Ритм времени/ Предыстория

476 год Августинского календаря. Племя Хэллион, престольный город Шисгар

Дом. Какие чувства вызывает это слово? Для кого-то дом – это простое место пребывания, которое можно легко поменять. Важно не столько место, сколько люди, окружающие тебя. Но для него дом имел особое значение. Некое пристанище для души и только здесь он мог найти успокоение. Шисгар славился своим уютом. Некий оазис, царствующий в уединенных горных склонах и жарких долинах. А сердцем его был Янтарный дворец, золотом горящий на закате, словно ярче самого солнца. От того, его прозвали домом второго солнца. Здесь, на вершине тронного дворца, Ассур с удовольствием приветствовал сына, идущего к нему по лестнице. Ощущая ухудшение своего здоровья, вождь все больше времени проводил в покоях. Впервые он не участвовал в походе, намереваясь передать эту инициативу младшему поколению. И он был весьма доволен успешному возвращению Суэна. Незаменимый опыт, который он должен получить, как будущий глава племени. Суэн преклонился перед отцом, сияющим в золотых украшениях поверх белоснежной мантии. Тот бережно протянул свои руки, позволяя ему встать. Суэн ощутил крепкий поцелуй в лоб, такой же крепкий как любовь отца к сыну. - Мой сын вернулся, - произнес Ассур, разглядывая лик Суэна. Его веки выдавали следы усталости после долгой дороги. – Сегодня в родном доме ты восполнишь свои силы все до единого. Радушные слова отца теплом откликнулись в его сердце. И сейчас не меньше приветствия Суэн хотел оказаться в своих покоях, не желая обнажить рану перед отцом. Поход для него был испытанием. Суэн показал отцу, что смог защитить свои земли. Несмотря на ежегодную дань, гиаронские воины совершали еще и набеги. Они разрушали оборонительные постройки, что мешало защите пограничных земель, делая Хэллион более уязвимым. Видя это, Ассур отдал приказ сыну идти на окраину и встретить врага. И они оказались довольно агрессивными, не желая отдавать лакомый кусок, словно это их собственная территория. Суэн со всей лёгкостью выдохнул, развалившись на диванчике, когда лекарь закончил обрабатывать рану, а служивые оставили его одного в покоях. Вместе с охапкой повязок, они уносили чаши с порозовевшей от крови водой. Еще чуть-чуть и он бы заснул. Мужчина вспомнил восторженную толпу, встретившую его у ворот города. «Защитник земель», «бравый воин», так они звали его. И он действительно был горд тем, что мог справиться с поставленной задачей. Ведь Хэллион был его домом, который Суэн жаждал защитить. Стоя у одной из колонн, Суэн наблюдал просторные земли, лежащие далеко за городом, как и самих горожан Шисгара. Жизнь здесь протекала, как и прежде: вдали от воинских забот. Роды сменяют друг друга, но земля остается прежней. Все однажды возвращается на круги своя, и все когда-то повторяется, ходя по кругу. Так же как и солнце, обдавая своим пламенным дуновеньем, исчезнет в холодных просторах горизонта запада, но вновь, днем за днем будет рождаться на восходе, отмеряя начало новой жизни. Ведь новый день, это новая история, новая жизни. Жизнь – тонкая грань, лежащая между прошлым и будущим, в которой год за годом, столетие за столетием, мы продолжаем повторять одни и те же шаги. Словно дети совершать одинаковые ошибки и находить уже известные уроки. У каждого своя история. Это прошлое, которое определяет не только настоящее, но и будущее. Потому его нельзя забывать. - Неужели так и собирался просидеть здесь? Суэн обернулся вслед звучавшему голосу. Был один человек, которого он так и не встретил. Брат стоял у двери, охотно поднимая вверх сосуд с вином. В отличие от Империана, Суэн не так сильно любил шумные празднования, особенно когда ноги косились от усталости. Сегодняшние празднование вероятно пройдет без виновника торжества. - Так ты уже вернулся, - Суэн прошел на балкон к одному из кресел, где с удовольствием расположился Империан. Перед ними раскрывался прекрасный закат, усеявший янтарем все земли. Он проникал даже в просторы замка, желая показать всю красоту в последние часы своих владений. - А тебя неплохо потрепали. - Я им тоже преподал хороший урок. Теперь они подумают, прежде чем продолжать набеги. Служанка расставила золотые кубки на столик и налила в них алое вино. Получив команду от Суэна, она удалилась, оставляя братьев наедине для разговора. Белая дверь закрылась, сверкая изворотливыми золотыми линиями, расположенными на ней. - Мы смогли отбить нападения гиаронских войнов. Опорные башни довольно помогли в этом, наконец, их строительство завершено. Империан утвердительно кивнул и взял в руки кубок с вином. Ему также было интересно знать, что происходит на границе. Строительство оборонных стен и башен сделает попытки нападения чужеземцев на окраины племени весьма проблематичными. Порой глядя на брата, Суэн вспоминал, каким он сам был в его годы и ощущал заметную разницу между ними. Братья, были полной противоположностью друг друга, но они отлично взаимодействовали. - Раз ты пришел, стало быть, есть причина на то, - тонко заметил Суэн, вызывая улыбку брата. - Осталось меньше десяти лет, до того, как брачный союз с Юстиароном будет заключен. - Его поддержка поможет повлиять на внутренние междоусобицы, да и другие племена лишний раз не нападут, - говорил он отстраненным голосом, ибо в действительности Суэн не желал этого брака, - тебе не нравится, что Юстиарон получит право свободных действий на нашей земле? Империан уныло выдохнул, подтягивая к себе колено. Ему претила лишь одна мысль, что придется терпеть их власть на родной земле, как и других захватчиков. Ибо их становится больше. - Сам видел, как не просто изгонять стервятников. Ведь на самом деле это односторонний союз. Ассур был уверен, что союз принесет больше пользы, нежели ущерба. Он преодолим, если в Хэллионе появится наследник юстиаронских кровей. - Тогда отмени этот союз, - иронично отреагировал Суэн. Империан откинулся на спинку. Он действительно не сможет закрыть на это глаза, однако сейчас у него было дело важнее. Уста людей порой глаголет истину. Оказавшись средь обычного люда, можно не только хорошо оценить его настроения, но и получить информацию о достоинствах и недостатках противника. - Как на счет этого: отбив набеги и защитив земли, увы, мы не избавимся от зависимости Гиарона, сам осознаешь это. Суэн медленно кивнул, выражая безнадежность. Обнажив клыки, Хэллион привлекал ненужное внимание Гиарона, что не шло им на пользу, но по-другому было нельзя. Он потянулся вперед, возвращая кубок на стол. - Однако в войне против него нам не победить. - Для того чтобы победить нам нужны ресурсы, сила, союзы, - сказал Империан, привлекая любопытство. Суэн настороженно смотрел в демонический взгляд брата, сжигающий любые сомнения, - если победим Норск, у нас будет эта возможность. - Что, – удивленно отреагировал Суэн и поддался вперед. Рана дала о себе знать, - с чего ты решил, что мы можем противостоять ему? Мы только закончили объединение наших земель. - Почему нет? Наши силы приблизительно равны, однако сейчас армия Хэллиона не та, что прежде. А для войны с Норском достаточно и того, что есть – мы победим не силой, а хитростью. К тому же это племя ослабело, после прихода к власти Сайреса Пятого. Если справимся с этой задачей, можем в дальнейшем потягаться и с Гиароном, - его глаза горели неугасаемым пламенем. - Время, когда мы остерегались, прошло. Теперь мы должны выступить вперед, иначе племя продолжит гнить под натиском стервятников. Суэн выдохнул, ведь хорошо понимал, что ошибки и последствия действий брата лягут на его плечи. Такими темпами он станет горбатым стариком. Головастик, который не дает ему покоя. Как пиявка вцепится в кожу и не отпустит. Как не ему знать, как настойчив Империан: однажды Суэну стоило отказать брату, как тот всюду за ним ходил по пятам. Даже в туалете не давал нормально посидеть. Теперь он понимал, почему отец любил прикидываться больным. - Хм, ты не изменился, - усмехнулся Суэн, опустив голову, - если Юстиарон поддержит нас, проблем с вмешательством других племен не должно возникнуть. По старшинству Суэн был следующим потенциальным претендентом на место нового вождя, но сомневался. Сможет ли быть таким же решительным. Даже сейчас видно, как далеко Империан готов зайти, и как много сделает еще в будущем. И этот союз... Суэн любил другую. Ассур хмуро смотрел на сыновей, когда они предстали перед ним в тронном зале. Решение о войне было решающим. Старейшины молчали. Если стоять на одном месте и всего опасаться ничего не изменить. Война означала начало нового пути, но как далеко они смогут зайти? Приподнявшись с трона, Ассур спустился по лестнице вниз. По обе стороны тронного зала находились колоны с дверями, сквозь которые можно было рассмотреть город, окружающий дворец. И именно туда был обращен его взор. Иногда хотелось забыть о проблемах, думая, что все хорошо. Правда и в том, что Норкск также закрывал глаза на набеги соотечественников на окраины племени. Конечно, они были не такие агрессивные, как гиаронцы, но это многого не меняло. Ветер спокоен, как спокойно море перед сильней бурей. Погода непредсказуема, от того непредсказуема и буря. Может явиться в любое затишье или вовсе уснуть. Но даже, когда она приходит все меняется. Порядок, царствующий до этого на мирной земле полностью рушится, оставляя почву для рождения нового уклада. Рано или поздно это наступит. Чтобы изменить завтрашний день, нужно стать разрушающей бурей. - Даю свое согласие, - в отличие от него, племя не должно быть сломлено. «Лишь бы не сокрушили, чертёнки», - с опаской отходил он. Ассур так устал от трона, что с радостью бы занялся садоводством, к чему только приобщался.

***

«Норск привык действовать предсказуемо, придерживаясь схожих тактик, и сейчас он недооценивает нас. А это нам выгодно, - произнес Империан, находясь рядом с Суэном и полководцем в походном шатре возле стола с картой, – более всего нам выгодно закончить сражение в быстрый срок, поэтому наилучший способ обезглавить армию врага». Враждующие армии, ведомые полководцами, встретились на большой поляне. Хэллионтские войска прибыли со стороны гор, Империан специально выбрал положение, при котором, солнце будет позади них, но мешая врагу. Норкские были окружены лесами. Под удары барабанов и звуки труб началось сражение. Главный центр управления войсками Норска был окружен колоннами, а впереди находилась пехота, расположенная в линию. Позади выжидали резервные войска. Сайрес наблюдал за ходом сражения на невысоком холме, сидя на лошади в окружении вассалов. - Смели объявить войну?! Еще сражаться не научились! – смотрел он вдаль через место сражения войск. Туда, где своими доспехами блистали Империан и Суэн, восседая на конях, - надерем им задницу, чтобы потом сидеть не могли. Основная часть хэллионтских войск оборонялась, но не вступала в открытый бой. Они постепенно отступали назад под натиском врага. Предполагалось разделить норкскую армию, лишая ее части возможности для взаимодействия, и внося рознь в их действия. - Видимо, думают, что оборона им поможет, но мы вытесним и погоним их, а после раздавим. Преимущество в количестве на нашей стороне, - сказал воинский начальник. Спустя время, после отступления, хэллионтские войны стали переорганизовываться в дугу, заманивая врагов в круг. Одновременно выскакивают конницы с мечами и движутся внутри образовавшегося круга. Они дробят норкское войско на части, чтобы поодиночке избавиться от них. «Первое, создайте видимость сражения и тянете время. Обороняйтесь, постепенно заманивая назад за собой войско, чтобы оно оказалось на достаточном расстоянии от «центра управления» и стало менее скоординированными». - Стойте, - заметил изменения в битве советник. В это время прозвучал звук норкской трубы, сигнализирующий о приближающейся опасности. С тыльной стороны к Сайресу неслись нераспознанные силы армии. «Второе, чем больше наше войско будет отдаляться, тем менее опасным оно покажется Сайресу и он ослабит бдительность. Пока войска выигрывают нам время, Суэн, зайдет с тыльной стороны и возьмет на себя резервные войска. Это позволит нам окружить его». Во главе этих неопознанных войск был Суэн, а тот человек, которого видел Сайрес на его месте, был обычным воином, переодетым в его доспехи, тоже относилось и к Империану. Они оба замаскировались под рядовых воинов, и, взяв лучших бойцов, направились в обход через лес к норкскому вождю, намереваясь устроить ловушку. - Защитите вождя, - доносился крик воинского начальника. Как и планировалось, Суэн принял на себя удар резервных войск, которые к тому же защищали тыл отступающего вождя. Сайрес поддался ближе к полю сражения, только это казалось ему наилучшим вариантом. Неожиданно перед ним появился Империан, теперь он был окружен. Хэллионец рванул в сторону вражеского вождя, в то время как часть войск обеспечивала прикрытие. Бойцы ударили в одну точку, освобождая ему путь. Империан быстро прицелился, и без сомнений метнул копье в Сайреса, когда тот разворачивал лошадь. Острый наконечник пронзил сердце бойца, защищавшего вождя. Неудача. Тогда Империан обнажил меч, намереваясь уже лично нанести поражение, чем ответил и Сайрес. Чтобы решить проблему – нужно встретить ее лицом к лицу. Каждый атакует, не уступая другому. Империан блокировал удар врага своим клинком, а после тут же схватил меч Сайреса рукой, окропив его своей кровью, осталось лишь нанести удар.

***

Норск проиграл битву, а Сайрес был убит. По окончанию сражения войска Хэллиона направились в престольный город врага, подавляя и захватывая населенные пункты. Армия разбилась на части и шла параллельно друг другу. Также отдельно маневрировали разведывательные отряды, ориентируя по местности. Теперь хэллионцы пополняли ресурсы, за счет деревень вражеского племени. Воины могли брать, что пожелали, что было неким вознаграждение за проведённый бой, и давало мотивацию. Вскоре до престольного города Норска пришло известие о гибели вождя. Армия была полностью разгромлена, а многих взяли в плен. Это означало, что сил для военного противостояния было недостаточно. Юнир – новый вождь, по окончанию собрания со старейшинами приказал созвать всех мужей, способных держать оружие и готовиться к противостоянию. И к тому времени, как к городу прибыла хэллионская армия, оборонные приготовления завершились. Планируя атаке, норкцы заметили приближение всадников к стенам города. К их удивлению, они держали нейтральный флаг. Вместе со старейшинами Юнир тут же направился на смотровую башню. Как только всадники остановились, лучники крепости натянули тетиву, готовясь выстрелить в них. Среди этих всадников был Нингирсу и сопровождающие его воины Гиргирре. Осада могла затянуться и не принести должного результата, а Юнир собирает новые силы для противостояния. Общий враг объединяет, так и произошло – Норкцы сплотились, а загнанный в угол зверь опасен, как никогда. Это усложняло дело, не говоря о потерях. Поэтому ранее на совете Нингирсу предложил переговоры. И как инициатора этой идеи, Империан одним из первых отправил его сюда. И глазом не моргнул. Нингирсу усмехнулся, оглядывая стрелы. Сколько из них в него могли бы выпустить сейчас? Он сравнивал себя с послом, жизнь которого тонка, как нить. - Вот же бессердечный тип, даже друга не жалко. Нингирсу незаметно оглянулся назад. Сейчас за ним из лагеря наблюдает Империан, вновь подталкивая вперед. Мужчина сглотнул, если он выживет, то Империану точно попадет. Тут Нинигрсу задумался: может гораздо выгоднее урвать с него денежную компенсацию? Рудник? Наполнить покои золотом, в котором можно утонуть… Но разве война не влияет на судьбу Хэллиона, может тогда лучше требовать его часть? Тогда золото не кончится… - Зачем враг явился сюда? – прозвучал громкий голос с башни, отрезвивший Нингирсу от важных размышлений. Он принадлежал Юниру. - Мы здесь, что бы предложить перемирие, - ответил Нингирсу, - дальнейшее сражение обойдется значительными потерями с обеих сторон. Поэтому предлагаем договориться. - Мы не намерены вести переговоры с Хэллионом, так нагло вторгнувшегося в наши земли. - Верно, мы вторглись в Норск, но не вы ли разоряли наши земли. Действиям и нашему появлению здесь вы причина. Мы готовы отступить, если обязуетесь выплатить ущерб, а также, если заключим договор о помощи и неприкосновенности наших земель. Взамен мы вернем пленных. Юнир понимал, что самоуверенность погубила его отца, как и воинов. А теперь захвачены города, горожане в которых, тоже под угрозой. Сила племени в его людях, поэтому они важны. - В таком случае и нам стоит требовать компенсацию, - усмехнулся Юнир. - Мы еще способны вести сражение, так что не пытайтесь навязать нам свои условия, - недоверчиво отозвался он. - Вы говорите о той армии, которую составляют новобранцы? Против профессиональных воинов? Погубите последних мужей, - продолжал Нингирсу. - Как знак доброй воли, мы готовы передать вам тело вашего отца. К нему было проявлено должное уважение и почет. Советники шептались за спиной нового вождя, предлагая ему свои варианты решений. Они не были намерены отступать, ибо видели шанс победить. Юнир сжал губу. Он и не надеялся сопроводить отца в последний путь. Сделав это, он бы смог упокоить его душу. Для него это было важным, хоть и старейшины шептали иное, в чем тоже были правы. Вождь прикрыл веки. - Мы не согласимся на перемирие, ибо в этот раз вам не повезет, - заключил Юнир. - Тогда не забывайте, что мы не единственная угроза для вас – за нашей спиной стоит Юстиарон, а отдав последние силы на битву с нами, даже если победите, в чем сомневаюсь, станете уязвимы перед другими племенами. Тогда, уже не сможете быть столь уверенными в своей целостности. Норск и не думал, что этот список пополнит Хэллион. - Это всего лишь предположение, - прокомментировал Юнир. Он прекрасно понимал, что нельзя показывать свою слабость перед врагом, - настолько недооцениваете наши силы? - Мы были готовы и вовсе не возвращать пленных. Они выносливы и принесли бы нам большую пользу в качестве бесплатных и пожизненных рабов. И все же мы готовы пойти на встречу. - Что же нам мешает освободить своих пленных самим? Нингирсу лукаво улыбнулся. - Они живы пока такова воля нашего вождя, - посол заверил, что пленных Хэллион не отдаст, в ином случае, их всех убьют. - Готовьтесь, завтра город падет. Юнир поддался вперед, видя отдаление вражеского конвоя. - Мы готовы выплатить компенсацию, но прежде вы вернете пленных и освободите города. - Нет, с нашей стороны было достаточно уступок. Мы назначаем восемь золотых с каждого взрослого человека, и одиннадцать с ребенка. Это касается и горожан в захваченных городах. - Горожане к делу не относятся! - возмутился Юнир. - Тогда увеличим цену за пленных. - Нет. Даже если Норские воины совершали нападения на территории Хэллиона, вы запрашиваете слишком большую цену. Ущерб, принесенный ими, был не столь велик. - В таком случае я уезжаю обратно, и у вас не будет более возможности договориться. А вам стоит лучше осведомиться о причиненном ущербе, раз возглавляете племя. Наша сумма не столь велика в сравнении с этим. - Пять и семь золотых, - крикнул Юнир. - Так не пойдет. Захватив город, мы наложим еще большую дань. - Хорошо, шесть и девять золотых. Большее мы не уступим. Нингирсу лукаво улыбнулся: «Конечно, ты согласишься». То, чего он на самом деле и добивался. Если хочешь что-то получить – проси больше. - Правитель указал не меньше семи за взрослого и десяти за ребенка, - Нингирсу сделал сомнительный взгляд, оглядывая собравшихся на башне. – Хорошо, мы согласны. Но наши воины должны присутствовать в Норске, для сбора и отправки дани. Только тогда мы договоримся. Юнир сжал кулак. - Тогда они обязуются покинуть племя, как только будет выплачена компенсации. Иначе мы воспримем это, как угрозу, и погубим их. - Конечно. Им более не будет причин оставаться здесь, - убедил Нингирсу, - подпишем договор. - Как твое имя, - сдержанно протянул Юнир, вслед уезжающему незнакомцу. Ему так и не удалось обмануть этого наглеца. - Нингрису, сын Горсия.