишь мысль об этом вызывала судорожные мурашки. Она испуганно спрыгнула со стула, делая супер быстрый рывок к двери и пытаясь, таким образом, убежать. Но была поймана. Аирхарт крепко прижал ее рукой к своему боку и направился обратно, в то время как княжна продолжала махать ножками. - Не хочу! - Вот твоя няня обрадуется, увидев такой. - Не хочу, - неустанно повторяла она. Гортензия вновь промычала, когда тот начал вытирать ей глаза, мокрым полотенцем. Бережно, пока она поочередно зажмуривала их, а для удобства сел перед ней на колено. Мужчина довольно улыбнулся, внимательно смотря на эту взбалмошную кроху. - Почему ты смеешься, Аирхарт? - Гортензия озадаченно наклонила голову. На этот простой вопрос тот отрицательно покачал головой. - Моя любимая госпожа. Мне нравится видеть вас такой. Нравится, что вы неугомонная и энергичная, что вы улыбаетесь. Словно весна, которая пришла после долгой зимы. И без того ее розовые щёчки налились алым цветом. - Я люблю тебя, - девочка довольно обняла его в ответ, утыкаясь лицом в каштановые волосы с золотым оттенком.

***

Жизнь полна противоречий. Порой чем больше мы чего-то хотим, тем меньше вероятности получить это. Чрезмерное желание и интерес словно отталкивают объект нашего внимания. Но стоит расхотеть как, к нашему удивлению, желанный объект свободно идет к нам в руки. Словно существует невидимый механизм, поменявший все местами, и теперь мы сами стали недосягаемы. Особняк не мог похвастаться большим наплывом гостей. Их присутствие здесь было сравни редкому дождю в пустыне. Гортензия могла часами сидеть у окна и ждать пока кто-нибудь появится. Но, как и вчера, и днем до этого никого так и не было. За исключением вестников и служивых особняка, привозящих покупки с города. Любопытная девочка получала удовольствие наблюдать лишь за ними. Однако сегодня Гортензия пропустила осмотр своих земель, уделяя время танцам. И в этот день невидимая сила приманила в особняк нежданных гостей. Лошади степенно приближались к воротам особняка, оставляя на земле привычные следы от копыт. А размашистые цветы встречали гостей, показывая всю свою красоту, словно приглашая в райский уголок. Не только они приветствовали незнакомцев, но и стражники особняка. Они внимательно рассматривали деревянную дощечку, которую протянул ему рыжий воин. В ней значился знак Осгорна. - Офи, что привело вас сюда? - вскоре окликнул одного из всадников приветствующий голос Аирхарта. Гости не могли остаться незамеченными, посему тут же стало известно об их прибытии. Они обнялись и похлопали друг друга по плечу. Расстояние, порой сближало людей, вызывая приятное желание встречи и обмена мыслями. - Пришло донесение о контрабанде, так что направляемся в Юлию. Решили навестить, раз проезжали мимо. - Снова ловите того беглеца? - Да, - выдохнул Рофис, - сколько проблем от него. С трудом поймали, а затем он умудрился сбежать, обосрун несчастный. Мне хорошо досталось, после этого. Как вспомню, так вздрогну, – потрепал он свои рыжые волосы. Второй всадник также спустился на землю, бережно поглаживая коня по густой гриве. Очевидно, ему хотелось сладостей, после долгой дороги. - Вы его уже год ловите и ни как не поймаете. - Сказал тот, кто за ребенком следит, - ответил Филипп, подойдя ближе, - пряники поедать - не беглецов ловить. Меч в руке, надеюсь, держать еще можешь? - Хочешь проверить? – блеснул его взгляд. Если Рофис был одним из тех веселых и открытых людей, который с легкостью заводили новые знакомства, то Филипп был противоположен ему по характеру. Он любил показывать силу, и частенько был зачинщиком назревающих конфликтов. Рофис лишь отрицательно покачав головой. - Или, может, зайдете? - У нас не так много времени, - однозначно пояснил Филипп. - Есть причина, почему мы прибыли сюда… Неожиданно послышался детский крик. Девочка дергалась и билась ногами, пока не выбралась из хватки служанки. Убежав от них, она вышла за двери и оказалась во внутреннем дворе особняка, а там прямиком к Аирхарту. Гортензия словно ударяясь со всей силы, рухнула к нему на ногу и обхватила ее цепко руками. - Так это княжна, - раздался незнакомый голос. Она так сильно спешила, что не замечала ничего и никого вокруг. Прибывшие гости имели возможность с самого начала наблюдать бег босой девочки и оценить то, как она быстро преодолевала преграды. - Княжна, - кричала служанка. - Хорти возвращайся к лекарю, - сказал ей Аирхарт, переходя на неформальный тон. Это действовал на нее более убедительно. Но княжна все равно не реагировала, лишь больше вцепилась в его ногу. Она медленно подняла голову, в ответ на нежное прикосновение, – иди же. Но девочка сжала губы. - Нет, не пойду, - сказала она твердо и снова уткнулась ему в ногу. - Иди, - более суровым тоном сказал Аирхарт. Гортензия лишь отрицательно помахала головой. - Вот же упрямая! – добавил он и резко отцепил девочку от своей ноги и взял в руки, а она, потеряв равновесие, быстро съежилась. – Подождите немного, – обратился Аирхарт к прибывшим и направился к лекарю. - А этот хитрый пес, знает, как удержаться на своем месте, - прокомментировал Филипп, одаряя ушедшего взглядом. - Не умеешь ты быть дружелюбным, Филипп. - Не особо то и хотелось. Лекарь подготавливался делать процедуру. Гортензия пыталась вырваться, сидя на коленях у Арта, но он крепко держал ее. Хитро отвлеча девочку, врач быстро сделал надрез, пока Аирхарт протягивал ее руку. Показалось неожиданно. Гортензия только екнула, и, чтобы не заплакать, не шевелилась, сдерживая дыхание. - Вот и все, - улыбнулся ей доктор. Девочка нахмурилась: «Мучитель». - Умница, но почему ты снова босиком, - заметил Аирхарт. От процедуры Гортензия успокоилась быстро, ведь была более интересный объект для ее размышлений - незнакомцы, которых она не видела ранее. - Так ты идешь со мной? – неожиданно обернулся Арт, когда девочка пряталась за стеной. Было трудно не заметить ее слежку. Выдержав паузу, Гортензия выглянула из коридора. - Это твои друзья, такие же приходили и за мамой, - нахмурилась княжна. Аирхарт невзрачно улыбнулся, все же это были воины Осгорна и опасалась она оправданно. Он подошел ближе к княжне и присел на корточки. - Даже если я уйду, я все равно вернусь, Хорти. - Мама также говорила, но в итоге, продолжает лишь присылать послания. И ты меня оставишь? - еще больше нахмурилась девочка, готовясь заплакать. В ответ на это Аирхарт выдохнул. - Не вздыхай, мне от этого больше вздыхать хочется. - Эй, и откуда таких слов набрались, - Аирхарт осторожно потянул ее за щеку, но княжна не отреагировала, - я не уйду. - Правда? - Да. Но ты должна пообещать, чтобы не произошло, позаботишься о себе, хорошо? Гортензия внимательно осмотрела мизинец, который протянул Аирхарт. В ответ, она также ухватилась своим мизинцем, за его палец. Это было обещание. - Обещаю. Через некоторое время служанка принесла поднос с тарелкой. На последней был необычный фрукт, или что-то похожее на то. Гортензия приподнялась и начала всматриваться в неизвестный ранее плод. Она взяла один из них и стала пробовать на ощупь. Ранее Рофис, сказал, что привес вкусный подарок. - Высушенный инжир. Это не фрукт и не ягода, а соцветие дерева, привезен из южных земель - пояснил Рофис и протянул руку в сторону девочки, - попробуйте. Гортензия скептически посмотрела ни инжир, оценивая взглядом, а после попробовала на вкус. Экзотическое соцветие оказалось довольно вкусным. - Нам пора, - отмерил Филипп. Аирхарт кивнул головой, обещая проводить гостей. Гортензия также увязалась за ним, не отпуская Арта ни на шаг. В результате, он взял ее на руки и посадил на плечи. - Береги себя, княжна, – сказал Рофис напоследок, взобравшись на лошадь, - еще увидимся. Так, незнакомые гости покинули особняк, продолжая свой путь. Сопровождаемые взглядом, они периодически махали руками в знак прощания. Гортензия досадно выдохнула, ибо время их общения пролетело довольно быстро. День был яркий и солнечный, а на небе ни одного облачка. Птицы энергично и красочно щебетали на деревьях. Так тепло и приятно, когда наступает лето. Сверху мир казался совсем другим, поэтому Гортензия и любила кататься на спине Арта. Ну и лень что-то было ей идти. Тропинка вела все дальше от особняка, пока тот окончательно не скрылся из виду. А позади, как волна, пробегали маленькие белки. Сколько бы раз Гортензия не пыталась их поймать, это казалось бесполезным. Вскоре они подошли к цветущей поляне. Арт аккуратно высадил княжну на траву подле старого дерева. Оно уходило ввысь своими толстыми ветками и мощным стволом. Неважно как сильно ветер дул, оно выглядело неприступным, подобно горе. Лишь листья поддавались ветру, позволяя их колыхать в разные стороны. рану на нем. Она скривилась в лице и свела свои бровки, словно столкнувшись с чем- Только не уходи слишком далеко, чтобы я тебя мог видеть, - говорил Аирхарт ей. - Ладно, - отвечала Гортензия, уже убегая и сверкая босыми ножками. - А где она обувь успела снять? – про себя задумчиво говорил Арт, когда девочка уже оказалась среди распустившихся цветов. На ней точно были туфельки. Аирхарт остался сидеть у дерева, облокотившись спиной, на его крепкий ствол. Маленькая светловолосая головка выглядывала из-за цветов. Легкое солнце приятно обогревало, добавляя лучистости настроению. А небо было таким спокойным, как и его сердце. Еще более красивой представлялась цветущая поляна детскому глазу: сколько красивых цветов на ней росло. Гортензия сразу же оживилась. Она начала собирать эти цветы, пытаясь урвать, как можно больше красивых бутонов. От одного девочка переходила к другому. - Ай, - в пальце что-то кольнуло. Гортензия преподнесла руку к лицу и заметила кровоточащую рану на нем. Она скривилась в лице и свела свои бровки, словно столкнувшись с чем-то опасным. Аирхарт немного удивленно приоткрыл глаза, заметив что-то «неладное». Хорти неслась к нему, расправив руки во все стороны, словно вот–вот заплачет. Девочка рухнула к нему в руки, показывая рану на пальце. - Кровь! - Ничего страшного, - через некоторое время отвечал он, заматывая ей палец небольшим кусочком ткани. Гортензия уселась ему на колено и немного пошмыгивала носом. В другой руке она все еще держала цветы. - Все, – заключил Аирхарт, поглаживая девочку по голове. Она с дотошным вниманием смотрела на палец и оценивала проделанную работу. Еще мгновение и, как ни в чем не бывало, Гортензия вновь исчезла в цветочной поляне.   Позже девочка уселась подле Арта и начала плести венок из собранных цветов. Но он у нее не получался, и княжна нахмурилась, пробуя снова и снова. - Не так, - наконец заметил Арт, наблюдая все это время за тщетными попытками девочки. В ответ она отвернулась, давая понять, чтобы ей не мешали - она и сама справится. Нахмурившись еще сильнее, Гортензия стала пытаться более усерднее. Вскоре цветы становились мятыми и вялыми, ей хотелось расплакаться. Гортензия надула красную щечку и уже более подавленно попыталась что-то сделать. Пришлось собирать новые цветы и пробовать, пока не получится. Как учила ее подруга Ева. Через некоторое время, пряча венок за спиной, она подошла к Арту и улыбнулась, вызывая озадаченность. Он знал, что это хитрый взгляд не прост: «Что-то здесь не так». Аирхарт с опаской посмотрел на протянутый ему венок, догадываясь о намерении. - Нет, - коротко ответил он. -Умм, - не соглашалась Гортензия. Она отрицательно покачивала головой и топала ножками, делая милое выражение лица. Хитрая лиса, знавшая, что после этого Аирхарт не откажет ей. Он обреченно взял венок и одел на голову. На голову Хорти - так венок смотрелся гораздо симпатичнее. - Смотри, какая ты милая, – оценил он. - Да! – Гортензия покраснела от смущения. Поводя пальцами ноги по траве и спрятав руки за спиной, девочка достала еще один венок. «И когда она успела их наделать?» - пронеслось в его мыслях. Так день и подошел к концу. Солнце покинуло небо, оставляя свои яркие алые следы. Даже без него небо все еще привлекало внимание теми расплывающимися теплыми красками, что уходили за горизонт, согревая одним лишь своим видом. - Позже я расскажу тебе историю, - тихо сказал Аирхарт, возвращаясь обратно в особняк. На его каштановых волосах красовался золотой венок - все же ей удалось это сделать. А сама Гортензия тихо сопела, держась за его шею. Здесь степенно расцветали цветы. Однако самый главный цветок все еще ждал наступления своего времени. Прежняя княгиня София любила цветы, и особенно гортензии. Этим же именем она назвала и свою дочь. Аирхарт подошел к зеленому высокому соцветию. Цветок имел множество значений. Он символизировал счастье и невинность, скорбь, таинство секрета, недоступность. И еще одно. Густые ресницы мужчины припустились. - Помни обо мне.